Не обязан

Спустя две недели: Сергей оказался не так уж и невыносим. Многие мужья не отпускали омег из дома, ведь они могли сбежать или завести любовника, а Сергей разрешил Диме выходить из дома уже спустя две недели разлуки. За это время они успели пожениться, а обо всём остальном должен рассказать сам Димка. Встречу назначали с телефона Серёжи, так как своего у парня теперь нет. — Привет! — прокричал Антон на всех парах сшибая с ног друга. Весенний день дарил хорошее настроение, хотя бы потому, что наконец выглянуло солнышко. Всё вокруг активно зеленело, а ребята потихоньку стекались из домов во дворы. Пока мальчики обнимались, Паша смотрел на это и докуривал сигирету. Потом он, к слову, тоже присоединился к обнимашкам. — Ну что, как дела? — начал Антон. — На самом деле… Плохо. Я… — он замялся, начал дёргать края футболки и запрокинул голову назад. — такое мерзкое чувство, я ведь его совсем не люблю, а уже… Мне так противно после каждого раза! Хорошее настроение от встречи и погоды сменилось на жалость и злость, что помочь они никак не могут. — А… У вас уже было? — положил руку на плечо друга в знак поддержки Паша. — Да, сразу после свадьбы в брачную ночь первый раз. Я сопротивлялся, но ему было плевать, абсолютно! Он очень холодный и грубый. Несмотря на мою явную неприязнь, это — мой муж, я бы хотел, чтобы он со мной хоть раз попытался заговорить.  Парни молчали изредка переглядываясь между собой. Поддерживать людей, особенно в таких ситуациях, очень сложно. Вот что они могут сказать? Всё будет хорошо? Как глупо. Но знали они друг друга как облупленных, Дима знал, что слов поддержки не получит, а поэтому просто пришёл выговориться. А мальчики понимали, что говорить что-либо не нужно, можно просто выслушать, обнять, и свести разговор в другое русло.  — А ещё мне жутко скучно. Раньше я с вами тусил, в школе пол дня проводил, в телефоне зависал, а теперь что? Нет вас, нет школы, нет телефона. В доме мне общаться не с кем. Там есть прислуга, но они и посмотреть в мою сторону боятся! Он мало того, что со мной не общается, так ещё и на работе с утра до ночи. Утром встаю — его нет, а когда приходит, то просто молча ужинает, идёт дальше работать и ночью… Ах! Как мне мерзко, как к такому можно привыкнуть? Проговорили они часов пять, удивительно, но за две недели накопилось много тем для обсуждения. В итоге, заев весь пиздец накопившийся за это время, они начали беззаботно болтать о других, менее мрачных вещах. Всё же, когда друг сидит дома и лезет на стены от нечего делать, то нужно отменно провести время. Сергей разрешал встречаться с друзьями раз в две недели. Надо ли говорить, что парни были возмущены. Им хотелось проводить время вместе каждый день, как раньше. С помощью уговоров Димы, что всё будет нормально, что это точно безопасно, Антон и Паша получили новый адрес проживания друга. Вечером за Димой приехал Сергей в солнечных очках на том же жёлтом кабриолете. Он действительно не проронил ни слова, а с его появлением Димас заметно потускнел. Быстро распрощавшись, он сел в машину и уехал в уже известные ребятам дали. В машине прикольно. Обычно очень укачивает из-за ужасного запаха или вонючек, а здесь всё продувалось. Молчание стало слишком напряжённым из-за выражения лица Серёжи. Тут он не выдержал: — Я тебе не нравлюсь? — с напором спросил он не поворачивая на Диму головы. Сказать, что парень опешил, это ничего не сказать. Глаза грозились выкатиться из орбит, а брови — уползти на макушку. — С чего вы это взяли? — тихонько и с неким испугом спросил Позов. — Ты думал, что я так наивен? Думал, что я просто так отпущу своего ненаглядного гулять Чёрт пойми куда? Ты ошибаешься. В рюкзаке у тебя и маячок и прослушка. А теперь объясни, кто сор из избы выносит? — П-простите… — с бедного подростка семь потов сошло. Ему бы возмущаться, что кто-то лезет в его личное пространство, но это даже в голову не пришло, только страх. За жизнь. — Цветик, — на пробке он остановился и наконец посмотрел на парня, ну, как посмотрел, в солнечных очках это не совсем то. — если я тебя чем-то не устраиваю, надо говорить мне, а не своим дружкам, понятно? — Дима судорожно закивал. — кстати, один из них альфа? — Н-нет, вам наверное показалось. — Ложь! Не смей мне лгать! У тебя ведь такое красивое личико, ему не подойдут синяки, да? — Угу… — Так что ж ты меня провоцируешь? Тебе повезло, что я у тебя добрый, разрешаю общаться с друзьями, не бью, да тебе несказанно повезло со мной, дружок. Но есть одно но. — Какое? — Я не хочу, чтобы у тебя появлялись соблазны на измену, а там как раз альфа под боком… Понимаешь, к чему я веду? — Эм, мне нельзя общаться с Пашей? — Ну что за умничка! Ты ж мой золотой, правильно. Ты ведь не против? — когда на тебя смотрят с таким взглядом, то единственное, что тебе остаётся это ответить «да». Приехав домой, Серёжа как обычно ушёл к себе в кабинет, а Дима остался в их комнате. Плакать не хотелось, ничего не хотелось. Почему какой-то человек смеет контролировать твою жизнь? Почему кто-то имеет право тебя продавать? Почему ты кому-то что-то должен? Осталась некая пустота внутри, а представляя то, что придётся делать ночью, вообще начинало выворачивать. Единственное, что скрашивало безрадостные дни было ожидание обещанного сюрприза от друзей. Они взяли адрес, чтобы наведаться к другу в новый «дом». И вот, на следующее утро они уже исполнили обещание. Дима сидел во дворе. Единственное развлечение — читать. Сад красивый, садовник старается каждую неделю. Росли и яблони, и вишни, и цветы цвели, и газон идеально ровный, и даже маленький фонтан посередине этого великолепия. Около забора с виноградной лозой стояли садовые качели на двоих персон белого цвета. На качелях покачивался парень с какой-то большой коричневой книгой в руках и сосредоточенным лицом слегка хмуря брови. Неожиданно в сад залетел бумажный самолётик. Повернув голову, Дима заметил стоящих по ту сторону забора друзей. — Ребята! — он подбежал к забору и просунул руки для приветствия. — Привет! — как всегда с улыбкой до ушей пожал руку Антон. — Привет. — с немного блаженным и расслабленным лицом поздоровался Паша. — А заходить нельзя? — осмотрелся в поисках калитки Шастун. — Ну, у меня ключа нет, но у нас новый дворецкий, просто отвал бошки, я с ним болтаю, он добрый и все дела, может даст ключ, я щас. Дворецкого звали Стас. Ему было жаль Диму, и, не смотря на то, что остальные жильцы дома просили с ним не общаться, он не сдержался. Дима был очень доволен наконец найти собеседника в этой холодной и безрадостной реальности. Поднявшись на второй из трёх этажей дома, Позов постучал в комнату Стаса. — Войдите, — раздалось из-за закрытой двери. — Стас, привет, это я, — решил обозначить Дима видя, что дворецкий копается в шкафу не поворачивая голову. — У меня просьба есть одна… — Так? — наконец посмотрел на парня мужчина. — Ты можешь не рассказывать об этом Сергею? — Так, если это что-то криминальное, то у меня есть связи в полиции, а если нет, то разумеется. — Супер! Ко мне друзья пришли, посидеть час другой хотели, а войти не могут, дашь ключ от калитки? — Ого, друзья — это круто, конечно, секунду… — Стас опять нырнул в угловой шкаф и вылез уже со связкой ключей, что прилетела прямо в руки Диме. — тот, что с чёрной ручкой. — кинул он вдогонку убегающему парню. — Спасибо! Позов сбежал окрылённый по лестнице и выбежал на улицу. Ребята стояли на том же месте что-то бурно обсуждая. — А вот и ключ, — открывая калитку с венделями улыбнулся Димас. Ребята проследовали вглубь сада. И дом, и сад, и беседка, и веранда… Всё выглядело красиво, дорого и изысканно. Если бы парни не знали, как это место ненавистно другом, они бы восхитились. Кое-как уместившись на качелях, лишь благодаря тонкости Антона, они разговорились. Когда времени до прихода Серёжи оставалось два часа, Дима затронул волнующую уже давно тему. — Мне боязно, что я забеременею. — В смысле? — нахмурился Пахун. — Ну… У меня скоро это самое, а его это вряд-ли остановит, и он никогда не предохраняется… Я не хочу детей. Ни в шестнадцать, ни во сколько! — А… Он говорил, что хочет детей? — приобнял Диму Пашка. — Ну, вообще, нет, но я думаю, что хочет… — Он об этом не говорил, так что ты не можешь знать наверняка, может он тоже спиногрызов не желает. — приободрил его Шаст. Просидели они где-то с час, а потом разошлись. Позов искренне надеялся, что никаких камер на него не направленно, что никаких проблем из-за этой встречи не будет.