Far North

Мои ноги нереально сильно дрожали, когда я с волнением, которое окатило меня полностью, вышла на парковку. Я нервно сглотнула, когда увидела, как моя блондинистая наивная сестрица обнимается со статной темноволосой особой, чьи волосы были заколоты в строгую прическу, которая не допускала погрешностей. — Боже мой, я не верю своим глазам, — услышала я низкий голос Ирэн, которая сейчас, отстранившись от Киры, стояла ко мне лицом, — это сейчас ко мне идет Ленская Ксения Николаевна или Ксюшка, Ксюха, или просто обиженный жизнью ребенок? — Ступай на урок, — строго обратилась я к сестре, которая тут же посмотрела на меня взглядом, полным негодования, но ослушаться меня не решилась. — Позволь поинтересоваться у тебя, — я не скрывала своего неприятия, — какого хрена ты забыла здесь? Вместо того, чтобы ответить мне, девушка подошла ближе и, не боясь моего совсем не радостного взгляда, дотронулась до моих распущенных волос. — Что с тобой стало? — Перестань, — я отдернула ее руку. — Ты сама на себя не похожа, Ксюш, — в ее голосе слышалась растерянность. Я, конечно, всегда знала, что Ирэн копирует меня, но сейчас отчего-то ее образ сильнее прежнего задевал, потому что она стала моей идентичной копией. — Я спросила тебя, Ирэн, какого хрена ты здесь забыла? Она виновато отвела взгляд и, собравшись с силами, вновь на меня посмотрела. — Взяла свой законный отпуск и решила навестить свою единственную дорогую мне лучшую подругу, — она говорила искренне, и я, как бы сильно не хотела этого, не смогла усомниться в ее словах. — Хорошо, — приняла ее слова я. — Как ты узнала, где я нахожусь? На каблуках Хронис была в данный момент выше меня, и от этого мне было не совсем комфортно общаться с человеком. — Да перестань, Ксюш, ты ведь ни для кого и не скрывала своего местонахождения, — подруга виновато улыбнулась. — Или ты реально думала, что, сменив фамилию на фамилию своей матери, сможешь скрыться? Я знаю тебя больше любого человека, и поверь, мне не трудно было пробить базы и узнать где работает Юсупова Ксения Николаевна двадцати восьми лет. Она права, и я даже не хочу сейчас спорить, начав отрицать ее слова. — Я не ждала тебя, Ирэн, — уже спокойнее сказала я, смотря в такие родные глаза. — Мне нужно побыть наедине со своей семьей до начала суда, и никто другой, прости, мне не нужен. Как бы она сейчас не пыталась скрыть свои эмоции за глупой улыбкой, я видела, что ей больно. — У меня для тебя подарок. Я остановилась в райцентре в общежитии при сельскохозяйственном колледже, поэтому, когда ты освободишься, бери Киру и приезжайте туда. Мой телефон у тебя есть, Ксюш, поэтому буду ждать твоего звонка. — Ирэн, — я хотела было возразить, но девушка, проигнорировав мой оклик, плывущей походкой направилась к своему автомобилю. — Не только я буду ждать звонка, — крикнула она, садясь в автомобиль, — но и ваш с Кирой подарок тоже. Я еще с полминуты простояла, смотря вслед удаляющемуся автомобилю и, собравшись с мыслями, направилась обратно в школу. Вероятно, я должна была обрадоваться приезду подруги, но я никак не могла отпустить ту ситуацию с ее предательством. Да и не люблю я, когда мое прошлое врывается в мое будущее. В присутствии Хронис я не смогу быть самой собой, потому что мне будет казаться, что я слабее чем она. — Ксюш, — я вздрогнула и, подняв глаза, увидела бегущую ко мне Дашу. — У тебя все хорошо? — Не сказала бы, — мой голос дрогнул. — Хронис приехала. Блондинка, не боясь получить сопротивления, взяла меня под руку. — Я смотрела на вас в окно, — призналась девушка. — Честно, я так воодушевлена, несмотря на то, как она поступила по отношению к тебе. Ксюш, ты только подумай, что человек оставил свою работу, дом, семью и друзей, чтобы приехать к тебе. Это же так по-настоящему романтично. Если бы все было так задолго до моего приезда сюда, то, возможно, я стала бы страдать. Но сейчас, когда тех чувств, которые я питала к Хронис, не осталось, мне неприятен ее приезд. Я до сих не могу ее простить, и доверие мое заполучить заново очень сложно, потому что я доверяю в жизни лишь раз. — Она приехала ко мне, не поинтересовавшись, хочу ли я этого. Даша, я не могу видеть ее, потому что я помню ее взгляд, когда она говорила мне те ужасные слова. И сейчас, смотря на то, как в них разгорается тепло, меня выворачивает от тех эмоций, которые она оставила после себя. — Знаешь, в жизни надо научиться прощать, чтобы потом тебя тоже смогли простить, — блондинка тут же умолка, когда в холле по направлению к нам начала двигаться Шмит. — Друзья из далекой и родной столицы нашей страны–матушки? — с кривой улыбкой поинтересовалась у меня рыжеволосая. — Позвольте угадаю, Эльвира Эдуардовна, — я попыталась натянуть на себя маску вежливости, — вы полагали, что у меня нет друзей? Наш разговор был прерван звонком, который тут же остудил и меня и женщину напротив. Шмит, натянуто улыбнувшись, попрощалась и направилась в сторону лестницы, дабы скорее скрыться с моего поле зрения. — Может, мне кажется, но Эльвира Эдуардовна относится ко мне предвзято, — задумчиво проговорила я и мы вместе направились к лестницам. — Это ее манера общения. Шмит боится открываться людям, и поэтому строит из себя лицемерную особу. На самом деле она не является таковой, и я знаю, что без этой глупой маски она становится очень отзывчивым и ранимым человеком. Такие женщины как Эльвира Эдуардовна всегда меня пугали. Начиная еще со своих школьных времен, я всегда обходила стороной таких дам, потому что мне всегда казалось, что они способны на предательство. И я, как правило, никому из них не доверяла, даже несмотря на тот факт, что моя первая и самая любимая учительница была именно из таких. — Они с Пановой чем-то схожи, — подходя к моему классу, проговорила блондинка. — Обе одинокие, держатся в своем мирке и не очень идут на контакт. — Но, несмотря на это, Панова мне нравится, а Шмит я терпеть не могу, — ответила я и, попрощавшись с подругой, вошла в шумный класс. Дав ребятам самостоятельную работу, я, присев на свое место, никак не могла избавиться от ощущения негодования внутри себя. Я искренне не понимала, как мне следует поступить в сложившейся ситуации. С одной стороны, я понимала, что не смогу обидеть Хронис, проигнорировав ее желание встретиться, а с другой, я очень боялась нашего предстоящего разговора. После последнего шестого урока я, дождавшись Киру, которая в отличие от меня желала встречи с Ирэн, с тяжелым грузом на душе направилась на парковку. — Так приятно на душе видеть здесь, среди серых красок, такое знакомое и ставшее за столько лет родным лицо, — воодушевленно проговорила сестра, присаживаясь на пассажирское сиденье. Не уверена, что она бы заговорила так, узнай о ударе со стороны Хронис, которым она, вероятно, желала меня добить окончательно. — Когда я скажу "уходим", мы с тобой уйдем, — строго проговорила я, — я не буду терпеть твое нытье и просьбы посидеть подольше. Ты поняла меня, Кира? — Но почему? Разве у тебя есть непроверенные тетради? Я их не вижу, — осмотрев машину на наличие пакета с тетрадями, ответила белокурая девица. — Ирэн проделала такой длинный путь ради нас. С нашей стороны было невежливо уже то, что мы никак не отреагировали на ее поселение в мотеле, когда должны были пригласить ее погостить у нас дома. — И положить ее на коврике в коридоре? — Раньше бы ты так не сказала, — я заметила, что в голосе сестры что-то изменилось. — Ты бы сама легла на коврике, но Хронис из дома не отпустила бы. Она ведь твоя школьная подруга, с которой вы прошли самый трудный путь, чтобы добиться всего, чего только хотели. — За все в наше время надо платить, Кира. — Нельзя заплатить за то, что не имеет цены, — взбунтовалась она, — доброта не покупается, Ксюша. Твое отношение к людям – оно бесценно, и поэтому не говори сейчас таких слов. Ничего не отвечая сестре, я включила музыку, и весь путь до райцентра мы проехали так больше и не заговорив друг с другом. Получив номер комнаты по смс, мы стали подниматься на второй этаж по скользкой железной лестнице. Этот мотель нельзя было назвать роскошным или даже уютным. Скорее здесь останавливались из-за безвыходности положения. Иначе я думаю, что, в противном случае, никто бы не возжелал остановиться в таком месте даже на одну ночь. Интерьер напоминал мне советские времена. Я помню, когда мне было около десяти, мы с родителями уехали отдыхать в Абхазию, и там в санатории был в точности такой же интерьер. Тогда мы особо и не думали об этом, потому что сравнить было с не с чем. Постучавшись в дверь с нужным нам номером, я почувствовала, как мое сердце стремительно забилось в грудной клетке, стоило мне только услышать лай по ту сторону двери. — Нет, нет, нет, — радостно стала смеяться сестра, и стоило только Хронис распахнуть дверь, как черная тень, промчавшись по комнате, подбежала к нам, радостно закрутившись в ногах. — Хантер, — прошептала я и, наклонившись, стала радостно растирать бока пса, — мой мальчик. — Дружок, — присаживаясь на корточки, сестра схватила черного пса в охапку, ласково поглаживая его за ушком, — как же я скучала по тебе. — Погуляй с ним, — похлопав сестру по плечу, попросила я. — Но… — Пожалуйста, Кира, — поймав на себе вопросительный взгляд Ирэн, которая все время не сводила с меня своего взгляда, мне стало не особо комфортно. Стоило сестре скрыться из-под моего взгляда, как я, приняв приглашение, прошла в небольшую комнату, в которой кроме односпальной кровати и тумбы с телевизором ничего не было. — Я понимаю, что поступила не слишком благоразумно, приехав сюда и не поставив тебя заранее в известность, — присев на край кровати, проговорила девушка, — но я понимала, что стоит мне только заикнуться, что я знаю о твоем местонахождении и изъявить желание приехать, я могу столкнуться с твоим очередным побегом. — Хорошо, что ты это понимаешь, — присев на единственный стул в этой комнате, который стоял одиноко возле стены, проговорила я. — Не стоило привозить сюда Хантера, потому что теперь я сомневаюсь, что у моей сестры хватит сил его отпустить. — Прости, — неужели мне показалось, но в ее голосе я услышала искреннее извинение. — Я думала, что, привезя его с собой, смягчу нашу встречу. — Индюк тоже думал. Я понимаю, что ты, возможно, хотела сделать как лучше, но я никогда не любила неожиданностей, поэтому твой приезд меня только расстроил. Как я уже сказала тебе ранее, мне хочется провести остаток своего времени на свободе со своей семьей, без кого-либо еще. Когда эта Панова стала относиться к членам моей семьи, раз я так желаю с ней встреч? — Давай сейчас не будем об этом, — попросила девушка, — твоя сестра скоро вернется, и, я думаю, нам есть что обсудить наедине. — Я не хотела говорить с тобой по телефону, но ты должна знать, что наше с тобой общение уже никогда не будет прежним. Твои слова, сказанные мне в больнице, очень сильно меня ранили, Ирэн, и, к сожалению, я не смогу их забыть. — Понимаю тебя, — она выглядела виновато, хоть и пыталась это скрыть. — Но ты должна понимать и без моих слов, на что способен обиженный человек. Во мне тогда говорил не рассудок, Ксюша, а отпечаток обиды, который я держала внутри себя по отношению к тебе. Все люди разные: кто-то сильнее, а кто-то слабее. Вот Хронис относится к тем, кто слабее, потому что ее эмоции берут над ней вверх. Я же, в свою очередь, даже в пылу ссоры никогда не произнесу по отношению к любимому человеку тех слов, которые могут поставить жирную точку во взаимоотношениях. — Сейчас во мне тоже обида, но я, несмотря на нее, любезно общаюсь с тобой, не говоря ничего колкого. — Прости, — темноволосая досадно провела своими вмиг вспотевшими ладонями по острым коленкам, — я допустила огромную ошибку, когда поддалась эмоциям и наговорила тебе много ужасных вещей. Ты должна знать, что являешься для меня самым дорогим человеком, и я не хочу тебя терять, потому что очень сильно дорожу. Сейчас я стала понимать, что мне становится спокойнее в ее присутствии, и я, как и раньше, рассматриваю ее. — Хорошо. Я постараюсь закрыть глаза на тот инцидент в больнице, но ты сама должна понимать, что мне очень трудно забыть. — Я понимаю, — она улыбнулась. После я не без интереса смотрела на подарки, которые она привезла нам с Кирой. В большинстве было много сладостей, которые очень любила Кира, и пара тройка книг моих любимых авторов. — Все же я думаю, что самый лучший подарок — это Хантер, — разливая по стаканам минералку, проговорила Ирэн. — Само собой, — поддержала я, — только он болеет, и я ума не приложу, где здесь я буду его лечить. Ему пару раз в год надо проходить курс. Да и корма, который он обычно употребляет в своем рационе, здесь тоже нигде не приобрести, если только не выезжать в соседний более крупный городок. Ирэн смотрелась очень хорошо в темном спортивном костюме. Ее черные волосы как и раньше красиво переливались при попадании на них света, и я могла бы смотреть на нее вечность, но все же сейчас ее образ не трогал меня так же сильно, как образ Маргариты Валерьевны. — Ничего не хочешь мне рассказать о той, которая забрала тебя у меня? — Я никогда тебе не принадлежала, чтобы сейчас слышать подобные слова, — ответила я, поймав ее взволнованный взгляд. — Ты нет, но вот твое сердце принадлежало мне, Ксюша. Просто с ней ты свой страх смогла побороть, а со мной нет, и вот это очень обидно. Я всегда была рядом с тобой, я гарантировала тебе, что никто не узнает о нас, пока мы сами этого не захотим. А ты выбрала ту, которую знаешь всего ничего, и позволила ей себя любить. Потому что она совершенно другая, не такая, как кукольная Ирэн. От Пановой я чувствую живую энергию, и мне постоянно хочется быть рядом с ней, когда на Хронис мне нравилось лишь смотреть и мысленно пожирать ее образ. — Не в твоем положении сейчас меня упрекать, — напомнила я. — Верно, не в моем. Но все же я хочу напомнить тебе, моя дорогая, что та женщина, которой ты отдала свое сердце, не будет так же предана. Скажи, она знает о тебе все? — Не все, — подтвердила я, — но это не показатель того, что она отвернется от меня. — Ты так думаешь? — подруга, поднявшись с кровати, подошла к окну, раздвинув плотные шторы в стороны. — Я это знаю. Она не из тех, кто готов будет расстаться с человеком из-за ложного обвинения. — Так ли это на самом деле? — темноволосая стояла ко мне спиной, внимательно следя за Кирой, которая игралась с собакой. — У тебя есть сомнения? — Вы знаете друг друга совсем ничего, и поверь мне, я более чем уверена, что она не будет жертвовать своей репутацией, связывая свою с жизнь с твоей. Ксюш, ты ведь не глупая и сама все прекрасно понимаешь, только вот боишься сама себе в этом, признаться. — Даже если будет так, я не осужу ее, — безусловно, мне будет очень обидно, но она не столкнется с моим осуждением. Нельзя требовать от человека той реакции, которую он не в состоянии дать. Только в свободном полете можно увидеть, как человек по-настоящему к тебе относится. Кто бы что не говорил, но я считаю, что именно искренность — самое дорогое, ценное и настоящее чувство. — Тогда почему ты продолжаешь осуждать меня лишь потому, что я была слаба перед своими эмоциями? — в ее словах прозвучала обида. — Вероятно, потому что от тебя я такого удара не ожидала. Ты была рядом большую часть моей жизни и мне было сложно понимать, что удар в спину я получила от такого близкого человека, как ты. — Я просто всегда билась об каменную стену, моля, чтобы со мной наконец-то стали откровенны. Мне не нужны были твои тайны, секреты или скрытые чувства, я просто хотела, чтобы ты открылась мне как личность, ведь мы с тобой пережили много всего в нашей жизни. Я всегда хотела, чтобы ты сказала мне прямо в лицо то, что думаешь обо мне, а не смотрела украдкой, думая, что я не замечаю, а потом, стоило мне что-то проявить, как я получала отказ. Меня каждый раз обижала твоя холодная маска. В отличии от меня, ты ни разу не сказала, что скучаешь или хочешь провести свой выходной вместе со мной. Ты не говорила, но я знала, что ты на самом деле желаешь этого. Поверь, если бы я слышала всегда от тебя только правду, даже если бы она была горькой, я бы точно чувствовала себя лучше, чем от пребывания в постоянных догадках. — Прости, — поднявшись, я подошла к девушке, которая сейчас уже так же как и я не походила на себя, скинув маску, — я не должна была быть к тебе такой жестокой. Уже дома после трехчасовой беседы с Хронис, мы с Кирой, покормив Хантера, разошлись по разным комнатам. Встреча с подругой дала мне взглянуть на нашу с ней ситуацию по-другому, и я даже стала немного счастливее, потому что теперь у меня появился шанс вернуть все на свои места. Как бы я не говорила, но терять Ирэн я не хотела, и сейчас мне стало даже хорошо на душе, потому что я понимала, что у нас будет целая неделя для нас с ней. Мне было необходимо увидеться с Маргаритой Валерьевной, чтобы рассказать ей о приезде Хронис. Я не хочу, чтобы она строила глупые догадки на счет появления в нашей деревне Московской гостьи. Будет лучше, если мы поговорим с ней сейчас, пока еще не разнеслись слухи. Надев поводок на пса и сказав Кире, что хочу доехать до Даши, мы с Хантером вышли из дома. Всю дорогу до дома Пановой я то и дело поглаживала пса. Не думала, что так сильно заскучала по нему, пока не увидела. Теперь я буду не готова отпустить его от себя, да и к тому же, от меня не убудет, если я потеряю пару часов в неделю в поездке за кормом в соседний город, зато мой друг будет рядом. В ее кухонном окне горел свет, и поэтому, припарковавшись напротив ее окон, я написала сообщение, что жду ее в машине. — Давай назад, малыш, — похлопав пса по попке, я помогла ему перебраться на заднее сиденье, предварительно отряхнув пассажирское. Я не смогла сдержать улыбку, когда на подоконнике ее окна появилась довольная Тяпа, сыто облизываясь. Через пару минут в ее квартире погас свет, и я счастливо улыбнулась, когда она вышла из подъезда, плотно укутавшись в полы длинного пальто. — Не ожидала тебя увидеть сегодня, — присаживаясь в машину, проговорила женщина и тут же вздрогнула, встретившись с черными глазами четвероногого друга. — Мой Хантер, — не сдерживая улыбки, ответила я, — мой самый верный друг. Не могла не взять его с собой, потому что считаю, что ты должна с ним познакомиться. — Если честно, я боюсь собак, — призналась Панова, с опаской поглядывая на черного добермана. — Он добрый, и тем более, его больная спина просто не позволит ему на тебя напасть, — усмехнулась я. — Очень проницательно, Ксения Николаевна, — на душе стало тепло от ее улыбки. С каждым новым днем я влюбляюсь в нее все сильнее, и мне кажется, что Панова становится смыслом моей жизни. — На самом деле я приехала, чтобы ты знала, кто ко мне приехал, — по ее глазам поняла, что она ждала этого разговора. — Твоя подруга, — не дав мне договорить, ответила женщина, — Эльвира Эдуардовна сказала мне сегодня об этом. — Все верно. Ирэн – моя близкая подруга. Мы дружим с ней еще со школьных времен. Между нами около года назад произошел неприятный инцидент, и мы не общались какое-то время. Сейчас мы пришли к понимаю сложившейся между нами ситуации, и поэтому сейчас она здесь. Я не хочу, чтобы ты строила догадки, и поэтому скажу сразу, что Хронис мне просто друг и ничего больше, хоть порой она и может в твоем или чьем-то другом присутствии повести себя привольно, ты должна понимать, что для меня это ничего не значит. — Я тебе доверяю, Ксюшенька, — женщина с нежностью погладила меня по колену, — поэтому даже не беспокойся. — Спасибо, — и, наклонившись к ней, я мимолетно коснулась ее щеки губами, тут же отстранившись. — Может, до речки доедем и погуляем с твоим Хантером, — ее глаза блестели, — проведем время вместе. — Конечно, — как же приятно, когда она рядом со мной. Праздник в честь дня рождения сестры наступил незаметно, и поэтому уже к шести часам вечера в доме была Хронис, Дарья Сергеевна, Лика и Антон. Эльвира Эдуардовна и Маргарита Валерьевна отсутствовали. — Не знаешь, где мама с Эльвирой Эдуардовной? — спросила у Антона Даша, наливая по стаканам трем подросткам апельсиновый сок. — Уже едут, — взглянув на наручные часы, ответил парень и вновь возвратился к разговору с Ликой и Кирой. Хронис сидела во главе стола, облаченная в кремовый брючный костюм. Она сегодня была нереально красива, хоть я и пыталась не думать о ней больше, чем следовало. — Твоя подружка опаздывает? — наклонившись ко мне, шепнула Хронис, и я нутром почувствовала, как ее губы расплываются в улыбке. — Перестань, — попросила я и поймала вопросительный взгляд Даши, которая сидела напротив. Дети дружно завопили, когда услышали стук в дверь и, подорвавшись со своих мест, все побежали в коридор. Я же, в свою очередь, кинула на Хронис предупреждающий взгляд и, последовав примеру детей, направилась встречать гостей. Хантер, громко лая, встречал гостей, не давая никому пройти дальше коридора, то и дело крутясь под ногами. Я, облокотившись об косяк, смотрела на то, как две женщины поздравляют Киру с ее днем, и неприятно отметила взгляд сестры, которым она посмотрела на Шмит. То, как они обнялись, меня еще больше заставило думать, что в их общении есть что-то неправильное. Когда все ушли обратно в гостиную, я подошла к Пановой, которая все еще снимала обувь, то и дело нежно отталкивая от себя любознательного пса. — Я очень рада, что ты пришла, — прошептала я, принимая из ее рук пальто, которое тут же оказалось на вешалке. — Добрый вечер, — услышала я за своей спиной надменный голос Хронис и, обернувшись, сурово на нее посмотрела, — я Ирэн, подруга вашей подруги. И снова все начинается по-старому. Хронис просто не может оставаться в стороне, и это меня может легко вывести из себя. — Маргарита Валерьевна, — представилась моя женщина, — директор школы, в которой работает Ксения Николаевна. — Пойдем за стол, — беря директрису под руку, я уже хотела провести ее мимо подруги, которая, не стесняясь рассматривала Панову, как та перегородила нам дорогу. — Хронис, — жестко, но эффективно. — Не заводись, Ксюш, потому что мало кто может здесь вынести тебя на взводе, кроме меня, — темноволосая похлопала меня по плечу, отступая. За столом все стали поздравлять Киру, а я, в свою очередь, чувствовала себя не очень хорошо. Я то и дело ловила взгляды подруги, которые она кидала в сторону Пановой. Та, в свою очередь, ни разу не посмотрела на Ирэн, чем вызвала мое уважение по отношению к себе. — Ирэн, скажите, Ксения всегда была такой скрытной особой или на нее так влияем мы? — хитро улыбнувшись, спросила у Хронис Шмит. — Эльвира, поверьте мне, что с вами Ксюша само воплощение ангела. Благо, вам еще не приходилось видеть ее настоящую, — девушка загадочно улыбнулась, — даже со мной она порой бывала чересчур жестока, потому что я требовала от нее больше, чем она хотела мне дать. И да, скрытность — это ее конек. Шмит было хотела задать очередной вопрос, когда Панова любезно попросила ее замолчать. — У вас очень эффектная внешность, Ирэн, — не сдержавшись, сделал комплимент Антон, тут же поймав на себе строгий взгляд матери. — А я видела вас по телевизору, — очень тихо произнесла Лика, — вы регулярно появляетесь в новостных сводках по разным криминальным делам. И тут мое сердце пропустило внеочередной удар. — Я востребованная личность у нас в столице, — по комнате разлетелся легкий смех темноволосой девушки, — ученица и подражатель вашей Ксении Николаевны. Надеюсь, она не промолчала о том, насколько популярна в столице и как востребована в прокурорской сфере. А сколько новостей снято было с ее участием, которые сейчас гуляют по просторам нашего всемирного интернета.