Оставить на коже

      Утро с самого начала не радовало своей погодой: ливень шёл как из ведра, валил просто сплошной стеной, застилая весь горизонт. Через окно, с оставшимися на нем крупными каплями, Эдгар мог видеть, что вместо дорог сейчас, если не реки, то как минимум образовались ручьи. И, как назло, он сломал свой зонт ещё месяц назад, когда вместе с дождём дул ещё и порывистый ветер. Ну, а новый, естественно, не купил. И правда, зачем он ему? Лучше же мокнуть каждый раз, когда будет плохая погода, у него ведь такой прекрасный иммунитет.       Не идти в университет сегодня было не вариантом. Историк закопает его заживо, если тот не явится на зачёт, и ему будет абсолютно всё равно, даже если парень придёт к нему совершенно мокрым. Лишних денег, чтобы воспользоваться услугами такси, у него не было, да и идти-то ему, если подумать, не очень далеко. Минуть дворы, пересечь две дороги, пробежать пару поворотов и он будет в здании.       И вот он, накинув капюшон на голову, уже бежит «получать знания и грызть гранит науки». Кеды почти сразу промокли насквозь, потому что он не мог не наступить ими в лужу — всё вокруг было лужей. Остальная одежда продержалась чуть дольше, но все же потерпела поражение перед льющейся непрерывным потоком водой. Первый перекрёсток пройден удачно — зеленый горел будто специально для него, а вот ко второму он подбежал, когда светофор уже мигал, сменяя цвет на жёлтый.       Эдгар знал, что ждать придётся секунд сорок. Сорок секунд под проливным дождём — это ужасно много, поэтому он только прибавил скорости, замедлившись лишь у начала дороги, чтобы перепрыгнуть особенно большую лужу. Машины пока не начали движение, а значит он должен успеть. Но как только он ступил на проезжую часть, то сразу же толчком был опрокинут на дорогу. Секундная заминка пока он лежал на мокром холодном асфальте дала мозгу понять, что его сбили. Удар пришёлся как раз на ребра, жаль, что это не могло убрать «Жозефину» с них. Черт, ещё и упал так неудачно: ободрал ладонь на левой руке и подвернул ногу, вдобавок одежда стала ещё более мокрой хотя, казалось бы, куда ещё сильнее.       Парень аккуратно приподнялся, отмечая, что люди, оставшиеся дожидаться сигнала светофора, обеспокоенно смотрят на него из-под своих зонтов, но пока что медлят подходить. Черт, как же ноют рёбра. Он точно ничего себе там не сломал? — Куда ты так мчался?! Совсем голову потерял?! — Эдгар только сейчас повернулся, чтобы обратить внимание на машину, что его сбила. Хотя он и не особо разбирался в их марках, мог сказать, что эта явно не из дешевых. Яркие фары цеплялись за фигуру парня, неуклюже держащегося за бок, на чёрном бампере блестели, быстро стекая, множество мелких капель. Он перевёл испуганный взгляд на владельца автомобиля, который как раз и прокричал эти слова, выйдя под проливной дождь. Из-за того, что фары слепили, а мельтешащий дождь ухудшал видимость, он смог различить только размытый темно-зеленый силуэт. — Ты там в порядке вообще? Эй?       Силуэт сделал паузу, так как люди под зонтами начали недовольно роптать на него. «Как он так может, сбил бедного парня, почти размазал по дороге». — Садись в машину! Быстрее! — призывно махнул рукой, и, не дожидаясь ответной реакции, скрылся от дождя за дверцей с водительской стороны.       Эдгар хотел было проигнорировать слова незнакомца, но это звучало не как просьба или предложение, а как самый натуральный приказ. Он нехотя, чуть подворачивая ногу, доплелся до автомобиля, который уже подгоняли, сигналя, стоящие позади другие водители.       Парень только успел аккуратно прикрыть за собой дверцу, как машина тут же плавно тронулась с места. В нос ударил запах дорогого одеколона, сиденье буквально скрипело, сообщая о своей новизне. Музыка в салоне не играла, поэтому звуки с улицы ощущались очень четко. — Я очень надеюсь, что ты живёшь в той стороне, куда мы сейчас едем.       Эдгар так сосредоточился на анализе окружения, что чуть не вздрогнул от неожиданности, когда услышал чужой голос. Он, наконец, перевёл взгляд на самого водителя. Мужчина лет сорока, одетый в строгий темно-зеленый костюм, уже частично промокший, из-за того, что пришлось выходить из машины. Черты лица будто провели по линейке — острые, хищные, а очки в тонкой оправе только подчёркивали эти особенности, как и аккуратная борода. К удивлению, волосы у того были уже седыми, кроме ярких чёрных полос на висках, прочерченных также резко, будто когтями. Парень осознал, что от него все ещё ждут ответа. — Мне… мне не надо домой, — тихо выдавил он. — Могу предложить больницу, — не отвлекаясь от дороги ответил тот. — Нет, мне на зачёт нужно, — увереннее произнес Эдгар. — Похвальное стремление к знаниям, но слишком уж самоубийственное, — усмехнулся мужчина, — Тебе сейчас только в кровать, а никак не на занятия. А мне сейчас на работу, а не в полицию, надеюсь, — сделал он упор на последнее слово.       Вдруг он со злостью выдохнул, и цокнул языком. — Будь добр, протри, — и снова звучит не как просьба, а как требование.       Эдгар, который был занят оценкой тяжести ранений, а особенно разодранной ладонью, в панике начал перебирать варианты того, о чем вообще идёт речь. И только он решился наконец поднять глаза на «собеседника», как сразу осознал, что тот имел в виду очки, которые уже протягивал в его сторону, всё также не отрываясь от дороги.       Парень аккуратно, не касаясь чужой руки, забрал их и отдаленно отметил то, что очки все в каплях воды по его вине, ведь мужчине пришлось выйти из машины именно из-за него.       Недолго думая, он оттянул рукав толстовки, намереваясь протереть им, и только сейчас понял, что он вообще-то весь мокрый. Сидит сейчас такой на дорогом сиденье чужой машины и пачкает его своим присутствием. — А чем…? — Посмотри в бардачке, — немного раздражённо ответил тот.       В указанном месте обнаружилась специальная тряпочка, которой тот и воспользовался, через пару секунд уже передавая очки владельцу. Очень вовремя, так как они как раз остановились на светофоре. Мужчина наконец со вздохом повернул голову в сторону брюнета, окидывая его взглядом холодных зелёных глаз, цепляясь за отдельные детали во внешности. Эдгар ощутил себя совсем беззащитным, так, будто он находится на хирургическом столе, и его готовятся препарировать. — Где ты живёшь? — произнес тот через какое-то время.       Что за странные вопросы? Как будто он будет рассказывать личную информацию первому встречному, да ещё и такому пугающему. Черт! Он ведь совсем забыл, что, вообще-то, его везут домой. Парень смутился и все-таки пробормотал свой адрес. В университете его точно убьют за то, что не был на зачёте… — Не говори глупости, никто не будет предъявлять человеку претензии из-за того, что его сбила машина, хотя и по его собственной вине, — добавил последнюю фразу мужчина уже тише, одновременно изящно поворачивая руль, чтобы заехать во двор.       Ой, про университет он что-ли вслух сказал? Эдгар снова смутился, и не зная куда деть руки, обхватил себя за ребра. Похоже, новый знакомый это заметил, так как кинул быстрый обеспокоенный взгляд на брюнета. — Точно не нужно в больницу?       Он ещё раз оценивающе посмотрел, отмечая кровоточащую руку парня. — Бинт там же, где была тряпочка, только в аптечке. — Да, спасибо… Но в больницу не нужно, я дома лучше полежу, — ответил Эдгар, уже доставая и неуклюже обматывая себе ладонь, обнаруженным бинтом. Только он закончил как машина уже остановилась прямо напротив подъезда парня — пара шагов, и промокнуть не успеешь.       Мужчина со вздохом убрал руки от руля и переложил их себе на колени, одновременно поворачиваясь к парню, внимательно наблюдая за попытками того оторвать лишнюю ткань.       Эдгар весь сжался, и теперь и без того жалкие попытки стали совсем бесполезными.  Видимо, тому надоело ждать, и он, даже не предлагая помощь, сам протянул руки, чуть касаясь ладоней брюнета, и оборвал конец бинта. — Спасибо… Я тогда пойду… — он взялся за ручку двери, — И извини…те за то, что побежал под колеса. — Можно на «ты», не имею в этом смысле предрассудков, — отчеканил мужчина, также собираясь выйти.       Эдгар нервно сглотнул. Неужели пойдёт до двери квартиры?       И будто отвечая на не озвученный вопрос тот произнес: — Хочу убедиться, что ты не рухнешь где-нибудь по дороге.       Да, он и правда дошёл до его квартиры, и даже почти незаметно уставился на её номер, видимо, запоминая, как решил парень. Только вот зачем? — Извини ещё раз, — Эдгар опять чуть не обратился на «вы», но вовремя оборвал себя.       Он уже держался за дверь, намереваясь её закрыть, как вдруг вспомнил, что они даже не представились друг другу. Хотя зачем бы это? Но парень чувствовал, что это очень важно, будто имя нужно для того, чтобы при следующей встрече поздороваться с друг другом. Но какая вообще может быть следующая встреча? — Я Эдгар, кстати, — он чуть улыбнулся, смотря на ещё не уходящего мужчину. — Байрон, — ответил тот, изобразив на лице еле заметный призрак улыбки.       Тут же, будто о чем-то вспомнил, неожиданно резко глянул на свои наручные часы и что-то неразборчиво прошипев, кинулся вниз по лестнице.       «Да, конечно, и тебе пока. Приятно было пообщаться». Эдгар сделал саркастическую мину, закатив глаза. Закрыл дверь.       Байрон… Хм, такого имени у него на теле ещё не было. Брендон, Белла, Берта, даже Бенджамин, но никаких Байронов. Это почему-то даже успокаивало. Наверное, парень не хотел бы, чтобы тот оказался в списке тех, с кем спал его десять раз проклятый соулмейт. Хотя шанс на это, конечно, был не велик.       Интересно, его родственная душа, пропадающая неизвестно где, примерно такого же возраста? Хм, если подумать, у него ещё не было взрослых знакомых, которые бы хоть как-то подходили под этот критерий. Возможно, именно поэтому он и рассматривал сейчас такую возможность. Ну нет, его соулмейт точно не похож на этого мужчину. Байрон не смахивает на человека, который будет так безответственно относиться к поиску пары, оставляя метки на коже своего человека. Стоп, с чего он вообще решил, что у того ещё нет соулмейта? Конечно же он у него есть. Эдгар откинулся на спинку стула, рвано выдыхая воздух. «А вот мой пропадает не пойми где, надеюсь, он хоть не умер».       Телефонный звонок отвлек его от невеселых мыслей. Колетт интересовалась, почему его нет на занятии и угрожала расправой, но узнав, что случилось, сменила гнев на милость, пообещав, что объяснит ситуацию преподавателю.       Правый бок так и продолжал болеть, и на ребрах ближе к низу теперь образовался большой кровоподтек, скрывая собой несколько имён. Но Эдгар знал, что те никуда не исчезли и не собираются. А как только всё заживёт, надписи снова будут резать глаза своим видом. Лодыжку он, похоже, правда подвернул, так как не мог без слез ступить на ногу. Видимо, завтра прийти на пары он тоже не сможет.       Так и получилось. Он пробыл весь день дома, а точнее — провалялся на кровати. И только под вечер засобирался в магазин, так как холодильник порадовать его своим содержимым не мог.       Неожиданный звонок в дверь прервал попытки Эдгара натянуть на ноги вчерашние, уже высохшие кеды. Что ж, было ожидаемо, что Колетт придёт его навестить.       Однако за дверью оказалась совсем не Колетт, а его новый знакомый, всё в том же вчерашнем костюме, держащий в руке пакет из магазина. Парень так и замер, держась за открытую дверь. Кого он точно не ждал ни сегодня, ни когда либо ещё на своём пороге, так это его.       Байрон смотрел на брюнета так, будто впервые видит или просто ошибся дверью. — Собираешься куда-то? — произнес он вместо приветствия. — А… Я думал сходить за едой, — выдал парень словно оправдание, — А ты…чего здесь?       Но тот уже заглядывал брюнету через плечо. — Может позволишь войти? — Да, да…конечно, — отошёл он чуть в сторону, пропуская мужчину.       «Нет, вообще-то, не позволю» — с лёгкой обидой подумал Эдгар, — «Я как раз уже ухожу. Видимо, наглость — его  второе имя». — Как ты собрался идти подбитый? Я, к твоему счастью, уже решил проблему с продуктами, — он разулся и прошёл на кухню, ставя пакет на стул, — В случившемся есть часть моей ответственности, однако виноват все же ты, — сказал он так, будто Эдгар сейчас всячески это отрицал.       Мужчина сел на другой стул около стола и, вздохнув, подпер голову рукой. Только в этот момент брюнет заметил, что тот выглядит, если не измученным, то как минимум очень уставшим. А так сразу и не скажешь, пока тот так себя преподносит. И что предлагаете тут с ним делать? Он явно чего-то ждёт, раз сидит здесь. Что обычно делают с гостями? Он никогда не приводил сюда других людей, ну, кроме Колетт, разумеется. — Может чаю? — наконец дошло до Эдгара. — Кофе, если есть.       Нет — так и хотелось сказать парню, но он, конечно же, этого не сделал. Кто вообще будет пить кофе вечером? Разве что тот, кто не собирается спать этой ночью или очень хочет взбодриться.       Через пару минут Эдгар поставил кружку с кофе перед мужчиной и заварил себе чай. Неловко сел напротив. — Похоже, тебе очень нужно взять отпуск. — Что? — Байрон вздрогнул, оторвав потерянный взгляд от напитка. — Кем ты работаешь, раз так мало спишь?       Тот приложил ладонь к лицу, потер глаза и выдал подобие улыбки. — Серьёзная работа для серьёзных людей. — А если правда? — Судмедэксперт.       Значит, в тот раз, когда Эдгар ощутил, что его чуть ли не препарируют взглядом, он был близок к истине? — Типа режешь трупы? Это как-то жутко. — «Типа» не совсем, — он помешал ложечкой сахар на дне кружки, поднял глаза на парня — Не путай меня с патологоанатом. Я работаю только со сложными случаями: жертвы преступлений, неопознанные тела — всегда пожалуйста. Но я не стою целыми днями над мёртвыми людьми, как ты можешь подумать, — мужчина усмехнулся, — Основную часть дел составляет анализ тканей, биологических материалов, установление причины смерти после результатов экспертизы. Иногда приходится и просто консультировать. Большую часть времени, конечно, занимает бумажная работа: отчёты и прочая чепуха, — он вздохнул так горестно, что стало понятно, насколько эти бумаги ему надоели. — Значит поэтому… В смысле, наверное, приходится быть холодным циником? — Эдгар чуть не выдал совсем другое, но вовремя себя перебил. — А что, произвожу такое впечатление? — тот усмехнулся, все же уловив изначальную мысль парня, — Но, да, в каком-то смысле, так и есть.       Парень аккуратно посмотрел поверх своей кружки на сидящего напротив Байрона, пытаясь прикинуть, какое же все-таки впечатление тот производит. Самоуверенный, даже наглый, слишком устает на работе, значит карьерист, явно не глупый, хорошо ведет диалог, одежда как с иголочки, красивый… Ой. Он смутился, уткнувшись в кружку, но тут же взял себя в руки, наоборот разозлившись на такие мысли.       Эдгар тихо выдохнул, снова подняв глаза на собеседника, и чуть не вздрогнул, встретившись с взглядом холодных зелёных глаз. Всё, о чем он до этого размышлял, сразу вылетело из головы, в эту самую голову сейчас будто пытались влезть, вскрыть череп и достать все потаённые секреты из самых дальних уголков подсознания. Парень так и замер на месте, не в силах оторваться. Это уже явно превышало время зрительного контакта, которое устанавливали элементарные правила этикета. Тот с ними, похоже, почти не считался. Наконец мужчина «отпустил» парня, переведя взгляд чуть ниже, дернул уголком губ. — А знаешь, какое ты производишь впечатление? — произнес чуть с насмешкой.       Брюнет хотел что-то ответить, но ему даже не дали этого сделать, продолжая говорить. — Тихий, замкнутый, скорее всего у тебя мало друзей, но много комплексов… «Спасибо конечно. Очень приятно такое слышать. Он что, просто решил поунижать меня в моем же доме?»  — …однако же ты можешь совершать и безумные или же скорее бездумные поступки, — почти по-доброму улыбнулся тот, — Это довольно интересно, потому что тогда ты становишься непредсказуемым человеком. Кто знает, куда тебя заведут твои эмоции? На что ты решишься в следующий раз? Снова кинешься под машину? Прыгнешь с крыши? Поцелуешь незнакомого человека или убьешь его? — Байрон сделал паузу, заставив брюнета еще сильнее напрячься, но затем расслабленно откинулся на спинку стула и насмешливо вскинул брови. — Я шучу, Эдгар, не воспринимай всерьез. Ты хороший парень. — А, да, ха-ха…смешно, — тот сглотнул, немного успокоившись, и незаметно глянул на часы висящие на стене. Уже довольно поздно, его не хватятся дома? — Тебе ещё не пора?       Прозвучало так, будто парень предлагает ему свалить отсюда. Вот же… Опять он не может нормально выражать словами то, о чем думает. Наверняка, тот сейчас разозлится. «А я ведь даже не сказал спасибо за продукты». — В смысле, я имел в виду, что можешь, конечно, сидеть сколько угодно, я просто… Ну, вдруг тебя там дома ждут, ну, соулмейт твой, — затараторил Эдгар, смутившись.       Похоже, мужчина нашёл это забавным, потому что даже не разозлился. — Нет… Нет, никто меня не ждёт, — усмехнулся он немного грустно, — А соулмейта нет и никогда не было. Хотя, как оказалось, до некоторых пор тот просто не проявлялся.       Что это за соулмейт такой? Может, ещё ребёнок? Нет, тогда было бы совсем странно. Что ж, это все равно лучше, чем постоянное появление имён на теле, наверное. — Ладно, я и правда, пожалуй, пойду, не буду тебя стеснять своим присутствием, — поднялся он с места.       Что это вдруг стал таким вежливым? А вначале ввалился в квартиру, будто она его — подумал парень и поймал себя на мысли, что сейчас, в общем-то, не был бы против, если бы мужчина ещё задержался. Но тот уже выходил за дверь. — А, да, чуть не забыл, — он обернулся уже на пороге, — Дай свой номер, на всякий случай. И мой тоже запиши.       Эдгар даже не задумался над тем, зачем вообще это нужно, просто выполнил просьбу (опять же больше похожую на требование). — Ещё увидимся? — выдал парень прежде, чем хоть как-то обдумать, что вообще говорит. И тут же широко раскрыл глаза от испуга из-за того, что выдал в точности то, о чем думает, прямо как ребенок.       Байрон, однако, лишь коротко усмехнулся: — А ты бы хотел?       Но, не дожидаясь ответа, вновь резко посерьёзнел, вот так просто, будто кто-то нажал переключатель. И кинув на прощание: «Спасибо за кофе», скрылся в подъезде. — А… И тебе спасибо…! — парень не успел продолжить фразу, поэтому закончил уже совсем тихо, — …спасибо за продукты.       И что это сейчас было? Все точно из-за его дурацкого вопроса. Надо же было все испортить. Эдгар закрыл глаза рукой, тихо выдохнув. Ну, хотя-бы номерами обменялись. А…зачем? Парень представил, как звонит мужчине, а тот берет телефон, как раз склонившись и осматривая очередного жестоко убитого человека. «Как дела?» и «Что делаешь?» здесь были бы совсем не уместными. А когда вообще уместно ему звонить? Он ведь выглядит так, будто занят просто 24/7. Брюнет почти не сомневался, что тот и сегодняшнюю ночь посвятит работе. Стоп, а его вообще должно это волновать? Определённо нет, он ведь ему никто: ни друг, ни родственник, ни уж тем более соулмейт. Просто парень, который кинулся под колеса.