Любить — это значит...

Эмма старалась не вспоминать о предсказаниях сумасшедшей гадалки. Кроме них, у нее были и другие заботы. Недавно Эмма, как маркиза Фалькон, устроила чаепитие в саду, чтобы исполнить свои общественные обязанности. Мероприятие прошло неплохо, без срывов. Ей удалось установить хорошие связи, которые важны в обществе, потому что без поддержки в светском обществе столицы выжить почти невозможно. Исторически так сложилось, что замужние благородные женщины занимают определённое место в светском обществе сразу после получения дворянского титула. Увы, не все замужние благородные женщины сохраняют хороший статус в светском обществе. Женщины конкурируют между собой, как бы развлекаясь. Они могли устраивать срывы мероприятий, тем самым опозорив хозяйку мероприятия, унизить в глазах женского общества. На такие «разборки» не могут влиять их мужья, что делало ситуацию ещё более затруднительной. По этой причине Эмма была настороже. Казалось бы, у них нет политической власти, но на самом деле есть определенная группа избранных женщин, которые способны на многое. Эмма, конечно, понимала, что ее будут сравнивать с Изабеллой, у которой было много недоброжелателей. Женщинам светского общества она не нравилась, потому что была замужем за герцогом Ратри, получила развод, что считалось редкостью в герцогских семьях, при поддержке короля Роджео она вернулась в родной дом, и вскоре ее сын стал маркизом, что еще больше раздражало многих. К удивлению рыжеволосой, никто не осмелился устроить срыв ее мероприятия. Она была благодарна Господу за то, что все прошло хорошо. В то же время она понимала, что все они все еще наблюдают за ней, а не действуют открыто. Но речь сейчас не об этом… Из бесед, которые вели замужние женщины благородного происхождения, Эмма многому научилась. Горячей темой чаепития, устроенного Эммой, стала тема страстных отношений пары маркизов Фалькон, о которых ходили самые разные слухи. Рэй Фалькон был любимцем многих женщин, поэтому всех интересовала его жена Эмма. Многие женщины с опытом давали ей советы по интимным отношениям супружеских пар, чтобы поддерживать интерес мужчины, пока они (Эмма и Рэй) являются молодоженами. Эмме некоторые советы показались возмутительными, но она умело промолчала, но некоторые из них действительно зацепили ее, поэтому она решила воплотить их в реальность; Эмма хотела многое изменить. 1) В постели мужчина должен думать, что он контролирует весь процесс, но на самом деле женщина должна делать все так, чтобы мужчине так казалось. Женщина должна контролировать желания своего мужа, чтобы он не терял к ней интереса. Конечно, это работает только с молодоженами. «Мы молодожены, пока у нас нет ребенка, верно? Я попытаюсь разнообразить наши отношения», — решила она. 2) Женщина не всегда должна слушаться мужа, чтобы дергать за его струнами души. Разумеется, это не должно перерасти в крупную ссору. Общество твердит, что жена должна слушаться мужа и повиноваться ему, но опытные женщины знают (мужчины тоже, но не все признаются в этом под влиянием общества), что мужчинам более привлекательны жены, которые могут отстаивать свои личные границы, готовы дать отпор мужу, когда мужья могут позволить себе наблюдать за таким поведением жены, не позоря себя в глазах слуг и окружающих, готовы вести себя с мужьями как куртизанки, но в обществе притворяются послушными, показывая себя с разных сторон. Таким образом, женщина сможет добиться своего от мужчины, который будет ее поощрять. «Звучит как какой-то сюжет дешевого романа, но если это советует графиня Свальф, у которой, по слухам, прекрасные отношения с мужем, то стоит определенно попробовать», — подумала Эмма. 3) Вести с мужем себя то холодно, то страстно. Пробуждать интерес мужа, если это возможно. «Я боюсь реакции Рэя, если я буду вести себя с ним холодно. Боюсь, это того не стоит, но мне нужно знать», — рыжеволосая вздрогнула, вспомнив сумасшедший, странный блеск в его глазах, когда она вела себя по-другому, как говорил Рэй.

***

Эмма с помощью прислуги уже вымылась до прихода маркиза, чтобы не провоцировать его снова на интимные отношения. «Он постоянно хочет секса. Мне нужно проконтролировать это, иначе он не будет считаться со мной», — посчитала она, наслушавшись разговоров других женщин. Вернувшись в её покои, Рэй увидел, что его жена уже успела принять ванну и облачиться в ночную рубашку. Ранее он уже приказал подать их ужин в покои маркизы. Подойдя к столу, он обнаружил там порцию жареного цыпленка с тушеными овощами и пудинг. Заметив, что тарелка Эммы пуста, темноволосый взглянул на нее с ироничной улыбкой: — Не хочешь со мной есть. — Не хочу, — голос Эммы звучал бодро. — Я уже поужинала без тебя. — Должен признаться, я не ожидал от тебя такого, — он сел за стол и расправил на коленях чистую салфетку. — Ты сегодня ведешь себя странно. — Также, как и ты, Рэй, — осторожно заметила Эмма. — Завтра я покину поместье. Маркиз удивленно воззрился на нее, не донеся вилку до рта. — Хочу погостить в доме дяди. Побуду там около месяца, — продолжила рыжеволосая. — Как я уже говорила, я хочу отдохнуть от тебя, — сказала она, намекая на его ночную страсть. — Днем — пожалуйста. Но вечером тебе придется возвращаться в мой… в наш дом. Эмма ответила ему твердым взглядом. — Я имею право оставаться там, когда захочу и сколько мне заблагорассудится. Ты не можешь мне запретить! Рэй проглотил еду и раздраженно отозвался: — Я запрещаю. Я твой муж, Эмма. Ты не можешь покинуть особняк. Эмма упрямо покачала головой, приведя его в ещё большее раздражение. — Я хочу поговорить с баронессой. Кроме того, я не сплю по ночам из-за тебя, так что мне нужно отдохнуть. Мне даже больно ходить из-за тебя. — Ты останешься дома, Эмма. Это не обсуждается, — Рэй строго посмотрел на свою жену. — Пригласи баронессу в гости. Я разрешаю. «Чертовка! Ты не можешь покинуть меня», — Рэй был раздражен её словами и упрямством этой женщины. — Я у тебя не разрешение спрашиваю. Я хочу гостить в доме дяди, — настаивала она. — Очень жаль, Эмма. Ты не можешь оставаться там на ночь. — Я сделаю по-своему. Рэй свирепо уставился на жену. Кто бы мог подумать, что за этим очаровательным личиком скрывается такой упрямый характер? Впрочем, он уже имел возможность убедиться, что она способна на отчаянные поступки, чтобы добиться своего. Черт знает что она выкинет, если он будет чересчур давить на нее. Постаравшись расслабиться, темноволосый продолжил трапезу, не чувствуя вкуса. Даже если б блюда были приправлены изысканным иностранным соусом, он не заметил бы разницы. Его изобретательный мозг напряженно работал, пытаясь придумать, как переубедить Эмму. Наконец, придав лицу участливое выражение, он вкрадчиво произнес: — Дорогая, я не могу допустить, чтобы ты оставалась в доме барона. Могут пойти нехорошие слухи о нас. У меня и так много врагов. Ты можешь оказаться в опасности. Не может быть, чтобы ты не понимала, насколько это опасно. — Можешь не беспокоиться за меня. Если тебе нужна женщина, то можешь привести в свои покои любовницу. Я не возражаю, — зеленые глаза девушки светились решимость. «Эмма, ты играешь с огнем. Не стоило тебе делать такие заявления», — прошептал ей разум. Все хваленое самообладание Рэя испарилось, как капли воды на раскаленной плите, когда он услышал её слова. Ему вдруг захотелось потащить эту рыжую бестию в постель и оттрахать до потери сознания, чтобы она забыла обо всем на свете. Рэю хотелось запереть её в клетке. — Проклятие! Дело не в страсти. Просто… это неприлично, Эмма. Маркиза Фалькон не может оставаться в доме свои дяди даже на пару дней. — Теперь ты о приличиях думаешь? — остро заметила она. — Это не повредит твоей репутации. Не волнуйся. Я всего лишь соскучилась по своим родным, — почему-то его свирепая гримаса вызвала у нее улыбку. Эта улыбка, хоть и едва заметная, поразила Рэя в самое сердце. Будь он проклят, если позволит потешаться над собой семнадцатилетней девице — впрочем, теперь уже не девице, — которая настолько наивна, что полагает, будто способна противостоять ему! Рэй одарил её ледяным взглядом, способным заморозить и более достойного противника. — А ты подумала, дорогая, вообразив себя ангелом милосердия, кто защитит от грязных слухов в обществе? Ночевать там одной, без мужа равносильно тому, чтобы напрашиваться на грязные слухи. Ты буквально говоришь всему свету, что у нас «проблемы» в браке. А у меня есть более приятные занятия, чем очищать наш род от грязных слухов, пока ты «отдыхаешь» в поместье барона. — Никто и не просил тебя об этом, — отозвалась Эмма ровным тоном. — Я прекрасно справлюсь без тебя. — Представляю, — саркастически уронил Рэй, внезапно потеряв интерес к остывшей пище, стоявшей перед ним. Бросив салфетку на недоеденный ужин, он поднялся из-за стола и стянул с плеч сюртук. Он чувствовал себя грязным и усталым и собирался воспользоваться ванной, но ему не хотелось звать слуг. Внимание Рэя привлекло сияние золотого кольца, которое он подарил Эмме. Глядя на него, он испытал странное чувство — почти неодолимое желание бросить рыжеволосую на постель и овладеть ею без всякой преамбулы. Может, это заставит её признать, что она теперь его собственность. Для цивилизованного человека — каким он всегда себя считал — эта вспышка примитивной похоти была тревожным сигналом. Раздеваясь, он сердито швырял свои вещи на стул и размышлял о женщинах, которые годами мечтали выйти за него замуж. Красивые и обеспеченные, они готовы были на все, кроме убийства, лишь бы довести его до алтаря. Но Рэю не был интересен брак, пока он не встретил Эмму. После той судьбоносной встречи Рэй почувствовал, что сошёл с ума. Он не мог представить свою жизнь без этой женщины. Он женился на девице, не имеющей понятия о светских приличиях и ослиным упрямством. Вступив в брак, он не посмотрел ни на одну женщину, кроме своей жены. Мысль о том, что её не будет в постели ночью, сильно злила маркиза. Заметив, что Эмма отвела взгляд от его обнаженного тела, Рэй криво ухмыльнулся. «Пошли все к дьяволу», — подумал темноволосый раздраженно, отправляясь в ванную комнату, чтобы привести себя в чувства.

***

Рэй услышал, как Эмма резко втянула в грудь воздух, когда он вышел из ванной, закончив свои водные процедуры. Небрежно обернув бедра полотенцем, он закрепил конец на талии и направился к шкафу. Порывшись внутри, он извлек расческу и, подойдя к зеркалу, стоявшему на умывальнике, принялся безжалостно расчесывать мокрые волосы. В зеркале отражалась постель, и он мог видеть Эмму, наблюдавшую за ним. Не оборачиваясь, Рэй поинтересовался: — Меня сегодня ждет участь собаки мясника, Эмма? — Собаки мясника? — переспросила она, не понимая его слов. — Ну да, собаки, которая лежит в углу мясной лавки и облизывается, глядя на кусок мяса, который ей не позволено трогать, — Рэй зло усмехнулся. — Едва ли подобное сравнение можно считать лестным для тебя. «Кажется он зол», — заметила она. — Так каков будет ответ? — он смотрел на неё через зеркало. — Прошу меня простить, но… Я… Я хочу немного отдохнуть от интимных отношений. Ошеломленный и задетый, Рэй положил расческу и повернулся к ней лицом. Женщины ещё никогда не отказывали ему. И тот факт, что Эмма оказалась способной на это после всех наслаждений, которое они испытали каждый раз, выходил за рамки его понимания. — Если ты сильно хочешь, то можешь позвать другую женщину, чтобы удовлетворить свои потребности. Я слышала об этом в светских кругах, — напомнила она извиняющимся тоном. — Вот так ты заговорила? — осведомился Рэй, бросив красноречивый взгляд на рыжую. — Мне необходим интимный покой. Я не думаю, что создана для таких каждодневных утех и не только, — буркнула Эмма, потупив взгляд. — Я вынуждена напомнить, милорд, что мы заключили соглашение. Я рожу вам ребенка, буду вести светскую жизнь, чтобы поддерживать статус рода Фалькон, — сама того не заметив, она перешла в более почтительный тон. — Быть мне верной женой, — добавил он. — Чего ты хочешь? Может я тебя чем-то задел, сам того не заметив. Позволь мне узнать, — тон его голоса был полон яда. — Маркиз! Я хочу разобраться в себе. Мне сложно от ваших поступков в постели. Тем более, вы сами говорили о том, что у вас нет ко мне глубоких чувств, что влюбленные, назойливые, глупые женщины вызывают у вас отвращения, — с видимым усилием она подняла на него взгляд. — Я не возражаю против ваших амурных похождений, о которых я хорошо наслышана, но не хочу быть одной из ваших любовниц. Для вас сексуальные отношения — всего лишь игра. Я отношусь к этому иначе и не хочу, чтобы вы ранили мои чувства, а это неизбежно произойдет, если я буду спать с вами несколько раз за один день. Каждый день в неделю! «Знала бы ты о моих чувствах, глупышка. Я готов за тебя убить любого, а ты о других женщинах говоришь. Я хочу тебя придушить», — подумал Рэй, смотря на свою жену. — Я не собираюсь извиняться за свое прошлое, Эмма. Мужчина просто обязан иметь некоторый опыт, — Рэй постарался сохранить спокойствие, хотя внутри у него все кипело от смеси вожделения и досады. — Судя по тому, что я слышала, вашего опыта хватило бы на десятерых, маркиз. — Почему это тебя так волнует, Эмма? — поинтересовался он насмешливо. «Что на нее нашло? С чего бы разговоры об амурных делах? Ссора из пустого места. Будто бешенная собака укусила», — подумал он. — Потому что… вы напоминаете мне кобеля, который рыщет по всем подворотням, выпрашивая объедки. Я не хочу быть очередной подворотней. Вся ваша жизнь доказывает, что вы не способны хранить верность одной женщине. — То, что я не пытался этого делать, еще не значит, что я не способен на это, Эмма, — сухо отметил он. — Я просто не хотел. И я не нуждаюсь в нравоучениях такой чопорной сучки, как ты. При слове «сучка» Эмма напряглась. — Я попросила бы тебя не употреблять бранных выражений. — Вполне подходящее выражение, если речь пошла о кобелях, Эмма,  — огрызнулся Рэй. — Кстати, в моем случае это сравнение совершенно неуместно. К твоему сведению, это женщины гоняются за мной, а не наоборот. — Тогда можешь отправляться к одной из них. — О, я так и сделаю, — свирепо отозвался темноволосый. — Я пущусь во все тяжкие и не успокоюсь, пока очередная оргия не закончится арестом всех участников. Хорошо, Эмма? Тогда ты будешь довольна? Но пока… неужели ты действительно полагаешь, что мы сможем спать в одной постели, целомудренные, как парочка монашек на каникулах? — Для меня это не составит труда, — заявила Эмма, сознавая, что наносит ему смертельное оскорбление. В его взгляде полыхнул такой огонь, что она бы не удивилась, если бы он воспламенил постельное белье. Пробормотав длинное ругательство, значительно расширившее её познания в богохульстве, Рэй уронил полотенце и шагнул к лампе, чтобы потушить её. Перехватив смущенный взгляд Эммы, устремленный на его возбужденное естество, он криво усмехнулся. — Не обращай внимания, Эмма, — буркнул он, забравшись в постель. — У меня есть все основания ожидать, что отныне твоя близость будет действовать на мои интимные органы как продолжительное купание в сибирском озере. «Убить бы эту рыжую бестию. Наслушалась всякого от разных идиоток, теперь на мне свои эксперименты ставит», — подумал темноволосый. «Прости, Рэй», — мысленно извинилась рыжеволосая, жалея о том, что решилась следовать совету «опытных» женщин.

***

Утром Рэй сообщил Эмме, что Норман приглашает гостей для охоты в свой загородный особняк, который ему подарил герцог Ратри на его совершеннолетие. По этой причине рыжеволосой пришлось отложить свои планы на отдых в доме дяди. На самом деле она втайне была рада этому, потому что Рэй заговорил с ней первым после их вчерашней ссоры, но она этого не показала. Кивнув, она сказала мужу, что посетит магазины с подругой, на что Рэй что-то пробормотал в ответ. «Не спрашивает у меня разрешения. Что-то в ней изменилось. Определенно», — заметил он. Эмма с Гильдой стояли на пороге известной парфюмерной лавки. Девушка с волосами цвета оливки явно была этому не очень рада. Она нетерпеливо дергала свою спутницу за рукав. — Эмма, горничная бы купила твои духи. Я вижу, что ты готова там стоять часами и нюхать все эти склянки, — Гильда была недовольна поведением своей подруги. — Ты маркиза Фалькон. Тебе не следует заниматься чем-то подобным. — Тебя что-то смущает? — спросила рыжеволосая. — Если это так, то подожди в карете, с горничной, — заметив, как она поморщилась, Эмма рассмеялась слишком громко и весело для своего статуса. Устало вздохнув, Гильда покачала головой. Подруги вошли в парфюмерный магазин. — Я пришла за особым ароматом, — сказала Эмма хозяину, не поздоровавшись с ним. Гильда посмотрела на подругу с укором, неловко улыбнувшись хозяину магазина. Пожилой господин в очках стоял за длинным дубовым прилавком, покрытым многочисленными царапинами. — Вы ищете особую эссенцию, от которого люди буквально сходят с ума? — спросил он с улыбкой. Эмма закивала головой, словно понимала его слова. От этих слов Гильда выпала из реальности, уставившись на Эмму. «О чём, черт возьми, они говорят? Причем тут сумасшествие?» — не понимала она. Пожилой господин, мистер Девс Миттл, взглянул на Эмму с неподдельным интересом. Его особая эссенция пользовалась популярностью у замужних дам светского общества, поэтому он не ожидал услышать что-то подобное из уст молодой девушки, на вид которой он дал не больше пятнадцати-шестнадцати. — Миледи, — произнес он после своих размышлений, — если вы соблаговолите подождать немного, пока я схожу за ней… Эмма ещё раз кивнула кивнула и осталась дожидаться, облокотившись о прилавок. Ей было любопытно. Графиня Джоунс, мать Гильды, посоветовала Эмме купить эту эссенцию, не сказав ей почему. Графиня лишь намекнула рыжеволосой о том, что это поможет в её замужней жизни. «Я не совсем понимаю, как эта эссенция поможет моей брачной жизни… Раз мама Гильды советует, то стоит купить. Наверное», — решила она. Мистер Миттл исчез за занавеской, прикрывающей ход в соседнюю комнату. Там хранились многочисленные папки с прописями, громоздились шкафы, забитые вытяжками, настойками, дистиллятами. На самой верхней полке покоились завернутые в льняную ткань старинные галльские и греческие фолианты, посвященные парфюмерному искусству. Хороший парфюмер — это всегда немного алхимик, немного художник и немного волшебник. Верно? Взобравшись на деревянную лесенку, мистер Миттл достал с полки сосновый ящичек… И вот ящичек оказался на прилавке. Подруги с любопытством следили, как пальцы парфюмера откинули крошечные медные петельки. Внутри оказался флакончик, запечатанный восковой печатью. Эти капельки почти бесцветной жидкости стоили целого состояния, ведь они были очень популярны среди некоторых групп замужних дворянок. Сорвав печать, он капнул драгоценную жидкость на платок и подал его Эмме, которая предвкушала это. Она сделала вдох. Почти невесомый аромат, легкий и нежный, он вдруг набрал силу, сменился неожиданно чувственным. И вот уже первое дуновение унеслось прочь, оставив на память дразнящий сладковатый привкус. «Невероятный аромат! Такой редкий, кажется», — отметила она. Эмма изумленно смотрела на парфюмера поверх носового платка. — Что это, мистер? — Очень редкая орхидея, которая пахнет лишь ночью и растет только в лесах у подножья горы Погибели, миледи, — ответил парфюмер с гордостью. — У нее снежно-белые лепестки, куда более нежные, чем у жасмина. На языке цветов белая орхидея символизирует чистую любовь. Цветок нельзя нагревать, потому что он слишком хрупкий. Получить такую эссенцию очень сложно. — И как же извлечь ароматическое вещество? Холодный анфлераж? — деловито предположила Эмма, имея в виду метод извлечения драгоценного эфирного масла, о котором она читала в книгах. — Вы правы, миледи, — он с удивлением посмотрел на юную женщину. — Цветочные лепестки орхидеи вымачивают в жире, пока он не вберет в себя эфирный компонент. Потом жир обрабатывают спиртовым растворителем, чтобы извлечь чистое вещество. Так мы получаем эту эссенцию. Эмма ещё раз вдохнула изысканный запах. — И как же называется эта орхидея? — Владычица ночи. Гильда в шоке уставилась парфюмера. Эмма смущенно хихикнула над её выражением лица. — Эротический роман. Я читала эротический роман с таким названием, — пробормотала Гильда. Её щеки заалели. Парфюмер поднес флакончик к свету, показывая девушкам эссенцию, которая засверкала и заискрилась, как бриллиант. — Не зря этой эссенцией увлекаются замужние дамы. Она творит настоящие чудеса, — настаивал парфюмер, улыбаясь. — В духах есть особый секретный ингредиент, который усилит эффект эссенции. Я уверен, что именно за этим вы пришли, миледи, — сказал он, смотря пристальным взглядом на Эмму, которая неловко улыбнулась. Гильда же ничего не понимала. «Я хочу покинуть это место. Что за чёрт? Не повредит ли это место нашей репутации?» — размышляла она. Эмма оплатила огромную сумму за духи. Подруги вышли на улицу. Одного взгляда на лицо Гильды было достаточно, чтобы понять: у бедняжки голова пошла кругом от этих разговоров об особенных духах, секретных ингредиентах, про замужних дам. На лице девушки было написаны все вопросы, которые крутились в её голове. — На моем чаепитии графиня Джоунс посоветовала этот магазин и эту эссенцию. Она сказала, что эти духи помогут разнообразить мою брачную жизнь, — призналась Эмма, наблюдая, как меняются эмоции на лице ее подруги. — Мама? Она посоветовала тебе духи с вульгарным названием? — спросила Гильда в неверии. — Именно, — подтвердила рыжеволосая, рассмеявшись. — Однако я не знаю, как они мне помогут. — Не верю, — прошептала Гильда. На её лице появилась глупая улыбка. — Эмма, ты позволишь мне подушиться этими особенными духами? — Конечно, дорогая. А ты поделишься со мной этой книгой? «Владычицей ночи»? — когда их глаза встретились, они громко рассмеялись, в то время как их служанки неловко переглянулись.