о котах и режиссерах

Ярика, кажется, совсем ничего не смущает. Ни футболка, которая обтягивает торс неприлично, ни то, что под ней совершенно точно, слишком уж отчётливо видно серьги в сосках. Улыбается он совершенно бесстыдно, зная, что это притягивает внимание. Руслан почти давится воздухом посреди разговора, когда видит это абсолютное блядство, но ему удаётся сделать вид, что это просто смешок — чужая футболка с огромным упоротым фламинго, так что сразу становится понятно, что именно вызвало смех. Баярунас скалится только довольно, замечая выражение лица режиссёра. Провоцирует, это ясно, как божий день. Конечно он доволен, как же тут недовольным быть. Светится аж весь, пока где-то рядом ошивается и напевает на странный мотив дурным голосом «розовый фламинго, дитя заката». Руслану кажется, что он всенепременно-точно-обязательно его прибьет. Или как минимум отругает. Думать о работе получается плохо, если не сказать, что не получается совсем. Это очень невовремя. В памяти всплывает чужая футболка и две торчащих горошины соска, в которых явно видно пирсинг. И когда успел только, спрашивается. Руслан старается не смотреть в сторону Баярунаса, потому что знает, что он то и дело чуть болезненно морщится, стоит футболке как-то сдвинуться и задеть соски. Сразу вспоминается, как несколько дней назад Руслан эти соски пальцами трогал, как они твердели под прикосновениями и как Яр от этого тихонько постанывал, ерзая у него на коленях. Кто-то слишком уж томно вздыхает над ухом(сразу понятно, кто именно) — Герасименко пробирает мурашками, потому что он все еще не отошёл от недавних мыслей. — Господин режиссёр, — почти в самое ухо мурлыкает Ярик, ладони на плечи укладывая и даже в его тоне слышится ухмылка. Руслан научился различать все его ухмылки и конкретно эта имела очень большой пошлый потенциал. Если учитывать, что тон голоса у Ярослава чуть ниже, чем когда он просто общается, а его пальцы невольно поглаживают плечи Руслана.. — Чего тебе, Баярунас? Готовься лучше иди, у нас прогон скоро, — Ярик, кажется, и без него все знает. Пришел пораньше специально, чтобы Руслана доводить своим провокационным видом, своими намеками и взглядами, своими выкрутасами.. — Я хотел бы кое-что обсудить с тобой лично, — как же везёт Баярунасу, что рядом в этот момент никого нет и Руслан может себе позволить встать и притянуть его к себе. Конечно, осторожно, потому что чужие соски явно еще не зажили, а сделать больно даже невольно не хочется. Герасименко кладёт руку на лопатки, осторожно вдоль позвоночника проводит. — Ну скажи мне, какого черта ты это все устроил? Я ведь.. не железный, Яр. А эта футболка.. ума не приложу, где ты ее нашёл, — Герасименко выдыхает негромко, стараясь ни о чем не думать. Особенно о том, что Ярик сейчас так близко. Он всегда казался хрупким и маленьким. Ещё сильнее, когда дело касалось объятий. Хотелось его просто спрятать ото всех, как своё собственное сокровище, но так нельзя. Руслан прядь волос за ухо Баярунаса заправляет. — А футболка, вообще-то, прикольная, — хихикает Ярик. Все ему шуточки, все ему хиханьки да хаханьки. Руслан его в уголок губ целует, затем к уху ближе наклоняется. — Разговор о твоем.. розовом фламинго, — Руслан делает театральную паузу, кусая Ярослава за ухо, и продолжает многообещающим тоном. — Мы продолжим дома. Ярик ухмыляется слишком понимающе и облизывается, словно довольный кот, который только что съел целый горшочек сметаны. Руслан думает, что мелкий определенно слишком хорошо знает, как его провоцировать.