Спиральные зарисовки

- Ну, как там Росс? - Эй, что с Араем? Уж ты-то должна знать. - Что нового слышно, Эльза? - Да что там случилось-то? "Расследование двеврианской катастрофы зашло в тупик. Недавно пришедший в себя капитан Арай Росс - единственный свидетель взволновавших Галактику событий - отказался давать показания. Официальный представитель Космофлота также воздержался от комментариев. Нам удалось выяснить, что врачи оценивают состояние капитана Росса стабильным, но по имеющимся сведениям..." Эльза в ярости сорвала с руки коммуникатор, отшвырнула в сторону случайно схваченную новостную планшетку. Лучше бы все эти сочувствующие и любопытствующие вовсе не интересовались судьбой ее друга. Не важно, что Арай не поделился своей болью даже с ней - в конце концов, это только его дело. Его боль, которая еще слишком живо отдает по нервам. Может, Эльза и не могла понять друга в полной мере, но была достаточно тактична, чтобы не лезть. Ее раздражало другое. Через месяц-другой ужас бойни на Двевре сотрется из памяти масс, притупится, объектом общественного интереса станет что-то другое. А Арай так и останется с пережитым один на один. Эльзе больно смотреть на него сейчас - и будет больно и дальше. Вдвойне больнее оттого, что, как ни пытайся, она не сможет разделить с другом его боль. И втройне - оттого, что принимает на себя этот удар, удар липкого любопытства, болезненной страсти к чужим страданиям, постыдного облегчения от того, что страдает кто-то другой, чужой... Нет, Арай никогда об этом не узнает, уж она-то постарается, но... Лучше бы им было все равно.