Глава 20
14 мая 2025 г., 13:22
Примечания:
Спустя столько лет я всё же решила завершить эту историю, не знаю, что из этого вышло, но пусть будет здесь)
Драко и Теодор шли по коридорам Хогвартса, смотрели на каменные стены с портретами, но те отвечали им лишь презренным безмолвием, а нарисованные на них волшебники отводили глаза, не желая видеть тех, кто разрушил это место, и прятались за резные рамы.
Место, которое когда-то было для них домом, где повсюду лился звонкий детский смех, витал запах первой любви, первых побед и разочарований, отвечало им лишь равнодушием и пробирающим до костей холодом.
Но Драко и Тео пришли сюда не за тёплыми воспоминаниями, а за тем, что сможет уничтожить того, кто их отнял.
Они пришли сюда за клыком Василиска, который, как они надеялись, всё ещё может лежать в сырых подземельях.
Зашли в заброшенный туалет для девочек, чтобы открыть проход по инструкции, которую рассказала им Гермиона.
Тео зашевелил губами, шипя на парселтанге, которую смог освоить из-за связи с Волдемортом. Он равнодушно подумал, что хоть какая-то извращенная польза есть от всего, что с ним сотворил тот, кого они намеревались убить за то, что он всё это и совершил. Стало немного приятно, что даже Волдеморт не может продумать всего.
Умывальники заскрежетали, открывая им проход в логово зверя, который страшил когда-то каждого обитателя старинного замка.
И они прыгнули в бездну.
Сырой, гнилостный воздух забрался в лёгкие, заставляя дышать реже. Люмос осветил пространство вокруг, открывая вид на тяжелые каменные стены, которые, казалось, сжимались, если смотреть на них слишком долго, не желая пропускать непрошенных гостей.
Но у них была цель, поэтому они начали пробираться вперед, не давая себе останавливаться.
Они должны вернуться к ней.
Драко и Тео добрались до тёмной, больших размеров странной комнаты, увидев лежащие кости и чешую когда-то внушающего ужас животного – останки Василиска. Внутри всё задрожало от предвкушения. Они стали пробираться ближе. Всё это время молчали, боясь спугнуть удачу. А может, боясь не найти, что им было необходимо.
Глубоко вдохнув и выпустив воздух с протяжным почти свистом, Тео первым подошёл к черепу Василиска, на мгновение зажмурив глаза, прежде чем посмотреть в его пасть.
Напряжение, давившее на плечи, исчезло.
Там оставался один единственный клык.
Драко, подошедший сзади, позволил себе слабо улыбнуться.
— Теперь у нас есть запасной вариант. Давай достанем его вместе.
И они потянули руки в пасть чудовищу.
В руках у них было оружие, способное положить конец всему.
Они позволили себе несколько минут тишины, сидя на сырых холодных камнях, собираясь с мыслями, прежде чем отправиться в логово к другому чудовищу, надеясь вернуться живыми.
Хоть что-то прошло по плану, но они знали, что всё не может быть так гладко. За следующим поворотом их могло ожидать что угодно. И это явно не будет в их пользу, но они продолжили свой последний путь с пониманием того, что должны хотя бы попытаться.
Обратный путь прошёл спокойно. Они шли, думая лишь об уничтожении змеи, не замечая притаившихся в углах охранников из низших чинов, крыс, что наблюдали за ними из тени слегка безумными взглядами и уходили в противоположную точку аппарации, чтобы сообщить о передвижениях главных предателей напрямую в новую ставку Волдеморта, выполняя приказ и желая выслужиться перед Дьяволом. Не зная, что через пару часов они станут просто пушечным мясом.
***
В Албанском лесу, куда их перенёс портключ, было подозрительно тихо. В уши пробирался приятный звук шелестящей травы, щебетали сидящие на ветках многовековых деревьев птицы. Покой и умиротворение лесной глуши заставляли терять бдительность, поверить, что всё хорошо. Даже слишком. Но тела Драко и Тео лишь сильнее напряглись, потому что настоящий покой им приносило нахождение лишь на другом конце света. Отсутствие хаоса в любой другой точке мира лишь вынуждало их насторожиться. Потому что за такой тишиной всегда в их жизни следует лишь самая жестокая буря. Они осмотрелись, в глубине души ожидая увидеть огромное сопротивление, зная, что их могли раскрыть, но пока что везение было на их стороне. По крайней мере видимость удачи. Лишь кукушка пропела свою короткую песню пять раз, отмеряя им оставшиеся годы жизни, если бы они верили в такие приметы. Но всё же предчувствие чего-то неотвратимого не покидало их давно уже зачерствевшие сердца. — Пойдём, сделаем это, — решительно сказал Драко, наколдовав дезилюминационные чары и зашагав в сторону домика Албанского мага, который был вторым в их списке на уничтожение после Волдеморта. Они собирались убить его и Нагайну, что он охранял, а после отправиться к тому, кто был первым в «чёрном» списке. Они знали, что приспешник никогда никуда далеко не уходил от своего неприметного дома в бескрайнем Албанском лесу. Даже если бы его не было здесь сейчас, они бы его ждали. Ждали бы, пока он сам не придёт к ним, чтобы встретить свою бесславную смерть от их рук, которые похоронят его вместе со всеми его знаниями и умениями, что заставили их страдать. Дверь с протяжным скрипом отворилась, а дыхание Драко и Тео замерло на вдохе, когда им открылось убежище Дьявола. Но пристанище, где вершилась тёмная древняя магия и пахло бесчисленным количеством сушёных трав, оказалось пусто. Стерильно чисто. Без всех вещей, что когда-то наполняло его, помогая вершить бесчинства. И без змеи. Они не успели. Понимание того, что Волдеморт всё знает и подготовился к их приходу, заставило тихое чувство отчаяния и безнадёжности разгореться в груди с новой силой. Они не смогут вернуться к ней. План рухнул, как карточный домик от слабого дуновения, оставляя их задыхаться под обломками не сбывшихся надежд. Драко и Тео застыли посреди обветшалого дома, думая, что им делать дальше. — Может, он просто забрал свою змею куда-то в другое место. Может, он ничего не знает, — с тихой яростью в голосе сказал Тео, сжимая в руки в кулаки, сам не веря ни капли в собственные слова. Вероятнее всего, их раскрыли. Но как? Драко знал ответ. Он заключил с Люциусом непреложный обет, когда тот всё понял. Но он был так ослеплён потерей матери, что не сделал этого сразу. За это время могло произойти всё что угодно. И хоть он тщательно отсмотрел воспоминания отца за тот промежуток и в них всё было «чисто», не мог гарантировать, что до него ему не стёр воспоминания другой искусный маг. Нельзя было недооценивать Волдеморта. Но Драко не знал наверняка, поэтому не мог быть уверен. Очередная его ошибка могла стоить им всего. Он хотел кричать на весь мир, что каждый раз обходился с ними так жестоко, но это было бесполезно, потому что за свою слабость мог винить лишь себя одного. И отвечать должен был один, но и заставить Тео сидеть в безопасном месте, пока он самостоятельно проверит их догадки, и, если они верны, умрёт в муках, потому что Дьявол точно не отпустит его быстро, не мог. Тяжесть вины начала давить на него, крепко обнимая, как старая верная подруга, что всегда была с ним незримой тенью. Но всё же Драко заставил себя сказать: — Есть только один способ проверить… Пойти и убедиться самим и, вероятно, умереть в процессе. Смерть их давно не пугала, нет, но осознание, что они не смогут выполнить обещанное и вернуться, что ни Гермиона, ни они сами не смогут увидеть мир, очищенный от боли и самой главной опасности, прошибло их души нестерпимой болью. Но ничего повернуть вспять было нельзя. Время лишь бежало вперёд, не зная пощады и подталкивая их к краю бездны. Пришло время платить за свои ошибки и сорваться, наконец, в бесконечную пустоту. Абсолютное ничто, где нет ни боли, ни ненависти, ни счастья, ни любви. Тео тяжело вздохнул. — Что ж… шансы у нас невелики, но давай напоследок оставим его ни с чем, уничтожим всё, до чего сможем дотянуться. Его остатки армии, главных приспешников, его грёбанный замок, — кривая ухмылка исказила его лицо, придавая тому оттенок особого сумасшествия, которое бывает только у тех, кому уже нечего терять, — чтобы он остался гнить в одиночестве, разлагаясь. Он всё равно уже не сможет вернуть себе былое величие. Гермиона была в безопасности и не помнила их, так что им больше действительно было нечего терять. — Звучит отлично, — глаза Драко блеснули в полумраке безумством и решимостью. Они поднялись с пола и достали обратный портключ до Англии, готовясь встретиться со своей судьбой лицом к лицу.***
Родная Англия встретила их неприветливо. Тяжёлые свинцовые тучи были готовы вот-вот обрушиться на землю в виде потока беспрерывного промозглого дождя. Ветер трепал деревья из стороны в сторону, но те твёрдо стояли, не трогаясь с места под натиском бури. Даже погода намекала им, что их здесь не ждёт ничего хорошего, что этот шторм сотрёт их с лица земли, оставив лишь мокрый след от всего, что они сделали. И плохого, и хорошего. Но Драко и Тео было плевать. Они были готовы вгрызться в эту землю зубами, намереваясь напоследок оставить как можно больший след, прежде чем покинут это место навсегда. Они оказались недалеко от нового замка Волдеморта, решив сначала понаблюдать издалека и оценить обстановку. Из-за деревьев виднелось огромное поле, которое находилось в низине, что окружали высокие холмы. Охранные чары скрывали величественное убежище того, кто разрушил их жизнь. За пределами охранных чар ничего не происходило, но ощущение слишком огромной концентрации магии там, где находился замок, заставило их понять, что их догадки были верны. Их ждут. Все, кого они ненавидят. И явно не с тёплым приёмом. Руки Тео сжались в кулаки и расслабились, позволяя тьме вырваться наружу, тёмная магия заискрилась на кончиках пальцев, желая вырваться из плена и ликвидировать всё на своём пути. Тьма желала насытиться болью и смертью, плевать кого. И в этот раз Драко его вновь не сдерживал. Его часть тьмы, пульсирующая по венам, отзывалась на ярость Тео, подпитывалась и крепла вместе с предвкушением от разрушений, которая та принесёт. Желание устранить всё до основания, стереть с лица земли всё, что уничтожило их самих, ослепило их, толкая мчаться прямо в пасть к неминуемой смерти. И они двинулись вперёд. Как только они подошли ближе, Драко наложил поверх свои антиапарационные чары, чтобы никто не смог сбежать от гнева, что наполнял до краёв их сейчас. Всполохи золотого накрыли поверх мерцающий купол охранных чар замка, и Драко и Тео вошли внутрь завесы, что отделяла территорию от другого мира, чувствуя, как на руках шевелятся тёмные метки, признавая и пропуская их в последний раз. Адреналин резко ударил в голову, выкачивая весь воздух из лёгких, когда перед собой они увидели несколько сотен людей в чёрных плащах, а в центре находился Волдеморт, гадко улыбаясь гнилыми зубами, окружённый Лестрейнджами, охранявшими своего хозяина как верные псы, готовые ринуться в любой момент в атаку и разорвать их на куски. Поодаль стояла странная большая клетка из железных прутьев, мерцающая голубым свечением. Чуть в стороне находился Люциус, измождённо сгорбившись и уставившись в одну точку, не видя ничего перед собой. Под ногами Реддла извивалась Нагайна, явно находившаяся там для насмешки над Драко и Теодором, готовая в любой момент исчезнуть, чтобы поддразнить их и показать, что они не доберутся до неё. Что они проиграли. Что превосходство, как и всегда, у их главного врага. Но они и так знали, что пришли в ловушку, сами отдали себя в лапы врагу, так что даже такая уловка не могла дать им пасть духом и трусливо убегать и спасаться, пока есть возможность. На мгновение время остановило свой ход, когда красные глаза Волдеморта, горящие лютой ненавистью, столкнулись с решимостью во взглядах Драко и Тео. — Добро пожаловать, мои верные слуги, — усиленный Сонорусом шипящий голос Реддла, сквозивший сарказмом, взорвал барабанные перепонки, заставляя поморщиться. — Мы все очень ждали вас, готовились к вашему визиту, знали, что вы не пропустите всё веселье, — обманчиво ласково, насколько вообще мог звучать так его голос, продолжил он. — Не стесняйтесь, подходите ближе, ведь здесь находится то, что вы так долго искали, ради чего сюда пришли, — он обратил свой взор на Нагайну, несколько раз с поразительной для него нежностью погладив гладкую чешую когтистыми пальцами, словно она была его главным сокровищем. Так оно и было. Драко незаметно залез в карман мантии и крепко сжал клык Василиска. — Как мы могли не прийти к своему Повелителю, — усмехнулся Драко, демонстрируя обманчивое спокойствие, но мозг его лихорадочно перебирал варианты, как не дать Волдеморту с Нагайной уйти отсюда. Он не питал иллюзий и понимал изначально, что даже его усиленные антипарационные чары вряд ли станут помехой для Реддла. Он был слишком спокоен, значит, всё продумал. Иначе быть не могло. Нужно было заставить его наблюдать за тем, как они расправятся с его приспешниками, которые явно были здесь для того, чтобы ослабить боями Драко и Теодора, довести их до изнеможения, не дать сбежать, и они не могли дать отпор, когда Волдеморт, в конечном итоге, начнёт осуществлять свой план мести над главными предателями. Приказа убивать их явно не было, только обессилить, а Тео, по всей видимости, заманить в клетку, что будет сдерживать его магию, чтобы после заставить страдать его вечность. Но на что они надеялись, зная, что Нотт может уничтожить их всех разом? Им нужно было расправиться с несколькими сотнями человек и постараться добраться до Волдеморта, пока тот ещё не успеет трусливо сбежать. Всего-то. Что ж… Вызов принят. Драко и Тео мельком посмотрели друг на друга, думая об одном и том же и мысленно давая обещание хотя бы попытаться. Ради той, что сейчас, как они думали, находится в безопасности. Ради той, что осветила им путь в бесконечном мраке. Они были готовы. — Я достаточно наслушался ваших обманных речей, больше не желаю! — Начал Волдеморт, показывая, наконец, своё настоящее настроение, и атмосфера вокруг начала накаляться. Он обратил свой безумный взор на Люциуса. Взмах руки — и измученное тело отца Драко повалилось к его ногам. Он грубо взял его за серебристые длинные волосы, некогда прекрасные, а сейчас грязные, похожие на клочья, и заставил смотреть на Драко. — Ты вырастил настоящего предателя и сам мне об этом поведал, поэтому будешь отвечать вместе с ним, и я не отпущу тебя быстро. Люциус так и продолжал невидяще глазеть в одну точку, явно смирившись со своей судьбой и лишившись рассудка. В сердце Драко вонзились тысячи осколков, когда он понял, что обезумевший Люциус всё же успел их раскрыть, что из-за того, что поддался чувствам и не сразу устранил эту помеху, они провалились. Малфой искренне захотел, чтобы его истязали пока он не умрёт, будто это поможет ему заглушить чувство вины. Но уже ничего было не изменить, поэтому он позволил вине преобразиться в сильнейшую ненависть, чтобы были силы истребить всё, к чему он сегодня прикоснётся. Волдеморт обратился к своим последователям, бросив Люциуса лицом в землю. — Мои верные слуги! Не дайте им уйти и приведите их ко мне! И я вас щедро вознагражу, вперёд! Толпа приспешников, одурманенная мнимыми богатствами и слепо верующая в своего Хозяина, с победным криком двинулась вперёд на Драко и Теодора, не желая видеть горькую правду, что он использует их как пушечное мясо, чтобы просто загнать в клетку своих главных врагов, не обращая ни капли внимания на то, что большинство из них умрёт в процессе. Что он слаб и не может сделать это сам. Если бы хоть капля их мозгов была не «промыта», возможно, Драко и Тео сделали бы попытку переманить их на свою сторону. Но тратить время на эту не способную мыслить здраво толпу было бесполезно, поэтому Драко поднял палочку, а Тео взметнул руки вверх, готовясь уничтожить этих бестолковых потерянных людей. Они это заслужили, если не хотят думать, а лишь слепо повинуются приказам слетевшего с катушек монстра. Тео взметнул руки вверх, готовясь выпустить поток магии на разъярённое «стадо». Тьма внутри заклокотала, чувствуя приближение долгожданной добычи. Глаза Тео заволокло пеленой, неуёмная ярость обуяла нутро, давая всей накопленной ненависти вырваться наружу. Чёрные вязкие всполохи вырвались из его рук и понеслись вперёд, но вдруг надвигающуюся толпу приспешников окутало синее свечение, словно барьер, что не давал тьме прикоснуться к ним. Пожиратели гадко загоготали, доставая свои палочки и начиная выпускать проклятия в предателей. Волдеморт всё же нашёл способ остановить тёмную магию Нотта. Тео яростно взревел, выпуская ещё больший поток тьмы, пока на мгновение опешивший Драко начал колдовать защитный щит, позволявший перетерпеть нападки, пока он не придумает новый план. Какой уже по счёту? Всё оказалось не так просто, впрочем, как и всегда. Драко отогнал от себя мысли, что они не смогут уничтожить эту толпу без вмешательства чёрной магии, решая, как действовать дальше. Краем глаза он заметил Беллу, что была справа от толпы и выпускала из своей палочки синие лучи, защищавшие нападавших. Малфой быстро наколдовал двойной щит, защищавший Нотта, затем скрыл себя от других дезилюминационными чарами, дезориентируя противника и бросился к Беллатрисе, которая колдовала и громко смеялась, видя, что Тео не может никого уничтожить. Но это пока что. Сердце бешено стучало в груди, разгоняя по венам кровь и заставляя двигаться молниеносно быстро. Адреналин притуплял инстинкты самосохранения. Драко видел перед собой лишь Беллу, желая увидеть её испуганные глаза перед смертью. И не смотрел по сторонам. Часть приспешников Волдеморта начала бросать проклятья невпопад и одно задело Драко, вынуждая его потерять концентрацию. Грудь обожгло нестерпимой болью. Казалось, что прямо внутри кто-то раскалённой кочергой стал шевелить горячие угли. Вдохнуть было невозможно. Он упал, вскрикнув и схватившись за грудь, прямо к ногам Беллатрисы. Дезилюминационные чары спали, раскрывая его в самый неподходящий момент. Она на секунду опешила и потеряла концентрацию, из-за чего магический щит, защищавший Пожирателей от тьмы, стал трескаться. Как начал рассыпаться и щит, наколдованный Драко для защиты Тео. «Они могут просто растоптать Тео, если я не выведу тётку из строя», — эта мысль электрическим разрядом пробила сознание Малфоя, ведь Нотту уже плохо поддавалась защитная и другая более светлая магия, но он и не нуждался в защите до этого дня. Малфой заставил себя сделать вдох сквозь боль и сосредоточиться на Белле, которая уже с превосходством смотрела на него сверху вниз, улыбаясь во весь рот полусгнившими от воздействия тёмной магии зубами. — Мой дорогой племянничек! Я так мечтала сама с тобой разобраться, и ты бросился прямо к моим ногам! — брызжа слюной, воскликнула Беллатриса, чуть ли не запрыгав на месте от предвкушения пыток. Драко видел, как ненависть к нему — предателю горячо любимого Повелителя — застилает её разум, и она всё больше теряет контроль над защитным заклинанием. Это придало ему ещё немного сил. Нужно продолжать бороться. Драко стал быстро подниматься, из-за чего закружилась голова, что дезориентировало его в окружающем пространстве. Он вновь схватился за грудную клетку. Лёгкие горели, не давая нормально вздохнуть, но ненависть к той, что заставляла его убивать, что мучила Грейнджер, притупляла боль. Он вскинул палочку и направил на неё. Беллатриса, не долго думая, опустила свою палочку, снимая защитный барьер с толпы Пожирателей, что уже окружила Нотта, словно толпа стервятников, видимо надеясь, что её заменит кто-то другой из старших Пожирателей, или вообще не размышляя об этом, потому что было очевидно, что первобытная ярость отключила её разум, и сразу же, как дикая кошка, бросилась на Драко. Всё это происходило за считанные секунды. Они стали кружить вокруг друг друга, в подобии смертоносного танца, выпуская проклятья, но каждый раз уклоняясь от них, ведь слишком хорошо знали, как каждый из них ведёт бой. Беллатриса сама учила его. Драко услышал громкий рёв Тео и на секунду отвлекся, желая увидеть, что там происходит. В этот самый момент Белла просто прыгнула на него, повалив на землю и выбивая палочку из рук. Она навалилась на него всем телом и направила пальцы с острыми длинными ногтями прямо в его глазницы. В бое с сумасшедшим нужно быть готовым ко всему. — Не могу видеть твои лживые глазёнки! Ты не имеешь права видеть этот мир! — прокричала она, обдавая его лицо зловонным дыханием, ведомая безумством и всепоглощающей ненавистью, из которой полностью состояла. Её пальцы начали давить на веки. В груди Драко полыхнуло невыносимой жгучей болью от веса её тела, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип, когда он ощутил сильное давление на глаза. Он не мог дать нормальный отпор, грудь горела, а конечности дёргались в слабых попытках вырваться. Но вдруг он почувствовал её. Часть тьмы Тео начала разгоняться по его венам с новой силой, давая ему новый прилив такой необходимой сейчас энергии. Он услышал отчаянные крики Пожирателей, которых пустили «на убой», лишь бы загнать Тео в клетку, но та, кто должна была им помочь не умереть в процессе, отвлеклась на своего главного врага. Тьма Нотта добралась до толпы, что теперь падала к его ногам обугленными мешками с костями. План Драко удался. Он зарычал, вырываясь из цепкой хватки Беллы, переворачивая уже её на спину и прижимая к земле, параллельно нащупывая откатившуюся в сторону палочку. И когда он обездвижил её тело магией и посмотрел на неё, то увидел во взгляде кристаллически чистый страх. Это было то, чего он так жаждал. Волна удовлетворения пронеслась по телу, притупляя боль в груди. Посреди криков, кромешной тьмы и агонии они смотрели друг на друга, понимая, что это конец. — Я не ошибся в тебе, ты всегда шла на поводу у своих эмоций, — он схватил её за щёки, поворачивая голову в сторону, где умирали приспешники Волдеморта от тьмы Тео, — ты подвела так обожаемого тобой Повелителя и убила его маленькое войско! Теперь мы достанем его из-под земли без помех! — прокричал прямо в её исказившееся лицо, срываясь на хрип в конце из-за новой волны адской боли в груди. — Авада Кедавра! Зелёный луч пронзил тело Беллатрисы. Оно содрогнулось в последний раз и замерло навсегда. Осознание смертельной ошибки застыло повторяющейся картинкой в ставших стеклянными глазах. Драко зашёлся в тяжёлом кашле, медленно вставая и осматриваясь вокруг. Волдеморта уже нигде не было. Он встретился с тёмным взглядом Теодора, который стоял посреди пепелища и тяжело дышал. Его кожа была мертвенно бледной от использования такого количества тёмной магии. Малфой бросился к нему, пытаясь дышать, но ему казалось, что во всей Вселенной остался только углекислый газ. Он не мог надышаться, но продолжал бежать сквозь боль. Драко успел подхватить падающего Тео, смягчая ему падение. Его глаза стали закрываться. — Нет! Тео, соберись! Мы должны найти Волдеморта, если тот ещё не сбежал! Это наш последний шанс! — прохрипел он, хлеща своего друга по щекам, пытаясь привести его в чувство. Прогремел гром и хлынул сильный дождь, словно теперь природа пыталась стереть с лица земли всю смерть и боль, что случилась здесь сегодня, как самый главный позор магического мира. Драко достал из кармана мантии пузырёк с зельем, вливая спасительную жидкость в рот друга. Дождь хлестал по плечам, они вымокли до нитки, пытаясь прийти в себя сидя на сырой холодной земле, что тянула их вниз, побуждала упасть и не встать. Перестать бороться. Тео сделал резкий вдох и открыл глаза, нервно озираясь вокруг. Его сердце бешено колотилось, тело дрожало крупной дрожью, дыхание было рваным. Драко тоже дрожал всем телом от боли, что сдавливала грудную клетку всё сильнее, закручивая в водоворот отчаяния. Но они заставили себя встать и побежали в замок, надеясь застать тех, за кем они пришли. Ноги хлюпали в сырой земле, ботинки застревали в лужах, дождь лил непрерывной стеной и застилал обзор, но они бежали и бежали к замку, подстёгиваемые адреналином, что немного притуплял боль. В головах набатом гремело лишь одно слово. Успеть. Успеть. Успеть. Лишь бы успеть. Они с грохотом открыли двери пристанища Дьявола, вваливаясь внутрь и громко дыша, разрезая тишину холодных пустынных коридоров. — Выходи, Том! Сразись с нами! Хватит прятаться как вонючий трус! — закричал Малфой. Его слова эхом разнеслись по замку. Но в ответ была лишь тишина, нарушаемая ударами капель о каменный пол и тяжёлым дыханием. — Подожди, — тихо прервал его Нотт, — я попробую почувствовать здесь ли он. Он закрыл глаза и резко втянул носом воздух, прислушиваясь к ощущениям. Драко надеялся, что Реддл ещё здесь, потому что искать его по всему миру и начинать всё заново они могли просто не выдержать. Физически. Веки Тео распахнулись, и он сорвался с места, ведомый тьмой, что соединяла его и Волдеморта. Драко бросился за ним, то и дело заходясь сильным кашлем и хватаясь за грудь, чувствуя, как силы его покидают. Но времени разбираться с проклятьем не было. Он лишь надеялся успеть помочь, пока смерть не настигнет его. Нотт остановился у какой-то непримечательной двери, вырывая ту из петель одним рывком. На них уставились три пары глаз: испуганные Вернанда, горящие яростью Волдеморта и Нагайны, готовой в любой момент броситься на добычу. Старый албанский маг в это время открывал портал для своего Хозяина. Это занимало больше времени, чем аппарация или портключ, но истерзанное тёмной магией тело Реддла могло переносить теперь только такое перемещение, ведь оно было более мягким. И он почти успел открыть портал. Всё же удача улыбнулась им в последний раз. Но что она попросит взамен за такое везение? Всё произошло быстро. Драко вскинул руку с палочкой наготове, из которой вырвалось убивающее, что пулей пронзило Вернанда. Начавший открываться портал — спасение Волдеморта — схлопнулся, отрезая ему пути отступления. В эту же секунду маленькую тесную комнатку заволокло тьмой. Нотт и Волдеморт схлестнулись в своей последней битве. Кромешная темнота дезориентировала Драко. Он не понимал, что ему делать дальше, лишь крепко сжимал клык Василиска, что достал из кармана. Тьма. Боль. Отсутствие воздуха. Крики усилий, издаваемые Тео и Реддлом. Обстановка и всё пережитое кромсали воспалённый разум в клочья. Паника накрыла его плотной пеленой, заставляя метаться на месте. Тьма окутывала его, принимая в свои объятья, вынуждая потеряться в вихре событий. Резкая боль пронзила ногу. Он почувствовал, как яд змеи начинает распространяться по артериям, разнося смерть по всему организму. Может, пора сдаться? Они всё равно уже больше не жильцы. Сил не осталось. Только оболочка, что погибала. Распадалась на атомы. Сознание стало уноситься куда-то в спасительное забытье, а тело упало на пол с громким ударом, словно тяжелый мешок. Нет. Отключаться нельзя! Ему нужно найти в этой темноте Нагайну, прежде чем её смертельный яд убьёт его. — Нет! Если мы умрём сегодня, то только вместе с тобой, Том! — захрипел Драко и почувствовал нависшую над ним змею, готовящуюся укусить его второй раз. И сейчас уже сразу насмерть. Он резко схватил её за чешуйтатый склизкий бок одной рукой, а другой — вонзил клык Василиска в её тело, всаживая глубже и пробивая чешую. Змея громко зашипела, извиваясь, пытаясь подползти ближе к тому, кто её убил и утащить в бездну вместе с собой. Но не успела. На руках Малфоя остался лишь пепел, рассыпавшийся в труху вместе с бессмертием Волдеморта. Он резко выдохнул, чувствуя, как больно сжимается полыхающая пламенем изнутри грудь. Но понимание, что скоро конец, дало ему сделать ещё один спасительный вдох. Волдеморт теперь смертен. Остался последний рывок. Драко услышал протяжный крик Волдеморта, похожий на предсмертный рёв умирающего зверя. Звук двух падающих одновременно тел заставил его содрогнуться. А затем наступила тишина, которую перекрывал лишь звон в ушах и гулко стучащее сердце, что всё ещё бесполезно гоняло кровь по умирающему телу. Тьма начала рассеиваться, и Драко боялся этого, потому что уже знал, что там увидит. Ссохшееся, отдающее синевой, бездыханное тело Волдеморта и в нескольких метрах неподвижное тело Тео. Звон в ушах усилился, лёгкие перестали работать. Весь мир замер и сжался до одной маленькой точки, пока Драко смотрел на самого дорогого ему человека. И тот не дышал. — Нет… — тихий всхлип вырвался из горла, когда все чувства мигом нахлынули на него ударной волной, сшибая остатки самообладания на своём пути. — Нет, нет, нет, нет, нет! — Драко безумно, бездумно, отчаянно хрипел, кашляя и вымещая ярость на бездушном каменном полу, колотя его. Он хотел, чтобы прямо сейчас земля под ним разверзлась и поглотила его вместе с болью, что стала его сущностью. Чувство потери захлестнуло его разум, не давая ни одной здравой мысли проникнуть в мозг. Он подполз к телу Тео, желая обнять его. Желая, чтобы тот открыл глаза и сказал, что он пошутил над ним. Что всё хорошо и что они втроём всегда будут вместе. Что сейчас они отправятся к Гермионе и заживут свободно, как они того и хотели. Но Тео сохранял мёртвое безмолвие. — Мы не сможем без тебя, не сможем, как ты этого не понимаешь, придурок?! Ты должен вернуться к нам, вернись к нам, пожалуйста! Всё не может закончиться вот так! Нет! — Драко плакал, умолял Тео вернуться, прижимая его к своей груди, но тот лежал, не откликаясь на призывы. — Может, тебе просто нужно на воздух? Там тебе станет лучше, да, точно, пойдём, я помогу тебе. Вытерев слёзы и собрав внутри последние крохи сил, он, захлебнувшись в собственном отчаянии, закинул Тео себе на плечо, как тряпичную куклу. Он шёл по пропитанным тёмной магией коридорам, кашляя, спотыкаясь и падая, но вновь и вновь вставая, чтобы уйти отсюда. Не умирать в этом Богом забытом месте. Точно не здесь. Драко вышел на улицу, вдыхая воздух, где витал лишь запах жжёной плоти и смерти, и упал вместе с Тео на колени. Он с нежностью посмотрел на вновь ставшими голубыми вены Тео, очертил их изгибы. Тьма ушла из него, но кровь так и не бежала. — Может, тебе нужно просто больше времени? Да? Ты обязательно очнёшься, и мы пойдём к Гермионе, как и обещали ей. Слышишь, Тео? Мы обещали ей. Мы должны вернуться. Всё закончилось, — с надеждой бормотал Малфой, покачивая его на руках и убаюкивая его. Всё ещё пытаясь отрицать реальность. Но время шло и ничего не происходило. Тео всё так же оставался неподвижен, а Драко чувствовал, как из него утекает жизнь. Разум уносился куда-то вдаль, где было светло, тепло, хорошо и прекрасно. Безопасно. Реальность обрушилась на него вместе с новым потоком дождя. Они умрут здесь. Никто не поможет и не придёт. Никто не вытащит их из этого Ада. Он медленно прикрыл глаза, перестав отрицать очевидное и принимая решение. — Пусть всё здесь горит синим пламенем. И мы тоже сгорим. Всё равно всё оказалось бессмысленно. Они так и не смогли выполнить главного — вернуться домой живыми. Драко поднял палочку, выпуская клубы Адского пламени, которые жадно набросились на всё вокруг, пожирая всю скверну, смерти и боль, что навсегда отметили это злосчастное место. Очищая мир от тьмы. И поглощая их самих. Так было правильно, потому что они и были этой тьмой. Малфой крепко сжал тело Тео в своих дрожащих руках и почувствовал, как спасительное небытие забирает их в свои лапы, даря, наконец, освобождение. Но забвения не наступило. Он медленно приоткрыл веки, обнаружив, что находится в знакомой пещере Верховного мага. А перед ним лежат неподвижные тела Тео… И Гермионы. Еле стучащее до этого сердце на мгновение полностью остановило свой ход. Отчаяние вновь заполнило каждую его клетку до краёв, выливаясь наружу сдавленным хрипом боли. Нет… Этого не может быть. Она сейчас в безопасности. Это его воспалённый разум, умирая, подбросил напоследок какой-то странный кошмар. Драко стал с усилием быстро моргать, надеясь, что картинка перед ним изменится, но он всё так и оставался в своём персональном Аду, где перед ним были мёртвые тела самых дорогих ему людей. И он… совершенно один в этом мире. — Ты ещё можешь спасти их, Драко, тебе лишь стоит сделать выбор, — голос Верховного Мага раздался в его голове, заполняя всё пространство вокруг, даря мимолётную надежду воспалённому сознанию. — Я умер, а это какой-то бредовый кошмар, — уверенно прошептал Малфой, туша слабый фитилёк надежды в своей прогнившей душе. Он больше не верил себе и тому, что видит. Он знал, что надежда всегда обманывала его, а за ней скрывалось лишь разочарование. — Нет, ты жив и можешь спасти их. Всё зависит от тебя и твоего выбора сейчас. Драко хотел, чтобы этот странный кошмар отпустил его, позволив, наконец, умереть хотя бы спокойно. Но блаженной темноты и полной тишины так и не наступало. Может, нужно поговорить, потратить последние силы, и его, наконец, отпустит этот бессмысленный мир? — Поверить тому, кто игрался нами? Тому, кто никак нам не помогал, но взвалил на нас всё это? Да тебя здесь нет даже, я уверен, что всё это бред, — с тихой злостью в голосе пробормотал Малфой, зажмурив веки, желая видеть уже только темноту, а затем рассмеялся. Как настоящий сумасшедший. После всего пережитого он им и был. — Кем бы ты ни был… Пошёл ты, я не верю тебе. — Нет, вы сами виноваты в том, что с вами произошло. Я лишь выбрал вас, потому что вы идеально подходили друг другу и дополняли. Три разные души… Светлая, тёмная и та, что совмещает в себе эти две ипостаси. Вы лишь маленькие частички в этом мире, что так совпали. Несовместимы по двое, но втроём образуете гармонию. Вам повезло, а может, нет. Это вы сами должны решить. Я помогал вам, когда это было необходимо, но моё вмешательство дорого обходится этому миру. Моя сила слишком велика и вызывает катаклизмы и катастрофы, если я использую силу, поэтому я могу лишь направлять других. Таких как вы, сильных людей, —продолжил Верховный Маг. Его голос обволакивал нутро, вынуждал слушать и пытаться вникать. Был только этот ровный успокаивающий голос, заставлявший хотеть его слушать. Утихомирившееся сознание Драко подбросило мысль, что, похоже, всё это происходит взаправду. — Кто ты такой? Что тебе нужно от нас ещё? — безэмоционально произнёс Малфой, не находя в себе энергии сопротивляться скрытому под пеленой успокоения могуществу Верховного Мага. — Я — ничто, я — всё. Ты не хочешь знать кто я на самом деле. Что мне нужно от вас… То же, как и от остальных таких же необычных душ — ваши годы жизни, отданные добровольно. И Драко понял кто скрывается в темноте. Вот кто был настоящим Дьяволом во плоти. Серым Кардиналом этого мира. Верховный Маг был тем, кто скрытно наблюдал за ними, искусно манипулируя и подталкивая их к краю. К этому самому моменту. Тем, кто управлял этим миром из тени, пользуясь другими. Тем, кто забирал годы жизни других, живя вечно и властвуя, меняя историю как ему нужно. Малфой думал, что Волдеморт был настоящим помешанным на бессмертии и власти психом, но оказалось, что боятся нужно было того, кто о себе очень редко напоминал, появляясь с намерениями привнести в их жизнь мнимое благо, меняя их судьбу их же руками. Он потерял дар речи от открывшейся правды, чувствуя себя песчинкой в огромной пустыне, понимая, что вся их жизнь была предрешена уже давно. И он не мог ничего изменить. Мог лишь слепо повиноваться буре, что крутила его в бескрайнем водовороте событий. У него больше не осталось сил бороться. — А ты знаешь, что Гермиона уже давно отдала за вас мне свои годы жизни? Не знаешь, конечно, не знаешь… Наивная девочка… Думала, что спасёт вас. Но с ней было легко, помутнение рассудка из-за воздействия тьмы заставляло её постоянно забывать об этом, и, в конечном счёте, вы всё равно оказались здесь, как и было задумано. Драко лишь смог открыть рот, пока новый поток горькой правды впивался в его разум острыми когтями, вызывая новый приступ нестерпимой боли. Пожалуйста, пусть это закончится… — Они ещё живы, но их разумы находятся далеко отсюда. Так как ты единственный из них, кто может принимать решения, ты должен решить за вас всех: либо они сейчас канут в небытие, а ты останешься, один доживая свою долгую жизнь, либо я оставлю вам троим пять лет жизни. У вас будет пять лет спокойной жизни, прежде чем вы покинете этот мир. Выбирай, Драко, и знай, что моё терпение не безгранично. Знаю, ты скажешь, что это несправедливо, но, думаю, ты сам уже понял, что справедливости на самом деле не существует. Выбор без выбора. Верховный Маг знал, что для Драко жизнь без них не стоит и копейки. Ему даже стало немного жаль этого безумца, что гонится за вечной жизнью, пока он принимал безвыходность их положения. Но зачем вечная жизнь, если в ней нет любви? Если в ней только бескрайнее море одиночества и бесконечная пустота. — Я согласен. Только верни их. И ты забудешь о нас. Навсегда, — Драко звучал сейчас максимально жалко, но ему было плевать. Ему ничего не нужно было без них. — Забуду… В этой жизни. Но в вашей следующей… Мы обязательно встретимся вновь. Но Драко уже не слышал его. Он почувствовал, как из груди исчезает проклятье, а из организма испаряется весь яд. Его ослепил яркий свет, звуки перестали существовать, всё погрузилось в вакуум. Поток воздуха поднял его тело и тела Тео и Гермионы вверх. Перед его глазами сменяющимися картинками пронеслись все непрожитые годы жизни, всё, что у них троих могло бы быть, если бы у них не отняли всё. А затем их вышвырнуло в уютный домик на окраине мира, в их личный уголок спокойствия. Туда, где их никто не потревожит. Туда, где их больше никто никогда не найдёт. Драко, всё ещё не до конца осознавая всего произошедшего, на автомате бережно раздел и уложил Тео и Гермиону на кровать, ощущая, как под его пальцами мирно поднимаются и опускаются грудные клетки. И лишь это сбросило тяжёлый груз с его сердца, наполняя его призрачным спокойствием. Он уставился на них, не моргая, боясь, что если он закроет глаза, то они исчезнут. Сегодня он потерял и вновь обрёл их. Но сейчас они были здесь. Рядом. Живые. Остальное не имело значения. — Пять лет… Это всё, что у нас осталось. Но всё закончилось, и мы вместе. Больше нас никто никогда не найдёт. Вы не узнаете, что у нашего счастья есть срок, вам это не нужно… Мы просто будем жить столько, сколько нам осталось. Вместе. Теперь только мы, музыка и свобода. Выговорившись, он позволил себе в последний раз расплакаться, отпуская всю боль, что довелось пережить. Мужчины тоже плачут. И это были слёзы, освобождающие от оков прошлого. Прошлого больше нет. Есть только будущее. Короткое, но такое прекрасное.
