Никакого уважения к Адептам!

Сегодня ночь ещё темнее, чем вчера Теперь она полностью готова Звякнет пряжка ремня, а значит, игра Начинается снова, и…

***

Всю ночь гремела гроза. Чайльд лежал на диване в гостиной. Они как-то молча решили, что пора спать, поэтому рыжий уже час ворочается, вспоминая прохладу кожи Сяо. И его мягкие волосы. Он был так близко, но чертов звонок всё сорвал. Тихо фыркнув, Чайльд повернулся лицом к темной гостиной. Вся комната утонула в черных тенях, лишь изредка освещаемая молниями. Чайльд потёр глаза, которые горели после долгой работы за монитором. Из-за темноты он даже не сразу заметил движение в коридоре, сначала не обратив на это внимание. Чайльд прикрыл глаза, утонув в мыслях. Он ведь неравнодушен к этому холодному мальчишке. Только вот, скорее всего, это ничего для Сяо не значит. Вряд ли он с таким хоть когда-то сталкивался. А тут Чайльд, которому неймется показать весь спектр своих чувств. Даже как-то неловко. Он глубоко вдыхает, пытаясь выкинуть эту идею из головы. Но стоит вспомнить манящий взгляд, как щеки предательски вспыхивают. И давно он стал вести себя как подросток? За размышлениями он даже не заметил, что Сяо тихо подошел к нему. Он не боялся грозы, но его всё ещё иногда мучили кошмары, когда он пытался заснуть, как любой обычный человек. Не получается у него вжиться в роль. Он аккуратно трогает Чайльда за плечо, чтобы проверить, спит ли он, и тот, вздрогнув, резко открывает глаза, уставившись на Сяо. — Ты меня в могилу сведешь, если будешь и дальше так подкрадываться, — заметил Чайльд. — Я не виноват, что ты такой пугливый, — пожал плечами Сяо. — Ты чего тут? — пропустив мимо ушей слова парня, Чайльд приподнялся на локтях, осматривая слегка лохматого Сяо. — Не спится, — пожимает плечами Сяо. Чайльд, хмыкнув, почесал затылок. Ему на работу нужно через три часа, и если он не выспится, то завтра поубивает всех придурков на работе. Но все равно отвечает: — Мне тоже. Они перебираются в комнату Сяо, и Чайльд блаженно заваливается на мягкую кровать. Диван всё-таки был не особо удобный с его ростом. Сяо прижимает к губам кружку горячего мятного чая, пока Чайльд пялится в потолок. Они молчат. Наверно, Сяо просто искал повод, чтобы побыть рядом с Чайльдом, ведь с момента, как они покинули Заоблачный Предел, у них редко выдавалась минутка просто помолчать рядом друг с другом. А помолчать иногда важнее, чем долгие разговоры. Пару минут спустя Сяо ловит на себе взгляд голубых глаз. Чайльд рассматривает его, как ценную статую в музее. — Чего так смотришь пристально? — тихо спрашивает Сяо. — Нравится, — так же тихо отвечает Чайльд, перекатываясь со спины на живот. Сяо поджимает губы. Он утыкает взгляд в темную жидкость в кружке, но Чайльд не отстает. Краем глаза Сяо замечает, что тот слегка приподнялся с кровати — та прогнулась под его весом. Он приблизился к Сяо, забирая кружку у него из рук и ставит на тумбу. Сяо не сопротивляется. Он наблюдает за блестящими в темноте голубыми глазами и, казалось, тонет в них. Так красиво выглядит Чайльд в свете сверкающих молний, с растрепанными волосами. У Сяо слегка сбивается пульс, когда Чайльд кладет руки поперек его талии, прижимаясь грудью к его руке и положив голову на плечо. Он ластится как кот, и Сяо, слегка оторопев, гладит его по руке на своем животе. — Ты такой холодный, — шепотом произносит Чайльд, и не понятно, о чувствах это сказано, или о действительно холодной коже Сяо. Сяо вздыхает. Он привык к причудам Чайльда. — Можешь не трогать, если холодно, — с какой-то щемящей грустью отвечает Сяо, даже не понимая, что — не может. Чайльд жмется ближе, крепкими большими руками утаскивая миниатюрное тело на середину кровати. Ему просто хочется быть ближе. Сяо поворачивается к нему лицом, и Чайльд видит, как красиво сияют золотом его глаза в темноте. Они смотрят друг на друга, и парень видит, что рыжий улыбается, нежно сжимая его в своих объятиях. — Знаешь, я никогда не пожалею, что встретил тебя, — тихо признается Чайльд. — Каким бы ты ни был. Сяо удивленно хлопает глазами. Чайльд проводит рукой по его щеке, заводит ладонь на затылок. Он медленно приближает лицо Сяо к своему. Дыхание Сяо сбивается, он кладёт ладони на голую грудь Чайльда, но не собирается отталкивать. Он прикрывает глаза, когда горячие губы нежно целуют его в уголок губ. Невинный маленький поцелуй, который переворачивает внутри Сяо всё. Он не знает, как реагировать. Чайльд гладит его по волосам, наблюдая, как в темноте щеки Сяо приобретают оттенок темнее обычного. Он не станет делать что-то большее. Для Чайльда этого достаточно.

***

Чайльд рано ушел на работу, оставив Сяо с ворохом вопросов. И Сяо не нашел ничего лучше, чем пойти к Тао. — А ты его вообще любишь? — задаёт вопрос Ху, покачиваясь на стуле. — Я… не знаю, что это значит. Я создан не для любви. — А он это знает хоть? — Знает, я думаю. Он пытается доказать мне, что я человек с самой первой встречи в Заоблачном Пределе. Ху Тао заливисто смеётся, показательно хватаясь за живот: — Вот умора! И что же вы делать будете? — Он обещал мне все рассказать про мир смертных, чтобы потом я мог жить спокойно в этом вашем… Социуме. — Сяо, Сяо, Сяо. Чайльд жуткий собственник и никуда ты от него не денешься ни через год, ни через пятьдесят лет. Если он, конечно, не умрет, — она сложила руки на груди, фыркая. — Когда он умрет, дай мне знать. Сяо смотрит на неё взглядом, мол, «серьёзно?», после чего вздыхает: — Не вижу в этом проблемы. Мне все равно на чувства и все равно с кем я и где. — А вот это ты зря, — Ху Тао озорно прищуривается, наклоняясь к нему ближе. — За тобой охотятся, охотятся давно и ты это знаешь, и не абы кто, а самый жуткий из учёных. Правда этот гад редко появляется в Ли Юэ, поэтому мне о нем мало что известно. Учёные они такие скрытные. Тебе лучше одному не ходить, боюсь, твои силы адепта тебе мало чем помогут, без копья тем более. Сяо задумчиво хмыкнул. Неужели смертные стали настолько смелые, что действительно поднимут руку на адепта? Неужели придумали что-то, что может превосходить в силе элементальную мощь Глаза Бога? — Альтернативные методы защиты? У Чайльда была вещь, которая стреляет металлом. Она прострелила мне руку, — он осмотрел свою ладонь, вспоминая как держал в ней пулю. Ху Тао поднялась с дивана и схватила со стола телефончик в красном чехольчике, после чего принялась деловито кому-то звонить. — Знаю я кое-кого, кто может нам помочь.

***

Они зашли в магазинчик, весь пропахший порохом и маслом. Сяо с интересом оглядывает помещение, искусно отделанное деревом и чучелами животных, на одном из которых висел рыжий парик. За кассой никого. Ху Тао похлопала в ладоши, оглядывая ружья и пистолеты, револьверы и обрезы. Она, как маленькая девчушка, бегает по магазинчику, а за ней призрачным шлейфом тянутся золотые бабочки и два плотных, тяжелых хвоста волос. Сяо невольно засматривается на эту чудную девчушку и ему почти передаётся её радость. — Сяо смотри, может такой? Он звучит как «та-та-та-та-рррр», — смеётся Ху, тыкая в первую попавшуюся пушку. — А может кольт? Ка-а-к давно я не пользовалась всем этим, даже ностальгия хватает, — вздыхает она. — Копье таки надёжнее. Зачем ты вообще его оставил? — Чайльд сказал, что так я избавлюсь от груза прошлого. — Фантазёр. Он ведь в курсе, что тебе угрожает опасность, — она оглядывает кольт через витрину. Сяо раздражается, сжимая руки в кулаки: — Я в состоянии дать отпор смертным, мне надоело, что вы считаете меня ребёнком, сколько можно?! — Спокойно, божественный зверь. Никто из нас не знает, до чего может додуматься сошедший с ума учёный. Поэтому не убегай, я куплю тебе невероятную штучку, — Ху Тао, обнимает Сяо за руку, прижимаясь к нему всем телом и не давая сбежать. Сяо успокаивается, вздыхает и следует за Ху Тао к стеллажу с огнестрельным оружием. — Ты ведь профессиональный убийца? Есть мнение, что чем профессиональнее убийца, тем он ближе к жертве, — Ху Тао чешет подбородок, оглядываясь на небольшую полку с ножами. — Сначала снайперская винтовка, потом пистолеты, а потом, в самом-самом конце, нож. Как думаешь, тебе пойдёт? Сяо подходит к полке с ножами, усмехаясь. — Конечно. Нет ничего проще лезвия. — Я вам не помешал? Ху Тао, сколько лет, сколько зим, — из каморки выходит парниша с синим несимметричным карэ — Син Цю. — Я так рада тебя видеть, я даже не думала, что ты все ещё тут работаешь после той истории, — она неловко смеётся, почесывая затылок. — Не вижу себя продавцом обуви, — взгляд Син Цю падает на Сяо и становится дико удивлённым. — Сяо? Чего это ты тут делаешь? — Прогуливался с Ху Тао. — Так вы знакомы? Значит, ты все-таки из Ли Юэ. — Типо того, — перебивает их Ху Тао, после чего подскакивает к стойке кассы. — Нам нужен кольт и нож. — Ху Тао… Тебе нет и двадцати, ты не служила и лично я тебе не доверяю, — Син Цю складывает руки на груди, изредка кидая взгляд на Сяо. — Да ладно тебе, ты все еще следуешь этим принципам? Я лучший стрелок Ли Юэ, зуб даю! — она хнычет, пытаясь уломать Син Цю, но тот непреклонен. — Ху Тао, прекрати. Никакого оружия. Сяо, тебе сколько нет? — Двадцать… — Ху Тао незаметно тычет его в бок пять раз. — Пять. — Двадцать пять? А выглядишь почти как Тао. Паспорт есть? — Что это? — Тогда я вам ничем помочь не могу. С меня нарушений закона хватит, — усмехается Син Цю и садится на стул, закидывая ноги на стойку и утыкается в книгу. Ху Тао рычит и тянет Сяо к выходу из магазина. — Вот зануда, скажи же! И тебе ведь не двадцать пять а уже больше десяти тысяч лет, жаль только ему это сказать нельзя Она оглядывается по сторонам, словно кого-то ждёт. Сяо осматривается вместе с ней и вдруг чувствует чью-то божественную ауру. Он испуганно поворачивается к ней и перед его носом, словно из-под земли, предстает Чжун Ли собственной персоной. Сяо пугается и встает в боевую позу, но его выбивает из равновесия Ху Тао, которая радостно понеслась к Чжун Ли с объятиями. — Я уж думала тебе гроб готовить, тебя звать как на казнь! — тараторит она, поправляя костюм Чжун Ли после стремительных обнимашек. — А что тут делает Сяо? — мужчина вскидывает брови и оглядывается. — Где Чайльд? — На работе, — отвечает Сяо и мнется под тяжёлым взглядом Чжун Ли. — Как хорошо, что вы знакомы. Я надеюсь, ты все что нужно взял? — спрашивает Тао, прищуриваясь. Получив утвердительный ответ Ху с воинственным видом берет мужчин под руки и тащит обратно в магазин. Син Цю чуть ли не падает со стула, когда видит старых гостей. — Здравствуйте, кольт и нож, пожалуйста, — спокойным голосом говорит Чжун Ли, предоставляя Син Цю все нужные документы, а сам косо смотрит на Сяо. — Ху Тао, ты не пиво покупаешь, чтобы просить об этом другого человека, — возмущается Син Цю. — Я попросил кольт и нож, — тяжёлым басом повторяет Чжун Ли и Син Цю сдается, отдавая все что нужно. Они выходят из магазина. Ху Тао не умолкая о чем-то трещит, а в глазах Сяо есть какой-то страх неизвестности, когда он смотрит на Чжун Ли. Запоздалый страх перед его величием. Сяо ведь даже не знает, чего можно ожидать от него. Чжун Ли говорил, что рад видеть перемены в Сяо, но так ли это на самом деле? Сяо не комфортно, неловко, волнительно находиться рядом с ушедшим в отставку Архонтом. — Ладно, мы с Сяо идём тестировать оружие, не скучай! — Ху Тао замечает мрачность Сяо и старается увести его подальше от Чжун Ли. Только они отошли от магазинчика, как из него вылетает Син Цю и машет руками парочке: — Ху Тао, Сяо, меня подождите! — он наспех закрывает магазинчик и подходит к друзьям. — А то наломаете дров и никто ваши задницы не спасет, — он подмигивает Сяо. Сяо неловко усмехается и отводит взгляд. А сам чувствует, как в спину смотрит Чжун Ли. Смотрит долго, тяжело, будто решает что-то. Сяо не оборачивается.

***

— Говоришь, Чайльд учил тебя стрелять? — Син Цю мелком рисует мишень на дереве. Они зашли глубоко в лес, чтобы Сяо смог потренироваться стрелять. С ножом то он управляется хорошо, но подпускать врага к себе близко дело нежелательное. — Да, было дело, — Сяо вспоминает с лёгкой улыбкой. Ху Тао в очередной раз заряжает магазин, с щелчком вставляя его в кольт. Сяо берет кольт из рук Ху Тао и прицеливается. Он концентрируется на точке в середине ствола дерева, уже заранее прожигает в ней дыру взглядом. Вздох. Он нажимает на курок и пуля молниеносно вылетает из ствола и с треском, и со скрипом вонзается в дерево. Син Цю присвистнул. — А ты, парень, не промах. Видать, рыжий наконец-то научился стрелять, — усмехается он. Ху Тао фыркает. — Вы оба среднячки. Смотрите и учитесь, — она забирает кольт из рук Сяо и показательно крутит в ладони. Сяо складывает руки на груди и к нему подходит Син Цю, тыкая его в бок: — Хороша чертовка, не находишь? Сяо тушуется, слегка отрицательно качая головой. Син Цю пожимает плечами, любуясь девушкой. Ху Тао тем временем прицеливается и неряшливо, играючи стреляет. Пуля влетает рядом с пулей Сяо. Син Цю с улыбкой закатывает глаза. — Да-да, хорошо. — Эй, не кати свои шары к моему другу! — она распихивает их и обнимает Сяо за руку. Сяо неловко улыбается, чувствуя тепло девичьего тела. Она сжимает его крепкую руку и удивляется: — Сяо, ты как железо… — щупает. — Ты точно живой? Сяо пожимает плечами, не зная, считать ли это за комплимент или нет. Он даже не заметил, как его окружили смертные, весело что-то обсуждая. Так ведь было и в старые времена, когда путешественник вытаскивал его на праздник морских фонарей. Сяо с теплотой вспоминает это, мягко улыбаясь. Он не один в этом сыром городе. Они какое-то время проверяют пушку, общаясь ни о чем. Говорят о погоде, политике, Ли Юэ, людях. Шутят друг в друга колкостями, но Сяо щадят. — Значит, ты умеешь владеть элементальной силой? — невзначай спрашивает Сяо. — Да, Син Цю обучил. Это сейчас только богачи с Глазом Бога могут себе позволить. — Сейчас это мало кому надо. У каждого второго при себе огнестрел и вряд ли элементальные навыки могут превзойти его, — Син Цю пожимает плечами. — Такой скромный, обучил нас с рыжиком и даже не говорит об этом, глянь на него, — Ху Тао улыбается, пихая Син Цю в бок. — В Ли Юэ я единственный занимаюсь этим. Не знаю, как обстоят с этим дела в других регионах. А что, ты хочешь научиться? — он вопросительно осматривает Сяо на наличие Глаза Бога. — Интересуюсь, — задумчиво протягивает Сяо. Кусты сзади них зашуршали и тотчас замолкли. Сяо стремительно, на автомате обернулся, привлекая к шелесту внимание друзей. Ху Тао звонко посмеялась, делая вид, что не заметила этого, а сама призвала копье, тихо обходя кусты сбоку. Сяо, вооружённый ножом, стоял ровно. — Попался! — Ху Тао прыгает в кусты и в них начинается драка. — Мальчики, держите его! Сяо и Син Цю подбегают к кустам и вытаскивают оттуда какого-то парня, причём жутко напуганного всей этой ситуацией. — Кто ты такой? — спрашивает Син Цю, осматривая его. — Я просто мимо проходил, клянусь, — открещивается парень, а у самого глаза бегают как у загнанной в угол собаки. — Ты посмотри, у него зрачки расширены, — фыркает Ху Тао. — Закладку искал поди. — Да, да… — парень наконец концентрирует взгляд на Сяо. Наркоман криво скалится и как только Ху отпускает его, он сразу пускается в бегство, спотыкаясь и крича что-то нечленораздельное. Троица смотрит ему вслед и у них всех возникает одна мысль — «проследить». Они кивают друг другу и Ху Тао отдаёт Сяо кольт. Мишень остаётся в одиночестве.

***

Странноватый парень ходит зигзагами и постоянно оглядывается. Параноик. Его желтоватые глаза нервно бегают и слезятся. Парень выглядит мерзко, будто он начинает разлагаться. Живое тело буквально разваливается, трупно желтея. Сяо видел много всего за свою жизнь, поэтому его это не особо пугает, а вот у его спутников это вызывает отвращение. Но они продолжают следовать за ним. Он выводит их из леса и вяло ковыляет по направлению в город. Смешиваясь с толпой, они стараются не выпустить его из виду. Казалось бы, обычный наркоман, который случайно набрел на них, но что-то в нем было не так, конечно помимо его зависимости. Он идёт в толпе, будто вокруг него нет людей, словно он один на этой улице, заполненной спешащими по своим делам людьми. Людьми, которым нет дела до это наркомана. Озабоченные своими проблемами, они вряд ли помогли ему выбраться из этой ямы. Глубокой, темной тюрьмы, совершенно несчастной. Несчастной, нелёгкой, депрессивной. Одинокой. Потерянной. Табу на обсуждение тяжёлых зависимостей вроде алкоголизма и наркомании все ещё висит над, казалось бы, современным обществом. Современная тенденция избегать во всей красе. Сяо хмурится. И раньше так было, но сейчас он остро чувствует этот холод от людей вокруг. Что-то было в нем не так. От него пахло странной, кисло-сладкой смесью метро и ванили. И холода. Снег. Сяо тянет друзей за собой, концентрируясь на наркомане, как на чудовище. Его навыки все ещё при нем, поэтому они заворачивают в улочку, аккуратно следуя за парнем. — Может потом его ну, того? — она проводит большим пальцем около шеи, предлагая убить парня. — Нет. Мы ещё не узнали, откуда он. — Да из барака или притона какого-нибудь, сто пудов, — фыркает Син Цю. — Тут что-то другое, — Сяо выглядывает из-за мусорного бака. — Где он? Потеряли. Они выходят из укрытия, осматриваясь. Улочка тихо гудит, наполняемая приглушенным, спертым шумом квартир. Сяо вздыхает. Вздыхает и вдыхает горький запах бензина. Они стоят настороженные и слегка растерянные. Улочка то длинная, на другом конце дорога, освещенная желтыми фонарями. Ху Тао подходит к луже и смотрится в неё, корча рожицы. — Смотрите, радуга в луже, — говорит она, тыкая пальцем в свое отражение, которое размывают разводы бензина. Сяо и Син Цю подходят посмотреть на сие чудо технологий. Масляная плёнка лениво лежит на поверхности лужи, блестяще отражая лица троицы. Ху Тао ставит рожки Син Цю, хихикая. Сяо напряжённо осматривается. Отдалённо слышно рев моторов, гудки — недалеко дорога. — Раз мы тут, предлагаю прогуляться по магазинам, — говорит Ху Тао, отвлекаясь от лужи. Сяо примечает рядом странную, тёмную ауру, которая искоса наблюдала за ними все это время, пока они преследовали наркомана. Сяо сначала не заметил её, отвлеченный другой приманкой. — Я пас, с тобой за шмотками ходить кошмар. Сяо вот не против, вы вдвоем и идите, я на такое не подписывался. — Ну и пойду, а ты отправляйся обратно в свой магазинчик убийств! — беззлобно смеётся Ху. Они осматриваются в поисках Сяо. А Сяо около них нет. Вообще нет. Как будто он испарился, что впрочем не было далеко от истины.

***

Он следует за тёмной аурой, которая перебегает кривыми по улочкам, проспектам, мостовым. Сяо не может понять, что это за след, но ему чертовски важно выяснить это. Сначала наркоман, теперь это — явно ведь какой-то знак. Любопытная загадка, головоломка с элементами догонялок, в которую заигрался Сяо. Заигрался, попав на окраину города. Вечерело. Перед ним липкая неоновая вывеска стрип-клуба, она завлекала яркими огоньками. Тёмная аура привела его сюда и здесь же её след оборвался, словно того, кто нёс её — убили. Сяо несколько раз обошел все вокруг, но так никого и не встретил. Вокруг только горы мусора, бегающие крысы и невыносимый запах сырости и дешевого алкоголя. В лужах плещется разлитый бензин. Сяо шарахается от проезжающей мимо одинокой машины с тонированными окнами. Некрасиво, серо. Он с волнением взглянул на вывеску стрип-клуба, понимая, что ему надо внутрь. Возможно, то, что он ищет находится там. Около входа стояли двое здоровенных вышибал, которые скучающе оглядывали хмурую, посеревшую, совсем пустую улицу. Пустую, если не считать Сяо, который прятался там же за углом обветшалого здания. Он обошел здание и оказался сбоку от входа, как раз рядом с одним из громил. Запах его дешёвых, безвкусных духов неприятно щиплет нос, но Сяо держится. Он пользуется Глазом Бога и незаметно, словно ветер, проскальзывает в клуб. Темно, душно. В воздухе витает сладковатый запах коктейлей, пота и сигаретного дыма. Сяо проходит длинный коридор, освещенный одними только неоновыми лампочками, развешенными по стенам. На стенах висят непристойные фотографии обнаженных девушек. Они раскрепощены перед камерой, естественны и страстны, без тени смущения или стыда показывают самое сокровенное место женского тела. В разных позах, костюмах. В разных местах. С разными прическами. Сяо смотрит на фотографии затаив дыхание. Как бы непристойно это не выглядело, но эти фотографии имеют свойство приковывать взгляд, а особенно взгляд неопытного в таких вопросах Сяо. Сквозь восторг от фотографий в сознание Сяо пробивается музыка. Клубная, безвкусная музыка давит на уши басами, резкими переходами. Сяо морщится, но доходит до двери, открывая её. В голову сладким дурманом бьёт запах кальяна. Сяо осматривает помещение. Неоновый свет местами освещает посетителей, то здесь, то там обличая полуголых девушек и бессовестно лапающих их парней. Но это все не важно, когда взгляд приковывает девушка, выполняющая невероятные акробатические трюки на пилоне. Она совершенно не стесняется своего практически голого тела, смело крутится, завораживая матовым свечением кожи. Ее волосы развиваются каждый раз, как она делает резкие движения. Сочная, смелая. Сяо завис. Оторопел. Он смотрит на девушку с приоткрытым ртом, потеряв дар речи. «Смертные совсем распоясались», — подумала одна часть сознания Сяо. «Это невероятно», — воскликнула другая. После секундного зависания Сяо вспомнил для чего он тут. Он отошёл от входа и, стараясь не привлекать к себе внимания прошёл дальше в клуб, украдкой осматривая посетителей. Интимная полутьма, нарушаемая лишь яркими, редкими огнями прожекторов. Его окликнули сбоку. И сбоку же потянуло холодом, как тогда, в метро. Холодом заснеженной вершины, холодом, пробирающим до костей. Холодом, который морозит душу. Сяо посмотрел и увидел того самого светлого паренька из метро, который мило ему улыбался, сидя на красном, матовом диванчике. Тот же взгляд, тот же белый плащ с множеством деталек. — Как иногда приятно видеть старых знакомых, — сказал незнакомец, осматривая опешившего от удивления Сяо. — Мы знакомы? — Может быть ты меня и не запомнил, но мы встречались в метро. Ты был таким потерянным, я решил, что надо бы подсесть, вдруг у тебя неприятности, — незнакомец отпил коктейль. А какие у него глаза… Холодные, ясные. Сяо вздохнул, смотря в них, будто готовится нырять, ведь они — бездна, в которую легко провалиться. От его расслабленной позы веет таким превосходством, что Сяо оторопел. Будто этот парень точно знал, что Сяо будет тут. Что он не сможет сказать что-то против. Незнакомец поднес к губам мундштук от кальяна, стоящего рядом на прозрачном столике, медленно, с наслаждением вдыхая сладковатый дым. Кальян бурлит. Голубые глаза внимательно рассматривают Сяо, после чего незнакомец прикрывает глаза, выдыхая белое облако дыма в сторону. Это было так изящно, что у Сяо дар речи пропал. — Присаживайся, выглядишь потерянным, прямо как в тот раз, — он усмехнулся. Завороженный Сяо присел рядом с: — Альбедо, — представился парень. — Ты ведь, — он прислоняет палец к губам, имитируя доброжелательность. — Один? — Я Сяо, — коротко отвечает он. — Да. — Что же ты тут делаешь, Сяо? — спрашивает Альбедо, отпивая свой коктейль. — Случайно забрёл. — Ничего не бывает случайно. Особенно в таком месте, сюда кого попало не пускают, — усмехается Альбедо. Он вновь затягивается, красиво обхватив мундштук пальцами в бархатной перчатке. Сяо неотрывно смотрит на него, словно очарованный. В глазах Сяо пляшут неоновые блики на пару с чертями. Такие места явно не для него. Он моргает, пытаясь определить очертания лица Альбедо. Сквозь плотную завесу кальянного дыма в заведении сложно что-то различить. Альбедо замечает это и ставит бокал на маленький прозрачный столик. Его ухмылка похожа на хищный оскал. Сяо видит его острые клыки. — Не привык к таким местам? — Есть немного, — Сяо вновь оглядывает зал. Девушка на пилоне собирает с радушных посетителей чаевые прямо в свои трусики, которые, будем честны, совсем ничегошеньки не скрывают. Может, поэтому она такая успешная. Альбедо достаёт из кармана своей куртки небольшой прозрачный пакетик с двумя почтовыми марками внутри. Он держит пакетик между указательным и среднем пальцами, элегантно показывая его Сяо. Этот Альбедо… Своеобразный. Но ужасно красивый, со слегка вздернутым носиком и глубоким, проницательным взглядом. На него хочется смотреть. — Хочешь? Сяо смотрит на них с недоверием. Что-то про это говорил Чайльд, но Сяо уже и не вспомнит что. Это уже что-то новенькое и ранее неизвестное. Он заторможено кивает и Альбедо расплывается в довольной улыбке чеширского кота. Альбедо аккуратно достает из пакетика одну марку и просит Сяо: — Открой рот. Сяо в недоумении открывает рот, слегка высовывая язык, на который Альбедо аккуратно кладет марку. Закончив, он берет Сяо за подбородок и закрывает ему рот, усмехаясь. Сяо хмурит брови, не понимая в чем прикол. — И что это? — спрашивает Сяо, пробуя марку. Без вкуса. — Сейчас увидишь, — хищно улыбается Альбедо, поглаживая Сяо волосы на затылке. Он с недоверием смотрит на Альбедо. Его ласковые ледяные руки трогают невесомые волосы Сяо, зарываются в них пальцами, сжимая короткие пряди до боли. Сяо слегка откидывает голову назад, смотря на Альбедо из-под опущенных ресниц. Он видит, как хищная улыбка сменяется на ожидание. Альбедо спускает руку ему на шею, чувствуя легкий холодок от тела Сяо и в холодных, голубых глазах Альбедо мелькает недобрый огонёк. На самом дне глубокого ледовитого океана глаз Сяо находит черную, как нефть, грязь. Сяо со страхом смотрит на него, понимая, что это тот самый человек, который приходил за ним в Заоблачный Предел. Он был так увлечен новой жизнью, что не заметил ловушки. Он хочет встать, но мир перед глазами начинает плыть. Плыть яркими красками, смешиваясь и растворяясь. Плыть, как те самые разводы бензина в луже. Бензин. Сяо часто моргает, не понимая, что происходит. Он цепляется руками за диван, испуганным, мутным взглядом оглядывая чересчур яркое и цветное помещение, хотя пару минут назад оно было окутано полутьмой. От страха сердце начинает биться чаще, руки мелко дрожат. Сяо чувствует, как под руками диван теплеет. Он чувствует, как чужие руки двигают его куда-то. Альбедо пересадил Сяо к себе на колени, наблюдая за тем, как тот теряет контроль над телом, падая в пучину ужаса. Наркотики — страшная вещь. — Что… Что ты мне дал? — Сяо едва шевелит губами, в своём сознании пытаясь собрать портрет Альбедо, но тот растекается и слоится, сводя с ума. — Одну любопытнейшую штучку. Нравятся последствия? — Альбедо тихонько шепчет на ухо Сяо, поглаживая его по спине. Он находит под толстовкой Сяо кольт и усмехается. Накачать адепта кислотой, а потом отобрать оружие и увезти за сотню километров от Ли Юэ блестящая идея. Он бесцеремонно вытаскивает кольт из-под толстовки и откидывает подальше, под чужой столик. Альбедо нагло забирается руками под толстовку парня, трогая крепкое, юношеское тело. У адепта действительно очень необычная кожа. Легкая, прохладная. Он чувствует руками учащенный пульс Сяо, в то время как сам Сяо отчаянно пытается чувствовать реальность такой, какая она есть. Но не выходит. Прикосновения Альбедо разливаются по телу фиолетовым цветом, от ушей до кончиков пальцев в ярких кроссовках — тепло, жарко, невыносимо. Сяо закрывает глаза и все обостряется в тысячи раз, нежно колет и пробегается мурашками по спине. Руки Альбедо хозяйничают, поглаживая и сжимая. Его губы нахально целуют шею Сяо и тот совсем едет крышей, совсем пропадает в разноцветном тумане обостренных и ноющих от желания ласк. Поцелуй, поцелуи. Липкие, блестящие пошловато-красным цветом в мозгу кружат голову. Сяо не хватает воздуха, он боится, что сейчас в этом поцелуе и утонет, сольется в единый организм с Альбедо, станет его частью, его органом. Тело дрожит, переживая. Цвета… Сочные, насыщенные чувствами, ослепительно пугающие. Расплываются разводами, скользят по реальности пленкой. Сяо пытается встать, но чувствует сильные руки Альбедо, которые грубо сжимают его талию и будто бы проваливаются внутрь, холодят органы и сжимают бешено стучащее сердечко. Сяо потерялся, заблудившись в своём сознании и обезумев от болезненно высветленных цветов, выжигающих глаза и мозг.

***

К Альбедо подходят двое. Он нехотя отпускает Сяо и двое поднимают того за руки, выводя адепта из клуба. Альбедо тихой сапой следует за ними, смотря, как Сяо волочит за собой ноги, словно кукла. Его увозят в неизвестном направлении в состоянии наркотического аффекта, не властного над собой и совершенно беспомощно лежащего на железном полу машины. Так кончается лето, так начинаются заморозки, так ломается лёд под юношеской ногой. Так тонут в мрачной, гнетущей пучине ужаса.