(Не)заменимый

* * * Быть Градоначальником Призрачного города было столь же забавно, сколь и утомительно — в зависимости от ситуации. Не то чтобы Хуа Чэн возражал. Ему нужен был город. Ему нужно было влияние. Ему нужна была та власть, которую давало это положение. И все же, временами это раздражало до невозможности. Как теперь, когда он всего лишь хотел провести вечер в своем Доме, может, составить дворец из золотых листков. А вместо этого ему пришлось выбраться в город, поскольку ссора, начавшаяся в одной из лавок, грозила перерасти в самый настоящий скандал. А это уж было и вовсе ни к чему. Иногда он жалел о том, что у него нет помощника, который занимался бы такими скучными, но необходимыми делами. Вот только попробуй найди такого помощника.       — … убирайся! Ты не заплатил даже за прошлый месяц, я и так был слишком добр!— один из мелких демонов, в маске с вытянутым носом, кричал на другого.       — Никуда я не пойду! — другой демон, со свиной головой, кричал на него в ответ. — Это ты не предупредил, что повышаешь плату, откуда мне было знать?       — Ты издеваешься? Убирайся отсюда немедленно.       Хуа Чэн вздохнул, прислонился к дверному проему и принялся наблюдать за происходящим. Обычная ссора мелких демонов, но внимания она привлекла изрядно, собравшаяся толпа с интересом ждала продолжения и свистела. И неудивительно — место-то было отличным для торговли, и многие наверняка не отказались бы перебраться сюда и открыть свою лавку вместо этого демона со свиной головой. Едва демоны заметили Хуа Чэна — несмотря на то, что он использовал один из своих многочисленных ненастоящих обликов, не узнать алые одежды, Эмин и вычурный паланкин было просто невозможно — то сначала замолчали, а потом обратились к нему оба сразу, одновременно, требуя справедливости. Как удалось понять из сбивчивых объяснений, свиноголовый обвинял того, что с вытянутым носом, и утверждал, что он не имеет права повышать плату, а тот в ответ заявлял, что как владелец может делать все, что ему заблагорассудиться.       — Почему я вообще должен с этим разбираться? — раздраженный голос Хуа Чэна заставил их обоих замолчать. — Делайте, как считаете нужным и…       — Похоже, вы просто не все знаете, — из глубины кухни неожиданно раздался незнакомый голос — тихий, но глубокий и спокойный. И его обладатель явно обращался именно к Хуа Чэну.       Призраки и демоны — все сразу же уставились на него. Но высокому, очень худому, одетому в черное демону с равнодушной белой маской на лице, казалось, было все равно. Он показал пыльный, помятый свиток — видимо, работал здесь, и все это время его и искал.       — Неужели, — хмыкнул Хуа Чэн, прищурившись и глядя на незнакомца. Мало кто вообще осмеливался с ним заговаривать, тем более столь непринужденно. Он пригляделся к демону внимательнее — похоже, когда-то был человеком. Полон злобы и негативной ци, но кто здесь был другим. И все же было в его ауре что-то такое, чего Хуа Чэн никак не мог уловить. Возможно, как небожители ощущали в обычных людях возможность вознестись, так и он ощущал то, что исходило от этого обычного, неприметного демона — потенциал.       Это было… любопытно.       — О чем ты говоришь, ученик? — маленькие глазки свиноголового предупреждающе блеснули. — Как ты вообще смеешь обращаться к Градоначальнику, да еще в такой манере?       — Ученик, — насмешливо повторил Хуа Чэн. — Почему тебя так называют?       — Был им когда-то, — коротко ответил демон. И шагнул ближе, разворачивая свиток. — Что касается этого дела, здесь, в договоре, указано, что владелец может поднять плату только в том случае, если не позднее, чем за месяц, сообщит об этом. А также получит письменное согласие другой стороны, иначе сделка будет признана недействительной, — он опустил свиток и произнес задумчиво. — Неужели никто этого не читал? — его голос звучал непроницаемо и отстраненно, словно ему было то ли скучно, то ли все равно.       — Смело с твоей стороны предположить, что они вообще умеют читать, — лишь Хуа Чэн мог заявить нечто подобное, и никто не стал бы возмущаться и спорить. Демон лишь хмыкнул и пожал плечами.       — Так и думал.       Хуа Чэн усмехнулся и жестом предложил ему подойти ближе вместе со свитком. Взял в руки измятые бумаги, пробежался по ним взглядом, убедившись, что демон все правильно понял.       — Тогда мне здесь нечего делать, — Хуа Чэн повернулся, чтобы уйти, но перед этим бросил короткий взгляд на демона. — Иди-ка сюда, господин ученик. Хуа Чэн, устроившись в паланкине, мельком заметил, как демон вопросительно смотрит в сторону свиноголового, но тот лишь отмахнулся от него:       — Иди, иди, тебя же Градоначальник зовет.       — Ну? — спросил Хуа Чэн, когда демон остановился в шаге от алого, шелкового занавеса паланкина.       — Ну — что? Подошел.       Хуа Чэн рассмеялся.       — А я-то думал, что ты заберешься внутрь, не спрашивая, раз уж вел себя столь дерзко.       По ту сторону алых занавесей воцарилась удивленная тишина. А затем алая ткань качнулась и зашелестела, когда демон забрался внутрь.       — Сядь, — хмыкнул Хуа Чэн, заметив, что демону приходится сгибаться, чтобы стоять в паланкине.       Было… забавно наблюдать, как демон сначала засомневался, думая устроиться рядом с Хуа Чэном, но потом просто опустился на пол рядом. Молодец, умен и не хочет прекращать свое существование. Демон неожиданно потянулся и снял маску — золотистые глаза, темные брови, мрачное выражение на лице. И, несмотря на всю эту мрачность, демон был не намного старше или младше него — примерно такого же возраста. Если это был его настоящий облик, само собой. И теперь, когда Хуа Чэн видел его лицо, теперь, когда он знал его, он особенно ярко и отчетливо почувствовал это вновь.       Потенциал.       Если так…       Хуа Чэн молчал, продолжая задумчиво разглядывать его.       — Был когда-то учеником?       — Был. И, в отличие от многих здесь, умею читать и писать, — спокойно произнес он. — Иногда это может пригодиться.       — Как теперь.       — Как теперь, — просто согласился он. — Мне бы не хотелось потерять работу в этой лавке. Свиноголовый не такой уж плохой хозяин.       — Хм.       За алыми занавесями паланкина город успокоился и вернулся к обычной жизни — похоже, те двое демонов на чем-то сошлись, и по поводу написанного в свитке, и по поводу лавки. Но теперь, внутри паланкина, Хуа Чэн сделал так, чтобы с улиц Призрачного города не доносилось ни звука.       — Ну что ж, господин ученик, сегодня ты мне помог. Немного, — лениво протянул Хуа Чэн. — В Призрачном городе такие вещи не остаются без внимания. Могу в ответ выполнить одну любую, небольшую просьбу. Подумай как следует, я и так слишком щедр сегодня. В конце концов никто, уровнем ниже Непревзойденного, не имеет права даже заговаривать со мной, — холодно добавил он, и паланкин по его приказу двинулся к Дому Блаженства.       Демон молчал некоторое время, задумчиво глядя на то, что его окружало — и на самого Хуа Чэна.       — Будет ли уместно, если я спрошу вас об одном человеке? — произнес он после продолжительного молчания, когда паланкин оказался возле берега озера.       Хуа Чэн хмыкнул, безразлично соглашаясь. Не было ничего необычного в том, что демон хотел узнать, кто его убил или причинил зло, или еще что-то подобное. Почему бы и нет.       — Покажи, — лениво произнес он. — Если я знаю, то скажу, если нет — что ж, не повезло, — Но едва он понял, о ком идет речь, поймав мысленное изображение, он удивленно обернулся к демону. — Почему?       — Вы сказали, что у меня лишь одна просьба. Это то, что я хочу, что мне нужно знать, — удивительное самообладание. Другие демоны и призраки вообще не смогли бы и слова вымолвить, сидя вот так вот на полу паланкина, у его ног. Но только не этот демон. — Кто это? Вы ведь его знаете, верно?       Взгляд Хуа Чэна скользнул по лицу демона, задержавшись на его золотистых глазах, прежде чем он снова расслабленно откинулся ни спинку сидения и обернулся, глядя в окно.       — Знаю.       Демон терпеливо ждал ответа, и Хуа Чэн вздохнул. Упрямый. И настойчивый. И умный. Помнит детали того, что ему важно. Умеет пользоваться сведениями. Смелый, но знает какие границы лучше не переступать. Хм. Ладно. Может, в этот раз…       — Повелитель Вод Уду. Вознесся несколько лет назад, почти одновременно со своим младшим братом, Повелителем Ветров Цинсюанем. Можешь считать это бесплатным дополнением к ответу на свой вопрос.       Что-то блеснуло после этих слов в самой глубине золотистых глаз. Демон вежливо поклонился, его губы дрогнули, словно он собирался сказать что-то еще, но паланкин остановился — они добрались до Дома Блаженства.       Хуа Чэн выбрался из паланкина, и демон последовал за ним, выражение на его лице стало еще мрачнее.       — Что?       — Вы сказали, что никто уровнем ниже Непревзойденного не имеет права даже заговаривать с вами.       — И?       — Как?       Хуа Чэн в ответ на это вопросительно приподнял бровь. Демон шагнул ближе, так и не надев маску, его взгляд натолкнулся на взгляд Хуа Чэна.       — Как стать Непревзойденным?       Хуа Чэн, услышав это, расхохотался.       — О, но это уже другая просьба, господин ученик.       — Я все равно выясню, — в его голосе было что-то такое, что мгновенно заставило Хуа Чэна перестать смеяться. — Но я предпочел бы услышать это от вас.       — Зачем? — он прищурился. — Мне-то что с того?       — Возможный союз.       Хуа Чэн резко обернулся, совершенно сбитый с толку.       — Ты никто и ничто, как ты смеешь говорить мне нечто подобное?       — Я всего лишь воспользовался возможностью поговорить с вами. Хуа Чэн хмыкнул и отвернулся, направившись в сторону Дома Блаженства.       — Ты узнаешь, — произнес он, больше не оглядываясь. — Все узнают, когда приходит время.       — Тогда увидимся, когда я стану Непревзойденным.       — Хм. Ну, если станешь, приходи. Теперь ты мне должен.       И Хуа Чэну даже не требовалось оборачиваться, чтобы почувствовать на себе тяжелый взгляд демона, пока он шел к Дому Блаженства.       Он покачал головой, и, очутившись внутри, увидел в окно лишь то, как этот демон — высокий, худой — возвращается обратно к себе в лавку.       — …удачи. Господин ученик, — пробормотал он, прежде чем направиться в свои покои.