Пособие: «Выживание среди змей». Любовь с осадком амортенции

Поход в Хогсмид оставил приятные впечатления. С неба медленно падали снежные хлопья и приземлялись на обнажённую тёплую кожу, оставляя о себе лёгкое напоминание в виде крошечных капель. Безветренный день поднимал настроение всем ученикам, шедшим из замка, но особенно счастлива была Софи. Она шла рядом с Долорес, рука которой крепко держала её, ведя в маленькую деревушку, расположенную недалеко от Хогвартса. Младшая Роули чувствовала внутри себя пьянящий восторг — он был неудержимым, готовым вырваться из хрупкого тела, как птица из клетки. Софи задрала голову вверх и всмотрелась в серое декабрьское небо. Даже такие мрачные оттенки небосвода были поистине прекрасны и являли собой переливы невзрачных цветов. — Сегодня я особенно счастлива, — она радостно захихикала, тёплый пар повалил из её рта. Долорес небрежно бросила взгляд на подругу — та была до безобразия проста — и закатила глаза, глядя на то, как Софи вытащила язык, чтобы поймать снежинки. — Тебе нужно чаще выходить из замка, ты слишком домашняя. Софи вспомнила свой неудачный выход в ноябрьскую ночь, когда ей удалось при неприятных обстоятельствах подружиться с ворчливым Кевином, недовольно нахмурилась и прочистила горло. — Нет, пожалуй, мне хватает того, что есть сейчас. Долорес глубоко вздохнула и повернула голову к Софи. — Когда ты выйдешь замуж, вероятнее всего, у тебя не будет возможности много гулять. Обычно женщины сразу оседают в своих мэнорах и проводят время с подругами только на приёмах. Мой тебе совет: выходи на улицу, пока есть возможность. Софи рассеянно улыбнулась. Хотя Маркус и сказал, что Долорес долго выбирает одежду, но поход в магазин за платьем показался неожиданно быстрым. Долорес конкретно знала, что ей нужно, и сказала приветливой мадам свои предпочтения, а та быстро отреагировала на запрос денежного клиента и продала роскошное платье по вкусу Долорес. Подруги направились в «Три метлы», где их уже ждали друзья. Софи радостно переговаривалась с Долорес о новой покупке, когда рука, потянувшаяся, чтобы открыть скрипучую деревянную дверь в паб, столкнулась с кистью другой, рядом стоявшей девушки. Они обе резко отдёрнули руки, и Роули повернула голову, чтобы извиниться, но из её рта так и не вырвались неловкие слова. Первое, что она увидела, это буйные каштановые кудри. Затем Софи поймала на себе изучающий взгляд светло-карих широко распахнутых глаз ведьмы напротив. На вид ей было столько же, сколько и Торфинну, но вместо формы Хогвартса на девушке висела невзрачная потёртая мантия. Незнакомка застенчиво улыбнулась. — Прошу прощения, — она стыдливо отвела взгляд от Софи, затем указала рукой на всё ещё закрытую дверь. — Прошу. Софи была в растерянности. Всё её существо хотело остаться на месте, чтобы рассмотреть в каждой детали незнакомку, и теперь она сама себе не была хозяйкой. Роули осторожно водила взглядом по тонким кистям рук, на которых виднелось много маленьких шрамов, смотрела на тонкую бледную шею и впалые щёки. Незнакомка была определённо болезненно тощей и потрёпанной, как её свисающая старая мантия. Вдруг в девичью голову пришло понимание того, что уже неприлично долгое время она не отводит взгляд с волшебницы, но золотое свечение магии так и манило рассмотреть каждый её дюйм. Магическая аура с ярко-золотыми и фиолетовыми переливами бережно кружила вокруг хозяйки, показывая, что отличается от остальных и защищает свою хозяйку ежесекундно, готовая наброситься на недоброжелателей. Софи ощутимо кольнуло в груди тревожное чувство, когда она вспомнила, что однажды уже подобное испытывала, встретив другого волшебника с мощной аурой. Тома Реддла. — Софи! — недовольная Долорес небрежно подтолкнула подругу к пабу. — Хватит стоять как замороженная. Та перевела взгляд на хмурую Долорес, и тогда туманная пелена воспоминаний тёмных переливов волшебной ауры Реддла быстро сошла с глаз. — А…да, — она неловко заправила локон своих коротких волос за ухо и улыбнулась незнакомке. — Спасибо. Девушка резко спрятала свою руку за спину и посмотрела вслед входящим в паб волшебницам. Те быстро нашли сидящих в центре зала друзей и направились к ним. Роули еле держала себя в руках, чтобы не обернуться посмотреть, куда села симпатичная незнакомка, внешность которой была обычной, но в то же время особенно увлекающей. Когда девушки удобно расселись за столом и Долорес активно начала рассказывать, как она удачно нашла своё платье, Софи отыскала взглядом каштановые кудри. Их обладательница скромно сидела одна и уже пила своё сливочное пиво. Когда она успела сделать заказ? Мы же зашли вместе. Роули внимательно следила за каждым движением волшебницы, неотрывно смотрела, как кисти рук легко двигались и как аккуратно они собирали кудри в высокий хвост. Всё это время свечение нежно окутывало каждый дюйм волшебницы и следовало за движениями своей госпожи. — Со-о-офи. Софи, ты меня слышишь? — Долорес аккуратно тронула за плечо подругу, на что та нервно дёрнулась и повернулась к ней. — Прости, я отвлеклась, — лёгкая улыбка как спутница жизни Роули украсила лицо. — Ты всё взгляд оторвать не можешь? — Долорес недовольно посмотрела на волшебницу, которая зашла вслед за ними в паб. — Ты её знаешь? — Нет. Просто она красивая, — Софи смущённо улыбнулась, когда заметила, как Маркус, Кевин и Эрдан обернулись. — Пожалуйста, хватит так глазеть, она же испугается, — она захихикала и стыдливо спрятала свои глаза за ладонью. — Слишком тощая, — вынес свой вердикт Кевин. — Какая-то она нервная, — добавил Эрдан. Софи снова подняла взгляд на волшебницу. Та действительно часто нервно дёргалась и оглядывалась, рассматривая кто и что её окружает. Затем в паб зашёл угрюмый седой мужчина, и она встала, чтобы поприветствовать его. Мужчина кивнул и озираясь сел к ней за стол. Он поймал взгляд друзей Софи, и тогда все отвернулись. — Тебе бы на парней смотреть, а не на девушек, — Маркус с насмешкой улыбнулся. — Жених нужнее. Софи закатила глаза. Всё время, пока они были в пабе, Роули часто поглядывала на молодую волшебницу. Редко когда аура показывалась так ярко — порой она была осязаема, имела запах и реже вкус, но цвет волшебной ауры она увидела только однажды, у Тома. Магия. Иные. Друзья покинули паб. Софи шла вслед за ними, закрыв глаза и глубоко вдыхая последние остатки тёплой магии незнакомки. Мягкое приятное чувство щекотало внутри. Хороший день.

***

— После каникул к нам переводят новую ученицу, — Том листал газету, восседая на своём излюбленном изумрудном кресле в гостиной Слизерина. Софи, как обычно, сидела на мягкой подушке возле жаркого камина у кресла Тома. Она подняла взгляд на хозяина кресла, и тот, словно почувствовав, что за ним наблюдают, в ответ пронзительно посмотрел на неё. Эти гляделки длились уже несколько месяцев, и никто из них не мог объяснить, для чего они нужны. Он был безупречен, как и всегда. Тёмные кудри аккуратно уложены. Старательно выглаженный костюм сидел на нём, как вторая кожа, огибая тело своего владельца. И сумасшедший морской запах, который неизменно преследовал его и который так обожала Софи. Блики от света камина живописно переливались на его коже, а цвет влажных губ от стоящего рядом напитка казался более насыщенно алым, чем обычно. — Вот это новость! На наш факультет? — присвистнул светловолосый Малфой. — Именно, скажу даже больше — на наш курс. Директор Диппет попросил, чтобы мы как можно теплее её встретили, — Том ухмыльнулся и снова вернул внимание к газете. — Она племянница Дамблдора. — Его губы скривились в гримасе раздражения. — Кто-нибудь вообще слышал о том, что у Дамблдора есть племянница? — Он раздражённо отбросил газету и обвёл взглядом гостиную. — В первый раз слышу, — задумчиво ответил Торфинн, отложив от себя бокал с горячительным напитком. — Значит, её просто не показывали обществу. Могу предположить, что она больна или безобразна, — заключил Эйвери, проходя мимо дивана с книгой в руке. Он неотрывно следил за каждой строчкой и при этом слушал друзей. — Странно это всё. Сколько лет Дамблдор здесь преподаёт, а его племянница в Хогвартс поступает только на шестом курсе. Ты думаешь, что здесь что-то нечисто? — Долохов заинтересованно обратился к Реддлу. — Определённо, — бровь Реддла негодующе поднялась вверх. — Дамблдор стал больше уделять нам внимания, он что-то подозревает, поэтому это может быть ловушкой. — Том задумчиво посмотрел на пляшущие языки пламени в камине, о чём-то размышляя всего мгновение, и повернулся к Абраксасу. — Малфой, мне нужна информация о девчонке, прежде чем мы впустим её в коллектив. Информация должна быть достоверной — изворотливый Дамблдор имеет весомые связи и может подделать документы. Абраксас молча кивнул. Софи старалась не слушать, о чём они говорят, особенно когда в вечерних разговорах появлялась фраза «о чём-то подозревает», которая точно не предназначалась для её ушей. Тем не менее Том обратился и к ней. — Софи, у меня и к тебе есть просьба, — его голос был проникновенным и елейным, когда он опустил взгляд на неё, и чарующая улыбка украсила мальчишеское лицо. Это не было похоже на настоящего Тома Реддла. — Как только появится новая ученица, можешь ли ты познакомиться с ней поближе? Будет некультурно, если джентльмены первые обратятся к воспитанной девушке, — лживая многозначительная улыбка напрочь прилипла к холёному лицу Тома, и тут в голове Софи всё встало на свои места: когда Тому Реддлу что-то нужно, тогда он улыбается именно этой улыбкой, подчиняя и заклиная своей обворожительной красотой поддаться ему. Очаровательно. — Конечно, Том, — Софи в ответ нацепила для него свою излюбленную фирменную улыбку. Два актёра смотрели друг на друга. Странно — они оба понимали, что всё вокруг них искусственно, как и они сами, но продолжали неотрывно играть. Для кого? Друг для друга или для окружающих? Вряд ли Реддл снизошёл до посредственной Софи, скорее для ближних окружающих его последователей. — Том, я думаю, что Софи не стоит заниматься подобным, — Торфинн напряжённо выдохнул, его плечи поднялись вверх. Он негодующе поджал губы. — Софи совсем не коммуникабельна и ложь ей просто-напросто не даётся. — Разве я попросил Софи лгать, Торфинн? — холодный взгляд тёмно-синих глаз испытующе устремился к старшему Роули. — Нет, но… — Торфинн замялся, собираясь с мыслями. Когда он уже хотел продолжить свою мысль вслух, то тут же оказался перебит. — Софи прекрасная, очаровательная девушка, которая легко находит друзей. Стоит вспомнить только, как она ТАК легко подружилась с Хоффом. — Тёмные зоркие глаза уже сверкнули недовольством в сторону Софи, а в голосе послышались отдалённые нотки негодования, вызванного ночным инцидентом. Роули робко опустила взгляд на книгу, по её спине пошли мурашки. Магия Тома снова дала свой отвратительный запах. Он не забыл и не забудет её ночную прогулку. — Торфинн, не беспокойся, мне не сложно. — Кожа Софи была побледневшей, а уголки губ нервно дёрнулись. Она безучастно перевернула страницу учебника. Главное — не смотреть в глаза. Авторитет Тома чувствовали на себе практически все. Софи видела, как все беспрекословно слушались Реддла, выполняли указания и в их взгляде на предводителя было уважение. И дураку станет понятно, что настоящей дружбой тут и не пахло. Софи это не касалось и поэтому она закрывала на всё глаза, проходя мимо всех неловких ситуаций. Но вот она и сама почувствовала тот самый взгляд негодования, который ранее Том показывал только своим близким приятелям. Обычно ей он культурно (фальшиво) улыбался и не обращал внимания на присутствие рядом, что для мирного сосуществования Софи рядом с молодыми людьми было идеально. Всех это устраивало, пока в определённый момент Реддл не заметил её. Том никогда при ней не повышал голос, не наказывал и не отчитывал, хотя порой в Рыцарской компании кто-нибудь да хромал после одной ночи. Когда миссис Роули розгами хлестала ноги — это не было страшно, потому что Софи знала, что эта пытка когда-нибудь да закончится, но теперь, если наказание не следовало и её лишь прожигали взглядом, она остервенело искала подвох во всём. Тёмная тягучая магия запершила в горле младшей Роули. Отвратительный вкус. Софи собралась со своим истощавшимся духом, лучезарно улыбнулась и подняла взор вверх на Тома. Она уже знала, что ему нравится видеть превосходство сверху, поэтому её любовь сидеть на полу возле камина была сейчас невероятно большим плюсом. — Том, я обязательно сделаю как ты сказал. Уверена, что будет интересно узнать её поближе, друзья не лишний ресурс. Реддл, довольный ответом, самодовольно хмыкнул и откинулся на кресло читать газету дальше. Софи повернулась и увидела, как Антонин прожигал их взглядом, как Торфинн напряжённо сжал челюсть и как даже непробиваемый Эйвери смотрел на саму Софи с тревогой. Им всем страшно быть рядом с Реддлом, Роули это поняла, потому как их магические ауры колебались. И мне тоже страшно.

***

На бал Софи пошла вместе с Томом. Вот так просто. За ним не числилась невеста, хотя это и было большим огорчением для женской половины школы, и сам он хотел пойти с кем-то менее навязчивым. Это был первый бал для Софи, и она с жадностью пыталась запомнить все детали и эмоции, которые получала во время роскошного праздника. Она запомнила, как Том бережно вёл её в танце, как от него исходил тонкий аромат мокрого леса и какая мягкая на ощупь была его парадная мантия. Она запомнила, как горели огнём щёки, когда на её пару остервенело оглядывались другие девушки. Софи навсегда запечатлит момент, когда почувствовала себя особенной, когда весь мир кружился вокруг неё и для неё. В один момент, когда в зале погасли огни и остался только приглушённый свет от свечей, она трусливо позволила себе спрятаться за Томом и слегка прижать свою голову к его груди, чтобы спрятать глаза. Кислорода не хватало от переизбытка чувств и эмоций. Том обомлел, но, придя в себя, не оттолкнул маленькую расчувствовавшуюся девочку в своих руках и не выразил возмущения, лишь спустя некоторое время произнёс: — Роули, если ты хочешь успешно найти себе жениха в школе, то тебе стоит оторваться от меня прямо сейчас. Он говорил с лёгкой насмешкой и братской издёвкой. Младшая Роули забавляла его в меру своей стеснительности, подтрунивая над ней можно было отпустить свои гнетущие мысли ненадолго подальше. — Прости. — Он запечатлел, как в темноте разглядел её румяный цвет лица и голубые глаза. Софи резко отдёрнула голову, стараясь смотреть куда-то в сторону, чтобы вдруг ненароком не пересечься взглядом. Бал прошёл спокойно. Перед сном Софи подумала о том, что сердце бешено стучало, как никогда, в этот день. Она вспомнила каждого члена Рыцарской банды на балу и как они хитро ей улыбались. Эван Розье легонько подтолкнул её и с улыбкой прошептал, что ей повезло как никому другому и она должна запомнить лучший день в своей жизни. Мальсибер галантно пригласил её на один танец, когда Тому нужно было отойти к приехавшим министрам: Слизнорт хотел познакомить того с важными шишками. Нотт и Малфой подтрунивали над ней, рассказывая, что после бала ей не жить и её ждёт взбучка от старшекурсниц. Долохов сделал аккуратный вежливый комплимент и был занят своей парой. Эйвери лишь, ухмыльнувшись, кивнул и удалился со своей дамой прямо в начале вечера. Блэк и Лейнстрейдж тихо переговаривались о чём-то отдалённо ото всех. Полученной добротой обманываться младшая Роули не смела — для Тома и его рыцарей она была ребёнком и ясно это понимала, как и понимала то, что ей срочно нужен жених.

***

На следующий день Торфинн и Софи отправились в Роули-мэнор вместе с Томом, решившим провести эти каникулы у приятеля. На вокзале их встретил эльф-домовик семьи Роули, который аппарировал всех к мрачному каменному поместью. Торфинн и Том уверенно вошли первыми, когда Софи как можно медленнее шла в сторону родного дома. В прихожей их уже ждала ухоженная миссис Роули. Она улыбнулась и поприветствовала мальчиков воспитанным поцелуем в щеку, а потом поджала морщинистые губы и недовольно посмотрела за их спины. — Софи, немедленно иди переоденься, я жду тебя в кабинете. Нас с тобой ждёт серьёзный разговор, — строго проговорила женщина и перевела взгляд на сына, уже мягче сказав им тоже переодеться в своих комнатах. Мальчишки оглянулись, Софи ободряюще улыбнулась, не взглянув на мать кивнула и поднялась в свою комнату. Конечно же, эта женщина рада Тому и Торфинну, но не ей. Несомненно, была бы её воля, она бы отказалась от дочери как от жалкого сквиба. Софи быстро переоделась в домашнее платье и направилась в кабинет матери, где та уже сидела в большом кресле, терпеливо ожидая нерадивую дочь. Она тихо постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла в затемнённый кабинет. — Когда ты родилась, я долго плакала, — голос миссис Роули был тихим, с больной хрипотцой. Она встала и подошла к стене напротив, где висели колдографии семьи, и посмотрела на фото в золотой рамке. — Я готова была родить в трудных родах хоть десять мальчиков, но никак не одну девочку, — женщина устало прикрыла глаза. — Как сейчас помню — во время потуг я молила Салазара и повторяла тысячу раз: «хоть бы не девочка, хоть бы не девочка», но потом услышала резкий детский вопль и сразу поняла — девочка. — Когда она произнесла последнее слово, всё её лицо скривилось в гримасе разочарования. Софи покорно опустила взгляд в пол и спрятала руки за спину, сжав их в замок, потому что знала, что она начала этот разговор не просто так, ведь об этом рассказывала не в первый раз. — Ты так громко и протяжно вопила, что я подумала, у меня кровь из ушей польётся. Да… — Она замолчала на несколько секунд и обернулась к дочери. — Родись ты мальчиком, нам всем было бы куда проще. Я подумала: если я всему научу этого ребёнка, то ей не будет сложно, как… — Она запнулась, брови сместились к переносице. — Но ты оказалась бездарна и слаба. Словно с самого своего рождения ты насмехалась надо мной и моими попытками сделать из тебя настоящую волшебницу. Это было моим наказанием. Тогда я решила: «удачно выдам её замуж и дело с концом». Но ты снова всё портишь, даже тут… — женщина тяжело дышала и еле держала себя в руках, то сжимая, то разжимая кисти рук. Её колючий взгляд наказывал Софи. В уголках глаз женщины собралось множество гусиных лапок, а губы сжались в крепкие тиски. — Я не вижу смысла спрашивать тебя, почему ты не додумалась сразу же попросить директора Диппета определить тебя на другой факультет. Это очевидно, — женщина громко фыркнула, — ты не способна мыслить рационально. Но, Салазар, почему же наши брачные договоры всё это время возвращались?! Домовики из школы донесли мне, что тебя нараспев обсуждала вся школа. Как ты допустила распространение ужасных слухов? Это была наша последняя возможность породниться с более лицеприятной семьей. Софи вздрогнула. Лицеприятной? Что это значит? — Да, ты правильно меня поняла. Я стремилась к тому, чтобы твой будущий муж был более близок по возрасту и не уродлив… Но ты сама не оставила нам выбора, Софи… — в какой-то момент материнская горечь послышалась в голосе миссис Роули. Софи испуганно подняла взгляд на мать. — Софи, мистер Бруствер предложил свою кандидатуру на роль твоего будущего мужа. Его фамилия не так давно вошла в список Священных, но он является самым настоящим чистокровным волшебником. — Речь миссис Роули стала быстрой, она нервничала и будто начала оправдываться перед дочерью. — Ну в самом деле, не с полукровками же нам родниться?! — Она нервно взмахнула руками вверх и обречённо опустила их. В горле Софи пересохло, колючий ком в горле снова дал о себе знать. Она ничего не ответила, зная, что это безнадёжно — не получится сказать и слова. Тело бросало то в жар, то в холод. Она поджала губы от досады. — Я понимаю, мне тоже хотелось бы, чтобы возраст был подходящим. Малфой и Нотт отказали, они нашли своих кандидаток. Я пыталась достучаться до тебя, но ты меня не слушала. У мистера Бруствера есть своё поместье, здесь он снимает дом и часто приезжает. — Женщина начала ходить по комнате. Софи показалось, что мать больше успокаивала себя, чем её. — Да, у него не такое большое богатство, как у тех же самых Малфоев, но обеспечить он тебя сможет. Ранее был женат, но овдовел. Он приходил познакомиться с нами и даже оставил залог для свадьбы. Единственное, что нас беспокоит с отцом, он не рассказал нам о своём политическом взгляде. Непонятно, поддерживает он Грин-де-Вальда или же за наше Министерство, но это всё пустяки, наверняка этот мужчина будет придерживаться нашего мнения — мы более влиятельны. Ноги Софи стали ватными, голова беспорядочно закружилась, и она осела бледная на пол. — Мама… Сколько ему? — тонкий девичий голосок дрожал. — Сорок девять. Софи смотрела на трещины в каменном полу мэнора, тело содрогалось от дрожи и неприятные ощущения в области живота скручивали её тело. В носу Софи защипало и жар подступил к глазам, трещины в полу больше не было видно за солёной влагой. Она всхлипнула. — Мама… — снова всхлип. — Мама… Мама, мне же четырнадцать. Софи зарыдала и не смогла увидеть обеспокоенный взгляд матери. Она тоже не хотела. Её это тоже возмущало, но традиции! Но муж! Она просила одуматься мистера Роули и рассмотреть заграничных претендентов, но воодушевлённый муж был непоколебим. Софи рыдала в голос, уже не заботясь о том, что лежит на четвереньках в позе ребёнка в кабинете матери. После её будто осенило, и она подползла к ногам матери и истерично стала вытирать слёзы, с мольбой в глазах начав просить ту передумать. — Мама! Мама, я умоляю! Я что-нибудь придумаю! Мама, я буду послушной, мама, пожалуйста! Миссис Роули отдёрнула подол платья и села за свой дубовый стол. — Я понимаю, что ты расстроена. Поверь, я хотела бы лучшего для нашей семьи, но получилось всё именно так. Да, он взрослый мужчина, но я взяла с него слово чести, что он не притронется к тебе до твоего совершеннолетия! — Тут Софи уже рыдала так громко, как только могла. Совершеннолетие наступит уже через три года. Правый глаз миссис Роули нервно дёрнулся. — Он видел твою колдографию и остался в приятном впечатлении. Если ты постараешься, то муж будет относиться к тебе с трепетом. Я вижу, что сейчас ты не в состоянии понять наш дальнейший разговор, мы его продолжим, когда ты успокоишься. — Женщина нервно бегала взглядом по тёмному столу. — Не нужно обвинять нас с отцом в случившемся. Мы давали тебе шанс. — Миссис Роули посмотрела на разбитую дочь и сжала челюсть. — Тобби! Тобби! Домовик возник перед столом миссис Роули. Его уши подрагивали, на звуки всхлипа он обернулся, чтобы разглядеть зажавшуюся в истерике младшую госпожу. — Перенеси Софи в её комнату и следом туда же обед, Тобби. Софи, мы с тобой прекрасно понимаем, что не стоит появляться в таком виде перед мальчиками. — Да, госпожа, — домовик поклонился и осторожно пошёл к Софи. В голову той пришла мысль начать снова умолять мать и, почуяв шанс, она ринулась вперёд к столу. — Мама! Мама, я всё сделаю! Только прошу… Ма… — Софи не успела договорить, как домовик перенёс её в светлую спальню. — Прошу прощения, мисс. Тобби было велено, — дрожащим голосом пробормотал домовик, попятился назад и трансгрессировал на кухню за обедом для маленькой мисс. Софи зарыдала с ещё большим усилием. Она была в горьком отчаянии. Мама сказала, что ему сорок девять… Софи медленно, из последних сил забралась на кровать и укрылась одеялом. Она рыдала уже не так громко, но не обратила внимания на возникшего домовика. Тот осторожно поставил поднос на прикроватную тумбу и исчез. За обедом Торфинн поинтересовался, почему нет Софи, на что миссис Роули ответила, что дала ей поручение. Торфинн лишь хмыкнул: — Матушка просто наказала Софи, можно было это прямо и сказать. Это же ожидаемо. Рука миссис Роули дёрнулась, суп пролился из ложки в тарелку. Том молча наблюдал за взрослой женщиной — он слышал, как младшая Роули ревела в кабинете матери. — Торфинн, попрошу больше не выдумать. Твоя сестра… — она задумалась. — Впрочем, отец всё расскажет за ужином. Обед продолжили в светской беседе. К ужину Софи тоже не спустилась. Отец семейства сообщил, что хлопотное дело под названием «найти жениха» завершено. Он с гордостью рассказал, как подписал договор со скрягой Бруствером и тот даже сразу оставил залог на свадьбу. — Поговаривают, что Брустверы прячут свои многовековые сокровища в родовом поместье. Они на людях ведут более скудную жизнь, чем есть на самом деле. Твоя сестра будет купаться в галеонах, — захохотал довольный отец семейства. Миссис Роули была не в настроении и молча ела. — Разве Бруствер не дважды вдовец? — с улыбкой вклинился в разговор Том. Миссис Роули тут же побледнела, Торфинн нахмурился, а мистер Роули перестал хохотать и с хитрой ухмылкой обратился к Тому. — Вижу, ты знаешь обо всём, что касается Священных. Это отличный навык, молодец, парень! — Он подмигнул. — Так и есть, у Бруствера было две жены, одна померла из-за болезни, другая повесилась. Говорят, что он очень любил вторую жену. Она слишком тосковала по дому и даже колдомедики не смогли успокоить бедную душу. Но… Это же не повод бедному мужчине пребывать в одиночестве до конца своих дней! — Мужчина снова громко захохотал. — И нам как раз в самый раз его кандидатура! — Но отец… — Торфинн обеспокоенно посмотрел на мистера Роули. — Разве это не странно? — Что именно? — Мистер Роули недовольно облизнул нижнюю губу и бросил ногу утки в тарелку, которую до этого с жадностью обгладывал. — Да всё! Почему он сам пришёл? Когда умирают две женщины, это повод задуматься, не со вдовцом ли что-то не так. У него все жёны были молодыми? Мерлин! Сколько ему лет?! — вдруг опешив, воскликнул Торфинн. — Всего сорок девять. — Мистеру Роули не понравилось, что сын его не поддержал в воодушевлении. — Для волшебника это не так много. Торфинна словно облили холодной водой. Он ошарашенно посмотрел на отца. — Но Софи всего четырнадцать… — Сорок девять это не много. Когда ты доживёшь до этого возраста, помяни моё слово, тоже захочешь молодую невесту. — Отец семейства вытер рот салфеткой и взял вино. — Надеюсь, что в мои сорок девять у меня тоже будут силы и тяга к молодости. — Том обаятельно улыбнулся и мистер Роули громко захохотал. — Мальчик мой, с твоими талантами ты будешь нарасхват и в свои восемьдесят! Остальное время Том и мистер Роули поддерживали беседу о политике, а Торфинн и миссис Роули молчали. Сын поглядывал на необычно тихую маму и ковырялся в тарелке вилкой.