Глава 17
24 января 2022 г., 22:57
«Двое могут хранить секрет, только если один из них мёртв»
The Pierces — Secret
3 марта 1998 г.
Печаль окутала Большой Зал, отовсюду слышался лишь стук столовых приборов о тарелки и тихие перешёптывания студентов. Часть преподавательского состава, как и стражи отсутствовала уже больше недели, из-за чего расписание уроков пришлось изменить. Теперь половину учебного дня занимали занятия по Тёмным искусствам. Драко поглядывал на пустующее кресло директора, бездумно помешивая тыквенный суп ложкой. Есть не хотелось. Гнетущая обстановка вокруг не добавляла ему аппетита. На прошлой неделе Лонгботтом отказался тренировать заклинание Круциатуса на каком-то третьекурснике, из-за этого Алекто долго рассыпалась в гневных речах, раз за разом нанося упрямому гриффиндорцу в наказание удары кнутом. Его руки, которые пострадали больше всего, превратились в сплошное месиво из крови, костей и мяса. Невилл до сих пор оставался в больничном крыле, и мадам Помфри не была уверена, что ей удастся идеально залечить все его раны. Малфою было плевать, как Кэрроу наказывали слабых. Его не особо волновало и то, куда пропали все привидения, почему коридоры школы опустели, и зачем Снейп отменил их уроки окклюменции. Всё своё свободное время Драко проводил или в гостиной Слизерина или на Астрономической башне, изучая все возможные книги по истории Хогвартса. Он должен был найти хоть что-то, какую-то подсказку о том важном предмете, который был нужен Тёмному Лорду. Когда большая часть студентов начали расходиться по своим спальням готовиться ко сну, Малфой тоже встал со своего места и направился к подземельям. Он притаился в тёмной нише, решив переждать, пока коридоры снова опустеют, чтобы выйти на улицу. Когда последний слизеринец скрылся за дверью их гостиной, Драко покинул своё импровизированное убежище, скрыл себя дезиллюминационными чарами и медленным шагом направился к ближайшему выходу из замка. Дорожка к Астрономической башне всё ещё была скрыта под тонким слоем снега, который не растаял из-за длительных ночных морозов. Весна, казалось, была лишь на календаре. Поднявшись по винтовой лестнице на смотровую площадку, Малфой обнаружил там Забини, в чьих объятиях ютилась рыжеволосая девушка. Услышав приближающиеся шаги, Джинни резко подняла голову и, посмотрев на Драко, тут же развернулась, не желая показывать свою слабость. Но он уже успел заметить её красные от слёз глаза и опухшее лицо, словно она плакала уже не первый час. — Как вы оказались здесь быстрее меня? — поинтересовался Малфой, занимая своё привычное место у самого края площадки. — Джинни знает короткий путь, — отозвался Блейз, пока гриффиндорка пыталась наскоро вытереть следы своей минутной истерики. — Из-за чего рыдаем? Ты наконец-то получила весточку, что Поттер сдох? Малфой не собирался грубить, не сегодня, но гнев оттого, что он опять не мог побыть здесь один, разгорался в нём мгновенно. Стоило лишь поднести подходящую искру. Джинни на его слова не отреагировала так, как он ожидал. Она лишь бросила на слизеринца уничижительный взгляд и снова отвернулась. У неё совсем не было сил ссориться с Малфоем. А ему наоборот хотелось выпустить пар. — Так, стоп, давайте без взаимных оскорблений. Хотя бы сегодня, — увидев, что Драко уже приготовился дальше язвить, Забини решил сразу пресечь его выпады на корню. — Какой ты стал скучный, Блейз. Она плохо на тебя влияет, — скривившись, выпалил Малфой. Они просидели какое-то время в абсолютной тишине, изредка прерываемой жалкими всхлипами Уизли. Драко уже начинал скучать по вечно позитивной и активной гриффиндорке, к которой под юбку пыталась залезть едва ли не половина школы. Чёрт, даже сам Малфой на одной из вечеринок думал проверить, так ли она хороша, как о ней говорили. Теперь же он видел в Джинни лишь маленькую напуганную девчонку, не умеющую сдерживать эмоции. — Так, так, так, и что это вы тут делаете? — внезапное появление ещё одного человека напугало Малфоя, что он едва не полетел вниз, но успел вовремя схватиться за поручень. Преодолев несколько последних ступенек, на смотровую площадку поднялся стражник в длинной форменной мантии Пожирателя Смерти. Они не видели его лица, скрытого за металлической маской, но могли слышать весёлые нотки в мужском голосе, словно волшебника забавляла сложившаяся ситуация. — Разве студентам разрешено бродить по территории замка после отбоя? И разве дозволено подниматься на эту башню? — нежданный гость перевёл свой взгляд с застывших в объятиях Блейза и Джинни на Драко. — Мистер Малфой, боюсь, Ваши родные будут весьма разочарованы узнать, что Вы нарушаете установленные Тёмным Лордом правила. Так ещё и вместе с предательницей крови. — Я хотя бы не прячу своего лица, — сморщился в отвращении к Пожирателю слизеринец, медленно и незаметно доставая из мантии волшебную палочку матери. Мужчина магией снял маску, и Драко удалось узнать в нём одного из стражников, которых оставила в Хогвартсе Беллатриса. Он не знал его имени, но не раз замечал это изуродованное большим шрамом на левой брови лицо. — Миссис Лестрейндж говорила, что за тобой нужно приглядывать. И за твоими друзьями заодно, — пожиратель хмыкнул, закатив глаза, словно перед ним были лишь нашкодившие детишки. — Честно говоря, я был уверен, что ты не так глуп. Видимо гены Люциуса берут верх над Блэками, раз я ошибся. Драко понимал, что драки не избежать. Этот мужчина был явно не из тех, кто отругал бы его за неверные решения и отпустил бы. Он скорее постарался бы сделать его жизнь ещё сложнее, чем она уже была. Что уже было говорить о Блейзе, который поднялся на ноги и попытался спрятать Джинни у себя за спиной, хоть она и сопротивлялась. Угроза нависла над ними, словно грозовые тучи. Малфоя преследовало ощущение, словно история повторялась, только теперь на месте Дамблдора был он сам. — Мы всего лишь нарушили комендантский час, что с того? Все подростки так делают, — отозвался Забини, всё ещё удерживающий Уизли за собой одной рукой. — Я давно за вами наблюдаю, — слизеринцы не собирались выяснять, какие выводы сделал для себя Пожиратель. Он явно не был настроен к ним дружелюбно, поэтому Драко выставил руку с зажатой в ней волшебной палочкой, готовый защищаться. — Тихо, тихо… Мужчина не опускал своего древка, но его улыбка слегка померкла. Он был один против троих подростков, разве они способны были ему навредить? — Предлагаю сделку — отдаёте мне предательницу, и я закрою глаза на ваши грешки. Беллатриса ни о чём не узнает. — Зачем тебе Джинни? — огрызнулся Блейз и быстро достал собственную палочку. — Тёмный Лорд этого не знает, но я в курсе, что Поттер придёт за ней, где бы она не была. Я хочу заставить его сдаться самому, и вы можете мне в этом помочь. — Он не идиот, чтобы соваться за мной в логово врага. Уизли отбросила руку Блейза и вышла вперёд, гордо вскинув подбородок. Драко мысленно чертыхнулся, удивляясь её самоуверенности и самоубийственной гордыне. — Я слышал, что с Сириусом Блэком это сработало, а он ведь даже не был на самом деле в плену. Так что, хотите оказаться на хорошем счету у Повелителя? Малфой не собирался кривить душой, что задумался об этом. Но Блейз был уверен в своём решении ещё до того, как предложение было озвучено. Его друг ни за что не подверг бы Уизли опасности, чего бы ему это не стоило. — Тебе придётся придумать что-то ещё, — по лицу Забини было видно, что он злился. Слизеринец был раздражён всей этой сложившейся ситуацией. Древко в руке Драко мелко дрожало из-за трясущихся рук Малфоя. Он не понимал, чего ждать, не знал, сможет ли убить, если понадобится. Сомнения закрались в его сердце и разум, путая мысли. Он колебался. В один момент ему хотелось обездвижить Блейза и его подружку и отдать Пожирателю девушку. В другой же он вспоминал все возможные заклинания, которыми смог бы избавиться от угрозы в лице прихвостня Беллатрисы. Тем временем Блейз и Джинни уже были готовы сражаться, в их лицах была видна решимость идти до конца. — Экспеллиармус! — Драко услышал собственный голос словно извне, пытаясь выбить волшебную палочку из руки Пожирателя. — Как ты смеешь? — взревел мужчина, блокируя попытки Малфоя отнять его оружие. Блейз, не менее удивлённый действиям друга, чем Джинни, выпустил в Пожирателя инкарцеро, но тот успел одним движением палочки испепелить верёвки. Они использовали по большей части защитные заклинания, боясь перейти эту невидимую черту. Но каждый из них понимал, что долго так продолжаться не могло. Разноцветные искры летели во все стороны, Малфой уклонялся от редких нападений Пожирателя, пытаясь зайти ему за спину, чтобы не дать сбежать. — Сектумсемпра, — Драко вздрогнул, услышав знакомое заклинание из уст Забини. От неожиданности мужчина упал на пол, его палочка откатилась в сторону, и Уизли тут же её подняла. Малфой смотрел на то, как он корчился от острой боли, вспоминая собственные ощущения от сектумсемпры. Пожиратель в агонии расстёгивал застёжки мантии, пытаясь посмотреть, как быстро по его телу распространялись ровные порезы. Кожа в тех местах разошлась в стороны, а кровь окрасила чёрную рубашку, делая её ещё темнее, хотя, казалось, что это уже невозможно. Он кричал, извиваясь на холодном полу, пока три пары глаз изучали его увечья — глубокие раны, через которые виднелись изрезанные мышцы. — П-помогите, — прохрипел мужчина, и Уизли уже было кинулась к нему, но Драко перехватил её за руку, останавливая. — Если сделаешь это, окажешься в плену, а нас убьют, — прошипел Малфой, потихоньку осознавая собственные слова. Блейз, не двигаясь, в ужасе смотрел на результат своих действий. На то, как под Пожирателем уже появилась внушительная лужа крови, а его движения замедлились. Он пытался руками дотянуться до кого-то из них, не в силах подняться с пола. Они должны были дать ему умереть. Вырвав из рук Уизли волшебную палочку Пожирателя, Драко направил её кончик в грудь мужчины. Он убеждал себя, что поступал правильно, что избавлял его от адских мучений. Но это отнюдь не успокаивало. — Авада Кедавра.***
Простояв несколько секунд на месте, осознавая происходящее, Гермиона сорвалась на бег, чтобы догнать уводящих Драко. — Стойте, — выкрикнула она, увидев спины Авроров, — он не может уйти без меня. Процессия остановилась, Малфой усмехнулся, вздёрнув подбородок вверх. Он и забыл, что не мог ступить и шагу из школы без Грейнджер. — Мы оба подписали магическое соглашение о том, что я обязана сопровождать Драко за пределами Хогвартса. Он просто не сможет выйти за ворота. Гермиона гордилась собой, ей казалось, что она нашла выход из ситуации — они не смогут увести Малфоя одного. Им придётся оставить его в школе или же взять её с собой. И судя по нахмурившимся бровям Поттера, его выбор был очевиден. — В таком случае, мисс Грейнджер, я вынужден просить Вас пройти с нами. Министерство разрешило открыть каминную сеть из кабинета директрисы, и если мистер Малфой достаточно быстро ответит на интересующие нас вопросы, совсем скоро вы оба вернётесь обратно. — Если он не арестован, почему вы не можете задать их здесь? У Малфоя было ощущение, словно его со всех сторон сдавливало чем-то тяжелым. Время, казалось, было на исходе, а он ничего не мог с этим сделать. Хотелось оттянуть этот неизбежный момент, лишь бы Гермиона не находилась рядом. Лишь бы не узнала того, что никто не должен был знать. — Мы соблюдаем протокол, Гермиона. В Министерство уже приглашён защитник семьи Малфоев, и поскольку это официальный допрос, он будет проведён согласно всем правилам. — Ты вообще не должен быть здесь, Гарри, разве нет? — шепотом спросила Грейнджер, подойдя ближе к другу. — Тебя должны были отправить заграницу. — Мою командировку отозвали. — Вопрос в том, почему? — авроры, стоящие немного в стороне, наблюдали за героями войны, пытаясь уловить суть их разговора. — Не сейчас, Гермиона, — обрубил Поттер, зло посмотрев на подругу. Он понимал, что это было крайне странно и без её комментариев. Грейнджер провела взглядом Драко и пошла следом, глухо стуча каблуками школьных туфель по полу. Драко судорожно перебирал в уме варианты, при которых он мог бы выйти сухим из воды. Но даже при самых обнадёживающих раскладах событий ему пришлось бы не сладко, не говоря уже о Блейзе, которого ему так не хотелось втягивать во всё это. Он думал, что сумеет протянуть до Рождества, но, видимо, Гейнс всё же нашла за что зацепиться. Какова была вероятность того, что она не заставит его принять сыворотку правды или что ещё похуже? Теперь ведь она знала наверняка, какие вопросы стоило задавать. Оказавшись в кабинете Макгонагалл, директриса смерила всех взволнованным взглядом, остановившись на Гермионе. Грейнджер выглядела решительно, словно это она контролировала ситуацию, а не кто-либо ещё. В её глазах горел знакомый Драко огонь, свидетельствующий о том, что гриффиндорка восприняла происходящее как вызов и не намеренна была проигрывать. Они зашли в камин вместе, взявшись за руки, будто делали так уже тысячи раз. Её тёплая ладонь крепко сжимала его собственную, и это придавало ему сил держаться, несмотря ни на что. Несмотря на то, что он снова ощущал присутствие подбирающегося всё ближе страха; чувствовал, как его длинные острые ногти впивались в сердце, заставляя мозг искать пути для побега, лишь бы он отступил. В Министерстве их уже и правда ждали: за большим письменным столом, держа в руках свиток пергамента, сидел мистер Олдридж, а напротив него, опираясь на спинку своего высокого стула, стоял глава Аврората — Гавейн Робардс. Они что-то бурно обсуждали, когда огонь в камине загорелся зелёным пламенем и громко затрещал, а после из него появились две фигуры, с ног до головы покрытые сажей. Пока светловолосый парень и его кудрявая спутница отряхивали свою одежду, зелёные искры снова зажглись, оповещая о прибытии новых посетителей. На этот раз ими были известные Гавейну авроры, находящиеся в его подчинении. Переведя взгляд с коллег обратно на юношу, мужчина вздохнул и задал ему вопрос: — Вы, должно быть, мистер Малфой? Простите, не узнал Вас под слоем сажи, — Робардс слегка улыбнулся, обратив внимание на хмурящуюся девушку, которая то и дело пыталась стереть со своего носа чёрную пыль. — Всё верно, Гавейн, — подал голос мистер Олдридж, — не делай вид, будто не видел его лицо в «Ежедневном Пророке». Мужчина фыркнул, присаживаясь на стул и складывая руки перед собой. — Сэр, — Гарри обратил на себя внимание начальника, выступив на шаг вперёд, — мистеру Малфою запрещено покидать Хогвартс без сопровождения мисс Грейнджер, поэтому она любезно согласилась сделать это. Драко надоело, что Гермиона сбоку суетилась, чувствуя себя некомфортно, и пыталась привести себя в подобие порядка. Он нервно достал свою палочку и взмахнул ею, убрав следы сажи с их лиц и одежды. — Оу, — протянул Гавейн, тут же снова поднявшись со своего места и протянув ей худощавую кисть для рукопожатия, — знаменитая героиня войны. Очень рад наконец-то с Вами познакомиться. Нам не довелось поработать после окончания войны, но я рад, что теперь лично знаю всё Золотое Трио. Гермиона нехотя пожала протянутую руку. Несмотря на то, что Робардс был начальником её лучшего друга, он не внушал ей доверия. Что-то в узком прищуре его глаз настораживало гриффиндорку, вынуждая сомневаться во всём происходящем. Она чувствовала, что Малфой был с ней в этом согласен, судя по тому, как он напрягся. — Мистер Робардс, мне хотелось бы узнать, для чего нас вырвали посреди учебного семестра? Кого конкретно ищет Министерство, и как Драко может вам в этом помочь? — Норин Гейнс сообщила, что при просмотре воспоминаний мистера Малфоя по делу Тома Реддла она заметила интересную деталь: в Хогвартсе какое-то время пребывал разыскиваемый сейчас нами Пожиратель Смерти, а именно — Трэвис Хейг. Вам знакомо это имя, Драко? Ни один мускул на лице слизеринца не дрогнул, он уставился на Гавейна, не отводя взгляд, даже не моргая. Гермиона глазами следила за множеством людей, собравшихся в маленьком кабинете. — Допрос уже начался, а Вы даже не предложите мне присесть? И не попросите никого оставить нас? — Вы правы, нас тут действительно слишком много, — мужчина глазами указал своим подчинённым на дверь, и все, кроме Поттера, вышли. — Ты тоже, Гарри, можешь быть свободен. — Вы вырвали меня из задания, чтобы я доставил Малфоя сюда. Просто так я не уйду. — Я не буду говорить, пока Грейнджер и Поттер не уйдут, — Малфой стоял на своём, даже не взглянув на Гермиону. От возмущения лицо её покрылось красными пятнами. — Нет! — воскликнула девушка, вцепившись в мантию Драко рукой, пытаясь обратить на себя его внимание. — Ты не можешь вот так просто выгнать меня. — Ты ошибаешься, Грейнджер, как и всегда. Он злился из-за того, как упряма она была, ведь не сделала ни шагу. И Малфой не понимал, чувствовал ли он собственный гнев или же её. Вырвав локоть из крепкой хватки девушки, Драко отошёл от неё, сев в мягкое на вид кресло возле камина. Ему нужно было, чтобы она ушла, потому что не знал, куда их заведёт разговор с Робардсом. — Мисс Грейнджер, будьте благоразумны. Драко не сбежит отсюда, не привлекая к себе внимания, к тому же, это не в его интересах. Гермиона слышала, что говорил ей Мистер Олдридж, но смотрела только в серые глаза слизеринца, пытаясь понять, почему тот снова её отталкивал. И не находя в них совершенно ничего. Она резко развернулась, выходя за дверь и громко хлопая ею. Поттер отправился следом, сцепив в раздражении зубы. — Я слышал, что мисс Грейнджер одна из тех немногих, кто приложил немало усилий для Вашего освобождения, зачем же Вы так с нею? — Если я здесь для обсуждения этого, то разговор можно заканчивать уже сейчас. Улыбка исчезла с лица Робардса, нахмурившись, он достал из папки на своём столе колдографию и протянул её Драко. Со снимка на него смотрело ухмыляющееся жесткое лицо с острыми чертами и большим шрамом, рассекающим бровь. Малфой безошибочно признал в нём прихвостня Беллы, ведь тот часто навещал его не в самых приятных снах. — Этот человек разыскивается за убийство нескольких высокопоставленных семей, а также он обвиняется в похищении больше десяти волшебниц, чьё местоположение до сих пор неизвестно. После проведённого расследования был сделан вывод, что его последним зафиксированным появлением в Англии был Хогвартс. — Почему же Вы не предположили, что он просто почувствовал неладное и сбежал из страны? — мистер Олдридж забрал у Драко колдографию, внимательно вглядываясь в изображение. — Вряд ли он смог бы проскользнуть мимо Темного Лорда, а тот его уж точно просто так не отпустил бы, — на секунду задумавшись, Гавейн робко почесал затылок. — По правде говоря, я был уверен, что и сам Волдеморт мог убить его, но Норин уверенна, что Хогвартс Хейг не покидал. — Всё равно не понимаю, при чём здесь мистер Малфой? Ну видел он его однажды в школе, что с этого? Уверен, в воспоминаниях большинства студентов тоже можно найти его лицо, это не повод вызывать Драко на допрос. — Мистер Малфой был приближенным к Волдеморту и миссис Лестрейндж, знал Трэвиса и единожды уже пошёл на встречу следствию. Разве ты не хотел бы помочь нам ещё раз? Я ведь мог бы замолвить словечко за то, чтобы с тебя сняли ограничения. — Знаете, меня вполне устраивает моё положение. К тому же, ничто не способно отменить чары, имеющие определенный период воздействия. Так или иначе я останусь связан с Грейнджер, а значит, под постоянным наблюдением. И я не знал этого Хейга, — скривившись, напоследок произнёс Малфой. — В таком случае, мы могли бы пересмотреть приговор Вашей матери. Кажется, с ней обошлись весьма грубо. — Вы не можете этого обещать, не в Вашей компетенции, — упоминание Нарциссы вызвало целую бурю эмоций, которые ему едва удалось подавить. — Драко, не спеши, — подал голос адвокат, придвинувшись чуть ближе к столу главы Аврората. — Мистер Робардс, какие гарантии Вы можете дать, если мой клиент согласится поделиться с Вами всем, что знает об этом мужчине? Малфой напрягся. Пока у них не было веских причин требовать от суда допроса под действием сыворотки правды, и никто не мог заставить его говорить. Но как он мог объяснить своё упрямство Олдриджу? — Я действительно не могу обещать, что с миссис Малфой сразу же снимут все обвинения и ограничения в перемещениях. Но помощь в поимке особо опасных Пожирателей Смерти — это весомый повод, чтобы смягчить приговор их обоих. — Почему Гейнс так вцепилась в дело этого Трэвиса? — внезапно влез в разговор Драко, он пытался понять личную заинтересованность судьи этим Пожирателем. Он хотел знать, был ли сам её главной целью. — Не могу ответить на этот вопрос. — Вы могли приехать в Хогвартс сами и эта беседа ничем бы не отличалась. Зачем было посылать за мной Поттера и приводить в Министерство? — Молодой человек, — возмутился Гавейн, поправляя свой ярко-фиолетовый галстук, — Вы забываетесь! Я не обязан перед Вами отчитываться! Это было странно — такая реакция на достаточно простые вопросы. Малфой перебирал в мыслях множество вариантов, почему заставил начальника Аврората так сильно нервничать. Самым подходящим казалось то, что он скрывал какие-то важные детали. И весьма неумело, стоило сказать. Мистеру Робардсу стоило поучиться окклюменции, если он и дальше хотел сохранить свою должность. — В таком случае, у меня нет причин больше оставаться здесь, — ответил Малфой и встал с кресла, поправив мантию. — Пойду поищу мисс Грейнджер, нам пора возвращаться в школу. — Драко, — внезапно обратился к слизеринцу по имени Гавейн, набрав в лёгкие побольше воздуха, — Норин ни за что не отступит. Я и правда не знаю причин, по которым ты так её заинтересовал, но уверен в том, что она найдёт способ до тебя добраться. Сейчас у нас действительно нету доказательств твоей причастности к чему бы то ни было, но эта женщина сутками сидит в Министерстве и пересматривает твои воспоминания раз за разом. Однажды, она что-то в них всё же найдёт, и тогда я ничем уже не смогу помочь ни тебе, ни Нарциссе. Драко уже не смотрел ни на своего защитника, ни на Робардса. Он уставился взглядом в широкие двери кабинета, взвешивая услышанное. — Я устал от нескончаемых поисков тех, кто уже давно может гнить где-нибудь в земле, — тихо добавил мужчина, склонившись над столом. — Если ты можешь пролить свет на это дело, я буду благодарен. — Я не могу помочь Вам, мистер Робардс. Простите. Малфой вышел из кабинета, уходя в неизвестном направлении. Он плохо знал эту часть Министерства, но ему нужно было оказаться где-нибудь подальше от Аврората.***
Гермиона опустилась на мягкий диван в комнате со множеством разных столов, принадлежащих аврорам. Гарри магией призвал для неё чашечку горячего чая, опираясь на ближайшую тумбочку спиной. Кроме них, в большом помещении были ещё несколько незнакомых девушке людей, но они не особо обращали на неё внимание. — Почему он нас выгнал? — не унималась Грейнджер, сжимая в тонких пальцах обжигающую кружку, и совсем не ощущая боли. — Разве он не понимает, что я лишь хочу ему помочь? — Ты не думала, что ему это не нужно? Чёрт, Гермиона, зачем ты вообще всё ещё пытаешься его спасти? — Поттер поправил сползающие с носа очки. — Гейнс явно что-то скрывает — это факт. Но мне плевать, если Малфой замешан в чём-то ужасном. — Нет! — возмутилась гриффиндорка, громко поставив чашку с невкусным напитком на журнальный столик, едва не расплескав всё содержимое. — Он не преступник, Гарри. — Как ты можешь быть в этом так уверенна? Она пыталась смотреть в ясно-зелёные глаза своего друга, ведь пыталась найти в них поддержку, но, казалось, они только отдалялись друг от друга. Вздохнув, Гермиона отвела взгляд. — Где Рон? — поинтересовалась гриффиндорка скорее из вежливости, нежели искреннего любопытства. — Его послали на задание вместо меня, — спокойно ответил Поттер. — Он хотел остаться, но Робардс даже слушать не стал. — Ясно, — коротко произнесла Гермиона, уставившись на свои сложенные на коленях руки. Весь этот разговор казался ей притянутым за уши, словно кто-то написал скрипт, которому нужно было следовать. Они высказали своё недовольство происходящим, сменили тему на более безопасную, а потом и вовсе замолчали. Что должно было произойти дальше — ссора или же вмешательство третьих лиц? Гермиона очень не хотела, чтобы реальностью стал первый вариант. Разлад в их дружбе с Гарри стал бы отправной точкой отсчёта к её окончательному падению ко дну. — Гермиона, это не ты. Поттер опустился перед подругой на корточки, заглядывая в родные глаза, пытаясь найти в них то, что он всегда видел ранее — жажду к жизни, новым свершениям и надежду. Надежду, которая в своё время не давала ему сдаться. — Та отважная гриффиндорка, которая стала мне почти что сестрой, никогда не дала бы чему-то или кому-то затуманить ей рассудок. Не знаю, что происходит между вами с Малфоем, но он не стоит того, чтобы так отчаянно за него сражаться. Позволь ему самому решать свою судьбу. Хочет вернуться в Азкабан — значит там ему и место, — Гарри боялся её реакции на свои слова, поэтому говорил максимально тихо и спокойно. — Я думаю, есть что-то, чего он боится больше, чем оказаться в тюрьме, — ответила другу Гермиона, на мгновение задумавшись. — Гарри, я никогда не оправдывала его поступки, я лишь говорила, что он не заслужил за них слишком строгое наказание. Но теперь я немного больше знаю о том, что ему пришлось пережить, поэтому это только укрепило мою веру в то, что он способен измениться. — Уверен, он об этом иного мнения, — буркнул Поттер, поджав в раздражении губы. — Я выясню, что задумала Гейнс, но не смогу помочь, если Малфой не прекратит эти игры в молчанку. Он что-то знает, в его же интересах этим поделиться. — Он только-только начинает мне доверять. Я заставлю его мне открыться, но на это понадобится чуть больше времени. Гарри нахмурился, пытаясь придумать, как выиграть для Гермионы хотя бы несколько дней. — Я попрошу Робардса поручить мне расследовать это дело. Он вряд ли так просто согласится, но я знаю, как его уговорить. Перспектива того, что Избранный поймает последнего Пожирателя Смерти, должна ему понравится. — Но что, если это дело тупиковое? Этот Хейг мог обрезать все ниточки, связывающие его с кем-либо или чем-либо. Ты ведь можешь его и не найти. — Ну… — протянул Поттер, в задумчивости почесав затылок, — значит, у тебя есть больший стимул разговорить Малфоя. Гермиона улыбнулась, вдруг осознавая, что все её страхи потерять друзей были совершенно беспочвенны. Гарри, пусть и не разделял её мнение, всё же был готов слепо ей довериться. — Рону это не понравится, — внезапно продолжил Поттер, усмехнувшись. — Не понравится, — согласилась девушка, уставившись на кружку с уже остывшим чаем, на котором появилась белесая плёнка. Они помолчали несколько минут, больше не казавшиеся Гермионе напряженными. Она чувствовала себя гораздо лучше, и уже не так злилась на Малфоя, полная уверенности в том, что заставит его всё ей рассказать позже. — Как дела в Хогвартсе? — спросил Гарри, присаживаясь на ближайший к нему стул. — Джинни в порядке, если ты об этом, — хмыкнула Гермиона, посмотрев на лучшего друга и заметив его смущение. Они давно уже не были детьми, но ему всё ещё было неловко проявлять свой интерес к девушкам перед кем-либо. — Уже предвкушаю, как сильно она будет злиться, что ты был в школе и не навестил её. — Я… — начал было оправдываться Гарри, но увидев ухмылку на лице подруги, притих. Он понимал, что ей не нужно было ничего объяснять. Гермиона уже хотела подшутить над тем, каким неловким оставался Поттер, как в кабинет ворвался Малфой, взглядом тут же остановившись на гриффиндорцах. — Грейнджер, нам пора возвращаться в Хогвартс. Он выглядел так, словно собирался вот-вот взорвать здание и с пафосным видом уйти, пока сзади всё полыхало Адским огнём. Ему не нужно было согласие Гермионы, Драко просто схватил её ладонь и потащил за собой, не давая даже нормально попрощаться с лучшим другом. — Малфой, стой! — возмутилась девушка, пытаясь вырвать свою руку из его цепкой хватки, но на ходу это сделать было очень трудно. — Я не успела попрощаться с Гарри. — Он переживёт, — буркнул слизеринец, держа путь к главному холлу здания. Драко побыстрее хотел воспользоваться каминной сетью Министерства и вернуться в школу, где он чувствовал себя хоть мало-мальски в безопасности. К тому же, ему нужно было время, чтобы разобраться со всем, во что вляпался. Жизнь подкидывала ему череду жестоких совпадений, глупых решений и скверных событий, словно Волдеморта ему было мало. Ошибки, будто снежным комом наваливались одна на другую, превращаясь в огромный шар, что завис над ним, угрожая в любой момент сорваться вниз. И выход у него был только один — бежать, пока не остался погребён заживо.***
Вернувшись в Хогвартс, Драко первым делом пошёл искать Блейза, ведь ему нужен был хоть кто-то, знающий всю историю целиком. Гермиона долго возмущалась, не желая его отпускать, но Малфой остался непреклонен в своём решении. Забини нашёлся в Большом зале, куда они с друзьями вернулись после посещения Хогсмида. Малфою казалось, словно их прогулка и то, что произошло после, случилось целую вечность назад. Будто это не он всего пару часов назад, забыв обо всех трудностях и опасностях, ласкал тающее от его прикосновений тело Гермионы. Этот день выдался ужасно длинным и тяжёлым, даже несмотря на то подобие доверия, которое они пытались выстроить с Грейнджер. И которое он вот-вот собирался окончательно и бесповоротно разрушить. — Нужно поговорить, — прервал беседу своих друзей Драко, смотря прямо в глаза Забини, наблюдая, как искренняя улыбка сползла с его лица, сменяясь тревогой. Встав из-за стола, Блейз пошёл следом за Малфоем, не спрашивая, что стряслось. Ему это и не было нужно, он научился считывать эмоции друга даже тогда, когда тот пытался спрятать их за маской безразличия. Оказавшись в одном из всё ещё не восстановленных кабинетов, Драко запер двери и заклинанием удостоверился, что никто не подслушает их разговор. — Сегодня я был в Министерстве, Аврорат требовал, чтобы я ответил на их вопросы и поделился всеми воспоминаниями, связанными с Трэвисом. — Так вот куда вы с Грейнджер убежали, — Забини нахмурился, пытаясь осознать информацию. Малфой слегка смутился, но тут же вернул своё самообладание. — Пока что у них ничего на меня нет, Гейнс лишь поделилась с ними, что видела Хейга в одном из моих воспоминаний. Но Робардс уверен, что она будет копать, пока не найдёт его. Для неё это личное. — Робардс — это который глава Аврората? — спросил Блейз, вспоминая худощавого мужчину, которого видел несколько раз в Ежедневном Пророке. — Да. Блейз, ты что меня не слышишь? — Драко не понимал, как его друг мог быть таким спокойным. — Гейнс копает под меня, потому что хочет добраться до Трэвиса. Вот только он мёртв! — Тише ты, — Забини обернулся на дверь, проверив, не нарушены ли чары оглушения. — Я всё прекрасно слышу, но ты зря разводишь панику. Я уверен, Гейнс уже сотни раз пересмотрела твои воспоминания и до сих пор ничего подозрительного в них не нашла, так что нам не о чем волноваться. — Просто она ещё не додумалась допросить Уизли… — начал Драко, но друг тут же его перебил. — Джинни всё равно ничего не скажет. Тень грусти пробежала в глазах Блейза, но он не мог показать, как сильно ему на самом деле было больно. Малфой никогда не смог бы его понять.***
3 марта 1998 г.
Увидев потухшие глаза Пожирателя, Джинни тут же закрыла собственный рот ладонями, чтобы не издать ни звука. Малфой смотрел на то, как она пыталась справиться с паникой, подбирающейся к её сознанию, и не знал, чего от неё ждать. Блейз подошёл к девушке, крепко сжал в своих объятиях, заставляя её отвернуться. Он что-то тихо нашёптывал ей на ухо, перебирая пальцами рыжие волосы на затылке. Драко переводил взгляд с них на тело мужчины, и назад. Он думал о том, что, возможно, совершил самую большую ошибку в своей жизни. Но отступать было поздно — смертельные слова уже прозвучали, зелёная вспышка вырвалась из кончика старого потрёпанного древка, а Пожиратель затих, всё ещё истекая кровью. Драко не отрицал того, что хотел убить его. Он даже не почувствовал особого сопротивления палочки, но оправдывал свой поступок тем, что решение нужно было принять быстро, иначе все они были бы уже мертвы. Когда выбор стоял между теми, кто был ему дорог и чужим человеком, то исход казался весьма очевиден. Когда Джинни немного успокоилась и перестала плакать, Забини отстранился от неё, поворачиваясь к другу. — Нужно избавиться от него, — произнёс Блейз, вынимая палочку из рук Драко. — Его вроде звали Трэвис, — девушка говорила сипло, будто каждое слово давалось ей с огромным трудом. — Трэвис Хейг. Я подслушала однажды его разговор с Алекто, он кичился своим именем, словно был кем-то известным. — Плевать, кто он, — возмутился Малфой, впиваясь злым взглядом в красные от слёз глаза гриффиндорки. — Он мёртв из-за тебя! — Прекрати! — Блейз схватил Драко за грудки, пытаясь заставить его мозг проясниться. — Он сам виноват. — Если об этом прознают другие Пожиратели, нам крышка, — прошипел Малфой, уставившись на тело, распростертое на полу. — Белла убьёт нас всех, и глазом не моргнув. — Никто не узнает. — Она искусно владеет легиллименцией, ей ничего не стоит залезть тебе в мозг так, что ты бы этого и не понял. Я уже даже не говорю о ней, — он головой махнул в сторону Джинни. Они на секунду замолчали, обдумывая сказанное Драко. Блейз отпустил его мантию, отойдя на шаг назад. — Что ты предлагаешь? — Ты знаешь ответ, Блейз, — Малфой забрал у друга обратно палочку Пожирателя и повернулся к Уизли. Она попятилась, испугавшись действий Драко. — Вы оба должны забыть обо всём этом, словно вас ничего никогда не связывало. Чтобы не было соблазна искать ответы. — Нет, — горькая слеза снова покатилась по щеке Джинни, а за ней ещё одна, и ещё. — Прошу… Я не хочу забывать. Блейз не сдвинулся с места, буквально заставив себя стоять, хотя всё внутри рвалось к ней. Он понимал, что это был единственный способ по-настоящему защитить её, ведь если не было воспоминаний, то никто не смог бы уличить её во лжи и наказать за это. Они оба не отрывали глаз друг от друга, пока Малфой, осмелившись, поднял внезапно потяжелевшее древко и едва слышно произнёс: — Обливиэйт. Едва увидев, как взгляд Джинни на секунду помутнел, а после начал проясняться, Драко тут же оглушил её. Девушка упала бы на пол, больно ударившись, но Забини вовремя успел её подхватить, мягко опуская на скамью. — Твоя очередь, — глухо сказал Малфой, направив палочку на друга, склонившегося над Джинни. — Не нужно, я справлюсь, — Блейз нежно гладил девушку по волосам, заправляя их за ухо, чтобы лучше видеть её умиротворённое лицо. — Я обещаю держаться подальше от всего, связанного с Пожирателями. Если надо будет, я исчезну. — Ты ведь понимаешь, что рискуешь? — Я не так хорош в окклюменции, как ты, но не могу позволить тебе отнять то единственное, что делало мою жизнь хоть немного приятнее. К тому же, ты не сможешь справиться с телом в одиночку. Забини отошёл от Джинни, а Драко опустил руку, принимая решение друга. Он мог быть с ним несогласен, но уважал его выбор, каким бы он ни был. — Нужно обратится к маме, она нам поможет. — Что? — громко возмутился Блейз, округлив глаза в неверии. — Ты спятил? — Она единственная, кому я могу доверять. К тому же, ей уже приходилось избавляться от трупов, в отличие от нас с тобой. Последний раз взглянув на спящую Джинни, а после на истерзанное тело Пожирателя, Блейз коротко кивнул, принимая своё поражение.
