Мы заложники собственного разума.

Лю Цингэ спускался по ступеням уже достаточно долго. Насчитав около двух тысяч, его ноги отказались идти дальше. Этому месту нет конца, а вдали виден только темный коридор. Каждая ступенька, которую он проходил, добавляла вперёд ещё одну. Подобная пытка называлась «бесконечным коридором». Жертва переставала пытаться выбраться, когда теряла надежду, и умирала прямо на этих ступенях, а ведь самым простым выходом было не подчиняться правилам. Лорд пика Байчжань растратил все свои силы уже давным давно, но постарался собрать крупицы из самых дальних каналов меридиан и сосредоточился на ударе. И ведь даже перестарался! Удар раздался как гром среди ясного неба. Стенку туннеля снесло от лёгкого касания, а тут, спасибо Лю Цингэ, теперь сияла огромная дырень. В ужасном походе по темным коридорам не было ничего прекрасного, разве что полноценная темнота и тишина. Конечности людей, конечно, напрягали, но не цеплялись за мужчину. Темнота — враг молодежи. В темноте не видно ничего и невозможно понять где ты и кто рядом с тобой. Но и это было не самым страшным. Стоило человеку провести сутки в темноте, как его зрение адаптируется и пропадает. Если свет с тьмой резко меняются друг с другом, то они могут вызвать эпилептические припадки, а если полная темнота накроет человека, то настанет слепота или же, в лучшем случае, человек потеряет себя и сойдёт с ума. Лю Цингэ вновь летел достаточно долго, но прием «закрыть глаза и оказаться в другом месте» не сработал. Он рухнул спиной на холодный пол, как к нему тут же подскочили части тел, сопровождающие его в туннеле. — Ну что, мои дорогие, соскучились? А ведь летел не долго. Лорд пика Байчжань перевернулся на живот и тихо прокряхтел что-то себе под нос. В этот раз по обе стороны расположились огромные комнаты. Их от коридора отделял огромный слой гладкого стекла. Лю Цингэ на пару минут прикрыл глаза, не желая вставать, когда одна из рук, бегающих рядом с ним, не приблизилась к его лицу. Естественно, резким движением он высвободил из-под себя руку и размазал чью-то кисть по полу. Остальные кусочки плоти испугались и молниеносно бросились в бегство. — Будешь знать как рядом со мной маячить, чудовище. Ло Бинхэ по сравнению с тобой — маленькая бабочка, кусок вонючего шершня! Заклинатель выругался себе под нос, поднялся и с гордым видом вздохнул. Теперь он высвободил свой пар и готов идти дальше.

***

Ло Бинхэ ощущал как ленты внутри него плетут гнезда, подобно маленьким муравьям. Они двигали его органы, цеплялись за сосуды, рвали капилляры и в какой-то момент спровоцировали кровотечение. Взгляд юноши был направлен на маленький огонёк, стоявший в проходе. Очень долгое время маленькая вспышка света колебалась на одном месте, но вскоре двинулась на помощь, невинно кружа вокруг. Огонёк света, подобно нагретому металлу, прошёлся по лентам и срезал большинство, но не бесследно для демона. Все ленты вцепились и вжились в его органы, а цепи срослись только с кожей. Бинхэ за пару секунд стал единым целым с комнатой. Как бы огонёк не пытался, кипящие ленты плоти регенерировали обратно и только разрастались. — Ищи помощи! Ищи! Не пытайся, перестань! Это бесполезно! Ты ничего не сможешь сделать! Ло Бинхэ сорвался на крик. Он ощущал теплую энергию, которую излучал сгусток. Это было что-то родное, близко к сердцу, поэтому он понял сразу. Не на что надеяться. Ты не сможешь стать сильным, если останешься добрым. Не заплатив светом, не победишь в жестокой войне. Клинок сломать словом ты не сможешь. Демон крикнул бы ещё раз, если бы ленты не пробрались в его глотку, вырвавшись из глотки в пасть, а дальше изо рта. Ленты ползли медленно, будто дыша воздухом, обхватывая лицо и целясь к носу и глазам. Огонёк ринулся на выход, вылетев в дверной проход, а после сразу же в коридор. Он пролетел все ленты, цепи, руки и глаза, которые пытались его схватить и летел сломя голову дальше. Мозг Бинхэ работал самым различным образом и маленький ребенок надеялся только на свою голову, где ещё не было той тьмы. В пустоте под ногами малыша появлялись плиты, тысячи дверей прямо сейчас появлялись после него, тысячи проходов, и из каждого раздавались вопли, лай, то огонь, то холод, то влага, то сухость. Из глаз призрака вновь выступили слёзы, испаряющиеся прямо в воздухе. У хаоса в этом месте был порядок и это обнадёживало, потому что когда Лю Цингэ уже поднялся и изучил маленькие стеклянные террариумы, всякое желание задирать ученика пика Цинцзин исчезло. Какие же извращения были в голове этого ребенка можно было только думать, но теперь Лю Цингэ видел это сам. В каждой из камер он видел ожившие фантазии. Где-то это были пытки, где Шэнь Цинцю отрывают куски кожи, где-то аппараты, ломающие ноги ученикам пика Цинцзи и Байчжань, а где-то это и вовсе было неописуемо. Тела пронзали кости, деформированные конечности, живые головы и тому подобное. Лю Цингэ остановился у одной из камер. Ему показалось, что он должен уделить время этому месту, потому что это была его камера. Точнее, камера с его телом. В отличии от всех, кого он видел, с ним Бинхэ не делал ничего плохого. Он положил голову на колени лорда пика Байчжань и спокойно спал. Видимо, после долгой работы. К сожалению, Лю Цингэ не мог обойти камеру и увидеть другую сторону этой картины. В лопатки марионетки были вбиты острые длинные иглы, а под лопатками красовались огромные вырванные кусочки мяса. Для Лю Цингэ Бинхэ придумал наказание сам, чтобы опорочить не только самого лорда перед людьми, но и сломить его, чтобы он умолял о смерти, судорожно задыхался и выл. Маленький ребёнок бежал сломя голову, пока не оказался в одном из туннелей, по бокам которого расположились стеклянные камеры. В самом конце, где оказался этот призрак, расположились самые тёплые мечты юноши. Маленький полупрозрачный силуэт пробегал эти комнаты и даже не заметил, как глядя на эти мечты, воспоминания и моменты, рос, из ребенка в юношу, из юноши в мужчину. Фантом менял свою форму, питаясь эмоциями хозяина. Резко затормозив у первого поворота, он оттолкнулся от стены и рванул ещё быстрее, попутно раскрывая медальон, который ему дал Лю Цингэ. Маленький призрак желал спасти хоть кого-нибудь, потому что он не смог спасти мать. Маленький ребенок желал спасти нуждающихся, потому что когда-то не смог спасти простых людей. Фантом Бинхэ не переставал бежать, пока не напоролся на ещё один поворот. Уперевшись в него рукой, он наклонился в отдышке. Лю Цингэ, заворожённый очередной камерой в мыслях Ло Бинхэ не сразу отвлекся на фантома. Только когда его глаза ошпарил маленький солнечный зайчик от отвёл взгляд и обомлел. — Бинхэ! А-Ло! Сломя голову и бросившись к фантому, он налетел на него и заключил в крепкие объятия, прижав к стене. Сейчас Цингэ не волновало, что ученик Шэнь Цинцю был прозрачным и не излучал энергию. В ответ его не обняли, а грубо оттолкнули. Фантом пытался открывать рот и показывать что-то руками, но это не привело не к чему. Заклинатель смотрел на него, распахнув глаза. — Бинхэ, я тебя не понимаю. Отведи. Фантом опустил взгляд и обнаружил на груди открытый медальон. Взяв его и повернув под специальным углом, чтобы свет из стеклянных камер падал к зеркалу и отражал его, Бинхэ ткнул пальцем в стекло. — Тебе нужна помощь? Фантом закивал и поманил Лю Цингэ за собой. В жилах заклинателя постепенно восстановилась энергия, поэтому во время бега он даже не запыхался. Фантом указывал ему дорогу относительно недолго. Фантомный образ мужчины, после ухода из зала, стал меняться. Он уменьшался до состояния ребенка, а после обратился светлым фонариком, указывая путь в грязном и озябшем месте. Лю Цингэ сразу ощутил теплоту около этого огонька. Все же, он был прав, когда отдал малышу медальон. Добро всегда может отплатить добром и изменить человека. Перед тем как Лю Цингэ достиг нужной комнаты, он пробежал за маленьким жучком столько, сколько ему и не снилось. Пробежать от королевства Бинхэ до пика Байчжань казалось только разминкой, по сравнению с кроссом, который он преодолел в море крови, стен, плоти, огня и, на удивление, многих непонятных ему вещей. Последней комнатой, в которой побывал Лю Цингэ, являлся огромный широкий зал. Он остановился чтобы отдышаться, пока медленно шел за огнем, но тут же из тьмы до него добрался он сам. — Лорд пика Байчжань такой жалкий! Лю Цингэ остановился и напрягся. Это было не внутри его головы, это были мысли Бинхэ. Хотя... даже в мыслях Бинхэ он мог материализовать мысли из своей собственной головы. — Появляется раз в год в своей школе и даже не может взрастить учеников! Огонёк рядом с Цингэ двинулся к нему и закружился вокруг, подталкивая идти дальше и не зацикливаться, что он и сделал. — Ни один ученик не может даже одолеть его, ха! Выучил зародышей! — Шиди действительно очень жалок. — Да, шиди Лю, тебя одолел жалкий демон и ты смеешь называть себя лордом? Когда Лю Цингэ оказался у выхода, позади раздались три знакомых голоса, а следом, прямо над ухом, когда огонёк уже вылетел, раздался манящий шёпот. Изначально казалось, что его владелец подставил руки позади жертвы, готовясь принимать его в свой плен, полный тьмы, но.. — Шишу ведь хотел спасти учителя, но не смог. Какой Шишу жалкий. Лю Цингэ прикрыл глаза и шагнул за порог. На его глазах навернулись слёзы и он пошел дальше, гордо следуя своей цели. Лю Цингэ хотел противиться этим словам, но очень вовремя вспомнил сюжет одной чудесной книги. Мы сами питаем наших демонов. Если бы Лю Цингэ продолжил спорить, он бы уже никогда не выбрался. Его бы утянули с ногами в темноту. — Бинхэ, я доверил тебе Шэнь Цинцю, потому что он выбрал тебя. Я доверяю ему. Огонёк, маячивший и подгоняющий его, тут же затих. Он замер и стал немного тускнеть, будто расстраиваясь. — Чего замер, а?! Веди куда вел! Где мой ученик?! От резкого крика фантом двинулся за ближайший поворот и дошел до комнаты плоти. Ло Бинхэ уже давно висел над потолком, а его тело обвили ленты, сохраняя не только тело, но и душу в том положении, в котором мужчина потерял сознание. Заклинатель ощущал как его энергия пытается выбраться, но ее блокируют. Меридианы передавлены. — Ло Бинхэ! Очнись! Вобрав полные лёгкие кислорода, Лю Цингэ закричал что было мощи. Хотя, воздух в этой комнате еле можно называть кислородом. Фантомным кислородом. Стены гнили, шевелились и издавали подобающие звуки. Запах соответствовал виду помещения. — Бинхэ, очнись… Учитель беспокоится о тебе. Лю Цингэ прошел в середину зала и резко оттолкнулся, обрезав все ленты и цепи одним движением руки. Силы регенерировали очень быстро, поэтому он смело пользовался техниками. Тело, которое больше ничего не держало, он подхватил на руки и вместе они опустились на кровавый бетон. — Бинхэ, очнись. Давай. Лю Цингэ знал, что его энергия ничем не поможет демону, но предпринял попытки прочистить мертвые меридианы. Усадив юношу, он разблокировал свои пути и соединил их с каналами Бинхэ. Опасно было резко разрывать такие моменты, поэтому при первом же движении Лю Цингэ отстранился. Изо рта Ло Бинхэ, подобно змеям, выползали кровавые ленты, закипающие и гниющие перед обоими мужчинами. Силы Цингэ просто сожгли их, заставляя выбраться из здорового тела. — Бинхэ, ты как? Все в порядке? Последняя и, наверное, двадцатая лента выползла изо рта демона. Он голодно прикусил свои губы, ощущая как с ног до головы сейчас покрыт кровью. — Лучше бы ты не приходил, Шишу. Это не мир снов. — Я знаю, Бинхэ. — Лю Цингэ схватил юношу за плечи и притянул к себе, разрешая облокотиться. В этот момент он собрал светлый кусочек энергии и опустил его к животу ученика. — Это твой разум. — Не может здесь быть так, что собственный разум атакует своего хозяина. — «Хозяин» своего разума отвёл взгляд, понимая, что все вполне возможно. — Когда ты хочешь умереть, то все возможно. Или хотел. — Шишу, нам нельзя здесь оставаться. Перестань. Давай уйдем. Живот демона медленно зарастал, когда он поднял взгляд на Лю Цингэ. Если сейчас вновь на них решат напасть, то он не мог позволить своему разуму навредить заклинателю. Когда-то он и хотел его убить, но теперь все изменилось. — Хорошо. Поднимайся. Теплый шар из рук Цингэ исчез и они оба подорвались, вылетая из кровавой комнаты как ученики из кабинетов во время перемены. Теплый огонёк сопровождал их и показывал дорогу, ведя вверх по лестнице. — Почему этот маленький кусок фотонов увязался за нами? — Во-первых, скорее мы увязались за ним, а во-вторых, маленький кусок фотонов, закрой свой рот и имей совесть! Ло Бинхэ действительно замолчал. До него не сразу, но дошло, что если они в его разуме, то этот маленький огонёк — кусочек его разума, который вскоре вывел их из этих коридоров полных лестниц и кровавых мест. Открыв дверь, Лю Цингэ помог всем троим выйти и захлопнул ее, чтобы не дай бог следом что-нибудь не вылезло хвостом. Дверь хижины захлопнулась за их спиной. — Шишу Лю! — Маленький фантом Бинхэ дёрнул Лю Цингэ за одежды, привлекая внимание. — Шишу Лю? Да кто ты... Лю Цингэ резко прописал взрослому Бинхэ подзатыльник, шикнув на него. — Что такое? Ты знаешь как нам выбраться? — Заклинатель присел на корточки, чтобы взгляды обоих находились на одном уровне. — Я не знаю как вам выбраться, но я знаю, что вы можете проследовать в самые глубины его разума. — Маленький фантом показал пальцем на взрослую кровожадную псину. — Но если он не захочет пустить тебя, то вы ни за что не найдете путь. — Думаю, мы разберемся с Бинхэ Старшим куда нам идти. — Лю Цингэ потрепал по головке мальчишку и улыбнулся. — Шишу не понял! Пока он не захочет впустить тебя в свое сердце, вы будете вечно блуждать в этом месте. Путь к сердцу человека индивидуален для каждого, поэтому не всегда вы можете быть уверены, что это он, а не очередная ловушка! Ло Бинхэ, слушающий этот бред, не смог терпеть голос этого ребенка. Он развернулся и пошел наматывать круги вокруг поляны и думать, как вытащить сначала Шишу, а потом и себя. — Что с ним? — Фантомный ребенок приблизился к Лю Цингэ, схватив того за руку. Мужчина же улыбнулся и приобнял его, с силой трепля волосы. — Ему тоже не хватает одного человека. Поэтому он такой злой, Бинмэ. Лю Цингэ потрепал ребенка за щеки и рассмеялся. Давно он не видел настолько невинных детей, что даже забыл, какого это, быть добрым и видеть невинность, а не жажду убийства в глазах других. Взрослая альтернативная версия Бинхэ уже давно перестала нарезать круги. В этом снежном месте мира белых берёз и чистых сновидений он один выделялся. Черные волосы, смоляные одеяния и отвратительно смущающее положение. Прямо сейчас Шишу мучал маленького юного Бинхэ, но при жизни он ведь унижал его и травил своих учеников на пик Цинцзин. Почему же сейчас он так ведёт себя? — Шишу, а если я поделюсь тобой с ним? Фантом не смог сформулировать правильно вопрос и получилась очень неловкая ситуация. Двое взрослых мужчин замолчали и выпучили глаза. Один от осознания сказанного из уст личности Бинхэ, второй от того, что этот клочок вообще смог такое сказать. — Эй, ты! Маленькое ничтожество! — Бинхэ сорвался как пёс с цепи и начал двигаться на малыша. Метка на его лбу горела, образуя вокруг демоническую энергию. — Стоять! — Лю Цингэ подорвался и встал прямо перед демоном, уперевшись одной рукой прямо в его грудь. Это была беспроигрышная тактика. Когда вокруг мужчины появлялась демоническая энергия, то она сразу уничтожала все, чтобы не появилось рядом. — Не забывай что он, это ты, Бинхэ. И все слова сказанные этим ребенком, это твои слова. — Он не следит за своим языком! — Энергия вокруг действительно пропала, тогда и рука заклинателя обмякла. Он уже не останавливал демона, а тот не напирал. — Ты был точно таким же в детстве. Получал от учителя и от дворовых детей. Разве будет лучше, если ты станешь таким же, как и они? — Лю Цингэ не знал, какой инстинкт в нем проснулся, но он прямо сейчас хотел защитить девственную душу малыша и сохранить ее. Убив Бинмэ, с малым шансом останется только Бингэ. — Почему Шишу защищает этого ребенка, но никогда не защищал этого ученика? — Бинхэ сложил руки и фыркнул. От поставленного вопроса даже у Цингэ не нашлось ответа. Он вправду не знал почему, но сейчас на его лице появилась улыбка. Он смутился и опустил глаза, закрыв лицо рукой. Если Бинхэ ревнует, то пусть будет так. Лучше терпеть ревность Бинхэ к самому себе, чем он будет вымещать свою злость на детях. — Когда мы вернёмся, я свожу тебя поиграть в лес. А зимой вместе с учителем будем играть в снежки. Такой расклад тебе пойдет? Хоть это и была наглая усмешка, Лю Цингэ действительно понравился бы такой расклад. Он спокойно пьет кофе, сидя на скамейке, пока Бинхэ и Шэнь Цинцю пытаются уничтожить весь снег в радиусе километра. Щеки Бинхэ вспыхнули алым пламенем. Маленький Бинмэ подошёл к Бинхэ и вылупил свои глаза. — Старший брат, давай закопаем Шишу в снегу? — Шишу будет не против. — Хоть вопрос был от Бинмэ к Бинхэ, но Цингэ решил не давать шанса на ответ. Он прикрыл глаза и улыбнулся, вновь потрепав маленького ребенка по голове. — Здесь так уютно. — Ло Бинхэ вздохнул полной грудью и осмотрелся. — Учителю бы понравилось. — Шиди сейчас лежит с тобой и ждёт твоего пробуждения, Бинхэ, поэтому тебе пора проснуться. Ты должен. — Заклинатель вернул взгляд к маленькому Бинмэ и улыбнулся. — А ты беги домой. Тебе уже пора. И помни, если тебя кто-то обидит, можешь позвать меня. Бинмэ кивнул и попрощался с обоими, вернувшись в хижину. Теперь Лю Цингэ и Ло Бинхэ стояли одни, в белоснежном поле, смотря друг другу в глаза. Черные как бездна глаза Бинхэ смотрели на Лю Цингэ без единой нотки кровожадности, как это было раньше. — Пойдём, Бинхэ. Нам пора. Лю Цингэ развернулся и пошел в противоположную сторону от хижины. Бинхэ последовал за ним, наблюдая как в небе начинают сгущаться тучи. Маленький Бинмэ убежал в хижину и исчез в чертогах сознания Бинхэ, как в этот момент все поменялось. С неба посыпались сухие хлопья белого снега, как лепестки девственно белых ромашек. Изначально Бинхэ игнорировал их, пока не решил воспользоваться демонической энергией. Эти лепестки были слишком большими и мешали ему. Заметив, что его Шишу тоже не в восторге, путем небольших махинаций он распространил огромный темный щит, поглощающий каждую хлопковидную снежинку. Лю Цингэ взглянул на гордо идущего демона, а после кивнул в знак благодарности. Белый снег под лучами солнца выглядел прекрасно, за исключением черных снежинок. Как показалось Лю Цингэ, среди девственных пушинок попадались темные и острые как куски пепла. Они и падали быстрее, и сжигались хуже. — Интересно, эмоции Бинхэ прямо сейчас отображаются в его создании? — Вслух он ничего конечно же не сказал, но интерес так и не исчез. — Шишу что-то хочет спросить? — Демон краем глаза посмотрел на своего Шишу. — Как думает Бинхэ, что это за темные кусочки? — Что-то намечается. Что-то очень плохое. Поэтому Шишу должен быть аккуратнее. Забота со стороны демона слегка взбудоражила Лю Цингэ, но он решил не напоминать кто пару минут назад спас его демоническую задницу. — А разве мы не должны были идти туда же, куда пошёл я? Ло Бинхэ сказал это как-то равно, понимая, что звучит так же глупо, как и та фраза маленького Бинмэ. — Ты совсем как Бинмэ. — Улыбнувшись, Цингэ ускорил шаг. — Не важно куда ты идёшь, ты в конечном итоге придёшь туда, куда тебе будет нужно. Твой разум бесконечен, Бинхэ. Когда Лю Цингэ оставался рядом с Бинхэ и Цинцю, то замечал как меняется демон, когда его учитель называет его по имени. Одного «Бинхэ» хватает на целый день и он становился маленьким ребенком, как тогда, когда ещё не оказался в Бездне и не был предан. — Шишу уже видел достаточно много. Пепел вскоре заменил снег. Только он и сыпался с небес, прокладывая тропинку впереди. Лю Цингэ понимал, что был прав. В разуме Бинхэ сейчас бушевала буря. Он отводил взгляд, но ветер колыхался непрерывно и пряди его волос двигались в сторону его Шишу. — Даже если бы я увидел что-то страшное, я бы не перестал тебя любить, безмозглое чудовище. Устав от этих речей, он рыкнул и прямо в лицо демона бросил такие речи. Схватив его за руку, он ударил его в грудную клетку, заставляя наклониться к себе. — Если когда-нибудь мы выберемся отсюда, Бинхэ, — Он обхватил щёки юноши и притянул того ближе. — Я обещаю, что все дороги на мой пик будут тебе открыты. Я увидел твои самые потайные желания, самые грязные и извращённые мысли. Шэнь Цинцю воспитал настоящего выродка на своем пике. На лице Лю Цингэ появилась улыбка. Наглая улыбка, которую смело можно было назвать «хищным оскалом». — Как же он ошибался, когда думал, что сможет полюбить тебя. Чертов абьюзер. Изнасиловал своего учителя на глазах у всех и доставил столько боли людям. Да что ты можешь, ничтожество? Ты сделал все то, что сделал, только ради своего собственного «я», а не для учителя. В глазах Лю Цингэ играл азарт, а в разуме Ло Бинхэ бушевала буря. Его сердце бешено колотилось, а вокруг щита сгорали тонны пепла, образующие вокруг демона и его Шишу огненный шар. — Шэнь Цинцю никогда не любил и никогда не полюбит такого как ты. Мир Ло Бинхэ разбился. Буря прекратилась, пепла больше не было, а щит исчез. До этого ничтожества все дошло. Оттолкнув от себя Лю Цингэ, бесстрашно заливающегося в припадке смеха, Бинхэ достал Синьмо. Когда силы демона восстановились, клинок сам нашел своего хозяина. — И что ты мне сделаешь, Бесфруктовая Чаша?[1] Глаза Лю Цингэ изменились. Белые человеческие зрачки заполнились тьмой, кожа с тела и одежда возгорелось сами собой, рассыпавшись под ногами черным песком. Перед Ло Бинхэ стояла ещё одна его личность. Когда-то он был одержим жаждой мести и убийства. Полный лицемер и ничтожество. — А что твой Шишу, Бинхэ? Что он скажет, когда вы отсюда выберетесь? Учитель давно смирился, а готов ли он узнать, что его ученик настоящая мямля? Синьмо медленно наполнялся демонической энергией, а Ло Бинхэ ждал. Он был спокоен, как будто находился в мире снов. Если реагировать на своих врагов, то тебе это вернётся в двойном размере. Черный клинок очень медленно наполнялся демонической энергией хозяина, пока ветер вокруг успокаивался.

***

Когда Лю Цингэ проводил малыша Бинмэ взглядом и пообещал Бинхэ про поход в лес, то Бинхэ рядом уже не оказалось. Его это взбудоражило в первые минуты: он нашел это маленькое чудо и вновь потерял. Отец из него был бы никудышный, но и не в этом дело. Крошка Бинмэ нашел Лю Цингэ, потому что был потерян и хотел его найти. Этим же правилом воспользовался и мужчина. Следуя по одной единственной дорожке он беззаботно думал о психологии и Бинхэ. В голове этого юноши было столько всего ужасного, но маленький лучик света посеялся в самом глубине его сознания. Из раздумий Цингэ вытащили мужские крики. Ло Бингэ летал по кронам деревьев как мартышка, а следом за ним несся Ло Бинхэ с синьмо в руках. — Бинхэ! Бинхэ, спускайся сюда! Лю Цингэ несколько раз пытался привлечь внимание Бинхэ, но тот открыто игнорировал его, перепрыгивая с кроны на крону, преследуя своего злобного близнеца. — Бинхэ, а ну вернись! Почему ты не слушаешь своего Шишу?! Лю Цингэ до сих пор возился с ним как с ребенком. — Главное при Шэнь Цинцю так не сказать, ах. Оттолкнувшись от земли, он резко поднялся в небо, последовав за Бингэ. Тем временем злобный дьявол носился сломя голову, приговаривая гадости совершенно любого характера. — Такое чудовище как ты не сможет спасти учителя, хах! Ло Бингэ оттолкнулся от кроны дерева и прыгнул на дальнюю сосну, обернувшись к Бинхэ дабы бросить одну фразу и продолжить бежать. — Ты безнадёжен точно так же, как и в детстве! Ни своего учителя, ни Шишу! Погубишь всех! Ло Бинхэ не слышал никого, кроме голоса собственного разума. Он оскорблял, заводил, сводил с ума ученика. Как только Бинхэ оказался слишком близко к Бингэ и уже замахнулся, занося огромный клинок над его головой, прямо между мужчинами появился Лю Цингэ. Синьмо срезал голову лорда пика Байчжань как раскалённый нож шел по маслу. Оба демона замерли, а потом раздался вопль. Бингэ сорвался за телом Цингэ, а следом за ним сиганул Бинхэ. Тело, разделенное на две части, рухнуло в снег, окрашивая его в яркие кровавые пятна. — Что ты натворил! — Бингэ прижал к груди верхнюю часть тела Шишу. Он истерично лил слёзы, смотря в бездонные глаза Цингэ. — Но я не хотел. Зачем ты начал играть со мной?! Из-за тебя Шишу подставился под клинок, уродливый демон! Бинхэ хотел было отобрать кусок тела Цингэ обратно, но Бингэ поднял свои черные залитые глазницы. Прижав Лю Цингэ только сильнее, он зарычал. — Потому что я — это ты, Бинхэ. Прямо сейчас у мертвого тела сидели двое демонов. Один заливался слезами, второй кровью и злобой. Бинхэ ощущал это звериное желание мести, как прямо сейчас его альтернативная версия разорвет его на части и сделает то же, что и он сделал с Лю Цингэ, только в сотни раз сверепее. В конце концов, Лю Цингэ ведь сказал, что если Бинхэ будет слушаться, то он его не бросит. Он не послушался. — Потому что ты, Бинхэ, самый настоящий зверь. И до сих пор не осознавший, что от природы плохой характер не исправим. Бингэ оставил тело своего Шишу и поднялся на ноги, смело распрямляя свои плечи. В руках появился второй, альтернативный синьмо, вокруг которого маячила демоническая темная энергия. — Без черного, нету белого. А без оригинала не случится ничего страшного.