Я не педик

— Подожди… Ты щас смеёшься? Куда бить будешь? В корпус или голову? Бяша немного погрустнел от того, что его друг не может понять, что парню ваще поебать на его ориентацию. Он дружит с ним не из-за этого. Рома честный, он никогда не врал своему друга, ну кроме этого случая. Горой встанет за него, ну и Бяша точно так же. Они прошли через кучу дерьма и много раз вытаскивали друг друга из неприятностей. Их даже нельзя назвать друзьями, они братья! Бурят с ним хоть в огонь пойдёт, если он скажет! Он доверяет на все 100% этому парню и не собирается из-за какой-то там гомофобии бросать его. — Ты совсем, Лом?! Как ты мозес вообсе о так говолить! Мы с тобой телез такой пиздетс плосли, а ты! Пятифан почувствовал угрызение совести. Даже друг принял его таким, а он себя нет. Даже после того, как Бяша сказал, что ему плевать на всё это, он не может. Он всё равно считает, что болен, что Антон не примет его чувства и они даже друзьями не останутся. Но даже такой гомофоб, как Бяша принял его. Несмотря на то, что они оба осуждали всё это. Когда он столкнулся с трудностями, то он не стал отказываться от всех связей с Ромой, а наоборот, даже вызвался помочь. - Чувак, я....я даже не могу... - он резко прервался и закрыл рот рукой. Слёзы снова хлынули из глаз. Насколько нужно быть прекрасным человеком, чтоб так легко принять своего друга-гея. Парень присел на корточки облокотившись на стену, всё так же закрывая рукой рот. Не хотелось, чтобы бурят слышал, как жалко плачет хулиган. Но Бяша просто присел рядом, не говоря ни слово. Он не умел как-то круто успокаивать, просто мог посидеть рядом и поддержать морально. Иногда даже слова не нужны, для того, чтобы просто дать другому понять, что сейчас он рядом и тот может высказаться. -Бяш, я так не могууу....- протянул Пятифан на взрыд. Ему настолько плохо морально, что даже узугубляется физическое состояния. Он почти не спит, ест мало, да и просто постоянно проводит своё время рыдая в кровати. Он больше не может терпеть самого себя. Он настолько противен, что хочется расцарапать все руки, разбить себе ебало об раковину, бить кулаками стены, пока костяшки не сломаются. Рома хотел прекратить это, для него это было слишком сильное мучение. А ведь когда он мечтал, что выйдет замуж за красивую девушку, у них будут дети, а он пойдёт в армию, прям как его отец. Сейчас даже мёртвый отец для него ужасный человек, ибо из-за него он сейчас мучается и не понимает, что вообще теперь делать. Бяша нечего не сказав обнял друга. Это не было чем-то пидорским, это просто поддержка. -Лом, хотес я у Тоски лазведую на сёт тебя? Вытирая слёзы Роман кивнул, ибо это был один из самых простых выходов. Хоть он и стыдиться себя, но всё же...может что-то и будет взаимно? Думаю вам уже интересно, что же чувствует Антон? Петров же не так сильно мучался. Ему никогда не запрещали любить парней, да и такие темы в семье никогда не поднимались. Он сам не знал как относится к этой симпатии. Тихо вздыхал в сторону Пятифана и иногда пытался сблизиться, утешая себя ложными надеждами на то, что тот хотя бы согласиться походить с ним за руку. Но увы, после того случая, когда он пришёл к болеющему Ромке домой, он закрыл для себя все надежды. Его даже на тактильный контакт не пускают, что там может быть с чувствами. Это было как-то обидно, но не настолько сильно, чтобы прям убиваться. Ведь особо не начто и было надеяться...