Тактика прикосновения

      Все надежды Какаши посыпались как стеклянные осколки разбитого зеркала. Копирующему ниндзя ничего не оставалось, кроме как намекнуть. Но с чего он взял, что Наруто его поймёт? Так что вместо того, чтобы по шажочку приучать его к ненавязчивым прикосновениям, Наруто даже не обращал никакого внимания на сенсея. Их разговор сводился к рутинным домашним делам: кому надо вынести мусор, кто сходит в магазин за маслом, на какое время ставить будильник и так далее.       Хатаке помнил, какое странное чувство теплоты и предвкушения встретило его, когда Наруто согласился пожить с ним в одной квартире. Он был уверен, что узнает своего ученика с других сторон и, в свою очередь, даст ему лучше узнать себя.       — Но я как ребёнок, понимаешь? — обратился Какаши к Ируке. — Цепляюсь за каждую возможность обратить на себя его внимание. И, как трус, сбегаю при любом проявлении его внимания ко мне.       Ирука с еле слышным скрипом откинулся на кресле, обшитым кожей. Скрестил руки на груди и принялся наблюдать за тем, как беспомощно бегают глаза Какаши по меню.       — Что за дорогой ресторан? Я хотел тихо посидеть в кафе, выпить чего-нибудь крепкого. — недовольно выдавил он и заметил, как друг кинул на него презрительный взгляд, — Крепкого кофе, я имел ввиду.       — Что будете заказывать?       Какаши откликнулся на юношеский голос и в изумлении поднял голову.       — А тебе идет белый фартучек. — засмеялся Ирука, приветствуя Наруто одобрительным похлопыванием по предплечью.       — Это, — Какаши показалось, что мальчик на секунду запнулся, — рабочая форма заведения, — проговорил он, опуская взгляд на свой пустой блокнотик. — Так что берем? — с улыбкой продолжил он.       Ирука прошёлся пальцем по списку горячих блюд и выбрал самое дешёвое, но самое питательное. По крайней мере, так уверял он сам. А Какаши заказал рамен с острым бульоном. Наруто как-то хвалил это блюдо. Но сам мальчик нагнулся к сенсею и прошептал, что в Ичираку-рамен делают вкуснее, чем здесь. Какаши откашлялся и продублировал заказ друга. И Наруто ушел.       — Я ненадолго, — кинул Хатаке и поспешил в уборную.       Он остановился возле окна, из которого виднелись высеченные на скале лица четвёртого и пятой Хокаге. Солнце стремительно катилось за горизонт и осенняя серость захватила Коноху. Теперь казалось, что она была скрыта не в листве, а в сумраке и тёмных вечерних облаках.       Какаши завернул за поворот, чтобы их столика не было видно, и заметил Наруто, идущего к сотрудническому отделу. Он увидел сенсея и уж было прибавил шаг, но Какаши припер его к столику, стоящему у стенки. Джинчурики к своему сожалению почувствовал, как его рука, облокотившаяся на стол для удержания равновесия, подвинула разноцветную стеклянную вазу в форме ракушки к краю стола, и как второй упёрся в грудь сенсея. В голове завертелся поток мыслей, о запахе сенсея, который Наруто так любил, о том, сколько стоит эта шикарная ваза, точнее оставшиеся скоро от нее одни осколки, о том, почему же его зажимают и почему так хочется скорее сбежать.       Наруто завёл Какаши ещё тогда, когда шептал ему на ухо в симпатичном белом фартуке. И Хатаке использовал это для того, чтобы решиться с ним поговорить.       — Может хватит бегать? Давай всё обсудим.       — Что нам обсуждать? — чуть ли не рявкнул Наруто.       Он испугался разгоревшегося внутри тела огня, такого сильного и необузданного, как будто спичку кинули в лужу керосина, и оттолкнул Какаши сильнее ожидаемого. Учащённое дыхание ученика Копирующий ниндзя воспринял как приступ злости, но вместо нахмуренных бровей на лице Наруто лежала лишь еле заметная тень ошеломления. Какаши уж было протянул к нему руку, чтобы успокоить, как звон посуды и шум воды слились в один нескончаемый шум.       — Прижми меня так...еще раз, — послышалось Какаши и сердце будто укололо иглой.       — Что?       — Эй, ты, златовласый, поди-ка сюда! — послышалось из кухни и зрачки Наруто резко сузились до первоначального состояния.       Только теперь Какаши понял, как жадно они смотрели друг другу в глаза, пытаясь отыскать там правду и их настоящие желания. Какаши застыл как камень в том же положении, когда Наруто уже пропал из виду. Он понимал, что тонет. Не может оторваться, даже когда бездонный бушующий океан уже исчез из-под его ног. Вытолкнул его на берег и скрылся за линией горизонта.       Наруто выбрал правильную тактику. Возможно он только притворяется, что стратегия для него ничто и он никогда в ней не разбирался. Какаши был уверен: Наруто Узумаки хотел его спровоцировать. Для этого ему потребовалось неожиданно отстраниться и ждать, пока Копирующий Ниндзя не попытается сам исправить ситуацию. Только вот началось всё это с другой целью и результат стал не таким.       Ирука не дал дельного совета. Наверное не стоило вообще начинать этот разговор — он не одобрял растущее в Какаши чувство уязвимости. А может быть, дело было вовсе не в этом.       Какаши спрыгнул на крышу двухэтажного дома, откуда виднелась скала. Отсюда доносился еле ощутимый запах корицы: рынок недавно закрылся. Он потёр в руках кусочек нежно голубой ткани, убрал с неё ниточки и вздохнул.       — Я не заметил, как привязался к нему. Это из-за того, что Наруто твой сын? — Какаши помедлил и продолжил про себя, — Не знаю. Я бы многое отдал, чтобы вернуть тебя к жизни.       Как бы всё сложилось, если бы тогда лис не напал на деревню? Очевидно. Кушина и Минато вырастили бы отличного мальчика в любви и заботе. А он может и не захотел бы никогда быть хокаге. Детские травмы помогли ему стать сильным и девятихвостый демон теперь неотъемлемая его часть. А что Какаши? Он бы так же разгуливал по Конохе неспешным шагом, засунув руки в карманы, и так же грустил по своей команде, мысленно благодаря их за всё то, что они сделали и чего не сделали.       Наруто не появлялся дома несколько дней. Он усердно работал на новой работе и откладывал деньги. У него даже не оставалось времени на миссии, за которые в теории должны были давать награду куда больше. Хозяйка ресторана ценила этого работника — он был выносливым, быстрым, податливым и всегда улыбался гостям. А джинчурики каждый раз выходя в зал, боялся, что придет Какаши, так как улыбаться сенсею вовсе не хотелось.       — Эй, Наруто, учителя устраивают праздник для отрядов в честь выпуска. — Сакура отловила друга возле барной стойки, откуда можно было следить за входом в ресторан, — Скоро все команды распадутся, а наши учителя уже не будут нашими учителями.       — Это случилось уже давно. Почему они решили устроить праздник только сейчас?       — Нууу лето выдалось очень жарким. Да и работы было много. Ну так что, пойдём?       Сакура была в радостном расположении духа. Это могло означать, что Саске навестил её.       Эх, упрямый Саске! Наруто хотелось уничтожить его за то, как он играет на чувствах их подруги. Любовь такой прекрасной куноичи Учиха должен был ещё заслужить!       Джинчурики выдохнул и злость спáла. В груди до сих пор колыхалось чувство восторга с того раза, как Какаши посещал заведение. Оно разгорелось ярким пламенем, стоило Наруто увидеть учителя у входной двери. Мальчик схватил Сакуру за руку и спрятался за углом. Теперь одного выдоха чтобы успокоиться было недостаточно — Наруто судорожно глотал воздух, чтобы потушить пожар внутри, но пламя разрасталось всё больше и невыносимо жгло сердце. Узумаки задержал дыхание.       — Ты чего? — пролепетала Харуно, протягивая к другу руку.       Она следила за тем, как успокаивается её друг, а затем осторожно выглянула из-за стены и Наруто заметил расплывающуюся недобрую улыбку на ее лице. Дёрнул Сакуру назад, что бы Какаши её не увидел и прислушался к шагам.       — Извини, — обратился бархатистый низкий голос к бармену, — не подскажешь где Наруто?       Бармен хмыкнул и, нехотя отрывая одну руку от чистки бокала, указал на светловолосого. По направлению его пальца Какаши видел только стену. Узумаки мысленно выругался на Сая и на цыпочках пошел вдоль стеночки. Конечно он не успел. Либо его услышали бы, либо словили с поличным.       — Какаши-сенсей, — неловко протянула Сакура, пряча руки в замок за спиной.       Он поймал Наруто взглядом и тот остановился, сощурив глаза.       — Он меня выгонит, я не плачу за коммуналку уже второй месяц, — прошептал джинчурики рядом стоящей куноичи.       — Ты что, сдурел?       Наруто не понял, что она имела ввиду. То ли то, что он работает здесь целыми днями и не может вернуть долг, то ли то, что Какаши святой человек и на такое не способен. Возможно, и то и другое.       — Доброе утро, а мы тут обсуждаем с Наруто вечеринку.       — Хорошенькое дело, а работать кто будет? — Какаши улыбнулся и потрепал Сакуру по волосам.       Со стороны это выглядело так нежно и мило, что Наруто самому захотелось пощупать мягкие волосы Сакуры. Но потом он снова взглянул в глаза Какаши и его пронзил холод его тёмных глаз.       — Наруто, ты кажется забрал мои ключи. Я пришёл за ними. И поторопись пожалуйста, потому что сейчас квартира открыта.       Джинчурики спохватился как белка в колесе и побежал в служебную комнату за своими вещами.       — Кажется, дело не только в этом, — сказала Сакура, мгновение назад окинув сенсея подозрительным взглядом.       — О чем это ты?       — Вы злитесь за что-то на Наруто? Оу, поверьте, он отдаст деньги за квартиру как только соберет их!       Какаши нахмурил брови и увидел возвращающегося Наруто за её спиной.       — У меня нет ваших ключей, Какаши.       На секунду по его лицу можно было прочитать фразу «Как это?», но в следующее же мгновение сенсей скрылся из виду. Сакура с Наруто переглянулись и рванули следом за ним, игнорируя останавливающие крики Сая.       Они не смогли догнать Хатаке, однако нашли его копошившимся в своём кабинете в квартире. Эта комната была единственной, куда Какаши не разрешил соваться Наруто. Он позволил ему войти даже в своё сердце, сам того не замечая, но кабинет остался никем нетронутым. Поэтому, когда Сакура решительно ступила к сенсею, Узумаки остановил её, схватив за руку. Та изумлённо посмотрела на него, но Наруто не обратил на это внимание. Он осторожно заглянул внутрь комнаты, как будто от туда должно было вылезти приведение, и спросил, что произошло.       — Украли. — процедил сквозь зубы Какаши, прекращая рыскать в полках. — Ключи и документ.