Пепел

       Несколько недель спустя…        Взмахнув руками я отлевитировала книгу на кровать и вновь опустила на пол. Фрея, с которой мы уже успели неплохо так сдружится, поддерживала меня, указывала на допускаемые мною ошибки и радовалась моим успехам. Вот и сейчас её доброе лицо озарила улыбка.        — Вот видишь, как хорошо сейчас получилось! Урок не прошел зря! — Сидя на мягком пуфе заметила блондинка. Она радостно хлопнула в ладоши и поднялась со своего места. — Левитация прошла успешно, можешь отдохнуть.        — Спасибо Фрея, ты уже столькому меня научила!        — Пустяки. Я пойду. — Ведьма удалилась из комнаты оставив меня в гордом одиночестве.        По началу у меня практически ничего не получалось. Я ужасно злилась на собственную беспомощность, Фрея успокаивала меня, подбадривала добрыми и ласковыми словами. В этом замке, она единственный мой друг. К запаху карамели я давно привыкла и теперь не так резко ощущаю его, как то было в первые дни наших занятий.        Фрея излучала свет и позитив, она помогла найти покой и умиротворение несмотря на вампиров. Вновь думаю о Кае Вольтури. Мне кажется, я схожу с ума, ведь каждую ночь мне снятся его глаза с алой радужкой. Он везде. Он стал центром моей Вселенной. Я сама его туда пустила, я одна виновата в этом.        Его поведение не могу сравнить с поведением парней которых я знала прежде. Он далеко не робок как Алекс, который почти год ходил за мной попятам, но так и не признался в своих чувствах ко мне. Он не такой заботливый как Эдвард. Он исчадие ада и это никогда не поменяется.        Зачем я думаю о нем? Ему нет до меня никакого дела, видимо тот поцелуй был фрагментов ничего не значащим в его бессмертной жизни. Конечно, как я могу, для него что-то значить? Глупо это всё.        Да, да именно так. Глупо. Самовнушение помогает хоть немного расслабиться. Когда Фрея уходит, мне всегда плохо, забиваю свою голову этими ужасными мыслями.        Решив немного прогуляться, отворяю дверь и выхожу в темный коридор. Обычно мои вылазки были короткими, минут на пять, но сегодня я хотела побыть в темных нескончаемых коридорах побольше.        Гуляю, осматриваю замок, древние стены с лепниной, лапочки, немного скрипучий пол, кое-где есть даже картины Рафаэля. Не особо заостряю внимание на живописи, это всегда меньше волновало меня. Заворачиваю в непонятно место и навстречу мне величаво подняв свой белоснежный хвост идет кот. Он внимательно осматривает меня и обнюхивает обходя по кругу и трется об ноги.        На шее животного замечаю ошейник, чуть наклоняюсь, дабы рассмотреть его поближе, чешу коту ушко, он отвечает мне протяжным мурлыканием. На ошейнике как оказалось было имя кота.        Бальтазар. Гласила надпись на ошейнике.        Взяв кота на руки я прижала его к себе, он впрочем был доволен и продолжал мурлыкать. Интересно чей он? Неужели его хозяин Аро? Быть может это кот кого-то из свиты? Например Джейн? Ставлю животное на лапы, позволяю убежать прочь, он он лишь продолжает нарезать около меня круги.        — Ты чей? — Бальтазар выразительно смотрит на меня, будто понимает, что я его спросила, но не может ответить.        — Он мой. — Из-за спины слышится голос Кая, я вздрагиваю и поворачиваюсь к нему лицом.        Бальтазар спешит к хозяину и трется об ноги, мяучит, словно выпрашивает чего-то. Но хозяин явно занят другим, а именно рассматриванием меня. Его взгляд хищника скользит по изгибам моего тела, так оценивающе и при этом настолько издевательски.        Хмурюсь и посылаю ему негодоющий взгляд. Как же я тебя ненавижу Кай Вольтури.        — Пошли, у меня есть что тебе показать. — В его голосе я не встречаю злости или усмешки, это настораживает. Неужели он бросил свои игры? — Хватит думать, идем. — Вампир идет впереди и я срываюсь с места, следуя за ним. Почему все в том замке, так быстро передвигаются? Чувствую себя ничтожной медленной улиткой, на его фоне.        Кайус подводит меня к двери собственного кабинета и без особых усилий открывает тяжелую дверь. Как истинный джентельмен он пропускает меня вперед. Тихо усмехаюсь, может он хочет усыпить мою бдительность? Плевать на него. Он просто порождение зла, он совсем не страшный. Очень даже красивый… Стоп, что?        Пора завязывать с этими мыслями.        Стою прямо, натянута как струна, любое движение в мою сторону и я взорвусь. Чего ему опять от меня надо? Что он хочет мне показать? Любопытство достигает своего пика и я осмеливаюсь задать вампиру интересующий вопрос:        — Что вы хотите мне показать? — Вампир стоит спиной ко мне, наблюдает за чем то из окна, или за кем-то? Что происходит?        Он подзывает меня рукой и я подхожу ближе к окну и вижу там… Нет, нет, нет. Не может быть! Это просто невозможно, несколько раз моргаю но картинка не пропадает. Взволнованно дышу, цепляясь взглядом за вампиров.        Прямо в саду на мощенной тропинке стоят Каллены. Карлайл и Эдвард. Они о чем-то разговаривают с Луизой. Даже отсюда видно, как она нервничает, краснеет и закусывает губу опуская глаза. Эдвард напряжен, он как и всегда импульсивен и резок. Юношеский максимализм никуда не делся, даже после обращения в вампира.        Карлайл серьезен и спокоен, он держит Эдварда в узде, когда тот, слишком сильно давит на секретаршу Вольтури.        — Боже мой! Зачем они прилетели? — Теперь я обращаюсь к Каю и смотрю прямо в его алые глаза. Он поворачивается ко мне с неохотой, на его губах коварная ухмылка, она не предвещает ничего хорошего. Неужели он их убьет? Нет, Белла не переживет этого! Так нельзя.        — Твоя реакция несколько иная, я представлял, что ты стремглав побежишь к своим спасителям. — Уголок его губ слегка приподнимается. Ему смешно, ублюдок!        — Почему они приехали? Что случилось?        — А ты действительно не понимаешь? — Я настороженно смотрю на вампира и он продолжает, упиваясь моим незнанием. — Ты для всех умерла. Самолет на котором ты летела во Флоренцию к матери взорвался. Ты погибла. Твои останки похоронили, но Каллены знают, где тебя искать на самом деле. Но они никогда не узнают правды. Ты для них мертва.        — Что? То есть, вы всё подстроили так, чтобы всем казалось, что я погибла? — Я повысила тон, но меня тут же остудили вцепившись мне в горло.        — По осторожнее, могу устроить твои реальные похороны, ещё слово и я не сдержусь, Аро будет расстроен, но не настолько. Пока от тебя больше проблем, чем пользы. — Холодная рука отпускает мою шею и я пячусь назад, чисто инстинктивно. — Эх, Луиза. Придется убить тебя, болтливая девка.        — Не трогайте её. Она ничего не сделала.        — У неё был приказ, ни с кем не разговаривать, кроме свиты и старейшин, она ослушалась. Её ждет гибель. И ты не сможешь помочь, силенок не хватит.        Гнев и ярость поднимаются из груди и с диким визгом я отбрасываю древнего вампира от себя. Ах, сил у меня не хватит! Посмотрим.        Испепеляю вампира взглядом. Он медленно поднимается и подходит ко мне.        — Хм, а это уже лучше, а я думал так и будешь дрожать. — Он подлетает ко мне и проносит по комнате, припечатывая к стене. Теряю связь с реальностью, кажется я получила сотрясение. Удар был настолько сильным, что кажется по стене пошли трещины.        — Отпустите меня. Не трогайте! — Пытаюсь разжать стальную хватку на горле, но все тщетно.        — Ты права. — Рука разжимается и я падаю на пол, ноги покорно сгибаются и я оседаю на пол, к ногам вампира. — Не стоит портить твой внешний вид, перед клятвой.        — Перед какой клятвой? — Почему, когда я с ним, у меня сотня вопросов и ни одного ответа? Почему это так бесит? Он меня бесит.        — Ты станешь Вольтури. — Вампир подлетел к столу и достал, что-то из ящика. Он быстро кинул вещицу к моим ногам. Кулон Вольтури в виде буквы V. Золотой, красивый, но такой же холодный как и все здесь. — А теперь, прошу простить меня, нужно разобраться с новоприбывшими. — Опять это ухмылка, самодовольная, ядовитая, несущая смерть.        Понимаю сложность ситуации и не нахожу выхода лучше, чем схватить вампира за ткань брюк. Он удивленно приподнимает бровь и осматривает меня. Да, представляю как жалко выгляжу, но я должна спасти, должна спасти их.        — Не нужно, умоляю вас. Не нужно. Я сделаю всё, что вы мне прикажите, только не трогайте их, пусть они уедут. Прошу вас, пожалуйста. — Протараторила я, пытаясь дышать спокойнее, вернуть голосу прежний тон сложно. Сердце бьется в тысячу раз быстрее.        Он остановился и задумался, а затем коварно ухмыльнулся. Наклонившись он подцепил указательным пальцем мой подбородок, заставляя смотреть прямо в его глаза. Они стали черными от желания. Он убьет меня? В этой непроглядной тьме глаз, я увидела сильное влечение.        — Хорошо, я сохраню их бессмысленное существование. Но за их ошибку, заплатишь ты. Облегченно выдыхаю, готовясь к худшему, что он придумает для меня? Какую кару? — Поверь мне, ведьма, заплатишь сполна. — Грубо отталкивает меня от себя и выходит, оставляя меня сидеть на полу.       

***

       Теряюсь в собственных размышлениях, сидя у себя в комнате. Хожу туда-сюда, пытаясь унять быстрый темп сердца. Что он имел ввиду? Чем я должна платить? Думаю, об обмане с его стороны, можно ли вообще ему верить? Не солгал ли он? Каллены ведь точно живы?        Но тут возникает другой вопрос, если он сделал всё как и обещал, то тогда я должна выполнить свою часть. Наказание страшит меня, я не знаю насколько изощренным оно будет. В голову закрадываются ужасные пытки инквизиции, про которые я когда делала эссе для урока истории.        Вампир безжалостен и жесток, он ненавидит меня. Он убьет меня. Я видела этот огонь в глазах Кайуса. Эта ярость, этот гнев, это непреодолимое желание обладания…        От всех этих мыслей голова идет кругом. Глубоко дышу, успокаиваю себя самовнушением, но и оно трещит по швам. Не так я изначально представляла войну, мне всегда казалось, что война заканчивается смертью одного и победой другого.        Но я жива, а Кай уже победил меня.        Это война самая неправильная, лучше умереть, чем знать, что он победил меня. Он побеждает вновь и вновь, а я ничего не могу поделать.        За своими мыслями вовсе не замечаю вампира около двери. Резко поднимаю голову и встречаюсь с черными глазами, даже зрачка не видно. Дрожь прошлась по всему телу и затаилась в районе сердца, которое снова начало биться чаще обычного. Мне страшно, ужас охватывает меня когда я вижу в глазах вампира желание. Бог мой, столько желания…        Нервно заправляю волосы за уши и внимательно слежу за передвижением вампира. Он идет. Ко мне. Он все ближе. Хочу закричать, громко, протяжно. Но молчу и смотрю, смотрю как ко мне приближается мой персональный палач.        — Что… что вы со мной сделаете? — Не узнаю собственный голос, он такой тихий и хриплый.        — Такой испуг на лице… — Вампир подошел ко мне вплотную и положил руку мне на поясницу. Холод от его руки распространился по всему телу, заставляя меня трепетать. Теперь между нашими лицами несколько сантиметров. Неужели он… Догадка пронзает мозг, заставляя его работать быстрее обычного.        Ловлю себя на огромном желании вырваться, сбежать, лишь бы только его руки не касались меня. Его глаза горят, горят огнем злорадства, да ведь сейчас самое время. Понимаю, что сама согласилась на это. Во имя спасения Калленов, я плачу слишком высокую цену. Вампир знает на что давить, чтобы уничтожить меня прежнюю. Решил начать с моей гордости.        Хочу умереть лишь бы избежать этого кошмара наяву. Я не хочу, не хочу отдаваться ему. Раньше я представляла это несколько иначе. Я представляла себе любимого мужчину, который любит меня, который будет нежен со мной. Который не разорвет меня на две части. Кай, ведь не будет терпеливым в постели. О, нет! Он зверь, идеальный хищник.        Я умру. После этой ночи я умру.        Делаю пару глубоких вдохов. Я не сломаюсь. Не таким способом. Поэтому прижимаюсь к вампиру вплотную, ощущая могильный холод исходящий от его совершенного тела убийцы и дарую ему взгляд полный решимости и дерзости.        Это забавляет его, уголки губ слегка приподнимаются. Он не принимает меня всерьз думает, что победил. Давно одержал победу, а теперь наконец окончательно раздавит меня.        — Тебе не сломить меня! — Громко заявляю я, смотря прямо в темные глаза.        Его полуулыбка, которая была доселе стерлась, она превратилась в хищный оскал. Его рука обхватывает меня сильнее, так что скоро он мломает мне позвоночник. Сейчас между нами вновь накал напряжения, словно электрический разряд.        Он не прибегнет в своему дару. Не сегодня. Сейчас магии нет, дара нет. Сейчас проходит другая битва. Битва личностей. Его деспотичная и моя освобождающая.        Но не нужно быть дураком, чтобы понять, что эту битву я проиграла. Самой себе, чертовы Каллены. Из-за них одни проблемы.        — Ты так в этом уверена?        Не секунды не колеблюсь, морщусь от боли в спине, выдаю:        — Да.        Да, Кай, ты выиграл меня. Да, Кай, ты сломил меня. Но признаться сейчас, значит умереть. Признаюсь и его зубы тут же прогрызут мне глотку. А умирать не входило в мои планы.        — Как я когда-то сказал, твоя излишняя самоуверенность приведет тебя к печальному концу. Но не волнуйся, ты падешь только от моей руки. Я окажу тебе такую честь.        Я раздражаюсь, он издевается? Да, это его привычка, издеваться надо мной. Я словно спичка вспыхиваю и брыкаюсь пытаясь выйти из вампирского захвата. Но крупная мужская рука хватает меня за волосы, не могу сделать и шага иначе он сорвет вместе с волосами и скальп.        Мне больно, мамочки как же больно. Слезы блестят на глазах, я шмыгаю носом и не двигаюсь. Я разозлила его! Разозлила!        За окном идет дождь молния освещает комнату опустившуюся во мрак. Когда успело так потемнеть? Я и не заметила. Небо плачет вместе со мной. Природа оплакивает мое унижение.        — Ведьма, моя, только моя ведьмочка. — Одним резким движением он за волосы прижимает меня спиной к своей груди. — Это была крайне глупая попытка… Тебе не избежать того, что предначертано.        — Мы сами вершим свою судьбу. — Не могу удержаться от реплики и часто дышу, ощущая железную хватку, бедные мои волосы, он ведь может вырвать их с корнем одним легким движением.        — Да, это правда. — Вампир соглашается и вновь поворачивает меня лицом к нему. — Ты предпочла отдаться заклятому врагу, но спасти этих… травоядных. — С неким отвращением проговаривает Кайус, да он не жалует семейство Калленов, но я и подумать не могла, насколько сильна его ненависть к Олимпийскому клану.        Слезы катятся солеными дорожками по щекам. Я плачу, стоя рядом с вампиром. Он резко меняется в лице и тащит меня в глубь комнаты, кидает на кровать. Я не успеваю опомниться, как мою лодыжку тянут вверх и я сползаю в середине кровати. Её сжимают в коленке. Боже, как страшно… Неужели сейчас он… он возьмет меня.        Я теряю возможность продолжать диалог. Мне страшно. Лежу на спине и с ужасом наблюдаю как фирменный пиджак Вольтури падает на пол. Он сделает это.        Зажмуриваю глаза, не хочу видеть этого, не хочу чувствовать ледяные пальцы на моем теле. Это самое ужасное, что со мной могло произойти. Но я не жалею. Не жалею, что приехала в Вольтерру, тогда с Беллой. Ведь борьба, в моей натуре. Пусть делает свое грязное дело, я всё равно не могу противиться ему.        Вампир смотрит прямо мне в глаза, в комнате темно, но я ощущаю его взгляд на клеточном уровне. Он смотрит. Он знает как мне страшно. И он наслаждается этим.        Наслаждается моим поражением. А затем… затем он вжимает меня в матрас своим телом. Я чувствую запах парфюма, несомненно дорогого. Я вдыхаю его сладкий запах, у меня вновь кружится голова. Внизу живота завязывается узел.        Понимаю, что отдаюсь добровольно, заявляя о полной капитуляции. Нет. Нет. Нужно сопротивляться, нужно дать отпор. Но я не могу. Не могу, это выше моих сил.        Замечаю огонек в глазах Кая. Стоп. Он проверяет меня. Да. Я чуть не попалась. Нужно терпеть. Нужно сражаться!        Пытаюсь отпихнуть вампира, но это едва ли возможно, учитывая его недюженную силу. Я хнычу словно дитя и предпринимаю новые попытки оттолкнуть Кайуса. Тщетно, он слишком силен, слишком. Никто не выстоет против него. Но я попытаюсь.        Смотрю на него гневным взглядом, вспышки молнии хватает, чтобы он увидел решимость в моих глазах.        — Справилась.        Не понимаю его внезапной реплики. Что значит «справилась», то есть он действительно ждал от меня выбора, и я справилась. Радость заглушает всю мою боль. Я справилась, черт возьми.        Кай переходит в полное наступление, стягивая с меня джинсы вместе с нижним бельем. Лицо заливает краска, как хорошо, что в комнате темно и Кай не видит мое лицо. Хотя, он же вампир. Он наверняка видит.        Холод его рук заставляет внутренне сжаться. Шорох его одежды заставляет мелко задрожать. Его рука резко отводит мою ногу в сторону сильнее раскрывая меня для него. Резкий толчок заставляет меня взвизгнуть и зажмурить глаза. Теперь я точно знаю, терять девственность больно, особенно со злейшим врагом.        Дальше, всё была как в тумане, яростные глубокие толчки сменяли друг друга. Вампир издавал характерные звуки, но я не понимала что это, рык или стон?        Боль внизу живота распирала меня изнутри. Я беззвучно плакала, ощущая его твердую плоть внутри себя. Он сжимал мои запястья, уверена завтра у меня будут синяки в виде браслета.        Кисти занемели, кровь к ним не поступала уже давно.        Через пару минут вампир изливается в меня, с громким рыком вдавливая меня в матрас. А уже через секунду он покидает меня, словно его никогда и не было.        Лишь саднящая боль промеж ног доказывает, что это был не сон.        Он вновь победил. Я вновь проиграла. Но одновременно и победила.        Справилась.        Переворачиваюсь на бок и набрасываю одеяло на обнаженное тело.        Думать ни о чем не хочу, проваливаясь в беспокойный сон.