Любить — это значит...

Выпущенная свора паратых гончих разбежались по поляне. Рог громко затрубил, объявляя о начале охоты. «Значит, лис уже выпустили», — мысленно подтвердил Норман, наблюдая за тем, как собаки шумно принюхивались. След был взят. Всадники, охваченные охотничьей лихорадкой, во весь опор скакали, заставив землю задрожать от топота копыт. Казалось, воздух звенел от возбужденных возгласов охотников. Эмма неслась как одержимая. Ей пришлось откинуться назад в седле, чтобы не упасть, изо всех сил обхватив бедрами передние луки седла. Она понимала, что с трудом сохраняет равновесие, но всё это ей нравилось. Не сбавляя скорости, она брала самые высокие препятствия, а удар от приземления приходился на правое бедро. Тем не менее она скакала, наслаждаясь этой игрой с опасностями. «Сумасшедшая! Её совсем не заботит собственная безопасность», — сердце Нормана пропустило удар, увидев её действия. Обычно Норман обгонял большинство участников охоты, но сегодня он держался позади Эммы, следуя за ней и наблюдая, как она играет со смертью. Рыжеволосая ни разу не оглянулась, но Норман нутром чувствовал, что она знает о его присутствии. Может быть, ему просто кажется. Она с ликованием неслась к двойной изгороди для скота. Адекватный человек быстро оценил бы ситуацию и понял, что прыгать через нее довольно рискованно, но Эмма была не в себе. Норман любил её полностью. Он хотел ей дать шанс быть собой, даже если это опасно. «Вдруг жеребец откажется прыгать и резко остановится?» — промелькнуло в голове графа. Он напрягся, готовый подстраховать Эмму, если она вылетит из седла. Она взяла этот барьер очень уверенно. Хотя ее резко бросило вперед, она смогла сохранить равновесие. Разумеется, с трудом. Норман облегчённо вздохнул. Вдруг сбоку мелькнуло что-то темное, и раздался громовой стук копыт. Граф остановился, узнав Рэя. Все произошло в мгновение ока. Эмма ничего не успела понять, лишь вздрогнула всем телом. «Что происходит?» — её буквально стащили с седла и швырнули на что-то твердое. Она безвольно повисла поперек седла Рэя, чувствуя под собой его твердые как камень бедра. Эмма остро ощущала напряжение во всем его теле. Проскакав несколько ярдов, темноволосый остановил коня, спешился и грубо стащил ее на землю. Она открыла рот и с силой втянула в себя воздух, увидев перед собой лицо мужа. Сообразив, что он крепко держит ее своими руками, она шевельнулась в попытке высвободиться, но поняла, что слаба и беспомощна, как младенец. — Убить себя хочешь? — прорычал Рэй, хорошенько её встряхнув. Эмма учащенно дышала, не в силах что-либо ответить, и ее грудь часто вздымалась и опускалась. Он так сжимал плечи рыжеволосой, что ей стало нестерпимо больно. Она тихо застонала и в замешательстве подняла на него глаза. — Раз так хочешь умереть, могу сам это устроить, сумасшедшая! Убью собственными руками! — Сукин вы сын! — ахнула Эмма. Её лицо побелело от гнева. — Руки прочь, сумасшедший! Дьявол! На его лице застыло странное выражение, будто он хотел её ударить. Она с удовольствием наблюдала, как его глаза сузились, однако маркиз не ослабил хватку, лишь решительно вздохнул. Эмме самой захотелось ударить его, устроить тут драку, причинить ему боль. Ей было плевать на то, что остальные гости спешились и наблюдали за этой сценой, образовав кольцо. — Рэй! Возьми себя в руки. Не стоит тут устраивать представление, — голос Нормана прервал их. — Ты, — Рэй, гневно посмотрев на светловолосого, прорычал, — не вмешивайся, Норман. — Ты у меня в гостях, Рэй, — дипломатично заметил граф. Все присутствующие ожидали представления, поэтому навострили уши. В аквамариновых глазах графа появился угрожающий блеск. — И отпусти маркизу, иначе я сам выдворю тебя из поместья. Ты причиняешь ей боль, — тихо сказал Норман, чтобы лишь он услышал. Маркиз и граф сверлили друг друга взглядом. «Господи!» — у Эммы задрожали колени. В следующее мгновение Рэй резко, будто обжегшись, убрал руки, чуть не толкнув ее. Она зашаталась и сделала шаг назад, но Норман успел схватить её за талию. «Что? Тоже будешь меня ругать?» — она с вызовом посмотрела в его голубые глаза, и их взгляды встретились. Какая-то искра пробежала между ними, почти ощутимая физически. — Рэй, позволишь мне отвести миледи назад в дом? — весело сказал Дон, желая изменить напряженную атмосферу. — Я отвезу маркизу назад в особняк, — твердо сказала Гильда, взглянув в застывшее лицо Рея, проигнорировав сэра Арло. Движимая непонятно чем, Эмма посмотрела в лицо мужа. — Я сама знаю, что мне делать! Не нужно спрашивать у него разрешения, — сказала она язвительно, не удержавшись. Рэй шагнул к ней с искаженным от злости лицом, но Норман проворно встал у него на пути, загородив рыжеволосую спиной. — Рэй, предупреждаю. Казалось, маркиз боролся с самим собой, но дисциплина все-таки взяла верх, и его лицо вновь стало бесстрастным. Он лишь кивнул Гильде, которая этого и ждала. Норман хорошо понимал чувства Рэя. Когда она прыгнула, у него кровь застыла в жилах. Да, ему было страшно в тот момент, но у него не было времени разозлиться на нее. Он думал о том, как бы подстраховать её, чтобы она не пострадала. К счастью, всё обошлось. Он сам сейчас был зол, но старательно держал себя в руках ради её безопасности, понимал, что лишь усугубить ситуацию. Повернув голову в сторону, он заметил Винсента, который уже успокоил гостей и посоветовал им продолжить охоту, не дожидаясь их. — Продолжишь охоту, охотник ты наш? — шутливо поинтересовался Норман у Рэя, который смотрел на спину Эммы и Гильды. — Провались ты в ад, придурок, — бросил он ему. Стремительно вскочив на лошадь, Рэй поскакал прочь. Норман лишь хмыкнул. «Скоро», — пообещал он себе.

***

Рэй выехал один, оставив позади Нормана. «Мне нужно развеется, иначе сорвусь», — решил он. Конь нервничал больше обычного, почувствовав настроение всадника, и маркиз, усмехнувшись, отпустил повод. — Хорошо, мальчик, сейчас я немного погоняю тебя, — темноволосый ударил каблуками по бокам животного, и они помчались по лесу на головокружительной скорости. Чистый, свежий воздух обжигал легкие, позволяя отвлечься от мыслей. Они (конь и всадник) перелетели через одну изгородь, на бешеной скорости преодолели следующую; казалось, будто они рождены для полета. Быстрые копыта коня взрыли землю — новый прыжок, и еще одна изгородь позади. Но тут прямо перед собой Рэй увидел неожиданно возникшие очертания другого забора. Отказываться от прыжка было слишком поздно, но для его выполнения не хватало скорости. Через мгновение раздался треск — копыта коня ударились о верхнюю перекладину забора. — Дьявол!

***

— Анна, это безумие! Я не отпущу тебя одну, — темноволосая Иветта была зла. Леди Корнельская и леди Лэтс стояли неподалеку от того места, где недавно произошла ссора маркизской четы Фалькон. Слуги, державшие лошадей девушек за поводья, с любопытством смотрели на двух подруг. — Это мой шанс поговорить с ним. Я пойду пешком, чтобы… Я умоляю тебя! Не вмешивайся, — белокурая леди Корнельская посмотрела на подругу умоляющим взглядом. — Я чувствую, что мне это нужно. Сейчас идеальный момент, Иветта. Ты сама видела, как он зол на свою жену. Я ув… — осеклась, увидев в глазах девушки жалость. — Я тебя не узнаю, — прошептала леди Лэтс, неожиданно обняв Анну. — Я тоже, — прошептала блондинка дрожащими губами.

***

Анна долго бродила пешком, прислушиваясь к звукам возобновившейся охоты. От каждого звука она вздрагивала. «Глупая! Глупая! Не нужно было идти в лес одна. Ещё пешком!» — ругала она себя. Остановившись, она прислушалась к отдаленному стуку копыт, который вдруг внезапно оборвался, будто кто-то упал. «Что происходит?! Беда?» — в панике подумала белокурая. Пройдя еще немного, она увидела коня без седока. Лошадь косила глазами, ее бока вздымались, вены на морде и шее вздулись и пульсировали. — Конь без хозяина? — она произнесла мысли в слух, прежде чем отправиться на поиски седока в том направлении, откуда пришел конь. Казалось, паника девушки отступила на второй план, когда она подумала о том, что с кем-то случилась беда.

***

Рэй прислонился к тонкому стволу дерева. «Проклятье! Не надо было продолжать охоту», — его дыхание с шумом вырывалось из груди. От невыносимой боли перед его глазами плавали разноцветные круги. Странно согнутая рука была сломана или вывихнута. Казалось, будто какой-то гигант вывернул ее из плеча. «Смогу ли я двигаться в таком состоянии?» — подумал он. Слабо осознавая происходящее, Рэй смотрел сквозь приоткрытые глаза на сломанную изгородь, постепенно узнавая приближающуюся фигуру. «Леди Корнельская. Что она тут делает? Еще пешком… Сумасшедшая. Одни сумасшедшие дамы вокруг», — в злости подумал он, свистнув зубы. Боль сводила с ума. — Пойдите… Позовите кого-нибудь, — прошептал маркиз, с трудом перенося острую боль. — Маркиз… В-ваша рука… — прошептала она дрожащими губами. На лице девушки отражались чувства, которые Рэй сейчас не был в состоянии понять. — Я думаю, рука вывихнута, миледи. Её надо вправить. Черт возьми, идите же! — прорычал он. — Я… Я могу вам п-помочь, — голос девушки дрогнул. Она вдруг пристально посмотрела на маркиза, чувствуя, как мужество медленно наполняет ее тело. «Я определенно схожу с ума», — Анна резко перестала дрожать. Её как будто подменили, будто в нее вселился демон. Рэй, прислонив голову к стволу дерева, смотрел на нее мутными глазами. — Вы поможете мне, позвав кого-то на помощь, — бормотал он. — Мне очень жаль… — он поморщился, пытаясь сфокусировать свой взгляд, — говорить об этом, но я вынужден просить вас о помощи… «До чего я докатился? Прошу леди о помощи. Я жалок», — подумал он. «Не знаю, почему я строю из себя того, кем не являюсь. Мне кажется… Кажется, все будет хорошо. Он запомнит меня. Определённо. Да, знаю, что глупая мысль, но не могу с собой ничего поделать», — Анна глубоко вздохнула. — Конечно же, я пойду позову кого-нибудь, раз вы просите, маркиз, — Анна медленно подошла, пытаясь определить, не потерял ли маркиз Фалькон сознание, потому что его глаза были закрыты, а лицо бледно. Она увидела прилипшие ко лбу влажные пряди черных волос и искаженное болью лицо. «Твоя любовь лежит перед тобой в таком состоянии, Анна. Ты ненормальная!» — кричал ей мозг, но она проигнорировала. Анна решила идти по зову сердца — послушать свое сердце. «Господи, помоги мне!» — подумала белокурая, опустившись рядом на колени. Анна отбросила волосы с его лба. — Давайте я попытаюсь помочь вам, — сказала она, и раньше, чем Рэй успел возразить, ее пальцы стали ощупывать ушибленное плечо. — Раз вы говорите, что рука не сломана, а вывихнута, мне нужно помочь вам вправить, верно? «Ненормальная! Чокнутая! Больная на всю голову!» — здоровой рукой Рэй попытался оттолкнуть Анну. — Не трогайте, — начал он хриплым голосом, но она одной рукой крепко взяла за плечо, а другой — за предплечье. — Черт возьми, не трогайте… — протест темноволосого замер на его губах…