Антиквар

Её коллекция стала триумфом в мире моды. Она кардинально перевернула наше представление о моде. Мода никогда не станет прежней. Множество заголовков пестрили всевозможными восхвалениями, адресованными Анне Вильямс. Она приравняла женщин, она сделала их равными мужчинам, она неожиданно исчезла. Загадочная женщина в черной вуали, с неспешной походкой появилась на показе одного из самых престижных домов моды со своей коллекцией. Никто не знал кто она, и тем более чего она хочет, но её взгляды на мир кардинально отличались от тех, что предлагали другие модельеры. Она не сказала не слова, просто заявила миру о себе своей одеждой. Многие впоследствии будут думать, что она пыталась донести что-то до людей, кто-то будет выдвигать идеи, что она- мужчина, который пытается выглядеть, как женщина, а кто-то будет говорить о том, что она призрак, ведь её фотографий нет и никогда не было. Динь-дон кукушка вылетает, Динь дон и открывает клюв, Динь-дон призрак оживает, Динь-дон сегодня ему не уснуть. Час за часом, минута за минутой, время всё быстрее уплывало в закат. Руки, спрятанные в черные перчатки, выделялись худобой, а неестественно узкая талия заставляла всех гадать кто же она. Белоснежные волосы были выпрямлены и ровно лежали на плечах, а черные глаза манили к себе своей загадочностью и глубиной, но лишь одному человеку давно в них плавать. Высокие худые модели шли за ней в мужских костюмах, они гордо смотрели на критиков-мужчин, которым явно не нравилось то, что теперь их одежду носят женщины. Но Анне было все равно. Её время скоро закончится и для того, чтобы утопить свое горе в этом году она должна найти их. Девушек, которые подходят именно ей. Красивые, высокие, но далеко не девственные. Ей нужны были те, кто любит других девушек, и она знала, что сейчас они здесь, она была уверенна в том, что сегодня кто-то умрет мучительной смертью. Ведь она не имела привычки ошибаться в своих суждениях, она уже предрекла их судьбу. Критики рукоплескали никому неизвестная Анна Вильямс полюбилась толпе. Она не давала интервью или комментариев, а сразу отвела своих моделей за кулисы, ведь основное действие развернется именно там. Они стояли перед ней, завороженно смотря, как она снимается с себя одежду. Сначала перчатки, затем платье, нижнее белье. На ней осталась только вуаль и чулки. Она выглядела, как богиня никаких изъянов. Нет ни шрамов, ни высыпаний, ни волос на теле. Как бы прекрасно не выглядели модели она превосходила их во всем. -Я предлагаю вам показать своё тело,- нежный высокий голос, которому очень сложно противостоять, стал литься из её уст- я могу принести вам удовольствие, но взамен удовольствие принесете мне вы Её голос манил их, они летели в сладкую ловушку, как мухи на мёд. Она не ошиблась, они действительно заинтересованы. Одна за другой они представали перед ней во всей своей красе. Никто не ждал её указаний, каждая подходила и целовала её сначала в грудь, чтобы её тело пропустило импульс и возбуждение сосредоточилось в одной маленькой точке между ё ног, а потом они посасывали её клитор и отходили в сторону, давая возможность другим доставить удовольствие своей госпоже. - Лягте на кровать, я хочу видеть ваши лица,- её тон был слишком повелительным, чтобы сопротивляться ему, они все, как послушные девушки выполняли её приказ. Она подошла к каждой и закрепила кляпы в их приоткрытых ртах, а потом закрыла их глаза шелковыми масками. Звон цепей напугал каждую, они пытались вскочить, но никто не смог, а голос Анны успокаивал их. Кандалы захлопывались на тонких руках, заставляя панику накрывать девушек с головой, а после что-то вроде распорки развело в сторону их ноги. Никто не знал, что будет дальше, что будут делать с их телом или их разумом. Но Анна понимала, что у нее есть еще пять часов и за это время она успеет многое. Как делала это уже много десятилетий подряд. Всего двадцати одна девушка. Она знает, кому из них предстоит сегодня умереть от её руки, как жаль, что они сами не знаю, что их ждет. Первая девушка встретила её прикосновения одобрительным стоном, ведь она прошлась своими пальцами по её груди, скручивая её соски до боли. Что-то прошлось между её ног и нежные пальцы вошли в её лоно, заставляя прогнуться в спине и стонать так сладко, что даже через кляп было понятно, как ей хорошо. Она кончила слишком неожиданно для себя, но достаточно ожидаемо для Анны, ведь по мастерству её мало кто мог превзойти. За свою долгую жизнь она проделывала это не одну сотню раз. Так же хорошо это мог делать её брат близнец, хотя сейчас она об этом не задумывалась. Вторая девушка ждала, когда же наступит её очередь ведь они все, слышали, как хорошо было той, что сейчас пытается отойти от самого мощного оргазма в своей жизни. Но она не знала, что не получит такого же удовольствия. Холодное тонкое лезвие прошлось по телу оставляя за собой три полосы. Две от ключицы к соскам и вниз, но груди, и одна по середине от ребер до клитора. Она простонала от боли и кровь заполонила одеяло под ней. Она мычала не от удовольствия, а от боли ведь ещё два разреза прошлись прямо по мышцам и связкам принося адские учения. Но никто из остальных не подозревал, как её больно, они все считали, что девушкам слишком хорошо, что они кричать от удовольствия. Она истекала кровью медленно умирая. Третья девушка стонала от удовольствия, четвертая умирала в мучениях, пятая испытывала небывалое наслаждение, а шестая небывалые страдания. Это продолжалось слишком долго, а после она оделась и ушла, забрав с собой десять жертв, оставив привязанными всех, и живых, и мертвых. Её время в этом мире подходит к концу, ей нужно вернуться к брату. Она прощается с этим миром еще на два года. Красивое небо без облаков и яркие созвездия. То, что ей будет не хватать. То, что она помнит из своей прошлой жизни. Из её камеры всегда было видно звезды, звезды, которые они всегда считала далекими, но лишь после смерти они стали ей так близки, что расставаться с ними её с каждым годом всё труднее. Птица снова скрывается за своими дверцами, забирая с собой секреты тех, кто там живет…