И даже смерть не разлучит нас

      Зереф вернулся в империю в приподнятом настроении, которое, к сожалению, продлилось недолго. Пропажа Марины и ощутимый магический след непрозрачно намекали на похищение. Он, конечно, догадывался, что богам не понравится то, какую власть и силу он обретает благодаря ей, но они решили действовать слишком нагло и дерзко, нацелившись на Марину. Драгнил бы ещё простил нападки в свою сторону, но трогать беззащитную девушку… глаза сами собой сменили цвет на красный.       Магический след привёл в странное место с искривлённым пространством. Только белая дорожка была единственным ориентиром, ведущим к его цели. И чем дольше он шёл, тем поганее было настроение Драгнила. Зереф уже встречался с мелкими божествами, некоторых даже развеивал по ветру, ведь всё равно оказывался куда сильнее их. Кучка ничтожеств, трясущихся за свои псевдо-бессмертные жизни, готовые сделать что угодно, лишь бы продлить их, и человеческие жизни и благополучие — лишь разменная монета в руках тех, кто сами когда-то были людьми.       Он зашёл в помещение, отдалённо напоминающее арену, залитую алой кровью, в центре которой на высоком кресле сидела Марина. Девушка обернулась, вцепившись в спинку кресла, испуганно посмотрела на него. Чуть смягчившись, он подошёл к ней, осматривая на предмет повреждений. Удовлетворенно кивнув, посмотрел на Рейна, который, отлично справлялся с божествами.       Очевидно, он не человек, однако с этим он разберётся позже.       Запечатлев поцелуй на губах Марины, велел ей ждать его, а сам пошёл избавляться от раздражающего мусора, возомнившего о себе слишком много. Магия была послушна как никогда, разом накрывая недобитые тела и вполне живых и целых противников. Не прошло и трёх минут, как все боги рассыпались прахом, а сам Драгнил смотрел на это с мрачным удовлетворением, размышляя о том, что стоит поставить защиту на дворец, чтобы никто не посмел умыкнуть у него из-под носа жену и детей.       Стряхнув остатки магии с рук, которые собрали кровь в волшебный бутылёк, убрал магическое пространство. Развернувшись лицом к центру арены, почувствовал, как у него дёрнулся глаз. Кресло пустовало.       Сбежала.       На губах совершенно не к месту появилась улыбка, а воздухе появились магические всполохи чёрного и фиолетового цветов.             — Рейн.             — Да, Ваше Величество? — дворецкий тут же встал у него за спиной, слегка поклонившись.             — Найди её, — пространство затрещало по швам.             — Как прикажете.       Помещение разорвалось, словно старая ткань, и они оказались во дворце, откуда и пришли сюда.       Рвано выдохнув, Зереф на мгновение прикрыл свои красные глаза, пытаясь хоть чуть успокоиться. Но, закономерно, нихрена не выходило. Пока дворецкий будет прочёсывать империю, сам Драгнил поищет за её пределами.       Пускай Марина и говорила, что не желает ни свадьбы, ни богатства, ни отношений, это не значит, что он отпустит её. Она должна всецело принадлежать только ему. И как только Зереф найдёт её, то напомнит ей об этом.       Марина шла по полю с высокой травой, на все лады костеря длинное платье, которое снять или укоротить было довольно проблематично. Слишком хорошая ткань, наверняка не без примеси магии, потому что несмотря на долгую ходьбу через высокую траву и бездорожье, не потеряло своего первозданного вида. Хорошо бы его потом продать вместе с теми побрякушками, нацепленными на неё.       Ноги от долгого путешествия уже начинали болеть, но она продолжала упрямо двигаться вперёд, подгоняемая радостью того, что она смогла сбежать! Правда, она старалась более-менее держать себя в руках, ведь любым всплеском магии могла спалить своё местоположение. По крайней мере, её необычное волшебство было единственным ориентиром для Драгнила.       Прошло уже часа три, и Марина наткнулась на подобие тропинки, которой девушка несказанно обрадовалась. В конце концов, эта тропинка должна была куда-то да привести. Солнце уже садилось, холодало. Да и она сама уже начинала выбиваться из сил. Хотелось домой, назад, в свой мир, а не шататься непонятно где, когда за тобой охотится тёмный маг, боги и ещё не пойми кто.       Через четверть часа она подошла к лесополосе, которую видела ещё с холма. Деревья чем-то напоминали те, что были в её мире, хотя, как ей показалось, эти были куда более извилистые, но, возможно, это просто такой вид. Устало прислонившись спиной к стволу, вдруг почувствовала его магию. Не успела она опомниться, как толстые ветки обхватили её за талию, прижимая к стволу, те, что потоньше, обхватили запястья, вылезшие из-под земли корни надорвали подол, крепко обхватывая обе ноги, пресекая любое сопротивление. Само дерево принялось расти как на дрожжах: ствол и ветки окрепли, устремляясь в высоту, кроны становились куда более гуще, раскидистей.       Офигевшая от такого поворота событий Марина попыталась вырваться, но быстро осознала тщетность своих попыток — дерево только сильнее обхватило её, обвивая предплечья, локти, бёдра, живот, словно желая полностью поглотить её. Из горла вырвался возмущённый рык, и через мгновение сдерживаемая магия вырвалась наружу ярким мощным потоком уничтожая дерево, ветки и всю лесополосу заодно.       Девушка рухнула на мягкую траву, которая вылезла за несколько мгновений до того, как она упала.             — Блять, — смачно произнесла Марина, подумав, что на её магию позарилось даже дерево. — Пиздец какой-то.             — Поэтому тебе лучше находиться во дворце, Марина, — от вкрадчивого мужского голоса по телу пробежал табун мурашек, а внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.       Подняв голову, увидела Драгнила, смотрящего на неё сверху-вниз, взглядом далёким от радушного. Нервно сглотнув ком в горле, девушка попыталась отползти назад.             — Смотреть на тебя по ту сторону экрана было приятнее, — буркнула она себе под нос, но он, кто бы сомневался, услышал.       Присев перед ней на корточки, мужчина взял её подбородок в свои пальцы, вынуждая смотреть на себя.             — Ближайшую вечность ты будешь ко мне гораздо ближе.       Дворец встретил оглушающей тишиной. Точнее — их общие покои. Кто бы сомневался, что они окажутся сразу в спальне. Марина опасливо посмотрела на Зерефа, прекрасно понимая, что ей сейчас не поздоровиться. Драгнил был пугающе спокойным, но красные глаза, чуть светящиеся в темноте, не оставляли никаких сомнений о его настроении.             — Что-то поздно… — неловко протянула Марина, но тут же вскрикнула, когда Драгнил рывком прижал её к себе.             — Ты понимаешь, какой опасности себя подвергла? — холодным тоном осведомился он. — Не только себя, но и нашего ребёнка?       Марина сглотнула, решив не отвечать, на столь провокационные вопросы. Лучше не злить его лишний раз. Особенно, когда он в таком состоянии.       Внезапно на губах императора расцвела усмешка, от которой внутри у неё всё сжалось. Не успела она сообразить, как её повалили на пушистый ковёр, забираясь горячими ладонями под юбку.       Девушка взвизгнула, пытаясь оттолкнуть, но руки только упирались в его плечи, не сдвигая мужчину ни на сантиметр. Послышался треск ткани. Руки обхватывают бёдра с пугающей лёгкостью раздвигая их. Зереф прижался к ней пахом, заставляя почувствовать его возбуждение, после чего склонился над её ухом и, опаляя его горячим дыханием, сказал:             — Видимо, тебя надо наказать за плохое поведение.             — Не… — говорить он ей не позволил, нагло закрыв рот поцелуем, довольно быстро набирающим свои обороты.       Руки сжали мягкую грудь через платье, массируя её несильными круговыми, но ощутимыми движениями, с лёгкостью через ткань нащупывая затвердевшие соски. Мужчина чувствует, как её тело откликается на его прикосновения, что ещё больше его заводит. Разрывая поцелуй, смотрит на красную от смущения Марину, после чего срывает с себя верхнюю одежду. Это не занимает много времени, и он припадает губами к нежной шее, жадно вдыхая носом, дурманящий запах её тела.       Окончательно разрывая верхнюю часть платья, беспрепятственно касается обнажённой груди, перекатывая между пальцами сосок, а другой сильно сжимая. Марина выгибается дугой и что-то говорит на неизвестном языке. Очевидно, ругается. Чуть прикусив кожу возле ключицы, тут же лизнув это место, спустился к груди. Сжав их в своих ладонях, припал к одному из сосков, словно изголодавшийся по воде путешественник, сжимая зубами бусинку соска, языком надавливая на него, он получал несравненное удовольствие, слыша то и дело срывающиеся с её губ громкие стоны. Магия приходило в движение, потихоньку начиная резонировать и ещё больше возбуждая их обоих.       Рукой погладил промежность уже насквозь промокших трусиков, после чего отодвинул ткань, начав поглаживать набухающий всё сильнее клитор. Кажется, она что-то говорила, но он, признаться, не разбирал слов.             — Тебе стоит впредь думать, прежде чем что-то делать, — не обращая внимания на то, как она пытается от него отодвинуться, Драгнил припал к другому соску, принявшись его посасывать, от чего девушка громко застонала и, кажется, выругалась.       Марина пыталась оттолкнуть его и отползти, но её потуги были бесполезны и, видимо, даже не замечались Зерефом. Предательское тело уже горело от его бесстыдных прикосновений, требуя большего, в то время как разум панически метался, не зная, что ему делать. Уверенные движения длинных пальцев у себя промежности практически отключали все мыслительные процессы в голове, оставляя голые инстинкты. А от того, что Драгнил творил с её грудью, по телу словно электрические импульсы бегали, заставляя невольно выгибаться ему навстречу и громко стонать вопреки собственным желаниям.       Как же он ей ненавистен!       Зереф отстраняется, но не даёт ей разорвать расстояние между ними, хватая ноги за колени, и с лёгкостью снимая трусики, оставляя её абсолютно голой, после чего раздвигает колени и замирает, буквально пожирая её взглядом, словно хищник свою жертву. Марина попыталась сжаться, но кто бы ей это дал? Его хватка по-настоящему стальная.       Марина громко вскрикивает, когда его дыхание обжигает промежность, истекающую соками. Он ничего говорит, но его горящий похотью и сумасшедшим желанием более, чем красноречив. Тело начинает подрагивать от нетерпения, и стоило его языку коснуться её половых губ, как перед глазами девушки на миг потемнело, и сердце, кажется, пропустило удар. Удовольствие в миг пронзило тело, заставляя ещё больше напрячься соски, а низ живота — нестерпимо тянуть.       Напористые движения языка, зигзагами двигающегося по вульве заставляли невольно стонать и сжиматься. Он закинул её ноги себе на плечи, после чего осторожно ввёл палец в истекающую соками вагину, полностью взяв в рот малые половые губы и клитор, надавливая на него кончиком языка. Марина дёрнулась, упираясь ладонями в его плечи. К первому пальцу присоединился второй, от чего стали раздаваться громкие хлюпающие звуки, и девушка снова выгнулась в спине, падая на ковёр. Промежность пульсировала от возбуждения, начисто лишая способностей думать о чём-то другом, кроме желания ощутить в себе мужчину. Конкретного мужчину, виртуозно доводящего её до исступления.       Чёртово тело.       Чёртов Зереф.       Ебанный Анкселам.       Третий палец проник во влагалище, в то время как мизинец недвусмысленно принялся обводить колечко ануса, смазывая в той смазке, что она выделила. Марина медленно и рвано выдохнула, понимая, что ватные ноги совсем не слушаются.       Блять.       Ощущения становились всё ярче, влагалище сокращалось, крепко обхватывая пальцы, щедро одаривая смазкой их обладателя, бесстыдно покусывающего половые губы и клитор. Они врывались в неё всё быстрее, сильнее, и Марина сама не заметила, как начала слабо двигать бёдрами навстречу, насаживаясь, желая быстрее получить разрядку. Девушка принялась метаться по ковру, постанывая, закусывая нижнюю губу.       Ощущения сконцентровались сразу в двух местах — клиторе и вагине, заставляя девушку мелко дрожать, поддаваясь вперёд.       Блять.       Марина чувствовала себя животным, но ничего не могла с собой поделать. Зереф, словно издеваясь, сбавил темп, не доводя до конца пальцы. Стиснув зубы, девушка прикрыла глаза, мечтая, чтобы это поскорее закончилось. Но пламя похоти разгоралось всё сильнее, и она прекрасно понимала, что Зереф не остановится, пока сам не будет удовлетворён.       В анус проник его мизинец, и Марина громко вскрикнула. Драгнил вдруг оторвался от её промежности и вновь принялся максимально глубоко проталкивать в неё свои пальцы. Анус тоже принялся слабо сокращаться от непривычных поступательных движений, а мужчина склонился над почти потерявшей связь с миром Мариной, и произнёс:             — Ты не посмеешь сбегать от своего мужа. Я ведь так люблю тебя, что мне сносит крышу, — прикусив мочку уха, он снова спустился к её промежности, с усиленным рвением принявшись вылизывать её.             — Х-аха-а-а… — Марина наверняка бы послала его куда подальше, соображай она чуточку получше.       Внутри всё горело и быстро сокращалось, а снаружи налившаяся кровью бусинка клитора вот-вот должна была наградить свою хозяйку мощным оргазмом. И Зереф без труда добился того, чтобы это произошло одновременно.       Всё перед глазами поплыло, лишаясь чёткой картинки. Ощущения тела были сродни яркому китайскому салюту вблизи. Марина выгнулась, чувствуя, как из неё мощным потоком выходит жидкость, которую она не может контролировать. Её трясёт, она мечется, мышцы лихорадочно сокращаются, она продолжает выгибаться, ощущения никак не утихают, напротив, кажется, нарастают, заставляя тело испытывать удовольствие. В голове оглушающая пустота, девушка не может даже предпринять попытку на чём-то сосредоточиться, или хотя бы понять, что с ней происходит.       Через некоторое время всё стихает, и Марина безвольно падает ковёр и своё изодранное платье, с каким-то ужасом чувствуя, как из неё вытекают остаточные соки. Понимание, что всё это время из неё лилась эта жидкость, заставляют громко ругнуться, но на большее у неё просто нету сил.       Что это было? Кажется, в прошлый раз оргазм длился меньше времени.       Она чувствует на себе взгляд Зерефа и встречается с ним глазами, видя в них выражение довольства и всё также плещущуюся похоть. Нервно сглотнув, Марина отвела взгляд от его огромного члена, которым он не так давно тёрся об неё. И эта чёртова мысль вызывает новую волну возбуждения и выделения смазки.       Марина тяжело дышит, глядя на то, как он берёт с их кровати подушки и кладёт рядом с ней. Вряд ли они для того, чтобы спать вместе. Мужчина переворачивает девушку на живот, ставит на колени, раздвигая их, начинает водить своим членом по вульве, смачивая его её соками. Она снова чувствует, как затвердевают соски, и сладкая истома внизу живота рождают ощущения нетерпения и ожидания.       Приставив головку ко входу, он обхватывает её талию, не давая и шанса сдвинуться с места, после чего начинает медленно входить, потихоньку растягивая её.       С губ срывается громкий стон, и вместе с небольшой болью она чувствует, как мышцы крепко обхватывают его достоинство и медленно сокращаются, принимая его.       Войдя до головки, мужчина чуть поддаётся вперёд, а после резко входит до конца. Из горла Марины вырывается задушенный хрип, она отчаянно ловит ртом воздух, пытаясь начать дышать, в то время, как Зереф неторопливыми круговыми движениями начал массировать клитор. Руки, на которые она опирается, мелко дрожат, и девушка ничего не может с этим поделать.       Зереф довольно ухмыляется, начиная двигаться в ней, слыша приглушённые стоны и мокрые шлепки от каждого толчка. Марина вцепилась в ковёр ногтями, наконец, обретя способность нормально дышать, поэтому с губ раздаются прерывистые стоны. О, до чего же они приятны! Она такая узкая, тесная, что ему просто сносит крышу от ощущений! Мужчина держит её за талию, наращивая темп, наслаждаясь открывшимся ему прекрасным видом. Видя, что колени девушки разъезжаются, стал двигаться медленнее, но входя глубже, по самые яйца, от чего Марина перестала стонать, и только тяжёлые вздохи в такт его движениям, раздавались с её стороны. Закономерно, ноги Марины довольно быстро разъехались до позы лягушки, демонстрируя отличную растяжку.       Нависнув над ней, сжал ладонями грудь, проводя большими пальцами по соскам. Марина рефлекторно подалась в его сторону, и он не отказал себе в удовольствии провести языком по ушной раковине, ощущая невероятный вкус её кожи.             — Ты не покинешь меня, — с этими словами, Зереф поудобнее ухватил девушку за талию, наращивая темп, прикрывая глаза от наслаждения.       Какая же она влажная и мягкая! Её миниатюрное тело с лёгкостью принимает в себя его большое достоинство, словно под него слеплено. Хотя не зря же он считает Марину своим подарком. Заметив, что девушка вот-вот упадёт, приподнимает её, заставляя встать в исходное положение, после чего закидывает одну ногу себе на плечо, от чего ей пришлось развернуться к нему и удерживаясь на одной ноге.       Зереф в одно движение максимально входит неё, от него та падает на бок, оказываясь в нужной ему позе — лёжа на правом боку с закинутой левой ногой ему на плечо, в то время, как от каждого толчка красивая женская грудь подпрыгивает, а он может наблюдать, как глубоко находится, глядя на её живот.       Марина тяжело дышала, рукой пытаясь ухватить подвеску, по-прежнему висящую на её шее. Заметив это, Зереф с легкостью расплавляет часть цепочки и наклоняется, задирая ногу девушки, глубоко входя в неё, одновременно снимая душащее её украшение. Свободной рукой ущипнул сосок, от чего она дёрнулась, как от удара током, сильнее сжимая его внизу.       Начинает двигаться быстрее, покрывая поцелуями плечи и ключицы. Марина царапает ковёр ногтями, шумно дышит, и он чувствует, как напрягаются её мышцы, чувствуя приближение разрядки. Повернув её лицо к себе, впивается глубоким поцелуем в губы, стараясь входить максимально глубоко, от чего девушка вздрагивает от каждого движения, инстинктивно стараясь подстроиться под ритм.       Разорвав поцелуй, переворачивает Марину на спину, забрасывая обе ноги себе на плечи. Их лица оказываются максимально близко, и он наблюдает выражение удовольствия на её лице, что заставляет его двигаться ещё быстрее и глубже. В какой-то момент Зереф понимает, что времени осталось совсем немного, поэтому тянет руку к её половым губам, начиная теребить клитор. Её стон он ловит своими губами, переплетаясь с ней языками в глубоком поцелуе. Их обоих начинает потряхивать. Магия входит в резонанс, от чего ощущения становятся намного ярче. Мышцы начинают часто сокращаться, крепко сжимая его член, и оба чувствуют приближающийся оргазм. В последний момент Зереф посылает в клитор несильный магический импульс, и через мгновение Марину накрывает двойным оргазмом — на две секунды раньше, чем его.       Он кончает в неё, судорожно оперевшись одной рукой на пол, чувствуя, как её соки обливают его тело, в то время, как он заполняет её изнутри. Разум накрывает приятная тьма, и на некоторое время мужчина перестаёт себя контролировать, полностью отдавшись ощущениям.       Приходит в себя чуть раньше Марины, наблюдая, как она мечется под ним в экстазе, и с самодовольством отмечает вздувшийся от его семени животик девушки. Ухмыльнувшись, глядя на такое возбуждающее зрелище, снова толкается в неё, от чего девушка выпустила из себя последнюю порцию жидкости и тихим вскриком упала на ковёр.             — Не расслабляйся, твоё наказание только начинается, — прошептал ей на ухо Зереф, неспешно вытаскивая из неё вновь затвердевший член. Из влагалища сразу начала вытекать белая жидкость. — У меня на тебя большие планы.             — С-сука… — зло прошептала девушка, всё ещё вздрагивающая от остаточных волн экстаза. Что, впрочем, не помешало ей начать посылать на него проклятья на родном и местном языках.             — Вижу, урок ты не усвоила, — взяв её подбородок в свои пальцы, слегка прикусил нижнюю губу девушки, а потом провёл по ней языком и отстранился.       В его руках появился продолговатый предмет, в котором Марина сразу узнала вибратор, но даже среагировать не успела, как ощутила мощную вибрацию на половых губах и прогнулась в спине, снова выпустив часть жидкости.             — Блять, — выругалась девушка, бросив гневный взгляд на Зерефа.       Он в ответ только довольно усмехнулся и ввёл в неё длинный вибратор до конца.             — А-а-ха-а-а… — запрокинула голову и закусила губу, стараясь держать себя в руках. Только внезапно появившаяся вибрация в клиторе разбила остатки самообладания, заставив протяжно застонать.       Опустив взгляд, она увидела… ничего. Вообще ничего, хотя она отчётливо чувствовала вибрации. Зереф усмехнулся, глядя на её реакцию и пояснил:             — Я сделал их невидимыми, так гораздо приятнее наблюдать за тобой, — с этими словами он щёлкнул пальцами, и девушка ощутила, как вибратор начал увеличиваться в размерах прямо в ней.       Марина мелко задрожала, приподнимая таз, но тут же опуская его. Потянулась, желая вытащить игрушку, но Драгнил мягко перехватил её запястья, не давая осуществить задуманное.       Перевернув её на живот, подложил ей под бёдра подушки, поставил в позу лягушки, наслаждаясь открывшимся ему видом. Он видел, как она сокращается внутри, истекая соками и его спермой, и это зрелище невероятно заводило, поэтому мужчина не отказал себе в удовольствии увеличить мощность вибрации. Марина тут же отозвалась сладким протяжным стоном. Зереф усмехается, кладёт ладони на её ягодицы, раздвигая их, на что девушка испуганно дёргается, но он, не моргнув глазом, увеличивает силу вибрации на обоих устройствах в два раза, чуть подумав, увеличил и размеры, вернувшись к её попке.       Проведя пальцами вдоль позвоночника, использовал пару-тройку очистительных заклинаний для кишечника, от чего Марина парочку раз дёрнулась, сжимая задний проход. Призвав магией смазку, щедро облил ею пальцы, после чего осторожно ввёл один палец, отмечая, что понадобится ещё одна упаковка. Вытащил палец, надел длинную насадку на тюбик и ввёл в задний проход, выдавливая его содержимое внутрь. Девушка слабо затрепыхалась от его действий, и Драгнил взял за ручку вибратор, начав вколачивать его в неё, от чего сразу стали раздаваться громкие хлюпающие звуки, а сама Марина громко застонала, сильнее выгибаясь от его действий.       До чего же это сексуально…       Тут ему в голову пришла отличная идея, и он не стал отказывать себе в её реализации.       Марина ошарашенно вскрикнула, когда стены, потолок и даже пол стали зеркальными. Точнее, пол, вроде бы, не был зеркальным, но она прекрасно видела свою мокрую, истекающую выделениями вагину, широко раскрытую невидимым фалломинатором, раскрытые другим вибратором малые половые губы, открывающие вид на дрожащий от бесконечных вибраций клитор, подрагивающий живот, затвердевшие соски, упирающиеся в ковер и обнажённого Зерефа, вытаскивающего из её ануса пустую упаковку из-под смазки.       Девушка видела себя сверху, и все действия, которые выполнял с ней Драгнил и его самого, причём, со всех ракурсов. То ли у этих зеркал было миллион граней, то ли это было специальное заклинание. Марина почувствовала, как щёки и шея краснеют, и вот-вот из ушей пойдёт пар от смущения и от того, как ещё больше возбудилась от подобного зрелища.             — Тебе нравится? — склонившись над её ухом, спросил Зереф, проталкивая по очереди два пальца в задний проход.       Чёрт. Теперь она не только это чувствовала, но и, мать вашу, видела! Болезненно поморщилась, отмечая, что это не так больно, как она думала изначально. Поёрзала, выражая своё недовольство, но тут же получила изменение ритма вибратора в ней и усиление его мощности. Непослушные руки лежали вдоль тела и отказывались слушаться. Возможно, заклинание, а может, у неё не было сил ни на что кроме как сжимать и разжимать кулаки, реагируя на сексуальную стимуляцию.             — М-м-м… — протянула Марина, кусая губы. — Иди к чёрту-у-у… Ах! — присоединился третий палец, и она чувствовала, как потихоньку привыкает к необычным ощущениям.       Зереф вытащил из неё пальцы, наблюдая, как слабо сокращается маленькая дырочка. Марина отвела взгляд, но чёртовы зеркала показывали всё слишком хорошо. Особенно наполненный живот, словно у неё уже приличный срок беременности. В чёрной вспышке магии в руках Зерефа, она разглядела конусообразный продолговатый предмет. Драгнил покрыл толстым слоем смазки игрушку и, пальцами одной руки раздвигая ягодицы, начал осторожно вводить его в слабо подрагивающий анус.       В процессе введения игрушка начала увеличиваться в размерах и удлиняться, глубоко заполняя её. Девушка, тем временем, уже чувствовала приближающуюся разрядку, однако вибратор внезапно замедлился, удерживая в этом состоянии. Марина начала двигать бёдрами, желая приблизиться к оргазму, но тут же себя одёрнула, увидев в зеркале, как это выглядит.       В анус упёрся довольно крупный наконечник игрушки, не позволяющий свести ягодицы вместе. Кажется, он был в форме какого-то цветка. Мысленно ругнулась, но в тот же момент прогнулась в спине и взвыла, ведь эта чёртова вещь начала вращаться в ней и вибрировать!             — Выглядишь очень сексуально, — слышит голос Зерефа, уже с трудом соображая. Даже мысли погружаются в похоть и эротику. Единственное, на что её хватило — какое-то ругательство, она даже не поняла, что ответила ему.       Услышав пожелание идти пешим эротическим маршрутом, Драгнил усмехается, встаёт и подходит к ней с другой стороны, поднимает её голову за щёки, наблюдая, как на лице то и дело появляются бесконтрольные выражения удовольствия. Облизнув губы, впивается в её уста поцелуем — напористым, уверенным, страстным. Снижает мощность вибратора, меняет темп, чувствуя, как дёргается Марина, желающая получить оргазм.             — О, не-е-ет, — протянул Драгнил. — Рано. Давай пока займём твой ротик, не умеющий держать язык за зубами, — он вынуждает её подняться, принимая сидячее положение, но из-за работающих в обеих дырочках больших вибраторов ей приходится развести колени и опереться руками на пол. — Умница, — мужчина встаёт перед ней на колени, сжимая чувствительную грудь, наслаждаясь громкими стонами, которые тут же вырвались из её очаровательного ротика.       Драгнил бы сейчас с большим удовольствием занялся этими симпатичными сосками, но горящее огнём нетерпения тело требует внимания. В карих глазах мелькает понимание за секунду до того, как нажатием пальцев на челюсть, вынуждает девушку открыть рот.       Положив член на корень языка, немного поводил им взад-вперёд, прикрыв в сладком блаженстве.       Невероятный восторг.       Запустив пальцы в её волосы, заставил Марину приблизиться, глубже заглатывать его достоинство. Аккуратно проталкивая его всё глубже, пока мягкие губки не упёрлись в мошонку. Встретился взглядом с карими глазами, и заклинанием заставил два маленьких вибратора появиться на её сосках, мгновенно удостоившись приглушёнными из-за занятого рта, стонами, и с удовлетворением рассматривая результат в зеркалах: Марина сидела на разведённых коленях, поставив обе руки на пол, вибраторы работали в промежности, открывая вид на пульсирующий клитор и сокращающуюся внутри в экстазе вагину, из которой без конца течёт смазка и его семя; симпатичную анальную дырочку, которая уже довольно быстро сокращалась, обхватывая также ставшую невидимой игрушку; маленькие вибраторы, зажавшие между собой бусинки сосков, заставляли грудь мелко подрагивать, а во рту девушки, который она максимально открыла, был огромный член. Чем не эротичное зрелище?       Положив ладонь ей на затылок, пропуская пальцы через волосы, мужчина принялся уверенно входить в рот и глубоко за глотку, подстраивая девушку под ритм.       О, до чего же это было невероятно!       Решив, что пора, увеличил размеры и скорость вибрации анальной игрушки. Марина снова отозвалась мычанием, после чего вибратор пришёл в движение, не только прокручиваясь внутри, но и начиная двигаться взад-вперёд. Она крепко и мягко обхватывала его, в то же время являясь не менее тесной во рту, чем внизу. И не менее сладостной. Движения были немного скованными, из-за больших размеров, но скованность довольно быстро проходила, ведь Марина отлично подстраивалась.       Прикрыв глаза, негромко застонал, двигая бёдрами в такт заданному ритму. Девушка схватила его за бёдра, пытаясь не то отстраниться, не то удержаться. Зереф усмехнулся, наращивая темп, слушая приглушенное мычание и хлюпанье, которые издавала Марина от его движений. Всё глубже и глубже. Снова ускоряется, приближая разрядку. Дыхание неровное, кровь стучит в висках, а он чувствует ни с чем несравнимое удовольствие, сносящее ему крышу.       Ставит все, кроме анального, вибраторы на полную мощность, от чего Марину начало трясти. Девушка начала непроизвольно поднимать и опускать бёдра, подаваясь на ритм игрушек. Снова себя одергивает, но сразу выгибается, ёрзает, не в силах противиться инстинктам, приближаясь к оргазму.       Пара движений — и он кончает глубоко за глотку, отдаваясь охватившему его экстазу, делает ещё несколько поступательных движений, вновь ощущая её губы. Вытаскивает член, и саму девушку накрывает оргазм — она падает на ковёр, вцеляясь в него ногтями. Сам Драгнил присаживается около её ног и, обхватив вибратор, парой вколачивающих движений, посылает ей ещё одну разрядку, пусть и запоздалую.       Марина стонет, выгибается, мечется, полностью отдаваясь ощущениям. Зереф отключает все игрушки, кроме анальной и вытаскивает вибратор из вагины. В ту же секунду из неё струёй начинают выходить жидкости сразу из двух отверстий.             — Ты очень чувственная, — не мог не отметить мужчина, наблюдая за мечущейся девушкой. Тыльной стороной ладони стирает с её щеки сперму, не сводя взгляда с её личика.       Когда, она, наконец, успокоилась, Марина попыталась вытащить из анального отверстия всё ещё действующую игрушку, но, закономерно, ей не дали этого сделать, уложив бёдрами на подушки, кверху ягодицами.       Блять.       Когда же эта скотина насытится? Сколько можно её мучить?       Марина видела в зеркалах, как он вытащил вибратор, и с каким выражением лица смотрел на сокращающийся сфинктер. Но вот чего она не ожидала, так это того, что он шире разведёт ягодицы и припадёт туда лицом. Ощутив у себя в попе его язык, девушка взвизгнула, начала сопротивляться, тут же ощутив, как что-то прижало её запястья к полу, не давая сдвинуться. А движения бёдрами Зереф, очевидно, воспринимал как удачное дополнение к его действиям.       Она попыталась ударить его ногой, но он руками развёл её колени, заставляя остаться в таком положении, не убирая рук. Со стоном ударилась головой о мягкий ковёр, чувствуя, как из вагины вытекает ставшая более густой смазка и остатки его семени. Накачал, как из шланга, чёртов извращенец! И, она снова, блять, возбуждается, от его действий!       Но что более ужасно — задний проход откликался на бесстыдные ласки, интенсивно сокращаясь — она чувствовала там неестественный жар и зуд.       Каким образом он провернул это, заставив испытывать возбуждение и там, думать решительно не хотелось. Марина закусила губу, пытаясь выровнять дыхание и взять себя в руки. Зереф оторвался от её попы и положил руки на ягодицы, снова раздвигая их. Она видела, как он приставил к подрагивающему отверстию головку и, практически сразу, протолкнул её внутрь. Крик сам собой сорвался с губ, и девушка что есть силы вцепилась в многострадальный ковёр, предприняв попытку отползти, за что тут же поплатилась — Драгнил взял Марину за бёдра и одним движением вошёл наполовину, выбивая ещё один довольно громкий крик. Включились вибраторы на сосках, и с губ срывается протяжный стон, и девушка чувствует, как мышцы крепко обхватывают мужской член, сокращаясь вокруг него. Ещё одно движение — полузадушенный стон. Ещё одно — она чувствует, как с громким хлопком яйца ударяются об её зад.       Марина тяжело и осторожно дышала, пытаясь привыкнуть к ощущению его члена у себя в заднем проходе. Зереф не спешил двигаться, давая ей время, но, чёрт возьми, сам факт того, что он засунул ей в… уже сильно напрягал! Как и то, что она видела то, как её трахают в задницу! Драгнил начал неспешно двигаться в ней, постепенно наращивая темп. Включился ещё один вибратор, и Марина негромко и коротко выругалась на русском.       Чёртов извращенец. Какого хера тело так реагирует на все его махинации?!       Вибрации в клиторе и на сосках усилились, заставив застонать, невольно подавшись бёдрами навстречу мужчине.       Блять. Теперь по бёдрам течёт собственная смазка, вперемешку со спермой, и она это видит через ебучие зеркала, чувствуя ещё одно нарастающее желание.       Вдруг Зереф остановился, перехватил девушку поперёк живота, поставив на колени, после чего просунул руки между ног, схватив под коленями, тем самым заставив Марину спиной опереться на его грудь, поднял её, разводя в разные стороны ноги, максимально насаживая на свой член. И это зрелище предстало в зеркале: она с выпирающим животом и с согнутыми в коленях ногами, максимально широко раздвинутыми в разные стороны, насаживаемая анусом на мужской пенис, дрожащие от действия невидимых вибраторов малые половые губы и соски, налитый кровью пульсирующий клитор и мокрая гладкая промежность, а из подрагивающей от возбуждения дырочки в больших количествах вытекала смазка и семя, капающие на пол. Внезапно в вагину начинает входить невидимый вибратор, и девушка видит, как она растягивается изнутри, принимая его в себя. А он, на секундочку, крайне большой. В этот раз Зереф не стал уменьшать его размер перед введением. Игрушка входит до конца, включается вибрация, и вибратор сам начинает глубоко вколачиваться в неё, и от этого раздаются громкие хлюпающие шлепки.       Зереф проводит языком по её шее, чуть прикусывает ухо, взяв синхронный темп вхождения с игрушкой. Марина громко стонет, откидывая голову назад, стараясь не смотреть на это всё, но зеркальный, чтоб его, потолок, отражает и то, что творится на внизу — со стороны пола.       Она старается дышать глубоко, хватаясь руками за его, чувствуя, что может в любой момент упасть, но неожиданно Зереф в два шага приблизился к зеркалу, и Марина тут же потеряла равновесие и, падая, опёрлась об него руками. Затуманенным взглядом посмотрела в своё отражение, видя невероятно покрасневшую возбуждённую себя, которую трахали сразу в обе дырочки, истекающие выделениями, спермой и ещё чёрт пойми чем, невольно громко застонала, чувствуя, как сильно начинает сжиматься задний проход, а ощущения становятся ярче и сильнее.       Вагина тоже начинает сокращаться, мокрое от пота тело дрожит и выгибается настолько, насколько позволяет ему положение. Шлепки раздаются всё чаще, звук всё более мокрый, она стискивает зубы, приглушая стоны, сама невольно насаживается на его член, проталкивая всё глубже. Все вибраторы усиливаются, и с губ уже срываются не стоны, а невероятно пошлые крики, вперемешку с редкими поскуливающими или повизгивающими звуками.       Марина чувствовала, как пульсировал внутри неё член, и, кажется, увеличился в размерах.       Вдох-выдох. Она замерла на пике наслаждения, максимально напрягшись, но глубокий толчок внутрь сделал своё дело, бросая в пучину сладострастия.       Тело словно ударило электрическим током, и Марину пронзил оргазм, заставляя выгибаться и громко кричать от удовольствия. Из неё снова полились жидкости, и от её обилия во влагалище на пол выпал вибратор, но остальные два продолжали работать. Она почувствовала, как горячая жидкость заполняет её задний проход, от чего живот начал вздуваться ещё сильнее, после чего одна вспышка оргазма накрывает тело, от которой мышцы кишки начинают быстро спазмировать, принося волны неконтролируемого экстаза.       Мельком увидев себя, извивающуюся в экстазе, в зеркале, мысленно пожелала провалиться сквозь землю, но тут же об этом забыла, щедро заливая всё вокруг своими соками и оставшийся в ней сперме, которую наружу проталкивали спазмы внутренних мышц. Её трясло, а работающие вибраторы не давали прийти в себя. Она металась, не зная, куда себя деть, стонала, кажется, даже зеркало поцарапала. Затем её с головой накрыла ещё одна вспышка ярких ощущений.       В себя она пришла уже лежащей на Зерефе. Её ноги лежали по обе стороны от его бёдер, а в мокрую промежность упирался твердый ствол члена. Она тяжело дышала, не в силах пошевелиться, хотя какой-то частью сознания с ужасом понимала, что это ещё не всё. Через пару минут с трудом приподняв голову, встретилась с ним глазами, которые по-прежнему были красными. Внутри всё сжалось. Она даже не нашла в себе силы на сопротивление, когда он взял её за бёдра, чуть приподнимая и притягивая ближе к своему лицу. Она мазнула смазкой по его торсу, и в промежность упёрлась напряжённая головка члена. Одно движение — и она оказалась насажена на его пенис. С губ сорвался хрип.       Драгнил посадил её на себя, любуясь ею снизу-вверх, с самодовольной усмешкой глядя на то, как глубоко насадил её на себя. Обхватив за талию Марину, взял высокий темп, насаживая девушку на себя. Та мгновенно отозвалась стонами и сумасшедше спазмирующей от удовольствия киской. Тишину спальни нарушили громкие смачные шлепки, тяжёлое дыхание и сладкие стоны, служащие лучшей музыкой для него. Её грудь сексуально подпрыгивала от каждого движения, всё больше возбуждая бессмертного волшебника. Он даже не помнит, чтобы хотел когда-то кого-то так сильно. Драгнил магией затыкает анальную дырочку с помощью пробки. Лучше пока не терять достигнутые результаты.       Марина вздрогнула и сжала его ещё сильнее, кажется, увидев себя в одном из многочисленных зеркал, в которых отражалась скачущая на мужчине темноволосая девушка с выпирающим от семени животиком. Чертовски возбуждающее зрелище. Не зря он зеркала поставил. Надо чаще пользоваться.       Взяв девушку за талию, прислонил её к себе, перемещая ладони на бёдра, сильнее вколачиваясь в невероятно узенькую киску, сочащуюся соками. Он чувствует её тяжёлое дыхание у себя на груди и слышит быстрое сердцебиение.             — Мы только начинаем, любимая, — ласково проговорил Зереф, осторожно покусывая ушко и снижая темп.       Марина отозвалась громким протяжным, явно протестующим стоном.             — И я тебя люблю.       Зереф лежал, подперев кулаком лицо, рассматривал спящую Марину, волосы которой разметались по подушке, слегка закрывая лицо. Несмотря на довольно бурную ночь, плавно перетёкшую в утро, она спала на удивление чутко, поэтому он не решался касаться её лишний раз. Всё-таки она устала. Но соблазн хотя бы кончиками пальцев провести по этим очаровательным веснушкам, коснуться хрупких плеч, поцеловать изгиб шеи…       Хах, он всё же сходит с ума по ней, как не сходил ни по кому ранее. И это чертовски нравится Драгнилу — чувствовать столь яркие эмоции по отношению к кому-то и не бояться ужасающих последствий. Даже планировать будущую жизнь очень нравилось, ведь это было ему в новинку. Это разительно отличалось от военных операций и кампаний. Забавно, что гений магии, коим он, безусловно, себя считал, был совершенно несведущим в простых «житейских» вопросах.       Интересно, а как у Марины обстоят с этим дела? Какая у неё была семья? Сколько человек? Что с ними?       Мужчина неслышно хмыкнул, прекрасно понимая, что такая упрямица как она, не выдаст подобную информацию даже под пытками. Это было слишком личным для неё, чего она точно не готова кому-либо открыть. А жаль. Однако попробовать узнать всё-таки стоит.       Мысли плавно перетекли к подготовке к приёму, на которой нужно представить будущую императрицу и первую леди империи Альварес. Времени оставалось не так много, с Рейном они должны всё успеть. У него поразительные организационные способности.       Для бога.       То, что эта сущность явно божественная, Зереф догадался, когда пришёл за Мариной в обитель низших божеств, позарившихся на его невесту. У Марины нет такой силы, способной устроить там такой кровавый водопад. Возможно, её необычная иномирная энергетика могла помочь хозяйке и разнести всё там, включая богов, однако работа была сделана слишком аккуратно, он бы даже сказал — ювелирно. Смерть с одного удара — мало кто на такое способен. Разве что Нацу при определённой прокачке и обучении, но до этого времени ещё следовало дожить.       Да Рейн не слишком-то и скрывался. Только улыбался, пряча за этой улыбкой пугающую для любого смертного ауру. Говорить он отказался, заявив, что теперь всецело принадлежит госпоже Марине.       Ох, Зереф чувствует, что в будущем этот дуэт может принести ему не только головную боль, но и ворох проблем разного масштаба. Всё-таки верность бога — далеко не пустой звук. Те же самые метки его империи несли огромный смысл и магическую привязку, что говорить о клятве такого уровня.       У Драгнила, конечно, есть мысли, чем она могла заинтересовать Рейна, но пока он оставит их при себе. И хорошо ещё, что тут явно отсутствовать романтический интерес ведь, сдаётся ему, он мог бы забрать тогда девушку в любой момент, однако продолжал находиться подле неё в империи. Впрочем, тем не менее, лучше держать ухо востро.       Ресницы девушки задрожали, и Марина медленно открыла глаза, глядя на Зерефа расфокусированным взглядом, в котором постепенно появлялась осмысленность.       Зереф — однозначно не тот человек, которого она хотела сейчас видеть. С губ против воли срывается стон боли и тоски.       Блять.       Как же она его ненавидит!       Уткнувшись носом в подушку, негромко захныкала, чувствуя приближающуюся истерику.       Слишком много на неё свалилось за эти несколько дней! За ней и половины за несколько лет не происходило! А ещё эта ночь с нескончаемым сексом — вообще пиздец! Чтоб у него там всё отсохло и отвалилось! А ещё между ног ощутимо саднило, что неудивительно — столько трахаться, она и мозолям не удивится! Ирод!       С губ никак не могли сорваться грязные ругательства — только жалостливые всхлипы, которые с каждой минутой становились всё чаще.             — Марина… — тихий и участливый голос Зерефа подействовал совсем иначе — она разревелась.       Громко, с надрывом, всхлипами и завываниями.       Судорожно до побеления костяшек вцепившись пальцами в подушку, уткнулась туда лицом, душа слёзы. Маленькое тело содрогалось от рыданий и, казалось, пыталось максимально сжаться, чтобы стать ещё меньше.       Ощутив осторожные поглаживания на своей спине, Марина на мгновение замерла, просто не поверив такой наглости Драгнила. Но нет, он действительно гладил её по спине и говорил что-то успокаивающее.       Пиздец.       С новой силой её накрыла истерика. Сознание лихорадочно перескакивало с одной мысли на другую, не в силах остановиться хотя бы на одной. Как же ей хотелось домой! Забыть всё произошедшее здесь как страшный сон! И Зерефа, и империю, и все предлагающиеся к этому проблемы!       Стоило вспомнить, что этот… вытворял с ней ночью, Марина начинала чуть ли не кричать от стыда и чувства глубокого унижения. Самое паршивое, что чёртово тело начинало реагировать даже на воспоминания о произошедшем! Она же, блять, видела всё в этих ебучих зеркалах! И последнее, чего ей хотелось — так это возбуждаться, думая о вчерашнем!       Марина почувствовала, как её отнимают от подушки, но сил на сопротивление не было никаких. Она позволила закутать себя в большой и мягкий халат, однако попыталась возразить крепким объятиям Зерефа, но кто бы её слушал? Посадив Марину на колени, Драгнил сжал девушку в объятиях как плюшевую игрушку, гладя по плечам и спине, что-то шепча на ухо. Честно, слов она даже не пыталась разобрать. То, что её пытался успокоить собственный мучитель — уже неслабо так долбило по мозгам.       Через некоторое время, рыдания утихли, и девушка только тихо всхлипывала, цепляясь пальцами за одежду Зерефа. Она полусидела его коленях, сильно отклонившись назад, буквально лежа на его руке — всё же сидеть даже приближённо к ровному положению было довольно больно. Как и сводить ноги в общем-то.       Устало и неровно вздыхает из-за очередного всхлипа, сорвавшегося с её губ.       Зереф встаёт и куда-то несёт её, говоря что-то о том, что нужно восстановить силы. Что-то невнятно промычав ему в ответ, Марина закрыла глаза, стараясь лишний раз не дёргать головой, виски которой сдавила острая боль.       Скорее почувствовав, чем услышав, как открылась дверь, она увидела большой и просторный кабинет с большими окнами, перед которыми стоял тёмный стол с массивным креслом с резным рисунком и тёмно-синей обивкой, по другую сторону от стола находились два стула, только куда менее роскошные, чем то кресло, но того же дизайна, без подлокотников, сам стол был завален какими-то книгами и картами, а с правого бока, что странно, росла ветка, на которой сидел ворон, или же очень реалистичное чучело. Вдоль стен тянулись книжные шкафы, напольные часы возле двери, в которую они вошли, отбивали четыре часа вечера; ближе к рабочей зоне находились два больших кожаных дивана, между которых находился прозрачный стол с цветами в центре. В целом, в кабинете ощущался магический след, и Марина прекрасно знала, кому он принадлежал. Хотя то, что Зереф делал здесь — знать решительно не хотела.       Зереф прошёл с ней на руках до дивана и осторожно посадил, и через мгновение Марина ощутила, как ей на плечи ложится мягкая ткань. Сам Зереф убрал со стола вазу, и раздался негромкий, но настойчивый стук в дверь. Марина внимательным взглядом проследила за Рейном, который принёс два больших подноса с едой.       Её же опять не будут спрашивать, хочется ли ей есть, верно?       Устало вздохнула, поймав сочувствующий взгляд маньяка-дворецкого.       Заебись. Ей даже он сочувствует.       Устало вздыхает, собираясь сесть прямее, но тут же шипит от боли, ведь внизу болело всё! Одному извращенцу всего было мало, а ей теперь мучиться! А вот несмутившийся Драгнил отослал Рейна, вновь посадил её к себе на колени, позволяя девушке сильно наклониться, и магией пододвинул тарелку с супом.             — Ты же не серьёзно? — хриплым голосом поинтересовалась Марина, хотя ответ и так был очевиден.       У Драгнила было откровенно хуёво с чувством юмора.       Сил на упрямое сопротивление практически не было, поэтому она позволила себя накормить, надеясь, что чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат, правда, её несколько напрягал тот факт, что приём пищи был именно здесь — в кабинете.       Помимо супа он заставил её съесть ещё какой-то салат и несколько фруктов. Последним, Марина, кстати, активно сопротивлялась. Они были до ужаса похожи на этот противный авокадо, который обрёл непонятную для неё популярность в её мире. Правда, на вкус эти фрукты не так плохи, напоминая мягкое сладкое яблоко с едва заметными кислящими косточками.             — Хочешь что-нибудь почитать? — внезапно спросил Зереф, когда она покончила с едой.             — Чего? — прищурилась, с неудовольствием отметив першение в горле.             — Пока будешь отдыхать, не хочешь занять себя чем-то полезным? — в его голосе проскользнули какие-то довольные нотки, которые девушка не стала ни с чем связывать. Честное слово, не стоит пытаться понять Драгнила — нервы целее будут. — Всё-таки ты будущая императрица, и тебе бы не мешало заняться самообразованием.       Марина наградила Зерефа совершенно непечатным взглядом, выражая всё, что она думает о нём и его идеях в целом. Сказать вслух, она, увы, ничего не могла. Как бы то ни было, она уважала этого человека. И это было чертовски парадоксально, особенно в её положении.       Чуть приподняв девушку за подбородок, Зереф приблизился к губам, проведя по ним кончиком языка, после чего сжал губами нижнюю губу Марины, осторожно отпустил, провёл ладонью по лицу, убирая выпавший локон за ухо, глядя на неё полным обожания взглядом, от которого по позвоночнику пробежал противный холодок.             — Что почитать? — отвернув лицо, поинтересовалась Марина, искренне надеясь, что Зереф не захочет повторения секс-марафона. Лучше читать скучную историю, чем так.             — О, выбор большой, — тут же отозвался Драгнил, осторожно усаживая её так, чтобы она находилась полулёжа, опираясь спиной на подушки, специально расположенные здесь для неё.       Ей кажется, или ему приносит наслаждение её состояние?       Чёртов извращенец.       Марина тоскливым взглядом обвела собрание книг, в углу возле окна приметив большую карту на стене. Читать о каких-то завоевателях, правителях и запоминать даты совершенно не хотелось, однако находиться всё время так близко к Драгнилу и близко общаться хотелось намного меньше, поэтому Марина предпочла учёбу.             — А можно мне очки ураганного чтения? — вздохнула девушка, припомнив этот замечательный артефакт из аниме. Правда, маловероятно, что он существует в этом времени, ведь до канона ещё дофига лет.             — Да, почему нет? — чуть улыбнулся мужчина уголками губ, излучая шарм и обаяние одним незначительным жестом.       Жаль, что ей похер.             — Давай, — хотя бы не придётся долго вчитываться и пытаться ухватить смысл нудных книг, которые так или иначе её заставят прочесть. С одной стороны, это значит, что она освободится быстрее, однако девушка справедливо полагала, что прочесть ей придётся много, поэтому даже очки никак не повлияют время, которое она сможет провести без Зерефа. Или хотя бы без его объятий.       Он протянул ей фиолетовый фолиант с предсказуемым названием: «История империи Альварес» и красные очки.             — Если что-то понадобится — просто позови, — Зереф накрыл её ноги пледом, касаясь губами щеки. — Я пока немного поработаю.       Он устроился за своим столом, а девушка со вздохом надела очки и открыла книгу, буквы которой тут же засветились, явив зелёный магический круг перед глазами. Марина довольно быстро разобралась с опциями очков, с иронией восприняв предупреждение о том, что большое количество информации за раз может пагубно отразиться на мозге. Пагубно на мозгах отразилась её собственная ситуация, а для любого человека двадцать первого века воспринимать ежедневно сотни тысяч мегабайтов информации — привычное дело. У неё вполне мог начаться информационный голод, если долго не получать её, и самая настоящая ломка. И дело вовсе не в интернете, а в потребности узнавать что-то новое и поступлении в мозг знаний. Всё-таки с самой школы в них запихивали очень много, что не могло не сказаться на людях.       Чтиво было даже увлекательным, чем-то похожим на художественную литературу и совсем не нудным. То ли у автора талант, то ли здесь не так распространён научный стиль повествования. Попросила Зерефа подобрать ей необходимые книги, и через несколько минут, на столе стояло несколько стопок книг самых разных направленностей: от искусства и быта до политики и бухгалтерского учёта.       После этих очков знания прочно вбивались в память, поэтому к ним можно было с лёгкостью обратиться, что неимоверно радовало. Жаль, что в её мире не было этого сокровища.       Марина не заметила, как в изучении прошёл оставшийся вечер. Признаться, чтение отвлекало отлично, особенно его непривычный способ. Она протестировала все режимы, остановившись на «глубоком». Их было три основных: поверхностный, основной и глубокий. Из названия исходит количество и познание информации, прочтённой очками. Чаще, как показала «история» артефакта, использовались два первых режима, а последний являлся даже опасным. Забавно, что никакого дискомфорта, обещанного как побочный эффект от использования очков, Марина не испытала. Правда, ближе к ночи было ощущение, что она весь день шерстила интернет, изучая матчасть для какого-нибудь из своих фанфиков.       А ещё она то и дело ловила на себе заинтересованный взгляд чёрных глаз, но не спешила что-то спрашивать, уточнять или как-то реагировать. Не буди лихо — как говорится. Ей излишнее взаимодействие с Драгнилом совсем не улыбалось, поэтому она продолжала брать одну книжку за другой, заранее систематизированные Зерефом по стопкам для неё.       Сам Драгнил носился с ней весь вечер как курица с яйцом — иначе и не скажешь. Всё уточнял: не нужно ли ей что-то? Кормил, поправлял одеяло, даже предлагал помощь в изучении, говорил, что она может обращаться к нему с любым непонятным вопросом, на что, закономерно, получал отказ.       Ближе к ночи Зереф принёс Марину обратно в их спальню и положил на кровать, раздумывая, стоит ли нести её в душ или она слишком устала. Удивительное дело, но она весь вечер просидела в очках, практически ни разу не отвлекшись на отдых. Напротив, даже с некоторым энтузиазмом бралась за новые и новые книги. Проверив используемый режим — Драгнил был по-настоящему поражён. Это были его личные очки, и последний режим он усовершенствовал для себя, а она им свободно пользовалась! Какой же объём информации способен усвоить её мозг?       Как бы случайно он задавал ей вопросы по прочитанному материалу, получая вполне внятные и адекватные ответы, некоторые из которых были не просто бездумным ответом из книги, а вполне осознанной фразой с некоторыми дополнениями.       Марина была очень умна для женщины.       Сначала Зереф был удивлён тому, чего смогла добиться Мавис, однако сейчас понял, что ей далеко до Марины, за вечер осилившей несколько десятков книг, уже на приличном уровне разбирающейся в прочитанных темах. Это не было зубрёжкой с её стороны, девушка действительно вникла, обдумала и проанализировала прочитанное.       Ему в руки попался не огранённый алмаз.       От этой мысли на губах появляется донельзя довольная улыбка, от которой девушка едва заметно вздрагивает и ёжится, залезая под одеяло.       Присев перед ней на корточки, поправил её длинную чёлку, задержавшись кончиками пальцев на скуле.             — Ты очаровательна, Марина, — с нотами обожания и даже восхищения произносит Зереф.       В ответ она смотрит бесконечно усталым взглядом, что вполне предсказуемо, после той истерики и того количества информации, которую она в себя впихнула. Прикоснувшись губами к её лбу, запечатлел лёгкий поцелуй.             — Отдыхай, завтра нас ждёт долгий день.