Любить — это значит...

— Принимаете ли вы какие-либо лекарства, которые могут повлиять на вашу беременность? — сердце Эммы екнуло от вопроса доктора. «Настал этот момент», — с паникой подумала она. Видя молчание жены, Рэй ещё сильнее нахмурился. — Эмма, не смей что-либо скрывать от врача, — рыжеволосая была удивлена его голосом, который звучал тверже, чем обычно. Повернув голову, Эмма увидела, что холодные темно-зеленые глаза Рея пристально наблюдают за ней. — Я принимаю травяной отвар с луковой шелухой, — призналась Эмма, заметив недобрый знак во взгляде мужа. — Любопытно, — хмыкнула Эфриель, бросив оценивающий взгляд на рыжеволосую. — Я так понимаю, вы хорошо осведомлены об эффекте, — заметив вопросительный взгляд Рея, добавила: — Луковая шелуха в отваре вызывает сокращения чрева у женщин, тем самым защищает от нежелательной беременности. Разумеется, во время лунных дней стоит воздержаться от приема отвара, — сказала она с легкой улыбкой, будто не замечала напряжения между супругами Фалькон. Наступила короткая тишина между супругами, пока они сидели бок о бок на диване. — Значит у неё наступит беременность, если она прекратит принимать отвар? — наконец подал голос Рэй, который недобрым взглядом прожигал свою жену. Лишь в этот момент Эфриель поняла, во что взялась. «Надо уйти отсюда, пока возможно», — пронеслось в мыслях врача. — Да, если у миледи хороший лунный цикл, — сказала она, скрывая свой страх, который пришел из ниоткуда. Женщина впервые испытала тревогу, находясь с маркизом. Рей сделал жест в её сторону и сказал: — Можете быть свободны. Я пришлю вам весточку, когда будете нужны. В любой другой подобной ситуации Эфриэль возмутилась бы такому грубому отношению к ней, но рядом с маркизом она не могла даже открыть рот. Ей казалось, что аура маркиза подавляет все вокруг, окутывает все черным. Она была уверена, что это не просто ее воображение. Инстинкт самосохранения подсказывал ей убираться отсюда. «Такие люди способны на всё, Эфри. Будь благодарна, что он отпускает тебя живой», — кричал её мозг, а Эфриель всегда слушала себя. Поклонившись маркизской чете, она вышла из комнаты, испытывая неимоверное облегчение.

***

Эмма испытывала беспокойство и страх, что Рэй может сорваться на ней, потому что она понимала, что он очень зол на нее, хотя и держал себя в руках. «Ничего ужасного я не совершила», — убеждала она себя. Внезапно Рэй обнял Эмму за талию и притянул к себе, а затем заговорил так, словно видел ее насквозь: — Я подозревал, что ты могла такое вытворить, Эмма. Ты обманула меня, — прошептал он в её ухо. — Ты нарушаешь наш брачный договор, отказываясь родить мне детей. Эмма изогнулась всем телом, оттолкнула его и встала с дивана. — Я не нарушала договор. Я лишь хотела разобраться в нашем браке. Некоторое время Рей молча наблюдал за стоящей Эммой, потом яростно заговорил: — Что не так с нашим браком? — Я не хочу это обсуждать. — Что? — темноволосый мужчина чувствовал бурю эмоций и мыслей внутри этой рыжеволосой женщины. Он догадался о причинах её такого поведения. «Провались ты в ад, Норман», — подумал он, испытывая жгучую ярость. — Рей, я устала. Он схватил её за запястье, сильно потянул, и Эмма не смогла удержаться и упала в его объятия. Рыжеволосая попыталась вырваться и встать, но одна его рука удерживала её руки, не позволяя вырваться, в то время как другая держала её подбородок, заставляя их глаза встретиться. — Я всё знаю, Эмма. Ты в смятении, но я это исправлю. Ты не должна забывать про наш договор. Я не могу позволить тебе оступиться. Наблюдая за её дрожащими изумрудными глазами, он почувствовал чувство удовлетворения. Рэй прекрасно понимал, что Норман не будет вмешиваться в их семейную жизнь, пока Эмма этого не захочет, поэтому маркиз собирался сделать все возможное и невозможное, чтобы она не посмела его покинуть. «Даже если мне придется «сломать» тебя, Эмма, я не отпущу тебя. Я тебя немного сломаю и исправлю, но никому не отдам. Не смей думать, воображать и мечтать об этом, мое небесное божество. Я тебе этого не позволю», — подумал он, злобно усмехнувшись. Эмма вздернула подбородок и стряхнула его руку, скрывая свою тревогу. — Кто-то посоветовал тебе пить отвар? — маркиз решил поговорить на чистоту. Рыжеволосая вздрогнула. Сглотнув, она подняла на него подтверждающий взгляд, чувствуя, как сердце в груди продолжало отбивать чечётку. Что-то в Рее загорелось, когда она внимательно посмотрела на него. Он не хотел повышать голос, поэтому заговорил еще спокойнее: — Ты отказываешься выполнять условия нашего брачного договора, Эмма. Ты обманывала меня и обманываешь сейчас. При этом ты даже не скрываешь, что очарована другим мужчиной. — Я тебя не обманываю. Это бессмысленно. Я устала от всего, Рей. Мне нужно отдохнуть, — Эмма надеялась выглядеть естественно, избегая его взгляда и немного отстранилась от его рук, но он пристально смотрел на нее. — Я прослежу за тем, чтобы ты прекратила пить свой отвар, дорогая, — угрожающе произнес он. Эмма поколебалась, прежде чем ответить: — Хорошо. Я сделаю все именно так, как ты хочешь, милый. Рей разочарованно провел рукой по волосам, видя очевидную ложь супруги. Он снова сократил расстояние, которое она пыталась сохранить, и притянул к себе. Таким образом, она снова оказалась в его объятиях. — # ############# #### ####, Эмма — прошептал он ей. Эмма, находясь в объятиях мужа, почувствовала, как у нее екнуло сердце.

***

Вечером был большой бал. Погода стояла чудесная, сухая и прохладная. Распахнутые высокие окна впускали в зал свежий воздух. Огни люстр отражались на причудливо уложенном паркете, словно сверкающие капли после дождя. Музыка слышалась то громче, то тише, составляя чудесный фон для взрывов смеха и болтовни гостей. Эмма не осмелилась даже взять бокал пунша. Гладкая юбка маркизы спадала на пол переливающимися складками, узкая талия была перехвачена атласным поясом, а единственным украшением наряда служили бусинки. Натягивая белую перчатку, Эмма невольно поймала на себе взгляд Нормана, брошенный наискосок через весь зал. Он был поразительно хорош собой в вечернем костюме. Вокруг него оживленно толпились мужчины и женщины, а леди Корнельская склонилась к нему поближе, рассказывая что-то забавное. На губах графа играла слабая улыбка. Он рассеянно смотрел на расхаживающих туда-сюда гостей, пока вновь не заметил Эмму. Граф быстро окинул ее странным, волнующим взглядом. Эмма же сухо кивнула графу и отвернулась. — Что такое? — спросила Гильда, подходя к подруге. — Ты выглядишь расстроенной. Рыжеволосая криво улыбнулась. — Всё в порядке, — соврала она. — Хочу, чтобы гостевой сезон закончился и мы могли вернуться домой. — Не могу согласиться с тобой, — призналась Гильда. На недоумевающий взгляд подруги добавила насмешливым тоном: — Где ещё я могу понаблюдать за сэром Арло? Эмма грустно усмехнулась. — Завтра особенный день, — Гильда пристально посмотрела на подругу, словно пыталась прочитать её мысли. — Не волнуйся, дорогая, мы справимся. — Я знаю, — Эмма изобразила беспечную улыбку. — Мы можем пропустить охоту, если хочешь. Ты говорила, что не очень-то уверенно держишься в дамском седле. Улыбка исчезла с губ Эммы. — Гильда, всё будет хорошо.