Дух твой навсегда со мной

Сначала Снотворный думал, что тренироваться с тем, кого невозможно увидеть, будет сложно. На самом деле сложно оказалось не разозлиться, когда Хамелеон нехотя обронил, что по своему желанию может становиться видимым для живых. На вопрос, почему же тот делал это так редко, бродяга пояснил, что ему просто так удобнее. Ему. Так. Удобнее.

***

— Уклоняйся! «Легче сказать, чем сделать». Снотворный перекатывается, снова вскакивая на лапы — и падает из-за подсечки, устроенной Хамелеоном. В очередной раз. — Возьми себя в когти, наконец! Ужасно болят ушибленные ребра, сил не хватает на то, чтобы продолжить сражение, ведь они уже давно тренируются на тенистой полянке, укрытые от взглядов других колючими зарослями. — У тебя снова сбилось дыхание! Еще раз! — Хамелеон, как и всегда, неумолим. Снотворный втягивает в легкие воздух, поднимаясь на дрожащих лапах и принимая боевую стойку. Старается сосредоточиться, вновь вернуть концентрацию и вступить в бой, потому что завтра — итоговое Воинское испытание, которое покажет, готов он стать полноправным членом племени Теней или нет. Он хочет быть уверенным в своих силах. — Довольно! — прекращает тренировку Хамелеон. Несмотря на свою истинную призрачную сущность, относящуюся к мертвым существам, бродяга бьет на удивление сильно. Как живой. Если бы не шерсть, просвечиваемая буквально насквозь растительностью соснового бора, его было бы не узнать. Снотворный запыхался, дышит тяжело и часто, с трудом переводит дыхание. Однако ему — мало, и почему Хамелеон так быстро оборвал тренировку? — Все сильно плохо? Снотворный не думает, что три луны обучения у бродяги — достаточный срок, чтобы подготовиться к финальному испытанию. Правда у Хамелеона, похоже, совершенно другие мысли: — Да успокойся ты, — хмыкает он. — Все у тебя хорошо. С охотой, я уверен, ты справишься на отлично, с битвой тоже. Единственная проблема, которую не удалось решить — это подсечка, так что просто постарайся использовать технику дальнего боя, а не ближнего. Кроме того, не позволяй противнику приблизиться к себе. — Я знаю, — кивает Снотворный. — Тебе еще не сообщили, кто будет принимать у тебя Испытание? Снотворный качает головой. — Маловероятно, что это будет Тенекрад. Наставник никогда не проверяет навыки своего оруженосца, потому что может быть неточен в своих суждениях. Обычно это делает кто-то со стороны, чтобы личное отношение и чувства не повлияли на итоговую оценку результатов. — Значит, осталось только ждать? — По-видимому, — улыбается Снотворный, не улыбка эта не затрагивает его глаз, полных тревоги и беспокойства. — Пожелай мне удачи.

***

Его поднимают ни свет ни заря, когда звезды, вплетенные в бархат чернистых небес, тихо тлеют в клочьях тьмы. Солнце даже не взошло — по внутренним ощущениям Снотворного, рассвет будет часа через три, не меньше. Однако ему не очень досадно, потому что Тенекраду оказываются нужны еще и Рогатая со Вспышкой. Становится очевидно, ради чего наставник их поднял. Лунный свет с трудом просачивается в лагерь через кроны деревьев. Снотворный выскальзывает из палатки оруженосцев и первым делом замечает глашатая Смертоносного, практически полностью тонущего в тенях. Это не к добру. Все знают, что он обладает неукротимым нравом и жестко требователен ко всем — к себе и к окружающим. В этом плане наставники Рогатой и Вспышки, Штормогон и Расцвет, куда мягче. Вдруг они пересекаются взглядами. Глаза у Смертоносного — кровавые закаты, отблески умирающего солнца, взрыв сверхновой. До безумия ослепляющие. Жуткий шрам уродливо пересекает морду. Смертоносный в сражениях так же безжалостен, как и в повседневной жизни, и единственный, кто хоть как-то сглаживает острые края в его поведении — это Тенекрад, который совершенно точно не собирается присутствовать на итоговом Воинском испытании своего ученика. Снотворный заставляет себя не дыбить шерсть и подходит вместе с другими оруженосцами. — Итак, как вы знаете, сегодня тот самый день, который определит всю вашу дальнейшую жизнь, — начинает Тенекрад, как самый дипломатичный, — Воинское испытание покажет, кто из вас действительно имеет право стать полноправным членом племени Теней, а кто — нет. Оно делится на два этапа: охота и бой. На охоту отводится полдня. Принести надо не менее двух дичи. Чем быстрее вы с этим справитесь, тем больше времени на подготовку получите, потому что на закате пройдет оценка ваших боевых умений в виде сражения с одним из воителей, которого вам назначил Вестник Звезд. — Итак, Рогатая, твоим куратором назначается Смертоносный, — продолжает наставник, — а твоим, Вспышка, будет Дождище, — «бывший Дожделапый?». — А я? Тенекрад переводит на него взгляд, прохладный и отстраненный, и не понять из-за этого никак, все хорошо или плохо? Снотворный нервничает, Снотворный переживает, Снотворный успевает себе придумать десятки причин того, что провалил то, чего даже не начинал... Но все оказывается совершенно наоборот. — Ты особенный случай. Мы вместе со Смертоносным посовещались с Вестником Звезд и пришли к выводу, что ты уже всем доказал, что готов пожертвовать жизнью ради родного племени. Снотворный распахивает глаза, не до конца веря в то, что слышит. А Тенекрад не замолкает, а продолжает: — Помнишь случай с собакой? — получив в ответ утвердительный кивок, он произносит. — Ты не испугался и спас жизнь Рогатой. Отважно защищая племя, ты прогнал вместе с другими оруженосцами собаку. — Но ведь не сам... — Это верно, — на долю мгновения Снотворный пугается того, что Тенекрад вдруг передумал. — Однако ты определенно сражался лучше всех и получил куда меньше травм, чем, к примеру, тот же Дожделапый. А он был старше тебя на две луны. И опытнее. Признаю, с охотой у тебя были некоторые проблемы, но, как показало последнее время, ты значительно улучшил свои навыки. Так что можешь ожидать своей церемонии сегодня вечером, — заканчивает Тенекрад. Снотворный же стоит и не понятия не имеет, что сказать. У него в голове не укладываются слова наставника, но... Он чертовски этому рад, ведь у него получилось. Снотворный еще никогда в жизни не чувствовал себя таким счастливым.