Марионетки иллюзиониста

Сон был прерван, как только Гермиона перевернулась на спину и наткнулась на что-то твердое. – Ма-а-алфой, убери свою чертову руку, – пробурчала она. Вот же бесстыжий: не ушел, спит тут рядом. То, что они так откровенно говорили, совсем не значит, что она когда-нибудь его простит, а ему можно оставаться на ночь. Ее окатило волнами холодного воздуха, и только тогда она распахнула глаза. Над головой навис неровный черно-коричневый потолок с покатыми сводами. Она поморгала, надеясь, что это сон или пьяные представления мозга. Но потолок никуда не делся. Она вскочила на ноги. Оказывается, она лежала на полу такого же цвета, только еще с песком и камешками. Она огляделась по сторонам. Она стояла в середине длинного коридора, похожего на подземный ход. С потолка кое-где свешивались корни и одинокие сталактиты. Оставалось надеяться, что это глупые шутки Малфоя, который вдруг вздумал пугать ее, и она все еще в Хогвартсе. Хотя бы под ним. Сердце и так стучало где-то в горле. Гермиона вдруг заметила фигурку человека вдали по правую руку. Быстро оглянувшись, она пошла к нему. Драко стоял на краю пропасти и смотрел вниз. Услышав шаги, он резко обернулся, но это была всего лишь Гермиона. Поправка: немного запыленная Гермиона. – А-а, очнулась, – безразлично протянул он, окинув небрежным взглядом с ног до головы, и вернулся к обрыву. – Что происходит? Где мы? Это ты устроил? – засыпала его вопросами она. – Отвечаю по порядку: не знаю; не знаю; нет, не я. С чего ты вообще так решила? – произнес он, даже не глянув на нее. – Ну, это просто немного в твоем духе – глупые шутки. Он пристально и холодно посмотрел на нее и дернул бровью: – Мы уже давно не дети. От него просто веяло раздражением, чуть не злостью; причины Гермиона не находила. Зато на его спине заметила небольшое пятнышко почерневшей крови. – Ой, что это у тебя?.. – она только коснулась рукой, как Драко дернулся и грубо шлепнул по руке. – Ай! За что?! – Не надо. Меня. Трогать, – медленно проговорил он, оттачивая каждое слово. Его стальные глаза как будто вцепились в ее лицо. Гермиона ошибалась: он не был разозлен. Он был просто в ярости. Он опять начал смотреть в пропасть. Теперь он был спокоен, даже губы не поджимал, как он это всегда делал. Нет, она никогда его не разгадает. Гермиона отодвинулась от него и заглянула в пропасть. Внизу на мягком и тусклом бирюзовом свете переливался туман. Свет исходил, очевидно, от чего-то маленького. «Почему ты отошла? Неприятно? Я что, такой противный? Отошла она!» – проворчал в голове Драко. – Я не понимаю, я же тебя раздражаю! Что ты жалуешься-то?! – воскликнула Гермиона. Драко выругался и закатил глаза. Гермиона покачала головой. – Так и тянет прыгнуть, да? – сказал он. – Ты долго здесь стоял? – спросила она. – Довольно, – ответил он. – Посмотри. Он отошел, и под ногами Гермиона увидела вырезанную прямо в полу надпись:

В конце мы все вернемся к началу

– Мудро, – изрек Драко. – Что это может значить? – задумалась Гермиона. Внезапно свет внизу замигал и погас. Откуда ни возьмись, поднялся ветер, едва не штормовой. – Надо бежать! – прокричала Гермиона, отбиваясь от ветра. – Куда?! – Назад! Дай мне руку! В полной тьме Драко хватился за что-то, что оказалось локтем Гермионы. Они кинулись прочь от обрыва вслед за ветром. Как только они уже отчаялись выбраться и тупо бежали вперед, коридор оборвался и открылся в полукруглую пещерку, освещенную огнем, полыхавшим по периметру. От неожиданности они затормозили; Гермиона врезалась в откинутую в сторону руку Драко. Малфой не сводил глаз с центра пещерки. Гермиона увидела какого-то человека в серой шерстяной мантии до пят. Капюшон был надвинут на лицо чуть не ниже подбородка, его совсем не было видно. – Я больше не пью, – прошептала Гермиона. Она переглянулась с Драко. – Кто ты такой? – рявкнул Драко. Человек хмыкнул. – Я не видение твоего затуманенного сознания, – разлился тихий и неестественно мелодичный голос по пещере, обращаясь к Гермионе. Она машинально сжалась и придвинулась к Драко. – Я вполне реален. – Отвечай на вопрос прямо! – К сожалению, мистер, не ты здесь правила диктуешь, – повернулся к нему человек. Драко вдруг закашлял и стал медленно оседать на пол. Он задыхался. Гермиона сразу кинулась к нему: – Малфой, Малфой! Что происходит?! Малфой, ты слышишь меня?! – но Драко только судорожно старался найти кислород. Гермиона закричала на человека: – Прошу, прекратите! Вы же убьете его! – Драко продолжал синеть. Гермиона кричала, и голос ее срывался: – Прекратите! Так же внезапно, как все началось, Драко почувствовал, как горло отпустили и в легкие пошел воздух; он жадно дышал. У Гермионы тряслись руки. Человек издал холодный смешок и продолжил: – Я надеюсь, вы извлекли урок из всего произошедшего. – Какой урок?! Вы с ума сошли?! Вы же могли убить его! – еще кричала Гермиона. – Если бы я хотел, я бы уже давно это сделал, – отрезал он. Он все это время неподвижно стоял, каменным лицом наблюдая за всеми страданиями пары. Малфой с помощью Гермионы поднялся и, прищурившись, спросил: – Уже месяц? Неделя? Год? Вся моя жизнь? Что значит давно? – Два месяца. Но шансов было предостаточно, к вашему счастью, я не воспользовался ни одним, – он сцепил руки в замок на груди. – Так хотелось посмотреть на вас обоих поодиночке, на что вы вообще способны. А вы потом нашли друг друга, и так быстро, я даже не ожидал! Здесь вам все лавры в ноги, – он почтительно наклонил голову. – Сначала я, конечно, старался разделить вас, но вчера, например, вы совершенно случайно набрели друг на друга. И как же сильна ваша связь после этого! А потом – и вам опять отходят все лавры, – вы вдвоем задали мне работенку, всю ночь пришлось лечиться! Молодцы, похвально! – они чувствовали его улыбку одними губами. Если такие имелись. «Это он», – осенило Гермиону. Это он, понял Драко. Это он, и Гермиона сжала локоть Драко, передавая эти два слова. Драко все понял. Колин замолчал, начал ходить из стороны в сторону и медленно продолжил: – Проникнуть в это жалкое подобие школы мне не составляло большого труда. Барьер, о-о-о, он был такой слабый! Самый большой вопрос был в том, кем явить себя этому миру… Тут он откинул капюшон. Гермиона ахнула: головы не было, лишь воздух оттенялся полутенью по форме головы. – Монаком Корроном? – сам себя спросил он. Драко вздрогнул: на него проницательно смотрели глупые ненавистные серые глазки. – Которого я убил еще летом? Не-ет, не подойдет. – Вы не могли быть в двух местах… – начала Гермиона, но Колин перебил: – О, мои знания вышли на новый уровень за много веков. Теперь я могу почти все. Но… кем же быть? Может, старым привидением? О-А-О-А-О-А-О-А МЕНЯ НИКТО НЕ ПО-О-ОМНИТ! – завыл он, обратился профессором Бинсом и пролетел над головами пары, они едва успели пригнуться. – Исчадием тьмы? – Драко на плечо легла шерстяная рука. Он отпрянул назад, а в лицо к нему заглянули пустые белые глаза, которые не давали ему спать. – Или же выходцем из ада? Прямо перед ними возникла голова монстра, которого видела Гермиона, обтянутая голой кожей цвета грязи, безглазая, с тремя рядами острейших зубов в открытом рте. Драко неосознанно отпихнул Гермиону рукой назад за себя. Все затихло. Гермиона отошла от Малфоя. – Куда он делся? – шепнула она, озираясь. – Без понятия, – так же шепотом ответил он. – Или, может быть, – раздался проникновенный голос позади них. Они как по команде отскочили вперед. – Профессором в Хогвартсе со странной, чуть не шведской фамилией? Эллиот спокойно прошел вперед и повернулся к ним, сцепив руки на груди, как раньше. – Так это был ты, все это время, – процедил Драко. – То-то же быстро ты нашелся, когда понадобился. А тебя и искать не надо было, ты уже давно Бинса грохнул. И Амбридж заговорил… Я должен был догадаться раньше! – Ну-у, – хмыкнул Колин, – чем раньше ты бы донес на меня, тем раньше вы оба оказались бы здесь. Но вам бы пришлось плохо. – Это еще почему? – Да потому, что вчерашнего откровенного разговора бы не было. И сейчас вы бы стояли и ругались, и ничего бы не сделали, что должны. Вдобавок, мне бы пришлось вытаскивать тебя из дурдома, потому что все бы подумали, что ты свихнулся окончательно. А время, как ты знаешь, ценно. – Ты все слышал? – спросила Гермиона, кусая губы изнутри. Она знала, что Драко вопросительно смотрит на нее, особенно на краску, которая разлилась по ее щекам, и горящие уши, но не сводила глаз с Колина. – Увы, да. Сидел за стенкой и все-все слушал, – он вздохнул. – Много нового узнал. И так мне жаль стало вас обоих, что от этих соплей меня чуть не стошнило. Меня-то! Однако это был важный разговор. – Ничего важного, – прошептала Гермиона, опустив глаза. – Нет, не важный? – громко переспросил он и быстро стрельнул глазами в сторону Драко. Тот решил оставить все слова и мысли при себе, хотя поорать на девушку вдруг очень сильно захотелось, и отвернул голову. У Гермионы гудела голова, как будто в ней кто-то перемешал все. Страх сжал ей горло, она придвинулась к Драко и взяла за руку. Он вырвал руку и засунул в карман штанов, не глядя на гриффиндорку. – Ну ладно, хорош трепаться, – резко начал он. – Это все лирика. Где мы? – Хороший вопрос, мистер, – начал было Колин, приняв расслабленную позу и отставив в сторону ногу, но Драко рявкнул: – Я сказал без лирики! Гермиона тихо сказала: – Малфой, успокойся! «Грейнджер, заткнись!» – мысленно сказал он. – Как грубо, – отозвался Колин. Драко пронзил его испепеляющим взглядом. – Мы под Пазлвудом. – Что ты сделал с Бинсом и Эллиотом? – подала голос Гермиона, но Драко перебил ее: – Что мы должны сделать? Ты говорил. Колин довольно потер руки. По крайней мере, паре показалось, что потер, потому что из-за широких рукавов мантии, покрывавших собой руки больше, чем нужно, было видно только шевеление ткани. – А вот мы приблизились к сути дела, – улыбнулся он. От этой улыбки даже холодному Драко стало не по себе. – Вы должны найти меч. Я рассказывал вам про него. Я нашел места, где находятся его части. Но мне к нему, увы, не прикоснуться. Поэтому я перемещу вас в эти места, и вы соберете меч по частям. Всего четыре места и три части: гарда, эфес и сам клинок. В каждом месте по части. После того, как найдете, я перемещу вас дальше. Если не найдете, вы, конечно, пройдете дальше, но цена будет велика. Поэтому старайтесь. – Что в четвертом месте? – спросила Гермиона. – Это конец, к которому вы пришли в начале. – У нас будет меч, – возразил Драко. – Ты хочешь бороться при таком раскладе? – Не загадывай вперед, мой тебе совет. В любом случае, доживите до конца, а там посмотрим, – загадочно хмыкнул он. – У нас нет палочек, мы беззащитны! – вскрикнула Гермиона. – О-о-о, они вам не понадобятся! – заверил их Колин. Они нервно переглянулись. – Все, что вам нужно, – это ваши головы. – Какова гарантия, что ты нас не убьешь? – Мертвые, вы мне ничего не достанете. Выгоды я не вижу в вашей смерти. А вообще, все зависит от вас самих. Если будете играть по правилам эту комедию в четырех актах, останетесь живы. По рукам? – спросил он, протянув руку. Она оказалась черной, ни единого волоса, с длинными костлявыми пальцами и когтями. Его двойная сущность, вот вся она – человеческое лицо и дьявольские когти. – По рукам, – обреченно сказали они хором. – Мистер Малфой, вашу руку, – попросил он. Гермиона вцепилась в рукав Драко. Они встретились взглядами. В широко распахнутых карих глазах читалось «Не смей, даже не думай». – Ну-ну, Гермиона, я ему плохо не сделаю, – оскалился Колин, – какой у меня резон? Безвыходная ситуация. Гермиона поджала губы, но отпустила. Драко подошел к монстру и пожал руку. На удивление теплую. Ничего не произошло. Они не прерывали зрительного контакта. Колин до боли сжал ладонь парня и отпустил. Драко отошел назад. Колин заговорил снова: – Ну, вот и все. А вам двоим стоило бы подумать, важен ли был тот разговор. В противном случае, я забуду его, как лишнюю информацию. – Не важен! – опять хором ответили они. – Не важен? А почему же вы жметесь друг к другу при любой опасности, а? Подумайте, так, на досуге. – Отправляйте нас уже, и хватит лирики! – не выдержал Драко. – Так спешите, а куда? Ну, ладно, так уж и быть, – он щелкнул пальцами, и Драко и Гермиона отодвинулись друг от друга на расстояние. – Так надо. Игра началась! Он исчез. Вместе него в ушах пары завыли порывы ветра. Они несли мелкие черные частички, точно песок, застревающие в волосах. Стало темно, Гермиона не видела, где Драко, только знала, что он сейчас так же, как она, закрывал лицо руками от песка. Она закричала, но звук потонул в ветре. Она не удержалась и упала на пол. По крайней мере, она надеялась, что пол никуда не делся. Руки она выставить не успела, почему, не знала, и приземлилась виском на камень. Мир мгновенно перестал мелькать частичками. Она едва успела подумать: «Хоть пол не исчез».