Любить — это значит...

Эмма посмотрела в его глаза, которые, казалось, готовы были притянуть её, проглотить целиком. — Да, жена. Нам нужно исполнить свой долг, верно? — после этих слов Рэй усмехнулся. Заметив, что внезапно его настроение резко улучшилось, она снова занервничала. Холодок пробежал по её спине, и она превратилась в статую. Этот человек был мужчиной, который будет её касаться. Она только сейчас осознала такой очевидный факт. Её муж. Они одни в комнате. Эта была не та ситуация, когда она могла сопротивляться. — Верно, Эмма? — она кивнула, и Рэй улыбнулся шире, чем она когда-либо видела раньше. Его улыбка не исчезла, и она слегка склонила голову. Он взял её за руку. — Не начать ли нам это сейчас? — Сейчас? — голос Эммы дрогнул в конце. — Нет времени лучше, чем сейчас, Эмма, — продолжая ухмыляться над её реакцией, он повел её к кровати. Эмма не сопротивлялась. — Эмма. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Он до сих пор смотрел на нее странным взглядом. — Нет нужды делать такое решительное лицо, — после этих слов Эмма покраснела. — Извини, я… — пока она говорила, Рэй осторожно потянул её за руку и подвел к кровати. Она мягко села, пытаясь понять то, что, казалось, никогда не имело смысла. Она понимала, что сейчас займутся любовью, но… Ей было интересно, какое выражение она должна иметь на самом деле. «Я… волнуюсь», — пронеслось в мыслях новоиспеченной маркизы. — Мы сделаем то, что подсказывают наши инстинкты. Следуй своим инстинктам, Эмма, — Рэй снова улыбнулся ей, и она подумала, что на её лице, возможно, снова появилось это серьезное выражение. Он лег на кровать. Эмма вспомнила одну книгу под названием «Секс и беременность», которую она прочитала в 15 лет. Эмма вспомнила наставления, поэтому она легла на кровать, приподняв край халата и слегка расставив ноги. Рэй некоторое время тупо смотрел на нее, пораженный тем, как быстро она заняла свою позицию. — Ты можешь сделать это… — робко произнесла она, уставившись на мужа. Темноволосый в замешательстве моргнул. — Что? — он смог это из себя вымолвить. — Я сказала, что можешь войти в меня… если хочешь. — Извини? — от такого ответа она была сбита с толку. «Он не знает про секс? Разве он не спал с женщинами?» — выражение его лица и общее недоумение по поводу её действий тревожили Эмму. — Ты должен войти своим членом в меня. «Он не знает, что должен дать мне семя, чтобы выполнить свой долг?» — недоумевала девушка. Рэй снова моргнул, но ни слова не слетел с его губ. Она продолжала объяснять неуверенным голосом: — Мужчина должен войти в тело женщины своим членом, чтобы дать ей семя. Когда семя высвобождается, сперма и яйцеклетка встречаются, и яйцеклетка оплодотворяется. Оплодотворенная яйцеклетка благополучно цепляется в матку… — Эмма, подожди, — Рэй продолжал смотреть на нее, все ещё лежа, слегка расставив ноги. Эмма почувствовала себя странно. — Ты никогда не получала формального… образования по сексуальным вопросам? — на его вопрос Эмма неуверенно кивнула. При этом Рэй почувствовал облегчение и сумел улыбнуться. «Она меня убьет, уничтожит», — подумал он. — Это многое объясняет. Эмма нахмурилась. Она всё делала так, как было написана в книге. «Что за чертовщина? Он же со многими спал, поэтому должен знать», — она не понимала такую реакцию маркиза. — Я читала книгу, — спокойно сказала она, — так что у меня есть хорошее представление о том, как это происходит. — Эмма, есть и другие факторы… — Рэй в свою очередь слегка нахмурился. — Я читала, что у мужчин перед половым актом кровеносные сосуды в члене расширяются. Это уже произошло? — она спросила. — Эмма, — у него было настолько странное выражение лица, что Эмма не поняла. «Не думаю, что могу сдерживать себя, если она будет продолжать», — мужчине хотелось взять её прямо сейчас, но он понимал важность этой женщины для своего сердца. — Да? Он сел на кровать рядом с ней, протянув руку. Когда он взял Эмму за руку, он переместил его на шею, нежно лаская женскую кожу. Другой рукой он переместился через кровать к ней. Он лег рядом с ней, его дыхание было прерывистым, как теперь у нее. — Не волнуйся, — он ласково прошептал, повернувшись к ней лицом, успокаивая её своими чарующими глазами. Эмме стало очень тепло. — Если случится что-то, что тебе не нравится, или тебе будет больно, скажи, пожалуйста, ладно? Эмма поняла, что это был первый раз, когда он по-настоящему показал свою сторону, которую можно было назвать уязвимой. Он заботился о ней. «К черту этот договор», — пронеслась у нее в мыслях. Его губы приблизились к её, и она не пыталась этого избегать. Это было странно и мягко, и у нее перехватило дыхание, но все, что она знала, было то, насколько это правильно. Естественно? Его рука переместилась от её шеи к талии, касаясь как можно большего по пути. Когда они целовались, Эмма почувствовала сдержанность в его движениях, поскольку он сдерживал себя. Прежде, чем она осознала это, халат расстегнулся под его пальцами. На мгновение она почувствовала укол стыда за свою наготу, почувствовав, что её положение слишком неудобно, чтобы Рэй мог насладиться. Но пока она дрожала от стыда, он медленно снял свою одежду, и температура между ними поднялась еще больше. Два обнаженных тела без преград перекрывали друг друга. По мере того как движение его языка, заполнявшего её рот, постепенно становилось грубее, она отстранилась. Он улыбнулся ей. — Всё будет хорошо, — это был расслабленный голос, но улыбка на лице Рэя уже исчезла. Одна его рука взяла её руку, прижимая к простыням, а другая его рука потянулась к её мягким холмам. Обняв её сильнее, его рот переместился к её шее, и поцелуй продолжился там. — А, подожди… — прошептала она тихим голосом, а его пальцы легонько кружили возле её затвердевших сосков. — Я сделаю это медленнее… Она застонала не только от вожделения, но и от легкого смущения, когда его губы переместились с её шеи на ключицу. Каждая толика давления была нежной, но достаточной, чтобы ощущать её насквозь. В конце концов, его рот добрался до её холмиков. Она ощутила его горячее дыхание на своей груди, задрожав сильнее. Его язык, который ласкал ей груди, был мягким и медленным, дразнящим, её тело не могло отступить. Это было далекое чувство, которое трудно объяснить словами. Все мысли Эммы были сосредоточены на кончике его языка, который медленно облизывал её и снова сильно давил на её сосок. Задыхаясь, она поняла, что никакая книга не могла бы научить её этому удовольствию. Она не могла удержаться от стона, даже после того, как попыталась плотно свернуть простыню под пальцами. — Ах… Эмма положила руку на поясницу Рэя, чувствуя его туго сплетенные мышцы спины, которые напряглись от того, что он сдерживался с ней. Когда она это сделала, рука, игравшая с мягкими холмиками, опустилась на тепло, исходившее от её бедер. Она заметила, что в какой-то момент сжала ноги вместе, даже не осознавая этого. — Откройся мне, Эмма… — пробормотал Рэй, и ей больше не требовалось приглашения. Его язык начал двигаться вниз по её телу, облизывая и целуя её ребра. «Похороненная» в простынях, ей некуда было бежать. Она реагировала на каждое его медленное движение таким образом, что у нее кружилась голова, а жар между её ног, казалось, распространялся по всему телу с каждым его прикосновением. Когда его дыхание достигло чувствительной части её живота, точнее чуть ниже живота, Эмма ахнула и слегка оттолкнула его. — Это… я чувствую себя так, что… Рэй, я… Рэй медленно поднял голову. Темно-зеленые глаза, которые теперь казались темными глаза, встретились с её, сверкающими решимостью. Её бедра всё ещё были раздвинуты, потому что его руки крепко сжимали мягкую плоть с каждой стороны. Он прижался губами к ее животу и заговорил, и она почувствовала, как вибрации его голоса достигли ее самого центра. — Эмма, что-то не так? — он прошептал. — Нет… просто… Я… — Тогда я не остановлюсь, — последовал его ответ. Эмма распахнула свои зеленые глаза. Она почувствовала, как его правая рука оторвалась от ее бедра и провела внутреннюю линию к её теплу. Ей не нужно было смотреть, чтобы понимать, что она вся мокрая. Все это показывает желание, которое она больше не могла скрывать за фальшивой улыбкой. Один из его пальцев мягко провел по её клитору и заставил Эмму вздрогнуть. — Аах! — она испытала смесь шока и удовольствия. Рэй ухватился за такую возможность. Он раздвинул её ноги далеко друг от друга, и его язык, который кусал нежную плоть там, где бедро Эммы встречалось с её чувствительными внутренними стенками, двинулся внутрь и раздвинул её. Эмма почти ничего не видела, почти не думала. Мир был туманом с одним светом. Она видела только Рэя, который приносил ей невероятные чувства своим языком. Эмма впервые испытывала эти чувства. Эти чувства её затягивали и пугали одновременно. Она не представляла, что человеческое тело может испытывать что-то подобное. Это так сильно отличалось от её собственных исследований, было намного более интенсивным, и каждый горячий вдох, который он выдыхал, делал это ощущение ещё более невероятным. Его мягкий язык продолжил ласкать центр её удовольствия, и она громко застонала, отталкиваясь от его настойчивости. — Рэээй, остановись… на минутку, пожалуйста. — Разве тебе не хорошо, Эмма? — прошептал он ей. Крепко сжав её бедра, он возобновил свои действия. Рэй начал нападать на нее своим языком уже во второй раз, и она не пыталась убежать от него снова. Волна за волной давления и удовольствия обрушивалась на Эмму. Она сильно дрожала и отчаянно изгибала тело, вцепившись руками в мягкое постельное белье. — Потому что это хорошо… это так хорошо, что я не могу… Ничто из того, что Эмма читала в любой книге, не могло адекватно описать то, что она переживала под устами этого мужчины. Она ахнула и пробормотала почти наполовину в сознании: — Я никогда не знала, что это будет так хорошо… — сказала она. Он нежно поцеловал её клитор, заставляя её дрожать еще больше. — Это всегда будет так хорошо, Эмма, — сказал Рэй. Уверенность в том, что он мог контролировать её, заставлял каждое его слово звучать как команду. Не дожидаясь дальнейшего ответа, он снова стал её ласкать. Его пальцы толкали и прощупывали глубокую влажность её «ядра», а кончик его языка нетерпеливо ласкал её клитор. «Она моя. Я никому её не отдам. Убью всех, кто осмелится посягнуть на неё», — подумал Рэй. Теперь Эмма свободно отдалась ощущениям, переполненная сильным желанием, которого она никогда не испытывала ни к кому другому. Его рот продолжал явно двигаться между её ног, пока она не задохнулась и не обернулась вокруг талии. Когда она достигла кульминации, её глаза закатились, и она зажала рот рукой, чтобы крик не разбудил всех, кто в этом доме. Руки Рэя всё ещё широко раскрывали её бедра, когда она вздрагивала и стонала сквозь пальцы. Он снова опустил голову, и прежде, чем Эмма успела остановить дрожь в ногах, спальня женщины снова наполнилась её стонами. Все её тело болело, как хорошо, так и изнуряюще, и движения Рэя языком были близки к тому, чтобы полностью вырубить её, полностью лишить её сознания. Маркиз, казалось, почувствовал это, потому что в тот момент, когда она подумала, что больше не выдержит, она почувствовала, как его пальцы входят в нее. Стимул, который она чувствовала изнутри, стало еще более интенсивным, и она, совершенно не задумываясь, схватила его за волосы и прижала его нетерпеливый рот ещё ближе в экстазе. Его блестящие черные волосы были скользкими от пота, который она чувствовала между пальцами. — Тебе так хорошо — сказал он, и вибрации его низкого голоса заставили её танцевать в их ритме. Эмма могла только стонать в ответ. — Тебе нравится это? — он надавил на её клитор ещё больше, а его пальцы крутились и играли внутри нее. — Пожалуйста, пожалуйста… Пока его пальцы двигались, её тело начало трястись сильнее, чем раньше. Эмма чувствовала себя не в своей тарелке. Казалось, все доставляет ей удовольствие, которого она никогда раньше не испытывала, но реакция её тела была такой естественной, как если бы оно помнило все эти вещи, как будто то, что Рэй делал с ней, было правильным. — Мне это так нравится, Эмма… Скажи, что тебе тоже нравится. Она чувствовала, что простыня под ней пропитана жидкостью, её жидкостями. Его пальцы сильно двигались внутри нее, начиная ещё больше открывать узкий путь внутри нее. Пальцы постепенно превратились в три, и она почувствовала, как её зрение размывается по краям. — Аааах…! — Скажи это, — теперь приказ. Приказ маркиза, её мужа. — Мнее… — Эмма дрожала. Даже когда она открыла глаза, ничего больше не было. Когда она не ответила, заикаясь, он нежно покусал нежную плоть на внутренней стороне её бедра, как бы наказывая. Затем одним быстрым движением он снова оказался на ней сверху. Тихий голос прошептал ей на ухо: — Эмма, скажи мне. Это был невообразимый голос Рэя, который сейчас был таким аккуратным и нежным. Это сломало все оставшиеся барьеры для её чувств, и она знала, что, чтобы он ни попросил сейчас, она сделает. Прямо сейчас она была его. Полностью и во всех смыслах этого слова. Рыжеволосая посмотрела ему в глаза, всё ещё дрожа и тяжело дыша. Рэй не улыбался, но она могла сказать, что он безмерно наслаждался её уязвимостью. — Я не могу больше ждать, Эмма… — Мне… так… так… Захватив её шею, он терся носом и грыз её нежную кожу. «Он… сошел с ума», — только сейчас она это поняла. Эмма почувствовала, как его твердость давит на нее. У нее не было выбора, не было желания или способа остановить огромный член, который хотел войти в её тело. Эмма отвернулась от него, когда его член нашел свое отверстие и вошел, с новыми волнами огненного, режущего удовольствия и боли. — Бооольно! Ах, ах… — Прости… — он немного замедлился, всё ещё находясь внутри нее. — Даже если будет больно… Не думаю, что смогу остановиться, Эмма, — Рэй поцеловал её ключицу и прошептал. Эмма была шокирована его словами. Эмма испустила стон, который она не знала, что она способна издать из глубины своего горла. Боль утихала, но всё ещё была сильной, и, когда он колебался, она положила руки ему на спину и толкнула, втягивая его ещё глубже в себя. Она почувствовала, что Рэй наполнил её. «Боже! Это удивительное чувство… Так туго внутри нее. Это потому, что она девственница?» — он нахмурился, но губы его улыбались. Но в последний раз, когда Рэй занимался любовью с девственницей, не было ничего особенно приятного, как сейчас. Тогда он вообще не мог наслаждаться сексом. Но почему эта женщина была другой? Его сексуальное желание совсем не утихло, а разгорелось с ещё большей силой. Он был весь в поту. Почувствовав и погладив её тело, Рэй очень оценил её миниатюрную фигуру. Её тело было маленьким, а кости тонкими. Казалось, он мог бы легко сломать ей кости, если бы сжал слишком сильно. «Моя королева. Она принадлежит мне. Только мне», — он продолжал осторожно, как будто держал в руках стакан, борясь с сердцем, которое хотело огрубить её тело до его полного желания. — Все в порядке… — сказал Рэй, его голос стал тише. Он дошел до предела внутри нее сейчас, полностью, и начал задыхаться. Эмма застонала и последовала за его движением, поднимая бедра одновременно с его толчками вниз. Все мысли о несовместимости, странности ушли из её разума, их заменили его размер, сила и то, как он заставлял её чувствовать. Их звуки стали совпадать по интенсивности, когда он начал двигать талией быстрее. Его ствол сжимался и пульсировал внутри нее, кожа к коже без границ… Жидкости, которые они делили, кружились и смешивались с движениями… — Посмотри, Эмма… посмотри на меня… — он отчаянно шевелил бедрами, целуя мочку её уха. Его глаза блестели оттенками жестокости. Она посмотрела ему в глаза и увидела, что он нуждается в ней. Рот Эммы разинулся от головокружительного удовольствия, которое вспыхнуло фейерверком перед её глазами. Она чувствовала, что вот-вот сойдет с ума, погрузившись в наслаждение, окутывающее её тело. Его шепот смешался со звуком их тел, достигнув естественного, отчаянного завершения их вожделения друг к другу. — Ты не должна это забывать… Эмма достигла своего апогея, когда его кончил в неё горячим, мощным потоком. Она схватила его за руку и закричала во все горло, когда она почувствовала, как он пульсирует и кончает все больше. Так много жидкости внутри нее, когда она напряглась и сжала его своим собственным оргазмом… Рэй упал в нее, затаив дыхание, и она втянула его в поцелуй, который, казалось, смыл все мысли из её затуманенного разума.

***

Эмма не легла бы в постель так легко, если бы знала, что Рэй планирует взять её более одного раза, как он это сделал. После того, как они проделали это ещё два раза подряд после, Эмма, которая всё ещё тяжело дышала, наконец была заключена в его объятия. Вся её уверенность в своей физической силе покинула её; она была измучена до такой степени, что не знала, что когда-нибудь встанет с постели. Рэй уставился на нее своими добрыми глазами, которые утратили стальную, жестокую окраску, которую они показывали, когда он заставлял её корчиться, стонать под ним. Он играл с её рыжими волосами. Эмма была поражена тем, что этот мужчина, которого она считала чужим даже после их свадьбы, теперь чувствовал себя так близко только потому, что они сплели свои тела вместе. Вопросы о том, хорошо ли это, на которые он почти приказал ей ответить, и его теплые руки и видимая потребность в ней, которая длилась на протяжении их актов, были внутренне приятными. Однако было чувство неловкости в Эмме, от которого она не могла избавиться. — Похоже, это прошло хорошо, чтобы ты захотела сделать это снова, — сказал Рэй с кривой улыбкой. На этот раз Эмма ответила без колебаний. — Это было действительно хорошо, — ответила она. Однако глаза выдавали её. — Что случилось, Эмма? Она не ответила. Как она могла сказать ему, после её реакции на его похоть и его физическое проявление, его действия, что их брачный договор занимает её мысли? Рэй, казалось, догадался. Он слегка поцеловал её в губы. «Почему граф Ратри не захотел меня взять замуж, если хотел защитить меня. Он сказал Рэю, что будет молчать, но… Неужели он считает, что я не стою его внимания? Он не отправил и цветка, когда я болела», — эти мысли не давали покоя девушке. Эмма всё ещё прислонилась к его груди и слышала, как колотится собственное сердце. Она молчала, потому что он молчал. Она получила желаемое, но… что-то было не так. Эмма будет наслаждаться всем, что у нее есть, не обращая внимания ни на что. На мгновение она тупо уставилась на его изящное лицо. Странная атмосфера, в которую она попала, находясь под ним, неспособная выносить, как её похоть овладела ей… Рэй был прекрасным мужчиной в её глазах. Но в мыслях возник другой образ, ошарашив девушку. Аквамариновые глаза всего лишь на мгновения почудились рыжеволосой. Рэй заметил изменения в лице жены. Он не понимал причину этих изменений, но отменная интуиция мужчины подсказывала ему. Мужчина. Это связано с мужчиной. Есть только один человек, который в прошлом сильно волновал его жену. «Норман», — Рэй почувствовал странное желание, что ему хотелось свернуть шею своему названному брату. — Эмма, — произнес он её имя, заставив вздрогнуть девушку, теперь уже женщину, всем телом. Глаза мужчины потемнели. — Не смей думать о других мужчинах в моей постели. Не только в постели. Ты теперь принадлежишь мне, — не дав ей как-то отреагировать или ответить, он поцеловал её в губы, вырываясь в её рот своим языком.