Язык сердца

      Она смутно помнила, как дошла до комнаты. Видимо, сливочное пиво, хоть и недопитое из-за её неаккуратности, оставило немалый отпечаток на её рассудке.       Однако, в чём она могла быть уверена точно, так это в том, что как только её голова коснулась наволочки подушки–её веки сомкнулись в тот же миг.

***

      Он долго не мог уснуть. Он свыкся с постоянными мыслями в его голове, которые появлялись с наступлением ночи. Но, видимо, ко всем тем тысячам глупых мыслей прибавилась ещё одна.       «А ведь она была права, — пронеслось будто эхом в голове Драко. — Хоть и не на сто процентов, но права, признай это.»       Она говорила, что они оба разбиты. Но с чего это вдруг она решила, что он разбит? Какой бы частичной правдой это не было, с чего, блять?!       Но интересовал его больше не этот момент, а как раз тот, что касался непосредственно её.       «Мы оба разбиты. ОБА? С чего это вдруг ей хуёво? Что, поссорилась со своими дружками, так теперь конец света? — мысленно фыркнул Драко. — Хотя… возможно, у неё всё-таки что-то и случилось. Возможно… СТОП, какого чёрта меня это вообще ебёт?! Это дела самой грязнокровки, не мои!»       Он сильно зажмурил глаза в попытке отогнать ненужные мысли. Спустя полчаса ему удалось погрузиться в сон, тревожный, но это был максимум, на который он рассчитывал последние полгода.

***

      Стук каблуков раздавался по всему коридору. Гермиона спокойно шла на урок, ведь до него было еще больше пятнадцати минут. Травология — любимый предмет Гермионы. На ней она могла забыть о проблемах и думать только головой.       Урок превзошёл все ожидания Грейнджер, Помона Стебль хвалила ее весь урок, да и в принципе сегодня была тема хорошая.       Гермиона себя чувствовала очень хорошо и даже позабыла, что следующий урок со слизнями. Хотя это уже не имело разницы: после ссоры с ее недодрузьями, слизеринцы перестали говорить ей что-либо, все их внимание было на Поттере и Уизли. И как бы вам не казалось это ложью, но Гермиона смеялась над ними тоже, вместе с зелеными.       На совместной с ними трансфигурации Гермиона чувствовала взгляд на себе. Она знала чей он, и ей было очень страшно.

***

      Малфой смотрел на нее без эмоций, его эмоции были в его голове.       «Господи, да кому нужны твои выебоны, Грейнджер? Знала бы ты, насколько всех бесишь этим вот: «я мисс Всезнайка» — вариант первый мыслей Малфоя.       «А она привлекательна, мы реально же похож…стоп, нееет, нет-нет, меня не волнует гриффиндорская заучка» — минутами позднее.       «Гр. гряз. г. блять, что со мной, я не могу понять» — тоже как вариант мыслей.       «Мерлин, когда же она заткнется, заучка, блять» — снова и снова.       И так весь урок. Видимо, у Драко было выраженное биполярное расстройство.       Урок закончился. Драко решил пройтись по всему замку, что, конечно, принесло море позитива.       Идя мимо библиотеки, блондин засмотрелся в большое окно, панорамное.       Разворачиваясь, чтобы пройти в библиотеку, он врезался в ту самую. В ту самую грязнокровочку.       На удивление обоих, Малфой просто посмотрел на нее и пошел дальше.       «Блять! Какого хуя я молчу?! Нужно было обозвать её как нибудь, указать на её неуклюжесть, — выругался Драко. — Что-то явно происходит».

***

      Она занавесила балдахин и наложила «оглохни» на территорию своей кровати, как делала последние несколько дней. Достала маггловский «девчачий», как называл его папа, роман и забылась чтением.       Она не знает с какого момента её потянуло на эти романы. Она сама год назад говорила, что эти романы — полная чушь! Иронично, не правда ли? Но как бы там не было, она не могла оставить это.       Достав из-под подушки новый, как и всегда подобный всем прошлым, она взглянула на название: «Запретный плод»       «Ох, Гермиона, серьезно? — пронеслось у девушки в голове. — Что это такое, блин?! Хотя… возможно, он не так плох…?»       Засунув все свои мысли на дальнюю полку сознания, она взялась за чтение.

***

      — Эй, Грейнджер, вставай! — прокричала Джинни, стаскивая с неё одеяло.       — Сейчас, Джин. Дай ещё пять минуточек.       Гермиона была быстрая на подъем, она вообще всегда раньше всех вставала, однако чтение до трёх ночи давало о себе знать.       — Святой Мерлин, — вздохнула рыжая, увидев открытый роман у неё на кровати. — Только не говори мне, что ты опять читала до ночи эти маггловские романы!       — Ой, Джинни, прекрати. Тебе самой они нравятся, не отрицай этого.       — А я и не говорю, что мне не нравится. Мне не нравится то, что ты читала их БЕЗ МЕНЯ. — Она выделила последние два слова, чтобы до Гермионы суть её слов дошла в родной мере. — Видишь разницу, Грейнджер?!       Ох, знали бы вы, как хороша была Джинни в спорах. Ей невозможно было что-то доказать. Эта маленькая змея достанет каждого, где бы ты ни был. Так что, решив для себя, что ссор с семейством Уизли, на этой неделе, по крайней мере, ей не нужно, она решила поддаться ей.       — Мерлин, хорошо, Джинни, хорошо, — сказала Гермиона, вставая с кровати. — Ты и мёртвого достанешь, ты знаешь это? В следующий раз, когда буду читать новый роман, я о-бя-за-тель-но тебя позову. — Проговорив это, она открыла дверь ванны.       — Я запомнила. — Джинни уже было собиралась выйти из комнаты, как…       — Подожди… Эй, Грейнджер! Кого ты там сказала я доста… — Она даже не успела договорить, не то, что подойти к двери ванны, как эта же дверь с рывком закрылась перед ней. — Агррр… Грейнджер!!!       Тем временем Гермиона, ухмыльнувшись, встала под струи горячей воды. Мерлин, как она любила воду, любила просто вот так вот стоять под ней. Это расслабляло.       Закончив с душем, она, обмотавшись полотенцем, подошла к раковине с зеркалом. Собираясь привести свои волосы в хоть какой-то «порядок», она подняла взгляд на себя в зеркало и…       — Ах… — Тяжёлый вздох вырвался из её груди. — Мерлин… — Ещё один.       В отражении напротив на неё смотрела девушка, явно имеющая проблемы с организмом или питанием. И если бы она выглядела пополневшей…       Гермиона не понимала, что послужило поводом такому резкому сбросу веса. Хотя Гермиона никогда не отличалась лишним весом. Но явно выпирающие рёбра и скулы на её лице, заставили ужаснуться.       На самом деле, она знала что стало причиной этого всего. В последнее время на неё навалилось много обязанностей с её назначением на старосту Гриффиндора. Ей удалось отказаться от поста главной старосты девочек в начале этого курса. Однако, Минерва была очень убедительна и смогла её уговорить хоть на это. Как бы она не хотела стать старостой с самого первого курса, это было чертовски тяжело. Так же немаловажным фактором стали обширные домашние работы, постоянные контрольные и самостоятельные работы. Ну, а что она хотела? Это последний курс и тут нужно хорошо поработать.       Однако, большой частью её стресса являлось появление Волан-де-Морта. Как бы министерство это не отрицало, она знала точно — он вернулся. Гарри теперь постоянно находился в стрессе, и…       Гарри… ох, её ссора с Роном задела и его. Он мог что-то сказать, но промолчал, выбрав «правоту» Рона.       Гарри было сейчас, наверное, тяжелее всего. На него возвращение Волан-де-морта «действует» намного сильнее. Он рассказывал однажды про какой-то сон, мутный, но достаточно ясный, чтобы понять, что это как то связано с ним.       Но кроме этого её удивила ещё одна вещь…       Джинни. Она не сказала ни слова ей о её «изменениях». Из этого следовало два предположения: 1. Либо она просто не заметила (весьма странно звучит, ведь это Джинни). 2. Либо она хорошо скрыла своё удивление и не придала этому значения.       Мдааа…все слишком сложно.       Одевшись и решив, что она будет тщательно следить за своим питанием, она вышла из гостиной Гриффиндора.

***

      Уроки тянулись ужасно долго. Он не понимал как все вокруг могут так оживлённо писать уже на четвёртом уроке, да ещё и совмещённым с гриффиндорцами.       Ещё после второго урока он решил, что сразу же после уроков напьется на Астрономической башне. Ему нужен отдых. А его умиротворение совмещает в себе закат и бутылку хорошего огневиски из запаса Блейза.       — Драко, с тобой всё хорошо? Выглядишь не очень, — наклонив немного голову в бок спросила Пэнси.       — Все хорошо, Пэнс. Я просто немного устал.       — Оу, возможно, тебе не стоило соглашаться на пост старосты факультета. Я смотрю, в этом году вас всех хорошо гоняют.       — Что ты имеешь ввиду?       — Ну, посмотри хотя бы на нашу Грейнджер. — Она указала взглядом на первую парту правого ряда. — Она, по правде говоря, никогда и не была толстой, но ты только посмотри на её руки.       — Что ты несёшь, Пэнси? С чего это я должен рассматривать руки грязнокровки?!       — Да посмотри! Твоя мантия не загрязнится от этого, поверь, — съязвила брюнетка. — Она очень похудела. Стресс, видимо, и её настал. — Она тяжело вздохнула. Даже Пэнси было жаль эту, ох Салазар, прекрасную фигуру, чья бы она не была. — Так вот, я о чём, может тебе стоит отказаться от всего этого, м?       — Не выдумывай, ты же прекрасно знаешь, что я не сделал от слова ничего из того списка обязанностей, который мне вручили в начале курса.       Пэнси кивнула и решила дальше не продолжать разговор.       Когда урок, наконец, закончился, Драко быстрыми движениями собрал все свои вещи и отправился в комнату за огневиски.       Прихвативши с собой ещё покрывало с кровати, он направился прямиком в башню.

***

      Она отправилась в библиотеку сразу же после уроков. Но сегодня, как оказалось, книги ей совсем не шли. Слова постоянно расплывались, поэтому она решила, что займётся всем этим завтра.       Поняв, что выслушивать сейчас от Джинни про её внешний вид она не готова, Гермиона отправилась в единственное место в этом замке, где могла найти покой.       Башня.       Один пролёт. Второй. Третий. Ей так хотелось поскорее почувствовать лёгкий ветерок, что запутывает её волосы ещё больше, и лучики заходящего солнца на своих щеках.       На последних ступеньках стали видны проблески жёлтого света.       Поднявшись на последнюю ступеньку, она замерла.       Она прикрыла веки в попытке получить большую порцию удовольствия. О дааа, это то самое, что ей сейчас нужно.       Закат.       Она приоткрыла глаза, чтобы предоставить комфорт и им. Этот прекрасный лес на фоне с закатом, поблескивающее озеро и…       Малфой.       «А он что тут делает?» — подумала она.       Только она начала думать что же ему такого сказать, он повернулся к ней, как будто знал, что она придет именно в эту секунду.       — Грейнджер.       — Малфой.       — Скажи, ты мне дашь когда-нибудь отдохнуть от твоего общества хотя бы полчаса?       «Что? Что он только что сказал?! Отдохнуть? Да это он сидит на её, блин, башне, на долбанном покрывале и пьёт… что?»       — Считаешь огневиски лучшим способом отдохнуть?       — У каждого свои взгляды на отдых, Грейнджер. — Он повернул голову обратно в сторону заката.       — Не думаю, что это. — Она указала на бутылку, — лучший из них.       — Ну не знаю, в любом случае это не твоё дело.       — Оно стало моим, когда ты помешал моей идиллии.       — Твоей идиллии? — произнёс он удивленным тоном.— Ах, ну да, прости. Это же, наверное, я ввалился сюда, как корова, и стал упрекать тебя в выборе твоего «способа расслабления».       — Я никого не…       — Нет, Грейнджер, именно это ты и сделала — упрекала, доказывала свою постоянную «правоту»… — Он сделал внушительный глоток из своей бутылки и, посмотрев на неё, понял, что выпил сам почти половину. — Знаешь, пора бы понять: не всё в этом мире ты можешь решить самим грёбанными знаниями и книгами, Грейнджер. Не все ловят оргазм от прочтения новой книги и получения тонны ненужной информации. Это все НЕ РЕШАЕТ твоих проблем. — Он не знал зачем это все говорит, за него говорили пол литра огневиски внутри него, и почему-то это все казалось до дури правильным.       — Упрекаешь меня в моей любви к книгам? — спросила Гермиона, пытаясь подавить маленькую обиду.       — О нет, что ты, кто я такой, не правда ли? — он повернулся у ней с психической улыбкой и продолжил. — Я всего лишь в который раз намекнул тебе на то, какая же ты всё-таки заучка, Грейнджер. У тебя, как будто, нет других целей в жизни, понимаешь?       Нет, она не могла это больше слушать. Не после того, как почти тоже самое ей сказал Рон. Не сейчас. У неё не было на это сил.       — А вот это уже не твоё дело, Малфой. — Развернувшись, она отправилась в комнату. Подальше отсюда. Подальше от него.