Династия Веном

      Проходя мимо открытой двери, боковым зрением Йохан увидел фигуру у окна комнаты.       — Черт! — вскрикнул он от страха, прижав ладонь к голой груди. Но при внимательном рассмотрении оказалось, что это всего лишь одежда. Йохан вошел в комнату: на карнизе висел черный строгий костюм.       — Нет-нет! Это вообще не то! — быстрыми шагами миновав стол, парень забрался на подоконник и снял наряд.       «Мог бы и посоветоваться!»       Костюм оказался брошенным на разложенный диван. С глубоким вздохом, Йохан прикрыл дверь в комнату и скрипнул дверцей платяного шкафа. Платья разных оттенков черного и серого висели на грубых деревянных вешалках.       — Холод нам ни по чем… — пропел Йохан себе под нос, двигая крючки по рейлу. Он вытащил несколько плечиков и швырнул на ковер. Яркий цвет в темноте привлек внимание зеленых глаз. Йохан вынул черный с бордовым отливом плащ из атласа. Подкладка была ярко-красной.       «Как давно это было», — губы над серьгой слегка растянулись в улыбке. Кончиками пальцев он прикоснулся к металлу и вспомнил другие: иссохшиеся снаружи и влажные внутри. Йохан прислушался к ощущениям: во рту пересохло, кожа встретила полумокрую ткань на бедрах, капли воды спускались по спине с головы.       «Нет. Не сейчас. Сейчас — нужно помочь Лукасу с нарядом», — осадил себя парень и спустя мгновение почувствовал себя трусом.       Он стал метаться по комнате, пытаясь скомбинировать несколько вещей друг с другом, а затем осматривая получившиеся луки со всех сторон. Образовалось три комплекта и куча черной одежды. Где-то за стенкой смеялись Мике и Люк. Приехала машина. Йохан бросился к окну: «Не к нам, к соседям».       «Лучше убейте меня!» — мучаясь выбором между двумя, Йохан присел на корточки. Только сейчас он заметил, что полотенце куда-то делось.       — Я ведь должен просто повесить его на тот же карниз? Он все поймет, — он поднялся на ноги и собрал окончательный вариант воедино. Оттолкнувшись от подоконника во второй раз, он прицепил вешалку к карнизу на том же месте, затем встал перед одеждой и осмотрел ее снова.       Скрип ступеньки.       «Черт подери!»       — ГОСПОДИ, ЛУКАС!       Лукас стоял на пороге, держась за дверную ручку раскрытой двери. Йохан схватил первое, что попалось под руку, чтобы прикрыться. Он видел, как черные глаза остановились на халате у его паха, а затем поднялись к его лицу.       — Я… Я не…       Смешно не было. В коридоре снова послышался шум, и тогда Лукас зашел в комнату и осторожно закрыл за собой дверь. Пока Мике с Люком проходили мимо двери, Лукас и Йохан за ней молча стояли и смотрели друг на друга. Йохан чувствовал, как прирастает к полу. Как одеревенели его ноги, пригвождённые страхом, исходящим откуда-то из живота. Не в силах больше выдерживать холодного взгляда на себе, он опустил голову, вжав шею в плечи насколько возможно.       — Я пройду в соседнюю комнату, пока ты одеваешься, — наконец, нарушил молчание Лукас. В его голосе Йохан уловил терпение. И сразу понял, что осталось ему недолго.       — Я… — остановил он первый шаг мужчины. — я без одежды…       — Йохан…       — Это не то, что ты подумал, я просто… — затараторил было голый парень. Глаза и нос обжигало стыдом.       — Успокойся, — резко оборвал его Лукас. — Есть несколько вариантов: я могу отвлечь этих двоих… — Лукас сделал паузу и прислушался, — троих, и ты пройдешь в свою комнату. Или наденешь что-то из моего. На верхней полке есть старая одежда.       Йохан беззвучно заплакал. Он не смог сдержать дергающихся плеч, даже обхватив их руками. Внутри как будто все перевернулось. Осознание собственного бессилия и ужас быть непонятым.       — Осторожней со стулом: он на колесах, — все так же ровно сказал Лукас и, осторожно переступая разбросанную на ковре одежду, прошел в комнату Роя.       Лукас нагнулся над тумбочкой и извлек оттуда два неглубоких стакана, поставил их на стол и налил туда немного виски. Йохан, одетый в темно-фиолетовую футболку со стершейся надписью и старые посеревшие джинсы, все еще плакал. Покрасневшие глаза бросились на протез.       «Я не сниму его, не смотри так. Не хочу, пока не узнаю, в чем дело».       Лукас со звуком придвинул выпивку Йохану. Их все еще разделяла длина стола. Он смотрел, как парень пьет и морщится, затем вытаскивает обожженный язык, сверкая пирсингом. Взял стакан и выпил сам, отводя взгляд. Затем вернулся в комнату Роя и принес оттуда салфетки.       «Быстрее объясняй и уматывай».       — Будешь еще?       — Нет… Я… — Йохан вытер лицо, — просто увидел твой костюм, и… — коротко стриженный сжал пальцами переносицу, борясь с новым приступом слез, — и в общем… захотел помочь тебе найти другой…       Лукас посмотрел на карниз. Затем снова перевел взгляд на Йохана, продолжая пытку.       — Извини, что рылся в твоих вещах, — собравшись, посмотрел наверх парень.       «Ну да, все верно».       — Я могу разобрать эти вещи сам? — спустя паузу подтолкнул намеком Лукас. — Или ты хочешь это сделать?       — Я могу… О, черт! То есть, я могу помочь разобрать этот бардак… — засуетился тут же собеседник.       Лукас вопросительно поднял бровь.       — То есть, я… Н-ничего такого! Я просто был только-только из ванной и… тут где-то полотенце…       — Ясно. Ты вышел из ванной и пошел сюда, — без вопросительной интонации проговорил Лукас.       — Н-нет, я побежал к Люку и Мике, спросить… э-э-э… как у меня волосы прокрасились, а потом на обратном пути…       «По-другому и быть не может».       — Я понял, — повторил Лукас. — Можешь идти.       — Н-но… Как ты собираешься складывать это снова… Давай, я это сделаю, — осторожно предложил Йохан.       Лукас чувствовал раздражение. Какая-то пьяная часть его была разочарована таким прозаичным исходом.       — Разбери, пока я покупки раздам.       Раздавать было уже нечего: на кухне остался небольшой сверток. Лукас заглянул внутрь: косметика.       — Пэм сказала, что это не она заказывала.       — А, это мое.       Йохан приободрился и снова стал казаться простодушным, как всегда.       — Зачем тебе это? — строго спросил Лукас.       — Я буду помогать визажистам накладывать грим. А это для того, чтоб смыть краску с кожи. Видишь, следы остались? — он отодвинул пальцами волосы и показал на черный пробор. Он складывал последние кофты в стопку. На полу валялось белое полотенце.       — Полегчало?       — Да, — опустил ресницы Йохан. — Знаешь, я так рад, что мы будем работать вместе!