Modus operandi

— Итак, ситуация такова. — широко шагая вперед, Тобирама даже не обернулся в сторону Итачи. — Любой прокол с твоей стороны, и ты будешь уже не просто сидеть на скамейке запасных, а вылетишь с должности без возможности восстановления. — на этих словах Итачи настороженно покосился на широкую спину Тобирамы. Капитан шел чуть впереди будто ледокол, рубящий замерзшие воды холодной Арктики. Ни единой заминки в движениях и речи, которые бы выдали блеф в его словах. — Любое действие в обход правил — уволен, подрыв моего авторитета и неповиновение приказам — уволен. — твердо чеканил Тобирама, отчего у Итачи закрались мысли, что он не вернулся к работе детектива, а угодил в прямое рабство. — И уж поверь, — капитан понизил голос, проговорив предупреждающим тоном. — лицензию на работу в частной практике тебе никто не осмелится дать. Капитану немалых усилий стоило побыстрее свернуть дело, чтобы вернуть его к работе. Вероятно не обошлось и без ультиматумов, выдвинутых самому Тобираме, которые он умело переориентировал в сторону Итачи. — Да, господин! — со смешком отозвался Итачи, и если бы Тобирама видел его сейчас перед собой, то он бы еще и демонстративно поклонился. Не его беда, что капитану пришлось подставить горло под чью-то лакированную генеральскую туфлю. Он об этом не просил, хотя в тайне и был рад вырваться из зацикленного круга рутинных дней и вернуться к тому, что, как он считал, получалось у него лучше всего — к работе. Уже на подходе к подъезду, возле которого стояли два нахохлившихся от холода полицейских, Тобирама резко остановился и медленно обернулся назад. Итачи едва удалось избежать столкновения, сделав шаг в сторону. Он смотрел на капитана с легкой полуулыбкой в ожидании реакции. Почву на предмет глубины прощупывать нужно заранее. Собрав на лице всю возможную непреклонность, Тобирама с шумом втянул воздух и недовольно клацнул языком. — Это первый прокол — на этих словах капитан снова развернулся и, пройдя мимо полицейских, зашел в подъезд. Махнув жетоном в руке перед лицами патрульных, Итачи с улыбкой зашел следом. Омерзительная, всепроникающая вонь шлейфом тянулась сверху. По пути встречались полицейские с позеленевшими лицами. К четвертому этажу запах стал настолько невыносим, что желудок предательски сводило до рвотных позывов. Итачи заткнул нос рукавом пальто в надежде хоть как-то приглушить въевшийся смрад. Забрав респиратор из рук медика, одетого в защитный белый костюм, Тобирама шагнул за порог первым. Перед Итачи открылся вид на коридор разветвляющийся на две комнаты. Под потолком на проводе висела тусклая желтоватая лампочка. И несмотря на изобилие установленных на полу фонарей, здесь все равно казалось мрачно. В результате гниения плоти воздух пропитался тошнотворными миазмами, от которых щипало нос, а глаза переполняли слезы, мешая разглядеть что-либо. Сморщившись, Итачи кашлянул, приглушив рвотный позыв. Едкая желчь горечью поднялась по пищеводу и осела на задней стенке глотки. Он согнулся пополам, одной рукой инстинктивно перехватывая живот, а ладонью второй безуспешно пытаясь создать герметичное пространство для дыхательных путей. Ситуация усугубилась еще и на фоне выпитого ранее алкоголя, который хоть и удалось вывести из организма с помощью заботливого Неджи, но ослабленный и раздраженный спиртным желудок уже не справлялся. — Детектив, наденьте это — перед лицом чьи-то ладони в латексных перчатках протянули ему респиратор и защитные очки. Задержав дыхание, Итачи схватился за них как за спасательную шлюпку посреди бескрайнего океана. — Ну и вонь, — приглушенно пробурчав в маску, Итачи сделал пару больших вдохов чистого, благодаря фильтрам, воздуха и сморгнул накатившие на глаза слезы. — тут будто лежит рота мертвых торчков с лейшманиозом. — В закрытом помещении и в теплых условиях труп быстро гниет, — сверху раздался такой же приглушенный женский голос с поучительной интонацией. Пребывая еще в полусогнутом состоянии, Итачи поднял голову, бросая удивленный взгляд на молодую девушку. Судя по всему, защитные очки неправильно преломили выраженную в глазах эмоцию и, не распознав иронии, она продолжила. — иногда и суток достаточно. — Что, правда? — уже не скрывая саркастичных ноток в голосе, Итачи наконец-то распрямился. Девушка, стоящая перед ним на пороге квартиры, не была одета в защитный белый костюм криминалистов. Узнаваемой за километр полицейской формы на ней также не наблюдалось, а характерная выпуклость под приталенной курткой в районе ребер явно намекала на кобуру для скрытого ношения. И вряд ли там лежала косметичка. В штатном здесь должны были присутствовать лишь двое — он и Тобирама, а потому наличие третьего человека вызвало резонный вопрос «А ты кто такая?», который Итачи не постеснялся задать. — Офицер Нара Темари. Полагаю, теперь мы будем работать вместе. — представилась она и протянула руку в знак знакомства, но заметив, что у Итачи не было перчаток, тут же убрала ее за спину. — Капитан Сенджу сказал, что вы находились в длительном отпуске и восстанавливали здоровье. С возвращением. Новость о совместной работе означала, что ему навязали напарника-птенца. Поэтому Итачи пропустил мимо ушей комедийную ремарку про отпуск, которую ей скормил Тобирама. В коридоре из-за угла очень кстати появился и сам капитан, вероятно увидевший в комнате что-то такое, что привело его в потрясение. Лицо его выражало непонятную смесь замешательства, напряжения и разочарования. Он направлялся к ним, и чтобы не терять времени даром, Итачи шагнул навстречу. — Детектив, вам нужно надеть перчатки и бахилы! — воскликнула Темари. Полностью игнорируя Темари, Итачи протиснулся между ней и дверным косяком. В этой квартире и так понятно, что в заключениях будет натуральная каша из биологического материала. Следы его ботинок картину точно не смажут. — Капитан, — с места в карьер Итачи налетел на него первым. Труп никуда уже не убежит, а вот решить вопрос с напарником требовалось, по его меркам, безотлагательно. — На пару слов. Тобирама нахмурился, вдохнул побольше воздуха, а после перевел взгляд ему за спину и хмыкнул. — Офицер Нара, оставьте нас на пару минут. Узнайте пока у патрульных, что уже удалось выяснить. — капитан кивнул, и послышались удаляющиеся шаги, которые после сменились звуком бьющихся о бетонные ступени каблуков. Тобирама словно в защитном жесте тут же сложил руки на груди. — Ты все верно понял, с сегодняшнего дня будешь работать с ней. — опережая поток возмущений заключил он. — Многие сейчас взяли на обучение новичков, и ты не будешь исключением. — Не надо было разгонять половину участка, чтобы не переживать о нехватке кадров. — понимая, что этой репликой собственноручно отправил свое бренное тельце на минное поле без саперного снаряжения, Итачи все равно не смог устоять. Хотя справедливости ради, он был рад, что четыре года назад при вступлении на должность Тобирама без суда и следствия очистил кадровый состав, отделив эффективные зернышки от бесполезной шелухи. Процент раскрываемости преступлений у их участка взлетел даже несмотря на меньший штат. — У нас был уговор. Я работаю один. — понизив и без того глухой из-за маски голос, Итачи в напряжении поджал губы. — Теперь у нас новый уговор, Учиха. — отразив нападку небывалым спокойствием, Тобирама устало вздохнул. — Я даю указания, — большим пальцем он коснулся своей груди. — ты выполняешь. — указательным ткнул в сторону Итачи. — В противном случае, выход за твоей спиной. В начальстве определенно были свои преимущества. Например, у Тобирамы не было необходимости спорить и аргументировать свое «нет», если он не считал, что возражения несли в себе ценности. — И учти, если просрешь и этого стажера, и офицер Нара придет ко мне с заявлением о переводе, — твердым тоном продолжил капитан. — это тоже будет считаться как твой прокол. — в своих фантазиях Итачи уже устроил одиночный пикет, вывесив над головой плакат с надписью «протестую!»; на самом же деле стоял молча, гневно сцепив зубы, и обтекал унизительной беспомощностью. — У нас там труп, а твои нежные чувства подождут. — Тобирама кивнул головой в сторону комнаты. — У тебя последний шанс сделать выбор. Итачи хмыкнул, не без восхищения отмечая, что порох в пороховнице капитана не пропал. Крыть ему было нечем. Оставалось лишь сделать шаг в сторону: выход или комната. — А знаете, капитан, — улыбнулся Итачи, мысленно признаваясь, что был рад снова иметь возможность пободаться с Тобирамой. — только не говорите мне, что вы не скучали по нашим перепалкам. Даже за очками и в тусклом освещении стало заметно, как глаза Тобирамы удивлённо округлились. Итачи хохотнул. — За всю свою карьеру, — сбавив градус натянутости момента, Тобирама вздохнул. — я впервые наблюдаю столь восхитительное проявление самодурства. — Благодарю. — положа руку на сердце, Итачи почтительно склонил голову, слыша фырканье со стороны. — Пойду посмотрю, кто у нас там. Тобирама кивнул и, не говоря больше ни слова, направился к выходу. Теперь ему тут делать было нечего. Итачи двинулся вперед, попадая на маленькую кухню со скудным гарнитуром. Пройти вдоль от стены до стены можно было меньше, чем за десять шагов. Сама квартира больше напоминала коммуналку: тесная унылая меблирашка; стены голые, обшарпанные куски обоев остались лишь под грязным от пыли подоконником, что натолкнуло на мысль о затеянном когда-то ремонте, который до конца так и не довели; плиту будто с прошлого века на чистили — под комьями жженой еды и налипшего в несколько слоев жира с пылью вряд ли она еще была способна пропускать газ. Труп, развалившийся в сидячей позе на покосившемся угловом диване, завершал картину идеально под стать сформировавшейся атмосфере. В такой обстановке ничего другого и не ожидаешь увидеть. И среди всего этого пасмурного великолепия в центре комнаты стоял Неджи с планшетом в руке, расслабленным движением что-то фиксируя ручкой в бланке. Своим видом он излучал спокойствие и умиротворение, как и его вечные «пациенты», лежащие на холодном столе. При этом цвет его светло-песочной дубленки, просвечивающей сквозь тонкий одноразовый халат, навевал уютную атмосферу. Никакие трупы, во внутренностях которых Неджи постоянно копался, не пачкали безмятежный образ. — И все-таки, капитан выпустил кракена — не отвлекаясь от бумаг, хохотнул в маску Неджи, когда Итачи подошел ближе и нагло вытащил из чемоданчика на полу перчатки. — Рад, что ты в форме, значит, скучать не придется — закатив глаза, Итачи облачил ладони в скрипучий латекс. — Голова не болит? — елейным тоном протянул Неджи и на несколько секунд оторвав взгляд от планшета, посмотрел на Итачи с прищуром. Итачи отрицательно качнул головой. Коктейль, который ему сварганил Неджи, быстро привел его в чувства, сильно снизив степень хренового состояния, поджидающего утром. — Доза убойная. Степень улетная. — Итачи поднял правую ладонь, сложив пальцы жестом «окей». — Еще бы чего-нибудь веселящего добавил, а то уныло как-то. — Ну, веселья тебе с лихвой хватит — Неджи кивнул в сторону бездыханного тела и снова опустил взгляд на планшет, поднося ручку к пустым строкам в бланке. Возле тела с фотоаппаратом в руках крутилась миниатюрная фигура медика, устроив несчастному посмертную фотосессию со всех возможных ракурсов. Пока сотрудница активно делала нужные кадры, Итачи подошел к низкому столику перед диваном. Поверхность вся была завалена пустыми коробками из-под еды быстрого приготовления, скидочными купонами и измятыми лотерейными билетами. Среди вороха мусора неряшливо валялись несколько счетов за квартиру, на которых печати красноречиво намекали на огромную задолженность в оплате. — Да он весь в долгах, — присвистнул Итачи, взяв в руки последнюю квитанцию и замечая выставленный счет, скопившийся явно не за один месяц. Он посмотрел на горящую под потолком лампочку и усмехнулся. — Ему на удачу попались совсем невнимательные соседи. Почти полгода пользоваться их электричеством — хитро. — следом Итачи перевел взгляд на напечатанное имя и прищурился. — Кояма… — посильнее расправив бумагу и подставив ее под свет, он еще раз посмотрел на строчку с именем получателя. — Кояма Мизуки. Да вы шутите? Спросив скорее у самого себя, Итачи вскинул голову, внимательно рассматривая сидящего перед ним мертвеца. Голова мужчины была запрокинута на спинку, и рассмотреть лицо с расстояния в пару шагов не удавалось. Медик к тому времени закончила с фотографиями и отступила, давая возможность Итачи подойти ближе. Он наклонился к трупу и повернул лицом к себе. На мертвенно бледном лице ярким контрастом выступали гематомы на челюсти и скулах. Левая сторона распухла так, что глаз полностью заплыл. Здесь же на рассеченной брови и нижней губе коркой запеклась кровь. Вокруг рта засохла слюна, вместе с какими-то кусочками не до конца переваренной еды. Даже сквозь все это безобразие, меняющее лицо до неузнаваемости, Итачи видел узнаваемые черты. Например, знакомый шрам на переносице в форме полукруга, пару лет назад оставленный Тобирамой в порыве гнева. Кольцо на его пальце и сформировало четкий полумесяц. Капитан тогда первый и последний раз вышел из себя, о чем хоть и молчал, но определенно жалел долгое время. — Ты ведь его помнишь? — глухо спросил Неджи за спиной. — Конечно, — кивнул Итачи и, опустив руку ниже, оттянул воротник футболки, на которой также виднелись высушенные пятна содержимого желудка. На груди Мизуки тоже были следы от ударов. — тем еще ублюдком был. Вот почему Тобирама такой растерянный вышел. — Да уж, если пресса узнает, что убили полицейского… — Он давно не коп, — поправил Итачи и поморщился, убирая руки в карманы пальто. — но ты прав. Из-за бывшего копа шумихи может быть не меньше. У него все лицо раскрашено. — выпрямившись, он повернулся в сторону Неджи, который уже активно передавал своей коллеге пластиковые пакеты с уликами, а та укладывала их в чемодан. — Что скажешь? — Ножевых и пулевых ранений не нашли, да и крови нет. По гематомам сейчас трудно сказать, получил он их в момент смерти или за несколько часов до. — осмотревшись, чтобы удостовериться, что ничего не забыто, Неджи продолжил. — Пролежал он здесь явно больше суток, возможно около двух. Запахи потянуло через вентиляцию соседям, они и вызвали полицию. Надо на вскрытие везти, там больше узнаем. — Удушье? — уточнил Итачи и еще раз посмотрел на шею трупа, предугадывая ответ. — Точно нет — подтвердил его мысль Неджи. Итачи кивнул, отходя от трупа. Осматривать особо было нечего. До него всю квартиру уже разворотили криминалисты, по крупицам собирая улики и снимая отпечатки пальцев. Присев на корточки, он принялся осторожно разбирать заваленный бумагами стол. — Детектив, — сзади послышался голос его новоиспеченной напарницы, и у Итачи мурашки пробежали от поясницы до шеи. На мгновение он уже успел забыть о Темари, но ее появление принесло осознание безвыходного положения. Прям как если бы все долговые счета под рукой были не Мизуки, а его собственные. — есть информация. Убитого засекли камеры видеонаблюдения на выходе из бара «Лагуна». — Когда? — не отвлекаясь от своего занятия уточнил Итачи. — 2 ноября, примерно в половину третьего ночи. — А сегодня какое? — также невозмутимо спросил Итачи, цепляя и откидывая в сторону коробку из-под лапши. В ответ на затяжную паузу он повернулся вполоборота, скосив взгляд на удивленную Темари. — Долгий отпуск, сама понимаешь. — сбоку раздался тихий смешок от Неджи, на что Итачи снова закатил глаза и отвернулся. — Уже три часа как 4 число — с подозрением в голосе сообщила Темари. — Хорошо. — кивнул Итачи и, отбросив очередной скидочный купон, нахмурился, склоняясь ниже над столом и присматриваясь. После тщательного изучения поверхности он встал, осмотрелся вокруг, бросая взгляд на кухонный гарнитур. — Подай-ка мне вон те две кружки. — ткнув пальцем в раковину, Итачи посмотрел на Темари. — Зачем? — не отрывая от него взгляда, Темари сделала два неуверенных шага к гарнитуру. — Всегда хотел себе такие домой. — нетерпеливо цыкнул Итачи и протянул руку в ожидании. — И проверь по шкафам и другим комнатам, есть ли там кружки, стаканы или бокалы. Темари ловко проверила все шкафы и убедившись, что больше нигде нет перечисленных емкостей, вытащила из грязной раковины кружки. Передав их Итачи, она тихо вышла из кухни, удаляясь в спальную комнату. — Что-то нашел? — поинтересовался Неджи, защелкнув свой чемодан. — Сейчас узнаем. Осмотрев чашки и убедившись, что они абсолютно одинаковые, Итачи поставил на расчищенную поверхность стола одну из них. Нахмурился, еще раз изучая донышки обеих и отложив их на гору бумажек, быстрым шагом подошел к гарнитуру. Вытащив из-под раковины три полных пакета с мусором, он в несколько торопливых движений вытряхнул все содержимое на пол. — Что вы делаете? — в кухню вернулась Темари, останавливаясь в проеме и наблюдая за тем, как детектив, ползая на карачках, копался в отходах не только неорганического происхождения. Она брезгливо отпнула подкатившую гнилую луковицу и протянула презрительным «фуу», когда увидела мокрый след на носке ботинка. — Этого вам тоже дома не хватает? — Нашла еще? — проигнорировав ее язву, Итачи еще раз поворошил руками помои и убедившись, что ничего полезного в них нет, грузно поднялся. — Нет. — А мусор еще какой-нибудь есть? — Ничего такого. — Уверена? — Итачи сделал шаг в ее сторону, намереваясь покинуть кухню, но Темари, скрестив руки на груди, преградила ему путь. — По вашему я не способна запомнить, были ли кружки или мусорные пакеты в комнатах метр на метр? — процедила она сквозь зубы, продолжая твердо стоять в проходе. — Не нужно перепроверять за мной такую мелочь, детектив. Может просто поделитесь, что вы нашли? В ее остром взгляде сквозило неприкрытым раздражением от его унизительного вопроса. Итачи с удивлением отступил на шаг. Под подошвой с противным хлюпом раздавилось что-то мягкое. — Ну, нет так нет, — он хмыкнул. — Но если что-то пропустила, запишу это на твой прокол. — улыбнувшись, Итачи прошагал обратно к столу. — Тут где-то должен быть еще бокал или стакан. На столе есть след. — подхватив кружку, он поставил ее на стол. С двух сторон к нему подошли Неджи и Темари и, одновременно наклонившись, уткнулись взглядом в поверхность. — И правда, сверху не заметно совсем, но сбоку освещение по-другому падает, — согласился Неджи и пальцами провел по матовому пятну, выходящему за края дна кружки на несколько сантиметров. — и он явно не от этой чашки. — Судя по количеству пакетов, мусор он не выбрасывал недели две, а то может и больше. — стянув перчатки, Итачи одним движением бросил их в сторону к остальному хламу на полу. — Никакого стекла там нет. Остается мусоропровод в доме. — он подошел к окну, выглядывая на улицу. — Какой день недели? — Уже суббота — ответил Неджи. — Очень хорошо, — кивнул Итачи. — в холодный сезон мусор вывозят два раза в неделю, среда и воскресенье. — загнув два пальца на руке, он повернулся, заметив на себе любопытные взгляды Темари, Неджи и девушки-медика. — Надеюсь, что в этом районе такой же график. Тогда получается, что мусороприемную камеру не опустошали с четверга. Есть шанс что-то найти. — Да бросьте, детектив. Он мог этот стакан давно выкинуть, — с недоверием в голосе проговорила Темари. — И зачем он вам вообще? Прислонившись поясницей к подоконнику, Итачи скрестил на груди руки и повел подбородком в сторону трупа. — Видишь какие-то смертельные ранения? — со вздохом спросил Итачи. Темари отрицательно помотала головой. — Следы удушья? — на этот вопрос она промолчала. — Тогда включай голову. — Думаете его отравили? — Допускаю версию, что его могли отравить — поправил ее Итачи, пожимая плечами. — Но не обязательно же, что ему что-то подмешали, — возразила Темари, не сводя взгляда с детектива. — это могли сделать и через какой-нибудь шприц. — Зацепками на теле займется наш уважаемый, — он указал рукой на Неджи, услышав его тихое фырканье. — патологоанатом. Нам же нужно искать другие. — Допустим, — согласно кивнула Темари. — Если убийца выкинул стакан в мусоропровод, то тот наверняка разбился, когда упал. Или же, он мог вообще забрать его с собой. Все равно что иголку в стоге сена искать. Гораздо вероятнее, что время на поиски потратится впустую. — Все возможно, — ухмыльнулся Итачи. — и именно поэтому, — указательным пальцем он ткнул в сторону Темари и улыбнулся так, что щеки слегка приподняли очки. — вам, офицер Нара, стоит все тщательно проверить. — Что? — вскрикнула Темари и качнула головой, будто не расслышала его слов. — А вы что будете делать? — А меня ждет «Лагуна». Темари застыла, переваривая услышанное. В первую очередь, Итачи попросту не хотел брать ее с собой. Уже во вторую, он понимал, что офицер Нара определенно захочет провести допрос о Мизуки по всем правилам и законам, с составлением протокола и вытекающими последствиями. А это повлечет искажение фактов, поскольку откровенничать с копами в бедных районах не любили. — То есть вы по барам, — она махнула рукой в его сторону. — а мне в помоях копаться? Эту задачу можно дать другим полицейским, а не детективу! — Смею напомнить, что ты еще стажер, — склонив голову, Итачи поверх маски прижал кулак к губам и кашлянул, как бы извиняясь за поправку; на самом же деле для того, чтобы перестать смотреть во взбешенное лицо Темари и не хохотнуть при этом. — Да и к тому же, — он кашлянул снова, перебарывая рвущийся из горла смешок и поднял голову. — я могу доверять тебе, ведь твою работу перепроверять не нужно. Чего я не могу сказать о других полицейских. Но ты можешь взять их себе в помощь. Считай это моим первым серьезным поручением, как от наставника. Воцарившуюся в комнате тишину разбавляло только гневное сопение глубоко дышащей Темари. Она с вызовом смотрела на Итачи, одним взглядом выражая ему яростное «пошел ты к черту со своими поручениями». Итачи же в ответ смотрел с любопытством, выражая только то, что он не передумает. Ее руки смяли края куртки в кулаках, и ему показалось, что она лишь усилием воли душила в себе желание приложиться ими к его лицу. С другой стороны, поколоти она его здесь и сейчас, у него появится весомый повод отказаться от напарницы. Ради такого он готов был принести свое холеное лицо в жертву. — Значит, — неожиданно для него, Темари прикрыла глаза, глубоко вдохнула, с шумом выпустила воздух и посмотрела уже гораздо спокойнее. — Вы в бар, а мне к мусорке. — Не расстраивайся, — Итачи махнул рукой в утешающем жесте. — «Лагуна» от помойки не сильно отличается. — Охотно верю, — склонив голову набок и прищурившись, Темари резко развернулась, уходя из кухни. — я принесу вам каждое гребаное стеклышко из этой помойки! — выкрикнула она уже откуда-то из коридора, а после тяжелый стук каблуков стал потихоньку затихать. От финальной фразы, звучащей определенно как угроза, Итачи не выдержал и хохотнул, откидывая голову назад. — Ты как всегда, — с упреком заявил все это время тихо наблюдающий Неджи и покачал головой. — горбатого могила исправит. — Слушай, а можешь мне сделать справку, что я психопат и мне противопоказано работать с напарниками? — Думаешь это стоит подтверждать справкой? — приподняв бровь, скептично уточнил Неджи и усмехнулся. — Не драматизируй, мир не рухнул от того, что тебе пришлось с кем-то работать. Тем более, не думаю, что она сломается. — Итачи на это заявление заинтересованно наклонил голову вбок. Неджи мягко рассмеялся. Девушка-медик, пристально изучавшая до этого детектива, молча привлекла внимание, взмахом руки указывая на все еще находившийся тут труп. — Ах, да, — виновато пожал плечами Неджи, отвлекаясь на коллегу, а после перевел взгляд на Итачи. — Загружаем? — Загружайте. Неджи достал телефон, вызывая подмогу для транспортировки тела. Сунув руки в карманы пальто, Итачи направился в сторону выхода.