Снайпер и учёный — The Sniper And The Scientist

Миссии всё время шли не так, как надо. Это была обычная часть их солдатской жизни; однако Тех никогда не мог предсказать, насколько плохо всё пойдет на конкретном задании. Тех был полностью сосредоточен на отключении невероятно сложной системы на вражеской базе. Его пальцы вслепую скользили по клавиатуре, пока он подбирал код программы. Врекер прикрывал ему спину, — он смутно слышал возбужденные крики брата, пока тот убивал дроида за дроидом. Гордость наполнила его грудь, когда он прорвался через последний брандмауэр и отключил систему вооружения. Он двинулся, чтобы встать, но внезапно на него налетело что-то твердое. Тех упал на бок с удивленным фырканьем и сразу же потянулся за своими двумя пистолетами. Как только его пальцы сомкнулись на рукояти оружия, металлическая рука сжала его горло. У него внезапно перехватило дыхание, и шок заставил его выронить оружие. Тех задыхался и поднял руки, чтобы попытаться оттолкнуть руку дроида, но его усилия были тщетны, машина лишь оторвала его от земли. Мужчина уставился прямо в оптику дроида-коммандос. Он смутно осознавал, как страх расцветает где-то в груди, по мере того как его борьба с хваткой дроида становилась всё слабее и слабее. Он собирался умереть здесь. Вот он конец. Тех не мог не задаться вопросом, будут ли его братья скучать по нему. Внезапно голова дроида-коммандос взорвалась снопом искр, и его горло освободилось от железной хватки. Тех рухнул на пол с отчаянным вздохом и невероятно болезненным хрипом. Когда воздух, наконец, наполнил лёгкие, перед глазами у него поплыли пятна. Последнее, что он запомнил, прежде чем отключиться, были испуганные крики его братьев в передатчике. Когда Техник проснулся, он проснулся в борьбе. Мужчина резко выпрямился, размахивая руками, чтобы схватить какое-нибудь оружие, под руку попался чей-то вибронож. Мир перед глазами был размытым и несфокусированным, а это означало, что он без очков. Горло ужасно саднило, мужчина замер, приготовившись к броску, он держал лезвие близко к себе, угрожая ударить по чему угодно, что посмеет шевельнуться. Краем глаза Тех заметил какое-то движение и резко обернулся, чтобы ударить противника клинком, но вместо этого кто-то крепко, но мягко, схватил его за руку. Именно тогда Тех, наконец, услышал чей-то голос. — Всё в порядке, Тех. Это всего лишь я. Ты в безопасности, — раздался грубоватый голос Кроссхеира. Тех замер, широко раскрыв глаза. Он мгновенно выронил нож, металлическое лезвие со звоном ударилось об пол. Он попытался что-то сказать, но боль обжигала горло при малейшем звуке. Мужчина хотел было поднести руки к горлу, но Кроссхеир перехватил их и отвёл в сторону. — Не надо, — предупредил он. Его голос звучал странно напряжённо. — Ты только навредишь себе ещё больше. Не пытайся говорить. Прежде чем Тех успел среагировать, ему что-то вложили в ладонь. Он мгновенно узнал свои очки и поспешил надеть их. В тот момент, когда мир снова стал ясным, Тех немного успокоился. Его взгляд тут же переместился на Кроссхеира. Трясущимися руками он попытался задать вопрос. «Что случилось?» — Ему потребовалось две попытки, чтобы заставить свои руки совершать правильные движения. Он не мог быть более благодарен за всё то время, которое они с Кроссхеиром потратили на заучивание языка жестов в свои кадетские годы. Кроссхейр терпеливо наблюдал, как Тех жестикулировал. Его глаза ни разу не оторвались от рук брата, пока он не закончил свой вопрос. — Ты был ранен. К тебе подкрался командос, — ответил снайпер, нахмурившись. — Когда ты не ответил в передатчик, я проверил твоё местоположение. — Снайпер замолчал, крепко сжав пальцы в кулаки. — Он почти убил тебя, — выдохнул он. — Я добрался до него до того, как он смог закончить работу. Теху потребовалось больше времени, чем ему хотелось бы, чтобы понять, что Кроссхейр дрожит. Он постучал пальцем по руке брата, привлекая внимание снайпера. «Ты не ранен?» Кроссхейр прищурился. Техник услышал, как хрустнула зубочистка у него во рту. — Ничего особенного, — фыркнул он. — Ты чуть не умер, а беспокоишься обо мне? Тех нахмурился, беспокойство клокотало у него в груди. «Куда тебя ранили? Дай мне посмотреть», — показал он, руки двигались намного быстрее, чем раньше. Кроссхейр закатил глаза, но в конце концов сдался. Снайпер был одет только в нижнюю половину своей брони — это означало, что рана, скорее всего, была где-то на груди. Подозрения Теха подтвердились, когда брат поднял верх костюма, чтобы показать бинты, пересекающие его грудь. — Получил удар в бок, вот и все, — проворчал он. Тех протянул руку, но замешкался над бинтами. Он уронил руку на колени, пытаясь сглотнуть. Слезы навернулись на глаза от той боли, которую принесло такое простое действие. Кроссхейр на мгновение отвёл взгляд. — Я отвечу на остальные твои вопросы после того, как ты немного отдохнешь, — пробормотал он. Рег-медик говорит, что тебе нужно много спать. Тех тупо кивнул. Всё равно в голове у него было как в тумане. Он откинулся на койку, на которой его устроили, и закрыл глаза. Ему не потребовалось много времени, чтобы снова погрузиться во тьму. Прошло несколько дней, и Тех, наконец, был освобожден от медицинской помощи рега. Он всё ещё выздоравливал и не мог отправляться на миссии, но, по крайней мере, ему разрешили вернуться на «Мародёр хаоса» к своим братьям. Ему удалось узнать от Кроссхеира, что их миссия была успешной, несмотря на его ранение, что принесло немедленное облегчение. Тех никогда не смог бы простить себе, если бы их идеальный послужной список был подкошен из-за него. Мужчина сделал неглубокий вдох, расстроенный болью, пронзившей горло. Врекер, сидевший рядом, пристально посмотрел на него. — Ты в порядке? — громила выглядел обеспокоенным. Тех открыл было рот, чтобы ответить, но резко вспомнил, что всё ещё не может говорить. Нахмурившись, он двинулся, чтобы показать руками жесты. «Конечно. Просто небольшой дискомфорт» — ответил он. Врекер прищурился, наблюдая за руками Техника. Выражение чистого замешательства смыло все остальные эмоции, которые он до этого демонстрировал. Он понаблюдал ещё немного, прежде чем вздохнуть. — Не знаю, что это значит, — фыркнул он. Техник сделал паузу, сосредоточенно нахмурив брови. Может быть, это было слишком сложное предложение, чтобы Врекер мог его расшифровать? Он попытался замедлить движения рук и упростить свои слова. «Я в порядке. Просто немного побаливает» Выражение замешательства на лице Врекера только усилилось. Было что-то ещё, что светилось в его глазах. Может быть, разочарование? Тех почувствовал, как неприятный комок стягивается где-то в животе. Был ли… Врекер недоволен им? Это имело бы смысл. Его нынешнее состояние должно было раздражать его братьев. Он не мог ни ответить им, ни помочь в их предстоящих ситуациях. Если бы только он был сильнее! Может быть, он смог бы отбиться от этого дроида-коммандос! Тех нащупал свой датапад, его пальцы начали быстро печатать. Закончив, он повернул экран в сторону Врекера. — Просто небольшой дискомфорт из-за травмы, — гласила надпись на экране. Врекеру потребовалось мгновение, чтобы осознать эти слова, только чтобы в конце концов кивнуть и показать Технику большой палец вверх. — Дай мне знать, если тебе понадобится моя помощь в чем-нибудь, — ответил он. Техник отметил гораздо более легкий тон в его голосе. Должно быть, брат нашёл его запись невероятно раздражающей. Это была единственная очевидная причина, по которой Врекер был недоволен. Несколько часов спустя Техник пришёл к тому же выводу, что его нынешний метод взаимодействия с братьями раздражает. Обнаружив некоторую потенциально полезную информацию об их следующем пункте назначения, Техник решил сообщить Хантеру. Он попытался привлечь внимание брата, но сержант был сосредоточен то на одном, то на другом. Поэтому, Тех встал прямо перед ним и похлопал его по руке. Хантер тут же поднял глаза, встретившись с ним взглядом. — Привет, Тех. Что происходит? «У меня есть кое-какая информация относительно вашей следующей миссии» — прожестикулировал он в ответ, руки двигались быстро, он пытался объяснить больше. Хантер, однако, остановил его рукой. — Подожди, подожди. Можешь это повторить? — Сержант, прищурившись, следил за его руками. — Я не совсем понял, о чем ты говоришь. Тех кивнул и повторил. Он получил ещё один пустой взгляд от Хантера, его лидер попытался разобрать жесты. — Еще раз, но помедленнее, — попросил он. Тех сделал, как его попросили, и замедлил свои движения. Наконец, во взгляде Хантера мелькнуло понимание. — Продолжай, Тех. К сожалению, его объяснение оказалось намного сложнее и намного длиннее, чем он первоначально предполагал. Потребовалось очень много времени, чтобы попытаться всё медленно растолковать Хантеру. Брат был умён и знал основные военные жесты, но не очень хорошо владел обычным языком жестов. На полпути к своему объяснению Тех почувствовал сильное разочарование из-за своей неспособности говорить — настолько сильное, что попытался выразить мысль словами; однако, после первого же звука мгновенно пожалел об этом. Острая боль, пронзившая его горло, была всепоглощающей и сильной. Он продолжил объяснять суть жестами, борясь с обжигающей болью в голосе. В то время как Хантеру и Врекеру было трудно понять его язык жестов, у Кроссхеира с этим не было абсолютно никаких проблем. В конце концов, снайпер изучал язык вместе с ним во время их учебы в качестве кадетов. Кроссхейр изъяснялся так же бегло, как и Тех, и мог без раздумий расшифровать знаки своего брата. В любом случае, Тех проводил большую часть своего времени с Кроссом. Снайпер отказался отходить от него, что ни в малейшей степени не беспокоило мужчину. Он и так предпочитал, чтобы рядом был его чересчур заботливый брат. Кроссхейр стоял у него за спиной, когда Тех подошёл к Хантеру с вопросом на уме. Он двинулся, чтобы привлечь внимание брата; однако сержант бросил один взгляд на Теха и отвернулся, одарив его тем, что, как он мог только предположить, было безразличием. Тех застыл, тело напряглось, глаза широко раскрылись. Хантер и раньше выказывал раздражение попытками брата взаимодействовать с ним, но отвернулся, так что у Теха не было абсолютно никакой возможности поговорить со своим братом. Это было что-то новенькое. Тех почувствовал, как его сердце разбилось вдребезги. Очевидно, он наконец сделал то, чего всегда боялся: раздражал своих братьев до такой степени, что они больше не хотели с ним мириться. Тех сделал шаг назад, прижав руки к груди. Отступая, он задел плечом Кроссхеира. Он услышал, как Кросс что-то сказал, но не остановился, чтобы прислушаться. Слезы защипали уголки глаз, когда он искал пустой угол корабля, в который можно было бы втиснуться. Тех прижался спиной к стене и позволил себе соскользнуть на землю. Он подтянул ноги к груди и обхватил голову руками, в то время как его сердце колотилось так громко, что он был уверен, что Хантер слышал его на другом конце корабля. Кроссхейр что-то кричал, но Тех не мог найти в себе сил, чтобы беспокоиться. Он опустил голову и зажмурился, когда мокрые капли пробрались под его очки и скатились по лицу. Тех почувствовал странное оцепенение, когда впился пальцами в колени. Это был лишь вопрос времени, когда одному из его братьев надоест иметь с ним дело. Тех раздражал ещё до травмы, но сейчас? Ему приходилось либо вставать на пути братьев, чтобы привлечь их внимание, либо касаться их рук. Это должно быть было противно. Теперь Теха, который делился с ними ненужной информацией в эгоистичной попытке привлечь внимание. Тех не мог быть уверен, сколько прошло времени, когда он вдруг почувствовал, что кто-то сел рядом с ним. Он приподнял голову ровно настолько, чтобы взглянуть на того, кто вторгся в его угол. Кроссхейр сидел рядом с ним с зубочисткой во рту. Он поддел брата рукой, но это было невероятно мягко. Что-то внутри Теха сломалось, и слезы снова потекли по его лицу. Икота заставила его слегка схватиться за горло, когда он попытался проглотить боль. Рука Кроссхеира обвилась вокруг его плеч, от чего Тех испуганно вздрогнул. Однако в тот момент, когда он понял, что происходит, он расслабился и прижался к брату. Они сидели в тишине, слёзы продолжали стекать по щекам Теха.

***

После инцидента с Хантером Тех решил, что он не будет беспокоить своих братьев без острой необходимости. Им не нужно было иметь дело с его раздражающими тенденциями, когда у них и без него было много дел. Он держался в стороне и особняком. Так было лучше. Он продолжал пилотировать корабль и работать над проектами, пока все остальные спали. — Тех, — раздался голос Хантера. Техник вздрогнул от неожиданности и повернулся, чтобы встретиться взглядом со своим лидером. — Мы можем… поговорить? По кивку Теха Хантер сел в кресло второго пилота. Казалось, он на мгновение о чём-то задумался, прежде чем, наконец, заговорил. — Я знаю, что в последнее время все было сложно, — начал он. — Но ты же знаешь, что мы здесь для тебя, верно? Тех заёрзал, внезапно почувствовав себя неловко. Он ответил легким кивком, отводя взгляд. Хантер прищурился. — До моего сведения было доведено, что я… проигнорировал тебя на днях, — осторожно сказал он. — Я хочу, чтобы ты знал, что я не хотел. Я просто так привык слышать твой голос, что даже не подумал дважды, когда… отвернулся от тебя. Тех начал постукивать носком ботинка по полу, обдумывая слова брата. Значит, Хантер не собирался игнорировать его? Он переплел пальцы, чтобы не нервничать. — Я ценю все, что ты хочешь сказать, Техник, — продолжил Хантер. — У меня никогда не было намерения игнорировать тебя. В тот момент, когда Хантер закончил говорить, руки Техника пришли в движение, он начал показывать, что Хантер не был неправ — что он был раздражающим, и реакция Хантера была совершенно понятна; однако его брат остановил его всего через несколько мгновений. — Тех, тебе не нужно извиняться, — выдохнул Хантер, взгляд его смягчился. — Ты не сделал ничего плохого. Никто из нас не привык к тому, что ты не можешь говорить, и я думаю, что это вызывает много недопонимания. Никто не расстроен, Тех. Обещаю. Взгляд Теха встретился с Хантером, сердце затрепетало в его груди. Он почувствовал маленькую искорку надежды, но подавил её. Хантер не лгал, но замечания Теха о его братьях противоречили словам сержанта. «Понятно. Спасибо, Хантер» — ответил он, быстро закончив очень односторонний разговор. Тех снова перевёл взгляд на управление кораблём, и по спине у него побежали мурашки. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Хантера, но не мог найти в себе мужества посмотреть ему в глаза.