Emotional exhaustion

Я сама создала себе проблемы, так что у меня нет права жаловаться.

***

      С каких пор я стала ненавидеть своё тело?       Буквально всегда — нет какой-то границы между «люблю/не люблю» себя, есть только одно состояние — не могу терпеть своё отражение и чувствую себя чужой в этой оболочке. Я всегда не нравилась самой себе, мне хотелось быть худой — худоба ассоциировалась у меня с красотой, успехом в выборе своего партнёра, достижением желанного, здоровьем.       Один близкий мне человек все детство твердил: «Тебе бы похудеть. Ты не красивая. Томоко, тебе надо измениться, если хочешь, чтобы тебя полюбили», — и это въелось в кожу, просочилось куда-то дальше и осталось там. Мне было восемь, и уверена, что, опять же, не заслужила таких слов и пожизненной ненависти к себе. Этот близкий для меня человек — мой старший брат, в один момент стал диктатором: решил, что может пользоваться моей слабостью, решил, что у него есть неограниченная власть надо мной и моими чувствами. Я начала всё глубже и глубже погружаться в себя, ненавидеть отражение в зеркале и тем самым закопала себя в эту бездонную яму «РПП», из которой вылезти здоровым — почти не возможно. Однако, всё не так плохо, если ты выявил свою проблему, осталось же только от неё избавиться, правда? Но это невозможно. Я уже давно погрязла в этом болоте и чтобы спастись, мне нужен кто-то, кто протянет руку помощи. Но увы, такого человека ещё не нашлось, поэтому остаюсь здесь.       Сначала ты не понимаешь, где оказалась. Почему так хочется стать лучшей версией себя? Откуда такое вдохновения? Но понимание, какой ценой — свалится на тебя позже.       Начало этих бесконечных американских горок кажется не таким уж и страшным, но чем дальше, тем больше вероятность упасть с высоты. «Я всего лишь сброшу пару килограммов, ничего страшного, это во благо самой себе».       И не успеваешь опомниться, как становишься пешкой, которой управляет жгучая ненависть, заставляя «измениться в лучшую сторону»: приходится запрещать есть какие-либо, как все говорят, «не полезные» продукты, следить за количеством съеденного. Ты заучиваешь составы и энергетическую ценность большинства продуктов — становишься заложником своих же проблем с головой или накрученного кем-то мнения. А все ради чего? Ради того, чтобы похудеть? Но любой здоровый, любящий себя человек поймёт: тут что-то не так. Тут явно что-то не так…       Зависимость — вот что. Я стала обсессивно озабоченной своим весом, больной девочкой, преследующей одни и те же цели:       «Полюбить себя» — и не важно, что меняться надо от любви к себе, похудение мне поможет!       «Получить одобрение окружающих» — и не важно, что тебе должно быть все равно на то, что о тебе думают остальные, тем более на то, что думает твой брат, проецирующий свои комплексы на других, похудение мне поможет!       «Меня полюбят, когда я похудею» — и неважно, что близкие люди и так будут любить меня такой, какая я есть, похудение мне поможет!       Какими опрометчивыми были эти мотивации. Такое похудение не поможет и никогда не помогало. Оно не приносило никаких «спелых» плодов, только гниль, которая отравляет изнутри, разрушает здравый смысл. Теперь, окончательно можешь сказать: «Пока здоровые отношения с едой!» — ты в ловушке проблем с головой. И вот пища уже давно забрала контроль над моим поведением и подчинила моё существование себе.       Активный путь моего похудения начался два года назад, и я все ещё помню те отвратительные дни. Ранний подъем, изнурительная тренировка на полтора часа — тот самый спорт, который не делает тебя сильнее, только уничтожает ещё больше, завтрак, который старалась не пропускать, потому что это — «главный приём пищи, заряд энергии на весь день». Обед строго по подсчёту калорий и выбор тех продуктов, которые тебе «можно», а не те, которые бы ты по-настоящему хотел съесть; конечно же не менее двух литров воды. Я ограничивала себя буквально во всём. Мне казалось, что живу неплохо, если бы не вечерние срывы.       «Компульсивные переедания» — главный страх: ты ешь все, что попадается на глаза и не можешь остановиться, давишься и используешь еду, как решение абсолютно любых проблем, кроме одной — голода. Приходится питаться в одиночестве с чувством стыда за свои же поступки. Ты давишься этим, тебя тошнит, используешь свой организм как мусорку и пища, опять-таки, становится и психотерапевтом, и утешителем, и наказанием, и спасением.       Что я только не пробовала, чтобы достичь результата: различные диеты, подсчёт калорий, отказ от сладкого, каждодневные изнуряющие тренировки, но этого было мало, чтобы достичь желаемого: на смену этому пришли голодовки и искусственный вызов рвоты из-за вины за съеденное, хоть бы избавиться от стыда, наказать себя, обозвать «слабохарактерной» и почувствовать легкость. Голод был и остаётся моим другом — мне нравится ощущение пустоты в желудке, только в такие моменты могу почувствовать себя «худой».       Я чертовски устала. Устала от этой повторяющейся рутины, где нет места для отдыха, потому что если ты заплыл в этот поток с безумно быстрым течением, то всегда будешь двигаться вперёд, не имея возможности вернуться. Ты как запрограммированный робот — только одна траектория, одни и те же методы и только один путь — исчезнуть из этого мира.       Конечно, бывают проблески света в этой глубокой яме. Время от времени я впадаю в ремиссию, что, безусловно, помогает. Помогает отдохнуть и на время выйти из этого ужаса.       Когда ты попадаешь в ремиссию, пытаешься всеми силами остаться там подольше, надеешься, что весь этот ужас закончился и наступила свободная жизнь. Однако, всегда есть ложка дёгтя в бочке мёда. Никогда не поймёшь сразу, что тебя нагло запихнули обратно. «Ого, ты поправилась, выглядишь хорошо. У тебя такой хороший аппетит! Твоё тело выглядит мягким», — это не комплименты. Достаточно одного такого неаккуратного высказывания от друзей, окружающих, мамы и ты оказываешься в зале ожидания этого марафона. В зале ожидания смерти.       Самое страшное, что не поймёшь своих ошибок, если хоть раз не увидишь, как эта яма выглядит со стороны. Но этап осознания где я погрязла, уже давно прошёл, и это не помогло. Я читала много книг на тему здоровых отношений с едой, знаю, что это всё неправильно; знаю, что диеты имеют эффект только на небольшой срок, а дальше наберёшь в два раза больше, чем скинул, что заставит тебя ненавидеть своё тело ещё больше. Это и есть порочный, безвыходный круг, из-за которого утопаешь в ненависти.       Я не имею права на любовь самой себя — это мне тоже вбили в голову, и я не могу отсюда выбраться, у меня нет сил. Поэтому сейчас, видимо, не в совсем здравом уме, глупо улыбаюсь, потому что смогла так долго продержаться без еды. Не ела четыре дня.       Останавливаюсь на месте: солнце почти зашло за горизонт, оранжево-золотые листья упали с деревьев на землю и ждут, когда их уберут с дороги. Выдыхаю переработанный моими легкими кислород, превратившийся в углекислый газ, замечая, что опять похолодало. Но меня уже это мало волнует.       Улыбка от ощущения голода и «лёгкости» пропадает с лица так же быстро, как и появилась когда-то. На смену ей приходит осмысление того, что опять попала в этот круг — вышла из ремиссии, в которой находилась почти пол года. Накопившиеся эмоции переливаются через край и в этот момент, в полной мере захотела себя убить, лишь бы не падать в эту яму заново. Слёзы непроизвольно стекают по моим щекам, не думала, что от этого будет так больно.       Не смей плакать, ты же сильная, Томоко…       Кому я вру? Я слабая и больше не хочу с этим мириться.

***

      Перед сном опять соврала маме, про то, что поела — это обычное для меня дело. После недавней тренировки и разговора с Шигеру, кроме как курить и выйти из реальности в царство снов, ничего не хотелось, до сих пор не пришла в себя. Голова буквально раскалывалась на две части. У меня так всегда, когда мало провожу времени на свежем воздухе, мало сплю или мало ем.       Я не отдохнула ночью и сейчас чувствую неимоверную усталость — в такие моменты кажется, можно было вовсе не ложиться спать, ничего бы не изменилось. Зато, не ела, а значит смогу похудеть.       Опять обман и иллюзии. С осознанием того, чем это закончится и какие будут последствия, выхожу из дома. Однако, пустота только в желудке, а в душе каша — взрывоопасная смесь из противоречивых чувств, которая может загореться в любой неподходящий момент. Остановиться пока не поздно? О нет, это только десять процентов здоровой Томоко так думает, остальные девяносто процентов явно не разделяют твоего мнения.       Даже тут, как всегда, сигареты становится моим спасителем. Ещё одна причина тому, почему я начала курить. Это значительно снижает аппетит. Просто потому что сигареты являются источником удовлетворения, тем самым вытесняют с этого поста пищу. А ещё на голодный желудок эффект эйфории и головокружения становится пуще прежнего.       Но не могу же прийти в школу, зная, что от меня пахнет табаком? Чтобы не получить выговор, придётся купить жвачку, желательно не мятную, и воду — вот они, мои близкие друзья на ближайшее время.

***

      Надо сегодня зайти к Хитоми. У неё всегда была привычка забывать ответить или не увидеть мои сообщения, но чтобы настолько долго… От накатившей тревоги за подругу, беру телефон, заходя в наш диалог:       Была онлайн сорок минут назад… Серьезно? Даже не прочитала?              Не то, чтобы мне было очень обидно, скорее волнительно. Можете случилось что-то и вправду серьезное? Обязательно разберусь с этим, но позже.       С самого утра в ушах звенит, а головная боль так и не отступила. Я уже забыла, каково это — сидеть на уроках в таком состоянии. Полгода назад в последний раз, побывала в этом аду «РПП» и думала, что все прошло. Но это никогда не кончается, правда?       Более чем уверена, что цвет моего лица оставляет желать лучшего. Решаюсь посмотреть на себя в зеркало в школьной раздевалке: от прохладного воздуха даже не появился румянец, что вообще не свойственно для меня. Живот болит из-за ощущения пустоты, но в этот раз точно это вытерплю, все ради моей же красоты.

***

От лица Иваизуми:       В последнее время, качество моего сна улучшилось. После тренировок хочется просто отрубиться. Однако, домашнее задание делать надо, а тратить на это время заслуженного отдыха, совсем не хочется. Поэтому мы с Ойкавой в свободное от уроков время ходим в библиотеку Аоба Джосай — она находится при главном здании школы. Если бы не мой лучший друг, то я бы, вероятнее всего, забил на это. Всё же делать любую рутину вместе веселее.       Ранний подъем — самое удобный распорядок дня для меня. А пробежка — неотъемлемая часть пробуждения. Она помогает мне расставить последние события по полочкам, вспомнить самые важные планы и, конечно же, держать своё тело в тонусе. Это именно то занятие, после волейбола конечно, которое приносит мне больше всего удовольствия за день.       После пробежки обязательно принимаю душ: обычно низкой температуры, чтобы охладиться. До выхода в школу времени остаётся предостаточно, можно отдыхать. Если бы не моё место проживания, скорее бы всего, приходил всегда ко второму уроку, так как, мягко говоря, мне все равно на опоздания и замечания учителей, меня не смогут выгнать из это школы, потому что я нахожусь в волейбольной команде, зачастую, именно мы защищаем её честь.       Свободное время после утренних сборов трачу почти всегда одинаково — захожу в телефон, чтобы проверить новости, ответить на сообщения, или доделываю что-то из домашней работы. Второй вариант — крайне редок.

***

      Мы с Тоору как всегда договорились встретиться на первом этаже школы, чтобы вместе дойти до кабинета физики. Между прочим, я неплохо понимаю этот предмет, но Дуракава превзошёл меня даже тут — он отлично разбирается в технических предметах, по типу математики и физики: у него великолепно развито логическое мышление.       Возможно, прозрение в этих науках появилось у него, потому что он не спит ночами и «просчитывает» каждый шаг соперника по видеозаписям, заставляя свой мозг выстраивать разные схемы. Мне, в отличии от друга, приходится больше стараться и заставлять себя скатываться в гущу непонимания и огромного количества несделанных работ. И более чем уверен, что у меня нет любимых предметов — все меня раздражают. Но исключение составляет история Японии и мира — раздражает меньше остальных, в зависимости от объема заданий конечно. Она единственное, что мне хоть чуть-чуть интересно учить. Про остальные уроки, кроме физкультуры, промолчу.       Кстати, предпоследняя тренировка на сегодняшний день, началась необычно. Когда мы с Тоору зашли в зал, Шигеру стоял один, смотря в пол. Вместе с другом пришлось деликатно спросить у него, что случилось, на что тот поднял свой взгляд, полный безысходности и страха, попрося о помощи. Только дослушав Яхабу до конца, мы негласно дали положительный ответ.       Говоря кратко: он попросил нас помочь ему проследить за здоровьем Канэко Томоко, потому что волнуется и не хочет, чтобы с ней случилось то же, что было в прошлом году. Сам этого сделать он не может — они только разобрались в своих недопониманиях, а Томоко требуется много времени, чтобы отпустить все обиды, поэтому не подпустит его ближе, чем на пушечный выстрел. А мы будем как свежий глоток воздуха в её жизни.       А последующая фраза, сказанная Шигеру с улыбкой, произвела на меня наибольший фурор: «Ей как раз нравятся такие как Вы, Иваизуми. Побудьте для неё на какое то время поддержкой, но не навредите. Она сильная, знает о жизни больше, чем мы вместе взятые, начитанная, умная девушка, но у всех бывают проблемы и слабости. Не хочу, чтобы с ней опять что-то случилось».       Единственное непонятное для меня в этой ситуации — зачем лезть в её жизнь, если она этого, по его словам, не хочет? Хотя не знаю, насколько они были близки и не представляю, какие чувства вызывает у него данное событие. Но знаю одно — если он попросил о помощи, значит сделаем всё возможное для этого.       Мы с Ойкавой даже после двадцати минут переговоров не представляли, как можем ей помочь.       — Есть идея, — взял на себя инициативу в решении этой ситуации, — мы можем пригласить её на обед во время перерыва. Это, наверное, нас сблизит, — пожал я плечами, донося до друга свою мысль.       — Ива-чан, очень неплохо, очень, — тот приложил руку к подбородку и провел по нему пальцами. — Но её надо найти, — смазанно сказал связующий, — пойдем посмотрим расписание, — он направился в сторону информационного стенда. Из-за того, что кабинетов много, а этажей в этом корпусе всего 4, пространства тут предостаточно.       Вообще, в каждом корпусе Сейджо есть этаж с панорамными окнами, из которых во время заката солнца открывается красивый вид. Рядом с ними обычно стоят группы ребят и о чем-то разговаривают, прямо как сейчас. Замечаю, что из них есть знакомые лица, сидевшие в одном классе с нами во время лекции. Значит урок у Канэко на этом этаже.       И я не ошибся — у неё будет химия. Интересно, она в ней разбирается?       — Эй, смотри, — после легкого толчка в бок, которые вывел меня из раздумий, поворачиваю голову и вижу Томоко.       — Боже, что с ней… — она совсем не похожа на ту девушку, щеки которой в нашу последнюю встречу покрывались румянцем. Вид её был вялым, как будто высосали всю энергию. Цвет лица был нездорово-белым — это пугает.       — Только не скажи ей такого, — с укором посмотрел друг, — может организм слишком перестрессовал, — такое чувство, что он о чем-то не договаривает. — Подойдёшь к ней? Мы же ещё не знакомы, — задал вопрос друг, предоставив самое рациональное решение.       — Хорошо.       Я тут же сорвался с места, подходя к девушке, которая шла через чур медленно. Мне казалось, что она совсем не понимает, где находится, даже не заметила того, что к ней кто-то приближается.       — Доброе утро, — я думал, что она хоть как-то отреагирует на меня, но в ответ получил только игнорирование. Из-за этого чувствую, как начинаю закипать, — эй, — не думая о последствиях, хватаю её за плечо и резко поворачиваю к себе, — чего не отвечаешь?       Моя рука, находившаяся на небольшом плече девушки, чуть сжалась, чтобы вызвать у неё эмоции.       — Ой, — будто опомнилась и наконец подняла на меня свой взгляд. — Здравствуйте, — говорила она вяло, без какой либо инициативы, но причину этому найти я не мог. Неужели на неё так повлиял последний разговор с Шигеру? — Что Вы хотели? — она подняла бровь и отошла подальше, чтобы я убрал свою руку.       — Мы с Ойкавой предлагаем составить нам компанию на обеде, хотим познакомиться поближе, — почти на одном дыхании проговорил я, старательно скрывая свои эмоции. Все же, не так часто общаюсь с девушками, моя неопытность на этом сказывается.

***

От лица Томоко:       Сказать, что меня повергло в шок предложение Иваизуми — значит не сказать ничего. Я была поражена этим.       Однако, больше эмоций у меня вызвало слово «обед». Сглотнув вязкую слюну, придумываю план того, как буду вести себя. Разве впервой мне врать по этому поводу? Неужели так быстро сдамся? Нет, точно нет. Но найти новых друзей не помешало бы, тем более с доигровщиком мы теперь знакомы.       — Хорошо, где встретимся? — торопливо сказала я, ели стоя на ногах, хотелось побыстрее оказаться в классе и сесть.       — После третьего урока, у выхода из этого корпуса, — сказал парень, поправляя лямку рюкзака.       — Хорошо, до встречи, — недождавшись его ответа, разворачиваюсь и ухожу в кабинет.       Если честно, небольшая тревога перед предстающими событиями коснулась меня своими длинными пальцами и, словно домино, по моей коже стали появляться мурашки — признак того, что что-то не так. А как сказать о том, что я не буду есть, чтобы не появилось недопониманий? Что придумать?       В голове вертится очень много вопросов, которые так или иначе, мешают моему обучению. Кстати говоря, сейчас у нас химия. Помимо клубной деятельности по волейболу, тут есть дополнительные по ней, связанные с практикой. На них можно заработать дополнительную оценку, если будешь хорошо стараться. Так как химию я очень люблю, то безоговорочно в начале учебного года выбрала дополнительные по этой науке. Огромным плюсом является то, что на них ходят всего 4 человека — больше места для «творчества».       Честно говоря, после знакомства с Иваизуми, удивилась из-за того, что он не понравился мне с первого взгляда — вау. Неужели больше не влюбляюсь от малейших знаков внимания? Может, начинаю меняться? Или это сильный голод ударил мне в голову? Вопросов, на которые я буду искать ответы, много.       Как мы и договорились, после 3 урока спускаюсь вниз. Пришлось немного задержаться: разговаривала с учителем истории о том, когда мне сдавать все свои долги — переделанные задания, чтобы хоть как-то поднять свой балл по предмету. Даже если мне не понадобится эта наука, иметь отличную оценку или хотя бы выше среднего, приходится. Скажу прямо — я ненавижу эту дисциплину. Это утомительно, нудно, долго, противно — очевидные эпитеты, которые возникают у меня в голове, при упоминании истории.       От предстоящей встречи, накатывает небольшая тревога. По моему утреннему поведению, уже можно было понять, что со мной что-то не так, но мы с парнями не близки, поэтому надеюсь, что вопросов у них не возникнет. Я даже не думала по поводу его приглашения. С какой целью он это сделал?       — Канэко, — кто-то прокричал мою фамилию, из-за чего я резко повернулась. Опасно пошатнувшись, двигаюсь в сторону волейболистов. Наверное, выгляжу не лучшим образом.       — Здравствуйте, — сказала я в сторону Иваизуми, кивнув головой. После повернулась к связующему, начав представляться. — Канэко Томоко, второй год, — выпрямившись после поклона, чувствую, как в глазах темнеет…