Последнее лето моего детства

Когда Антон просыпается, ему на секунду кажется, что ему приснился кошмар. Когда он поворачивает голову набок и чувствует, как неприятно саднит затылок, он понимает, что это был не сон. Арс лежит рядом. Он выглядит уставшим и чуть замученным, хотя, казалось бы, только что проснулся. Видимо, вчерашний вечер ни для кого из них не прошел гладко. Антон неуверенно нащупывает руку Попова и аккуратно сплетает их пальцы. Арсений, наконец замечая, что подросток уже не спит, теперь внимательно рассматривает Антона и увереннее, чем это сделал до этого возлюбленный, сжимает их руки. Старший подносит сцепленные ладони к губам и оставляет на внутренней стороне ладошки Тоши нежный поцелуй. Шатен на это неловко, но благодарно улыбается. — Ты как? Антон в ответ пожимает плечами и чуть ерзает в кровати, находя удобное положение. Арсений взгляда от него не отрывает. — Нормально? — ответ больше походит на вопрос, и Шастун, понимая это, лишь устало вздыхает, — не знаю, Арс. Мне все еще очень грустно, что так вышло. И перед тобой еще стыдно, если честно. — Даже не думай об этом, — Арсений качает головой, видя в ответ опечаленный виноватый взгляд, — последнее о чем тебе стоит беспокоиться сейчас, так это обо мне. Главное, чтобы ты был в порядке, — Попов поджимает губы и касается скулы подростка, — мы со всем справимся, вместе подумаем, что можно сделать. Если будешь чувствовать себя слишком херово, тоже не замыкайся, говори. Не думай, что ты должен справляться со всем в одиночку, ладно? Антон благодарно улыбается, с трепетом рассматривая волнующегося парня. Какой он все-таки у него замечательный. — Хорошо. — Спасибо, — Арсений придвигается ближе и аккуратно целует в висок, еще пару секунд просто прижимаясь губами. Антон расслабленно прикрывает глаза. Сейчас так тепло и хорошо, будто ничего и не случилось. Арсений ласково проходится подушечками пальцем по ребрам под футболкой, смыкая руки за спиной, обнимая. Шастун прижимается к нему ближе, подобно Попову обвивая его тело, и кладет голову старшему на плечо. Наверное, это ему и было сейчас так нужно — поддержка и уверенность, что у них все будет хорошо.

***

— Привет, — Арс, услышав, как скрипнула дверь оборачивается в сторону выхода. В пороге класса стоит Юля. Девушка выглядит растерянно и обеспокоенно. С другом за сегодня она ни разу не пересеклась, — а ты чего тут? Наши все обедать ушли. — Я не хочу есть. Настроения нет. Топольницкая проходит вдоль кабинета, останавливаясь у учительского стола. Арсений, до этого с задумчивым видом пялящийся на тетради учеников, откладывает ручку и поднимает глаза на стоящую перед ним подругу. Юля безотрывно смотрит в ответ, наблюдая за его действиями. Вообще, изначально она пришла просто поговорить со своим другом. Разговоры с Арсом часто помогали ей отвлечься и хотя бы немного забыть о собственных проблемах. А их сейчас в жизни Топольницкой достаточно. С работой конкретный завал, и бывший так и не успокоился, а, кажется, только наоборот. Весь день донимает звонками и непонятными обещаниями-угрозами приехать. Но видя сейчас Арсения, она понимает, что ему сейчас точно не до нее. Ситуация с отцом Антона очень сильно на него повлияла. Юля присаживается на край парты, сочувствующе вздыхая. — Арс, ты же знаешь, что все наладится. — Знаю, — Попов смотрит на взволнованную подругу, — но я никак не могу перестать думать обо всей этой ситуации… Что если Антон с отцом так и не помирятся? Неужели из-за меня он тоже больше не будет общаться с папой? — Арс, — Юля качает головой, — во-первых, даже если так и случится, то это точно будет не твоя вина. Нельзя просто так отказываться от сына из-за его ориентации. — Сказала бы это моему отцу. — Арс, не сравнивай ваших родителей. Андрей не твой отец, и ты не знаешь, что в итоге он решит насчет общения с сыном. И знаешь, — Топольницкая на секунду замолкает, видимо задумываясь, стоит ли говорить, но все же продолжает, — я была у твоих родителей перед самым отъездом, в тот раз, когда ты попросил меня забрать вещи, и твоя мама много спрашивала о тебе и том, как ты сейчас устроился, счастлив ли ты… — Это не новость, мы созваниваемся каждые выходные, — Арс, сам этого не замечая, перебивает, а после видит упрекающий прищур подруги, — прости. — Хоть бы дослушал раз, — она снисходительно улыбается, закатывая глаза, — и она сказала, что очень скучает. И что твой папа тоже скучает и после каждого твоего звонка маме, он спрашивает у нее, какие у тебя новости. Он не отказывается от тебя, он просто слишком уперт в плане каких-то своих убеждений и принципов. — Если его принципы стоят выше сына, то значит мы все делаем правильно, что не общаемся друг с другом. — Ты не преклонен, — Юля качает головой, поднимаясь с парты, — знаешь, мне иногда кажется, что он давно уже принял твой выбор. И из вас двоих простить его не можешь только ты. Топольницкая, бросив последний взгляд в сторону нахмуренного и задумчивого друга, удаляется. Арсений, пару секунд посмотрев в окно, чертыхается и вновь берет ручку. Он знает, что Юля права, но он ничего не может с собой поделать. Он слишком долго пытался все исправить, хоть как-то наладить контакт, но каждый раз разбивался о холоднокровие родителя. И сейчас у него просто опустились руки.

***

Антон сидит на немецком, но совершенно все проходит мимо него. Позов устроил какую-то викторину, но Антон слился еще на моменте, когда нужно было представиться. Весь день у него заняли поиски вуза, жилья и подработки. Вообще Арс предложил пожить у него, когда они обсуждали это на перерыве, но сам подросток от этой идеи был не в восторге. Во-первых, он не хотел стеснять парня. Все-таки Попов последние пару лет жил один и так то непонятно уживутся ли они вместе. Во-вторых, этот переезд обусловлен возникшими обстоятельствами, а не их собственной инициативой съехаться. Да, тема, чтобы жить вместе как-то проскальзывала, но никто из них не подозревал о ее таком скором осуществлении. Даже забавно, как Антон вчера с такой уверенностью и гневом кричал отцу, что съезжается с парнем, но на деле это было только, чтобы позлить Андрея. А когда всерьез встал вопрос об это, Шастун начинает колебаться. Времени до конца подачи документов осталось совсем немного — чуть больше недели. А ему еще сдавать вступительные, к которым он, кажется, совсем не готов. Платное он не потянет. Если раньше только этот вариант и рассматривался, то сейчас Антон об этом даже и не думает. Его подработки должно хватить в лучшем случае на съемную квартиру и питание… Или хотя бы чтобы совсем не сидеть у Арса на шее, если обстоятельства повернутся так, что ему придется засунуть свою гордость куда подальше. Антон зажмуривается, прикрывая глаза. За этот день он очень вымотался. Вся эта подготовка к его новой жизни только нервирует его. Раньше этим всем занималась секретарша отца, а теперь это практически полностью легло на его плечи. Когда звенит звонок, Шастун этого даже сначала не понимает. Он вычеркивает один за одним вузы, в которые он точно уже не проходит. Когда он отрывается от экрана телефона, то замечает, как за пару секунд класс совсем опустел. Прошел практически час, а он так ничего и не нашел. Антон вымученно вздыхает и принимается собираться. Выключив проектор и сложив в стопку листы, к подростку не спеша подходит Дмитрий Темурович. Во время урока, Позов порой бросал на Антона задумчивые взгляды, но парень этого не замечал, будучи сильно увлеченный поисками. — Как ты? — взгляд преподавателя чуть смягчается, и он не выглядит обычно равнодушным. Сейчас в его глазах искреннее беспокойство и сочувствие. Антон, видя это, лишь неоднозначно пожимает плечами, — я просто хотел сказать, что мы очень переживаем за тебя, за твое состояние. И… то, что было вчера на всех произвело впечатление, — Дима останавливается, наблюдая за притихшим и погрустневшим парнем. Он снисходительно вздыхает и кладет ладонь подростку на плечо, — ты молодец, Антон, и сделал все правильно. Тебе предстоит не самый легкий путь, но, как оказалось, ты намного сильнее, чем кажешься, — Антон, услышав это, неверяще поднимает на старшего глаза. Но Позов говорит серьезно, честно, даже в какой-то степени по-отечески, — у тебя все получится. Обязательно, — и в конце мужчина расплывается в улыбке. Антон поджав губы, благодарно кивает, обнимая мужчину. Дима прижимает парня крепче, поддерживающе хлопая по плечу. Почему-то Шастуну сейчас очень важно было услышать, что не ошибся в своем выборе. Что он принял верное решение. И поддержка Арса и друзей вселяет в него эту уверенность.

***

Алена с братом так и не говорила. Она понимает, что надо, но чувствует какую-то ужасно гнетущую ее вину. Так случилось из-за нее. И она боится, что Антон придерживается такого же мнения. Сегодня на уроках ее не было. В перерывах к ней приходил Сережа, принося конспекты и задания, а в остальное время она была наедине со своими мыслями. Ей точно нужно с кем-то поговорить, иначе она просто сойдет с ума. После уроков к девушке снова приходит Матвиенко. Младшая Шастун, до этого читавшая в кресле, поднимается встречать частого за сегодня гостя. — Так, Ален, тут тест нужно дома сделать и вот записи с французского. Ничего нового не было, просто предыдущую тему повторяли, — Сережа вытаскивает нужное из рюкзака и отдает подруге, — а, еще кое-что… Там задание одно в электронном виде, надо через сайт как-то зайти… — Шастун непонятливо хмурится, и Серж вздыхает, — могу помочь. — Да, было бы неплохо. Матвиенко проходит вдоль комнаты к компьютеру и открывает крышку. — Пароль, разблокируешь? — Да, да, — Алена подходит к парню, вводя нужные числа. Сережа все это время задумчиво смотрит на подругу. Алена чуть отходит, пропуская брюнета. Матвиенко садится и, не отвлекаясь от ноутбука, спрашивает: — С Антоном говорила? Алена поджимает губы, отрицательно качая головой. — А ты? — Да, на перерыве. Совсем недолго, — Сережа заминается, а после чуть грустнеет, — он весь в поисках вуза и жилья. Ему сейчас не до меня. Матвиенко продолжает пролистывать сайты, но теперь под печальным взглядом Алены. Может Антону сейчас тоже не до нее? — А ты, я так понимаю, его избегаешь. — Никого я не избегаю! — Алена недовольно всплескивает руками, закатывая глаза, — вчера он был с Арсом, сегодня тоже. Да и меня на занятиях не было, мы не могли встретиться, — девушка останавливается в центре комнаты, скрестив на груди руки. Сережа переводит на нее вопросительный взгляд. Он ей не верит. Алена немного тушуется, но, передернув плечами, снова подходит ближе к парню, — что ты нашел, что нужно? — Ага, — Матвиенко замечает, как младшая сменила тему, и поэтому снова переключается на сайт, — вот здесь нажимаешь и выполняешь. Тест не на время, так что делай сколько хочешь. — Спасибо. Сережа в ответ кивает подруге головой и, подхватив с пола рюкзак, направляется к двери. Алена провожает его задумчивым взглядом. — Не хочешь на чай остаться? — Шастун предлагает неожиданно. Кажется, даже для самой себя, — я Юлю позвала. Думаю тебе было бы интересно пообщаться с ней поближе. Матвиенко удивленно выгибает бровь, усмехаясь. — Думаешь, она будет такого же мнения? — Я спрошу у нее, но мне кажется, она не будет против, — Алена пожимает плечами, направляясь на кухню, — я сделаю нам чай. Сережа, глядя на засуетившуюся девушку, хмыкает, возвращая на пол рюкзак. Он проходит внутрь, останавливаясь в дверях кухни. Алена ставит чайник, и достает из ящика сладости. Матвиенко задумчиво окидывает подругу взглядом. Несмотря на то, что Алена выросла и во многом сильно повзрослела, она, как и прежде, нуждается в поддержке и защите. Потому что все еще слишком боится снова потерять кого-то дорогого. — Поговори с ним. Антон будет рад тебя видеть. Девушка пару секунд не двигается, безотрывно смотря на пустую кружку. А после, развернувшись, лишь робко и молчаливо кивает. Сережа на это поддерживающе ей улыбается.

***

Алена сначала долго собирается пойти в комнату к брату, хотя, казалось бы, соседняя, а после еще пять минут мнется у входной двери, не решаясь постучать. Собравшись с оставшимися силами, она стучит. За те пару секунд, которые Антон идет открывать, она три раза думает о том, чтобы уйти, и у нее практически это получается, но дверь отворяется раньше. На пороге стоит ее брат. Он выглядит уставше. Синяки под глазами и бледная от недосыпа и нервоза кожа. Алена поджимает губы, отводя взгляд. — Привет. Она говорит робко, нерешительно. Боится, что Антон сейчас разозлится. Взбесится, начнет обвинять и прогонит. И сердце уходит в пятки. Но Антон лишь слабо улыбается в ответ, по-доброму глядя на взволнованную сестру. И Алене от этого взгляда дышать становится легче. Не злится, он не злится. — Привет. Пройдешь? — Да я как-то не знаю… — девушка все еще с сомнением смотрит на брата, — ты не обижаешься на меня? Антон замирает, не понимающе глядя на Алену. Младшая спрашивает серьезно. — Нет… С чего такие выводы? — Это из-за меня ты окончательно рассорился с папой. И это я ведь сказала ему про Арсения, — девушка виновато зажмуривает глаза, не дожидаясь ответа Антона, — прости, мне правда очень жаль… Я не хотела, чтобы так вышло. Старший Шастун подходит ближе и молча заключает сестру в объятия. Она дрожит так, что кажется, будто у нее начинается истерика. Алена слишком сильно переволновалась, поэтому эмоции сейчас ей контролировать физически тяжело. Антон же ласково гладит ее по волосам, успокаивая младшую. Алене и правда становится легче. — Как ты вообще могла себя в этом обвинить… — парень качает головой, но отстраняться не спешит, — надумала себе всякого, а мне не сказала. — Но ведь это правда, — голос Алены заглушается плечом, в которое она уткнулась. — Мы поругались не из-за тебя, а из-за меня. Ну и из-за отца тоже. Только мы вдвоем виноваты в том, что произошло, — Антон серьезно смотрит на притихшую сестру, — ты сказала про Арса, потому что хотела защитить меня. И я не уверен, что поступил бы иначе на твоем месте. Алена вздыхает, пару раз утвердительно качая головой, и отстраняется, смотря брату прямо в глаза. Они уставшие, но не злые. Понимающие. — Спасибо. — Все в порядке.

***

На улице потихоньку начинает темнеть, а вокруг становится все меньше гуляющих парочек и компаний. Вечереет. Сережа поворачивает голову вбок, и легко улыбается своим мыслям. Рядом с ним на лавочке сидит Топольницкая. Перед тем, как Алена надумала поговорить с братом и ушла, они компанией решили прогуляться. В основном общались девочки — Матвиенко только разбавлял их сплетни и разговоры какими-то своими нелепыми шуточками, на которые Юля улыбалась, а Алена снисходительно закатывала глаза. Сейчас же они с Топольницкой сидят во дворе вдвоем, провожая за горизонт закатное солнце. — Вы очень близки с Антоном, — голос Юли прерывает воцарившееся молчание. Девушка на Матвиенко не смотрит, будто боится сбиться с мысли. Сережа бросает на нее заинтересованный взгляд. — Да, но… — брюнет пожимает плечами, грустно хмыкая, — не сейчас похоже, — Юля теперь поворачивается, разглядывая парня, — у него Арсений. Когда они только начинали, я сам чуть-чуть отдалился от Антона, подружился с другими двумя девочками, и большую часть времени проводил с ними. Но сейчас они уехали, а Тоха все время занят, и порой я чувствую себя одиноко. Сережа замолкает, поджимая губы. Юля понимающе качает головой. — Мне сейчас тоже очень не хватает Арса. Я по нему порой даже скучаю… Но иногда отношения становятся важнее дружбы. — Это неправда. Дружба не заканчивается с появлением отношений, просто сейчас ему нужно время, чтобы со всем разобраться, — Юля внимательно смотрит на такого непривычно серьезного парня. Сережа грустно хмыкает, понимая, что эти слова сейчас говорит не столько Юле, сколько себе, — Антон впервые по-настоящему влюбился, а Арсений за долгое время наконец снова позволил себе это сделать, и им хочется уделять друг другу как можно больше внимания. Это нормально. Через какое-то время они придут к стабильности, эмоции и желания чуть поуспокоятся, и их времяпрепровождение немного изменится, теперь включая и общение с близкими и друзьями. Юля аккуратно улыбается, соглашаясь. Но после все-таки на секунду задумывается. Она не хочет так считать и не хочет допускать мысль о том, что их дружба больше не важна Арсению, но ничего не может с собой поделать. — А если нет? — Дай им время, — Сережа сжимает руки девушки в поддерживающем жесте. Матвиенко ей в глаза не смотрит — стесняется, но руки не убирает. А Юлю эта его реакция умиляет. Сережа и правда замечательный друг.

***

— Уже уходишь? Антон стоит в прихожей своей квартиры, наблюдая, как сестра надевает кеды. Девушка насмешливо выгибает бровь. — Так говоришь, будто я больше не вернусь. Ты же в курсе, что мы живем в соседних номерах? — Ой, иди уже, — Антон по-доброму закатывает глаза, облокачиваясь плечом о стену. Алена уже тянется к ручке двери, как ее внезапно опережают. На пороге появляется Арсений. Встревоженный Арсений. Попов оглядывает сначала младшую Шастун, затем самого парня, останавливая на нем свой взгляд. — Шеминов вызывает нас к себе. Обоих. Антон переглядывается с уже тоже снова разнервничавшейся сестрой. Та, кивнув в знак поддержки, спешит удалиться. Антон в замешательстве снова смотрит на Арса.

***

В кабинет к Стасу он шли молча, невесомо касаясь друг друга тыльной стороной ладони. Привычно держаться за руки в стенах школы было бы опрометчиво, учитывая, что они не знают, какой разговор их ждет. Но в чем они точно были уверены, так это в том, что причиной их вызова являются их отношения. — С тобой он еще не говорил? — шепот Антона разрезает тишину пустых коридоров. Арсений отрицательно качает головой. — Нет, но, когда он попросил меня прийти нас вместе, он выглядел очень серьезно. Я думаю, он сначала захочет поговорить с тобой наедине. — Почему? — Захочет убедиться, что я никак не влияю на твои действия, ни к чему не принуждаю… Антон хмурится, не понимающе смотря на задумчивого возлюбленного. — Типо… — Шастун говорит тише, — к сексу? — В том числе. — Бред какой. — Только совсем недавно была история с преподавателем-насильником, так что его опасения вполне разумны, — Арсений поджимает губы, наблюдая за парнем, — и еще ты все-таки несовершеннолетний. — Мне восемнадцать меньше, чем через месяц. — Это все равно не дает мне права, как взрослому, вступать в какие-то любовные отношения с тобой, как подростком. Арсений замолкает и больше на Антона не смотрит. Шастун устало качает головой. — Только попробуй снова насчет этого загнаться, — Арсений грустно улыбается, соглашаясь. — Не буду. — И не сравнивай себя с Михалычем. Он девочек пятнадцатилетних насиловал, а ты загнался из-за того, что я тебя привлекаю и не признавался мне в этом пол месяца. — Ну не пол месяца… — Это я еще до того, как мы начали встречаться посчитал. — Так нечестно, — Арсений легко тыкает смеющегося подростка вбок, на что тот по-доброму закатывает глаза, — я просто долго не мог смириться с мыслью, что так сильно втрескался в малолетку. — Эй! — теперь очередь Антона пихаться, — но я все равно прав. Насильно к чему-то принуждать — явно не твое. Наконец они подходят к кабинету Стаса. Их разговор чуть разрядил обстановку, и оба парня теперь чувствуют себя более расслабленно, чем в комнате до этого. Остановившись у самой двери, они переглядываются. — Кто будет стучать? Антон нервно поджимает губы, умоляюще смотря на Арса. Попов, поняв его без слов, стучит, заглядывая внутрь. Когда голова Арсения снова оказывается в зоне видимости Шастуна, Арс кивает ему в сторону двери, приглашая. Антон вздыхает и получив мимолетное касание губ к виску, нерешительно заходит в кабинет, закрывая за собой дверь. — Привет, Антон. В этом кабинете Стаса он еще не был. Два кресла с коричневой обивкой, парочка картин разбавляет унылый официальный стиль, а по центру рабочий стол. На нем стопками разложены кучи документов и разнообразных отчетов. Сам Шеминов выглядит достаточно уставшим. Его лицо не выражает ни злости, ни осуждения. Пару секунд он внимательным взглядом окидывает подростка, а после кивает ему в сторону кресла, видимо приглашая присаживаться. Антон, до этого не проронивший ни слова, напрягается все сильнее. Стас, заметив, как сильно волнуется подросток, не понимающе хмурится. — Ты чего так переживаешь? — А вы меня, то есть нас, ругать не будете? Шеминов хмурится еще сильнее. — Не планировал пока. А есть за что? — А вы… не знаете? — Антон невольно начинает дергать ногой и тараторить, — если нет, то я пойду тогда… Шастун уже хочет вскочить с кресла и побыстрее скрыться из кабинета, как Стас его желание пресекает. — Я знаю, что вы с Арсением состоите в отношениях, — Антон осекается и снова опускается в кресло. Стас вздыхает, продолжая, — Антон, послушай, не мне решать с кем тебе встречаться, тем более ты совсем скоро станешь совершеннолетним. Но есть последствия твоего решения и с многими из них ты уже столкнулся, — Шеминов выразительно смотрит на подростка, — я знаю о твоем конфликте с отцом. А еще знаю, что он после твоего признания, точно попытается испортить тебе жизнь. — Он так и сказал. Обещал, что сделает все, чтобы я не поступил ни в один архитектурный. Но это не только из-за Арса. Он просто не любит, когда что-то идет не так, как он хочет, — Антон досадливо качает головой, — но меня больше не волнует его мнение. Стас выпрямляется, откидываясь на спинку стула, задумавшись. Он наблюдает за посерьезневшим подростком. — Ты уверен в своем выборе? — Шеминов не уточняет про что именно вопрос, но и Антон в ответе колеблется. — Да. — Ты отвечал про архитектурный или про Арсения? — Оба варианта. Шеминов довольно хмыкает, кивая. Антон, увидев этот жест, немного расслабляется. — Позови Арсения. Ему стоит послушать, что я скажу. Антон согласно кивает и спешит к двери, приоткрывая. Шеминов провожает его внимательным и серьезным взглядом, но когда младший произносит тихое укоризненное «Арс» видно зазевавшемуся Попову, Стас мимолетно улыбается, вспоминая это чувство подростковой влюбленности. Смотря на Антона сейчас, ему даже не верится, что он так повзрослел. Он ведь помнит его еще совсем маленьким. В кабинет входит оторопевший Арсений. Даже немного забавляет, как он старается держаться рядом с подростком, оберегая, будто его тут пытать собираются. Стас снова указывает на кресла. — Сейчас Антону предстоит нелегкий период, — Шеминов начинает, когда парни наконец садятся, — до окончания вступительных осталось очень мало времени. Антон, я так понимаю, к ним не готовился. Также нужно еще иметь с собой портфолио со своими работами. — У меня много рисунков и чертежей, может что-то пригодится, — Шастун неуверенно пожимает плечами. — Там необходим определенный формат, но я бы хотел увидеть, на что ты способен. — У него очень хорошо получается, — Арсений неожиданно включается в диалог и две пары глаз устремляются в его сторону. Попов тушуется, — извините. — Верю, — Шеминов снисходительно кивает этой попытке поддержать подростка, а Антон, дурашливо улыбнувшись возлюбленному, снова возвращает сосредоточенный взгляд на Стаса, — но это все равно необходимо, чтобы понимать в какую сторону нам двигаться. Антон, услышав это, замирает, удивленно глядя на Шеминова. — Нам? — Я могу помочь подготовиться к вступительным и сформировать портфолио. Если, конечно, тебе нужна моя помощь, — на лице Антона появляется слабая благодарная счастливая улыбка. Подросток неверяще поворачивается на Попова, и Арсений такой реакции тепло улыбается в ответ, — приходи ко мне завтра, как закончатся уроки, посмотрим. И решите что-нибудь насчет твоего проживания в городе, общежитие скорее всего получить не выйдет. Антон согласно кивает, периферическим зрением наблюдая за Арсом. Этот вопрос у них до сих пор остается открытым. — Мы можем идти? — Шастун опирается на подлокотники, вставая. Шеминов кивает. — Ты — да, но Арсения я попрошу на минуту задержаться. Антон взволнованно переглядывается с Поповым, но, попрощавшись, кабинет покидает. Шеминов проводив парня взглядом до двери, поворачивается к преподавателю. — Я пока не хочу рушить надежды Антона, но дела правда плохи. Андрею, действительно, не составит труда все испортить. Арсений поджимает губы, задумываясь. Но не может же Антон лишиться будущего из-за того, что просто повздорил с отцом? — Неужели нет университетов, чьи владельцы не пойдут у Андрея на поводу? — Он очень влиятельный человек, и деньги для него не проблема, — Шеминов резко замолкает, задумавшись. Арсений не отрывает от него обеспокоенного взгляда, — но ты прав, и такие вузы, действительно, есть. И в одном из них я уверен больше всего. Владелец там человек своенравный и принципиальный, на влияние старшего Шастуна не купится. Арсений разводит руками, расплываясь в улыбке. — Ну так вот, отличный вариант, — но недоверчиво смотрит на явно что-то недоговаривающего Шеминова, — и в чем тогда подвох? — Это университет твоего отца.