Разрыв

—Я до сих пор помню наше с тобой знакомство.Это было словно во сне.Твои волосы,твои глаза... Всё это было будто сказка. «На маскараде было шумно и оживленно — гости в разнообразных нарядах, сверкающие маски, хрустальные бокалы, наполненные шампанским, переливающиеся под мягким светом люстр. Фёдор Достоевский, молодой и амбициозный, пробирался сквозь толпу, наигранно улыбаясь своим знакомым и кивая тем, кто пытался завести с ним разговор. Он не любил подобные сборища, но маскарад был для него скорее удобной возможностью завести полезные знакомства. И вот, остановившись на миг у одного из столов, он заметил её. Красноволосая девушка с бокалом шампанского, стоящая чуть поодаль, привлекла его внимание. Она выглядела совсем юной, но уверенной и грациозной. Глубокие карие глаза изучали зал с лёгкой скукой, а свет от люстр, играя на её лице, придавал ей немного загадочности. Фёдор, скрывший свою заинтересованность за вежливой улыбкой, не мог не подойти к ней. Они обменялись парой фраз, и разговор продолжился, будто они были давно знакомы. Через какое-то время, чувствуя, как тянет её к себе, он задал ей вопрос: — Вы умеете танцевать? — произнёс Фёдор с лёгким наклоном головы, в его взгляде читалась лёгкая улыбка. Юко чуть приподняла брови и, допив своё шампанское, ответила с лёгкой насмешкой в глазах: — Фёдор, думаю, нам можно и на «ты». Я не вижу большой разницы в возрасте между нами. Фёдор усмехнулся. Её слова его не разочаровали, а наоборот, заинтриговали ещё больше. — Прекрасно сказано, — отозвался он, чувствуя, что ей не так просто произвести впечатление. — А что насчёт танца? Юко слегка склонила голову, словно задумалась, прежде чем ответить: — Я давно не танцевала, возможно, немного подзабыла движения. Фёдор улыбнулся и протянул руку. — Я напомню. — Это приглашение на танец? — Скорее всего. Юко посмотрела ему в глаза, задержав на миг взгляд, после чего, сдержанно улыбнувшись, взяла его руку. В этот момент её глаза блеснули искрой любопытства, словно она и сама была не прочь испытать что-то новое. Они вышли на танцпол, и под мелодию вальса их движения слились в лёгкий, изящный танец. Фёдор не мог отвести взгляда от её лица. Долгие красные волосы плавно скользили по её плечам, обрамляя хрупкую фигуру, а её карие глаза смотрели на него с каким-то тихим, едва уловимым огнём. Вокруг них кружились другие пары, но для него будто никого больше не существовало. Однако, заметив заинтересованные взгляды со стороны мужчин постарше, он на миг отвёл взгляд. — Они смотрят на нас, словно на мясо, — тихо прошептала Юко, коснувшись его плеча, будто бы защищаясь от окружающих. Фёдор взглянул на неё с пониманием: — Ты тоже видишь их взгляды? Она чуть кивнула, с лёгким пренебрежением в голосе: — На прошлых вечеринках они хотели потанцевать со мной. До твоего прихода они также просились, но получили отказ. Они мне противны. — А я? — спросил он мягко. Юко улыбнулась ему с лёгкой насмешкой: — А ты молодой и красивый. Конечно же, ты мне не противный. В этом взгляде, полной тёплой игривости, Фёдор понял, что не просто хочет защищать её, но, возможно, обрёл в Юко близкую душу, способную быть его союзником. Через неделю после маскарада Фёдор, собравшись с мыслями, пришёл к Эйсу, дяде Юко, чтобы предложить союз. Эйс, человек сдержанный и настороженный, выслушал его предложение с бокалом вина в руках, несколько секунд молча переваривая услышанное. — Фёдор, ты понимаешь, что она ещё слишком юная для этого? Даже я ещё не поручал ей дела из Мафии, — наконец произнёс он, его голос прозвучал как предостережение. Фёдор не колебался ни на секунду: — Я прекрасно это понимаю. Поэтому я обещаю защищать её, несмотря ни на что. Тем более что она.. — Дядя Эйс... — голос Юко, вдруг раздавшийся из коридора, заставил их обоих обернуться. Она стояла там, с лицом, наполненным решимостью, и тихо, но твёрдо заговорила: — Я понимаю, что это опасно для меня, но... как каждый ребёнок, я хочу свободы. Я очень благодарна вам, что вы воспитали меня после убийства моих родителей. Но я не хочу больше быть на корабле. Я понимаю, что для меня так будет безопасней... Фёдор, ощутив, как желание защитить её охватывает его с новой силой, завершил её мысль: — Но теперь её безопасность буду гарантировать я. В моей корпорации Юко будет окружена молодыми людьми, которые не старше двадцати лет. Для неё это будет более комфортная обстановка. Юко кивнула и добавила с грустью: — На корабле у меня нет друзей. Лишь слуги и иногда гости. Топаза можно считать другом, но он — слуга, и он не имеет свободы. Эйс, вздохнув, поставил пустой бокал на стол. Он молчал несколько минут, но, наконец, посмотрел на неё с грустью и лёгкой улыбкой: — Юко, пообещай, что будешь часто меня навещать, и если окажешься в опасности — сразу же сообщишь мне. — Обещаю, дядя, — ответила она, обнимая его. Эйс повернулся к Фёдору и, сдерживая тревогу, проговорил: — Фёдор, сделай мою девочку счастливой. Фёдор кивнул, ощущая ответственность за это обещание и зная, что впереди его ждёт трудный путь.» Прошло два года, как Юко оставила прошлую жизнь на корабле и начала работать в корпорации вместе с Фёдором. За это время она многому научилась и стала более самостоятельной, смелой и сильной. Она всегда могла положиться на Фёдора, который был для неё надёжным другом и поддержкой. Но её сердце по-настоящему принадлежало другому — её возлюбленному Тору, с которым она разделяла самые сокровенные моменты своей жизни. Фёдор давно заметил, как Юко светилась рядом с Тору, и был рад за неё, даже если это вызывало у него лёгкое чувство ревности. Он знал, что не может заменить ей Тору, и принимал это с пониманием. Но всё изменилось, когда Юко вдруг пропала из его жизни на несколько дней, не отвечая на звонки и сообщения,что начало вызывать у него сильное беспокойство.Поэтому он решил её проведать.

***

В квартире послышался звонок в дверь. — Юко? Ты дома? Фёдор, сдерживая беспокойство, открыл дверь её квартиры и осторожно зашёл внутрь. Как только он ступил на порог, его встретил образ полного беспорядка. Кухонная утварь была разбита, ножи и посуда раскиданы по всему полу, а на полу среди осколков и пыли лежали разбитые рамки с фотографиями. Одна из них привлекла его внимание: на ней были Юко и Тору, счастливые и улыбающиеся, но теперь стекло было разбито, а уголок снимка чуть погнулся. Фёдор нахмурился, чувствуя, как тревога в его сердце нарастает. Он быстро пошёл по коридору, проверяя комнаты, пока, наконец, не добрался до спальни. Открыв дверь, он застыл. Перед ним на кровати лежала Юко. Она сгорбилась, её тело мелко дрожало, а лицо было уткнуто в подушку, которая была полностью пропитана слезами. Он осторожно подошёл к кровати и сел рядом, сдерживая вздох. Он видел её сильной и уверенной, но сейчас перед ним была разбитая и измученная горем девушка. Он тихо протянул руку и аккуратно положил её на её спину, чтобы хоть как-то показать, что он рядом. Юко не реагировала, поглощённая своим отчаянием. Её плечи продолжали дрожать от рыданий, и каждое её движение словно било по сердцу Фёдора. На миг он закрыл глаза, вспоминая их знакомство. Тогда она была полна энергии, её глаза светились решимостью и жаждой свободы, но что он видел сейчас? Человека, который утратил что-то бесконечно дорогое. Спустя несколько минут он, наконец, решился позвать её: — Юко, милая, что с тобой случилось? Она вздрогнула от его голоса и медленно повернула к нему лицо, бледное и утомлённое, с покрасневшими глазами. На миг её взгляд помутился, а затем она поняла, что перед ней был Фёдор. Она тут же отвела взгляд, вытирая слёзы рукой, но это не помогло скрыть следы слёз, и тогда Фёдор протянул ей салфетку. — Дост… что ты здесь делаешь? — её голос звучал хрипло и безжизненно, так непривычно для неё. Фёдор осторожно улыбнулся, не отводя от неё тёплого взгляда. — Я писал и звонил тебе, но ты не отвечала. Я начал волноваться и решил навестить тебя. Юко медленно вытерла лицо салфеткой, но тут же выбросила её, опустив взгляд. В её глазах мелькнуло что-то похожее на стыд или даже отчаяние. — Прости… мне жаль, что ты увидел меня такой. — Её голос был едва слышен, словно бы он прорывался сквозь её боль. Фёдор, почувствовав её состояние, мягко наклонился ближе, чтобы заглянуть ей в глаза. — Всё хорошо. Просто скажи мне, что произошло. Тебе больно? Юко долго молчала, а потом её губы дрогнули, и она прошептала, не поднимая головы: —Тору… он оставил меня! — её голос сорвался. — Теперь он с другой! Юко почти кричала, вся её боль выплёскивалась наружу. Она закрыла лицо руками, не желая, чтобы кто-то видел её такой разбитой. Фёдор, заметив, как её плечи снова затряслись, мягко положил руки на её спину, стараясь успокоить. — Цсс… успокойся, — тихо произнёс он, поглаживая её по плечам. — Он не стоит такой, как ты. Ты заслуживаешь большего, чем кто-то вроде него. Юко с трудом подняла голову, пытаясь успокоиться, но её дыхание всё ещё было прерывистым. В это мгновение она вдруг заметила что-то странное в его глазах — словно он говорил не только о ней, но и о себе. — У меня почти такая же ситуация, — прошептал Фёдор, всё ещё обнимая её. — Что? — удивилась Юко, задержав дыхание. Плач на мгновение утих, и она всмотрелась в его лицо, ища объяснения. Фёдор вздохнул, и на его лице мелькнула тень сожаления. — Агата… мы расстались. Юко невольно вздрогнула. Она знала Агату, ту самую англичанку, которая с самого начала была союзницей Фёдора. Агата появилась в их жизни чуть позже, когда корпорация «Крысы Мёртвого Дома» уже существовала. Юко долго ревновала Фёдора к этой девушке. Сначала она пыталась не показывать свои чувства и даже начала отношения с Тору— парнем, который давно добивался её расположения. Тору был сыном одного из партнёров Эйса, мафиози с не слишком хорошей репутацией, но Юко закрыла на это глаза. Его уверенность, а иногда и наглость казались ей чем-то новым и интригующим. Ей хотелось почувствовать себя нужной и любимой, и ради этого она заглушила в себе те чувства, которые испытывала к Фёдору, ведь тот на тот момент был увлечён Агатой. Но теперь, сидя рядом с ним, она ощущала, что всё это притворство было лишь игрой. Тору ушёл к другой, а у Фёдора оказалось что-то похожее в отношениях с Агатой. Теперь между ними больше не стояли ревность и скрытые чувства, и в какой-то степени они были снова ближе друг другу. — Как это случилось? — робко спросила Юко, ей хотелось понять, что же привело к такому повороту. Фёдор откинулся на спинку кровати, задумчиво глядя в потолок, прежде чем ответить: — Я начал замечать, что она использует меня для своих целей. Её интересовало слишком много, особенно касательно корпорации. Она не раз пыталась выведать информацию, задавала вопросы, которые ей не следовало задавать… Агата хитрая, но слишком очевидно играла. Я понял, что она преследует не те интересы, которые сначала показались мне важными. Юко посмотрела на него с недоверием, чувствуя лёгкое облегчение, ведь у неё всегда были подозрения касательно Агаты. — Тебе ведь она не нравилась, правда? — спросил Фёдор, искоса взглянув на неё. Юко тут же сделала вид, что не поняла, о чём он говорит. — Что? С чего ты взял? Фёдор улыбнулся, его взгляд был немного лукавым, но в то же время серьёзным. — Я давно заметил, как ты на неё смотришь. Понимаю, ты всегда сторонилась её. И, знаешь, не зря. Юко вздохнула, признавая его правоту, хотя и неохотно. Она была рада, что между ними больше нет недомолвок, и впервые за долгое время почувствовала, что рядом с ней тот самый Фёдор, с которым она может быть честной. — Спасибо, что ты здесь, — тихо сказала она, снова уткнувшись ему в плечо. Он лишь крепче обнял её, чувствуя, что в этот момент она наконец смогла разделить с ним своё горе.