Замуж, или туда и обратно

      Они вошли в спальню Джина, которую теперь должны были делить на двоих, и Тэ захлопнул дверь. Так, как если бы они действительно теперь находились на грани жизни и секса. Но вместо предварительных ласк, которые должны были стать прелюдией к тому, ради чего Юнги посоветовал им уединиться, Тэхен подошел к Джину и крепко его обнял, сцепив руки на его талии и носом уткнувшись в покрытое шелковой пижамой плечо. И Джин обнял его в ответ, запустив пальцы в почему-то влажные волосы.       — Извини. Я был смелым, когда кидался на тебя, но когда узнал, как было на самом деле… Испугался. Испугался, что ты больше не захочешь меня видеть и слышать, потому что я бы, наверное, не захотел.       Джин улыбнулся, почувствовав, что Тэхен подавался за бережно поглаживающей его волосы рукой.       — Я и не хотел. Но ты смог найти нужные слова.       — Потому что действительно осознал, насколько был неправ. И насколько… — Тэхен теперь подбирал слова. — Дорожу… твоей дружбой.       Он хотел сказать «дорожу тобой», и эти слова почти сорвались с его губ, лишь в последний момент удержанные внутри разумом. Разум подчинялся заключенному между ними контракту, в то время как сердце явно успело выйти за его рамки, согревшись и проникнувшись тем очарованием, которое являл собой Джин. Очарование и вместе с тем скрытая внутри, не рвущаяся наружу обычной бравадой бережная сила, которую ты очень явно ощущал, стоило только стать ближе. Тэхен осознавал, что Джин успел заиметь над ним власть, но мысль об этом его нисколько не пугала. Если не сказать наоборот.       — Я верю тебе. Пусть ты обзываешься и дерешься, но успел доказать, что тебе можно доверять. Я и теперь уверен, что ты больше не повторишь ничего подобного.       Тэхен чуть отстранился, все еще боясь выскользнуть из рук Джина, и прямо посмотрел ему в глаза. Он мог быть тихим, покорным и на всё согласным, но прямой, серьезный взгляд всегда возвращал Джина к мысли о том, что перед ним был не капризный ребенок, которого он нередко мог видеть в Тэхене, а взрослый опытный мужчина.       — Не повторю.       — И будешь со мной разговаривать, прежде чем бросаться с кулаками. — Джин лукаво улыбнулся, в то время как Тэхен насупился.       — Буду. А ты перестанешь мне припоминать, каким глупым я был. Хорошо? — Он поднял одну бровь, и Джин самодовольно улыбнулся.       — Я подумаю. — Но увидев, что Тэхен был слишком решительно настроен добиться от него положительного ответа, сдался. — Хорошо. Я не буду ничего тебе припоминать.       Тэхен как будто сделал едва уловимое движение, чтобы закрепить достигнутую договоренность поцелуем, но остановил себя. Ему в голову пришла мысль.       — Скажи, а Юнги относится к тем, кто будет подслушивать чужой секс под дверью?       — Нет, Юнги очень чтит чужое личное пространство, потому если услышит хоть что-то, издали напоминающее секс, сразу попытается не слышать. Например, наденет наушники. — Джин отпустил Тэхена, который направился в гардеробную. — Ты не хочешь сначала принять душ?       — Я полоскался дома битый час, пока пытался понять, что именно нужно будет тебе сказать. — Его голос, до сих пор больше похожий на шепот, раздавался из гардеробной, и через пару минут он вышел в своей клетчатой пижаме. — О, Джиииин…       Низкий, с волнующим придыханием и чувственной хрипотцой голос заставил Джина удивиться. Слишком неожиданно. А Тэхен приложил к губам палец, призывая Джина пока воздержаться от вопросов. Затем он подошел к двери и с силой оперся на нее, заставив деревянное полотно задребезжать, а потом еще раз и еще.       — Ммм… — Он снова протяжно и весьма возбуждающе застонал. Возбуждающе, если бы Джин теперь не видел, с каким энтузиазмом он изображал секс, то и дело с силой прислоняясь к двери. — Теперь… моя очередь.       Некоторое время тишина, а затем Джин решил, что для убедительности нужно было его участие.       — Ах… черт… — Ему по-актерски талантливо удалось передать сексуальное напряжение в голосе, и Тэхен показал ему большой палец, улыбаясь, как ребенок, которому теперь удалась какая-то интересная шалость. — Ну же…       Он пару раз качнул деревянное изголовье, которое издало очень интересные звуки, вдохновившие Джина на еще несколько подобных движений.       — Не могу… — Тэхен продолжал извлекать из себя низкие, гортанные звуки, при этом теперь находясь в поисках чего-то в стоящей с его стороны прикроватной тумбочке. Из которой он достал небольшой пластиковый, судя по пульвелизатору, спрей, сразу сунув его под нос Джину.       — Что это? — Он говорил шепотом, всем своим видом показывая, что аромат явно пришелся ему по душе.       — Спрей для сна. — Тэхен улыбнулся, стянув с кровати покрывало и откинув одеяло, сразу принявшись обрызгивать простынь и наволочки. — Еще один совет Хоби. Тебе нужен допинг после кофеина, чтобы уснуть.       — Я пил его с коньяком. — Джин самодовольно улыбнулся, затем направившись к шторам, которые перестали впускать в комнату последние отсветы еще не успевших сдаться ночи сумерек.       А потом он залез под одеяло, пока Тэхен спрятал чудо-спрей, затем метнувшись за оставленным в кармане брюк телефоном, на котором установил будильник. Он испытывал волнение. Теперь это точно была их первая совместная ночь. Причем, которая по счастливой случайности должна была произойти после отгремевшей между ними бури. Он осторожно влез под одеяло, устроившись на боку и повернувшись к Джину, при этом заложив обе ладошки под голову. И Джин последовал его примеру, с какой-то особенно мягкой улыбкой.       — Самый короткий и при этом эффектный секс в моей жизни.       Тэхен уткнулся в подушку, явно сдерживая так и норовящий вырваться и нарушить магию момента смешок.       — Ты был великолепен. — Теперь он улыбался хитро и многозначительно.       — Я, конечно, часто слышал такое, но теперь, почему-то, особенно польщен.       Ночь, шепот, одна кровать на двоих были слишком благодатной почвой для откровений, которые теперь были более чем уместны.       — Ты предпочитаешь активную роль? — Глаза Тэхена блестели, нарушая томный полумрак спальни.       — А ты? — По голосу и тому выражению лица, что мог разглядеть Тэхен, было понятно, что его эта тема не смущала. По крайней мере, не сейчас.       — Мне всё равно. В сексе для меня главное не как, а с кем. И если моему партнеру комфортнее сверху, я с радостью ему доверюсь. И обязательно получу удовольствие.       — Это мудро. — Джин взял небольшую паузу. — Пожалуй, у меня такая же позиция.       — Но ты любишь быть сверху. — Тэхен улыбнулся.       — Мне нравится… доставлять удовольствие.       — И держать всё под контролем. — Тэхен сразу понял, что оказался прав, оценив появившуюся на лице Джина легкую растерянность. — Это понятно с первого взгляда.       — Я настолько очевиден?       — Скорее… убедителен. В своей заботе и требованиях строгой дисциплины.       Джин улыбнулся.       — Ну, во время секса я допускаю некоторые послабления. Например, можно нарушать тишину и ложиться спать после двенадцати.       Тэхен широко улыбнулся, затем став задумчивее и серьезнее.       — О чем думаешь?       Джин заметил его перемену настроения.       — О том, что давно не занимался сексом.       Джин помедлил, но затем согласился, .       — Аналогично.       — Не могу спать с кем попало. Организм поднимает член только при наличии чувств. — Тэхен очень драматично вздохнул.       — У нас, оказывается, больше общего, чем я думал… — Джин задумчиво поджал губы, и Тэхен улыбнулся. — Чувства — это как соль и специи в приготовлении блюд. Они придают обычной питательности неповторимый вкус. А ты ведь ценишь еду именно за ее вкус, а не за ее энергетическую ценность.       — Почему я вспомнил о том, что сказал Юнги по поводу твоих стонов над едой…       Джин забавно нахмурился.       — Это общеизвестный факт, что у человека есть два основных пути для достижения удовольствия: еда и секс. Так что, я не выбиваюсь из статистики. Хотя… — Джин всерьез задумался. — Во время секса я обычно тише и сдержаннее в проявлении эмоций.       — Так и подмывает сказать «Потому что тебе не везло с любовниками», но это слишком самонадеянно. Плюс к тому, за стенкой твой бывший…       — А может Юнги — исключение из правила?       — Джин, Юнги — исключение из правила? — Тэхен с игривым нетерпением дождаться ответа смотрел на Джина, который широко улыбнулся.       — Он сейчас начнет икать. И не сможет спать так же, как я.       — Совсем не хочется? — Тэхен отразил на своем лице беспокойство, которое Джину теперь очень хотелось стереть.       — Ну, не совсем, но… Но аромат здесь просто потрясающий. Возможно, если я закрою глаза, мне удастся…       — Закрой глаза.       Тэхен как будто строго посмотрел на него, и глаза Джина сами собой закрылись.       — Представь, что ты лежишь на мягкой траве, на берегу небольшого, скрытого в лесу озера. Блестящая водная гладь отражает от себя полную луну, мягкой неторопливой рябью размывая лунную дорожку. Тебе тепло, но при этом ты кожей ощущаешь комфортную прохладу. Как будто после палящего солнца укрыться в густой тени.       Джин слушал внимательно, сконцентрировавшись только на глубоком низком шепоте, который совсем не хотелось прерывать. И он почувствовал скользнувшие в его волосы пальцы, чувствительно и мягко касающиеся кожи головы, рассыпая после себя мурашки. Это было настолько приятно, что Джин невольно улыбнулся.       — Ты лежишь, вытянув ноги и руки и смотришь на звезды. Многочисленные звезды, рассыпанные по небу. Одни больше и кажущиеся более близкими, другие меньше и как будто находящиеся нереально далеко. Ты смотришь на них и ощущаешь легкое, приятное головокружение. Светящиеся точки пляшут перед твоими глазами, и ты решаешь их закрыть. Вокруг тихо. Но эта тишина не пугает, а умиротворяет. Ты чувствуешь аромат травы, каких-то цветов, нагретой солнцем земли… Ты чувствуешь, как твое взволнованное сердце успокаивает свой размеренный ход, как каждое нервное окончание настраивается лишь на едва уловимые движения воздуха вокруг тебя, мягко обволакивающего и как будто укачивающего взволнованное сознание.       Джин слушал, ощущая, как пальцы бережно гладили его по голове, чувствительно вороша волосы… Ему теперь не хотелось открывать глаза, потому что веки как будто отяжелили. Ему хотелось только уснуть под убаюкивающий бархатный шепот, мурашки на коже и волшебный, исходивший от белья аромат. Ему хотелось…       — Ты чувствуешь, как тело расслабляется, как будто растекаясь по траве, становясь совсем невесомым. Время останавливается в растворенных в звездном небе мыслях. В голове приятная пустота, которая стремится заполниться сновидениями. Спокойными, приятными, все дальше отдаляющими от действительности…       Тэхен слышал, что дыхание Джина стало глубже. Его глаза теперь не были сильно зажмурены, как если бы он стремился сохранить их закрытыми. А пухлые, блестящие губы приоткрылись, при этом самым очаровательным образом надувшись. Он был теперь такой… Слабый? Нет. Беззащитный? Непохоже. Он был умиротворенный, спокойный, близкий… доверчивый? Наивный. Без всего своего жизненного опыта, логики и доводов. Тэхен боялся нарушить его хрупкий сон. Но ему очень хотелось коснуться этих губ. Это было желание, которое жизненно необходимо было исполнить. Он не воспользуется тем, что Джин не сможет теперь дать ему отпор. Нет. Он просто… нежно проводит его в мир сновидений, чтобы самому потом в него окунуться.       Тэхен аккуратно подвинулся на подушке, пальцами скользнув из волос к шее Джина, и очень бережно поцеловал раскрытые губы. Невыносимо мягкие, теплые… Сладкие. И Тэхен чуть отодвинулся, чтобы в следующий момент закрыть глаза, не успев заметить, как Джин улыбнулся.

***

      — Мистер Ким, извините, что не получилось встретиться в офисе — просто я там теперь редко появляюсь: слишком много работы за его пределами. — Это совершенно точно был тот самый блондин, который пытался убить Юнги своей привлекательностью. — Ким Намджун. Хоби… — Он осекся. — Чон Хосок должен был вас предупредить.       — Да, разумеется. — Джин улыбнулся, протягивая руку. — Давайте на ты, можно просто Джин. И никаких извинений — я всё прекрасно понимаю. Проходи.       Намджун улыбнулся, и на его щеках тут же показались очаровательные ямочки, очень мило разбавившие его почти угрюмый профессионализм. Это был достаточно эффектный штрих к его портрету, чтобы первое произведенное приятное впечатление лишь усилилось.       — Намджун! — Тэхен, который сидел на кухне, поднялся и подошел к юристу, который продолжал демонстрировать свои ямочки. — Рад тебя видеть!       — Привет, Тэ. — Они пожали друг другу руки, и Тэхен тут же усадил Намджуна на место, затем направившись к кофе-машине.       — Кофе? Черный? Как обычно?       — Да. Без кофе не жизнь. — Намджун улыбнулся, затем достав из своего стильного кейса для бумаг нужные документы, начав их аккуратно раскладывать на столе.       — Где-то я уже это слышал… — Джин хитро улыбнулся, затем посмотрев на часы и сев напротив вновь сосредоточенного Намджуна. — К делу?       — Я изучил твой контракт. Скажу сразу, что ничего преступного в нем нет, относительно оплаты твоей работы — все проценты стандартны и никаких скрытых условий мелким шрифтом по поводу дополнительного вознаграждения агента я не обнаружил. Вот, это оригинал документа. Я сделал одну копию, которую оставлю у тебя. С пометками. — Намджун протянул Джину его контракт, в том виде, в котором он его отдавал на проверку.       — Это хорошая новость, правда?       — Да. Но я обнаружил несколько моментов, которые меня смутили. — И Намджун взял один из листков, раскрашенных в некоторых местах зеленым маркером. — Пункт об обязательной диспансеризации. Ты регулярно проходишь медицинское обследование?       — Да, раз в полгода. — Джин кивнул. — Стандартные анализы, осмотры, ничего подозрительного.       — Это похвальная инициатива. — Намджун улыбнулся, но затем улыбка сошла с его лица. — Если только в контракте, вот примерно, как в твоем, не указано наименование клиники, которая единственная может быть ответственна за твое здоровье, и не обозначена сумма в размере двадцати тысяч, которую ты обязан ежегодно отчислять на свое медицинское обслуживание.       — Это много? — Джин с сомнением смотрел на юриста.       — Это немало. Просто это похоже на отмывание денег. — Увидев с каким недоумением смотрел на него Джин, Намджун поспешил объяснить. — У агентства есть контракт с клиникой, которая обеспечивает медицинские услуги и одновременно с этим делится прибылью, то есть, теми исчислениями, которые обозначены в этом документе. Кажется, что это пустяки, особенно при твоих миллионных контрактах, но… Просто меня это немного насторожило. Но меньше, чем другой пункт.       И Намджун взял два других листка, быстро пробежавшись по ним глазами, чтобы потом вручить Джину, рядом с которым теперь сидел серьезный и сосредоточенный Тэхен.       — Твое агентство полностью распоряжается твоими контрактами. То есть, за ними остается право рассмотрения поступающих предложений и только они решают, что в итоге предлагать тебе. И ты не можешь отказаться без веских причин, таких как, например, проблемы со здоровьем или другие форс-мажорные обстоятельства, которые могут наложить объективный отпечаток на твою трудоспоспособность.       Джин не знал об этом. Ну, он догадывался, но это никогда не проговаривалось вслух.       — В этом тоже нет ничего преступного или противозаконного. — Намджун прямо и многозначительно смотрел на Джина. — Особенно, если ты это подписал. Но для сравнения, например, в контракте Тэхена, который составлял я под чутким руководством мистера Чона, прописано, что за Тэхеном остается выбор, подписывать или не подписывать предложенный ему контракт. Чон Хосок собирает предложения, предоставляет их Тэхену, они вместе анализируют все за и против, но только Тэхен решает, на какие их них он хочет откликнуться. Правда, и здесь есть важное условие — если Тэхен отвергает три и более предложений подряд, агентство может в особом порядке расторгнуть с ним агентсткое соглашение. То есть, в этом случае, у актера перед агентством тоже есть вполне определенные обязательства, но они ограниченные, в отличие от твоего случая.       — То есть, Джин может даже не знать, что его зовут в кино, потому что его агент отсеивает по своему вкусу поступающие предложения? — Тэхен сосредоточенно смотрел на Намджуна, при этом взяв Джина за руку, как будто почувствовав его сомнения и волнение.       — Да. Согласно данному документу, Джин имеет право потребовать, чтобы ему предоставили информацию по поводу поступающих предложений, но только агентство решает, в каком объеме она будет предоставлена.       — Это разве законно? — Джин начинал злиться. На себя. Что однажды был слишком легкомысленным.       — Да, если под этим стоит твоя подпись. Данное условие прописано в сноске, в конце документа, в разделе примечания. Изучением приложений обычно занимаются только юристы, которым важна каждая буковка. Физические лица, которые не имеют отношения к юриспруденции как таковой, обычно ограничиваются лишь основным текстом, полагаясь на добропорядочность тех, кто эти контракты составляет. — Намджун взял еще одну бумагу. — Как я говорил, твой контракт нельзя назвать нечестным в плане распределения финансовой выгоды. Но… Ты знаешь, в каком случае ты можешь расторгнуть этот контракт?       — Я знаю только то, что там большие отступные. — Джин вздохнул.       — Да. Твой контракт действует еще два года. Ты можешь закончить его действие, даже при условии выплаты отступных, только после завершения всех заключенных за это время действительных контрактов. Если же ты не хочешь ждать, тебе придется перечислить в пользу агентства ровно половину полученной от действующих контрактов прибыли.       — А объективные причины — это какие? — Тэхен взял из рук Джина бумагу, став внимательно ее изучать, как будто действительно что-то понимал в этом.       — Неисполнение со стороны агентства контрактных обязательств. Но при этом контракте… Привлечь их за это почти невозможно. Насколько я знаю, у Джина есть несколько действующих рекламных проектов, значит, он не может заявить, что агенство не выполняет свои прямые обязанности. Он снимается в рекламе и получает за это деньги. — Намджун вновь перебирал бумаги.       — А что насчет того, что я не имею права светить лицом на экране без их позволения?       — Пункт спорный, но не такой редкий, как может показаться. Чаще всего, когда хороший юрист при подписывании договора натыкается на него, он тут же пересматривается. В твоем случае ты не имеешь право самостоятельно соглашаться на любого виды съемки коммерческой направленности. То есть, с использованием рекламы. Если тебе поступает такое предложение, ты должен связаться со своим агентом, который и будет дальше вести переговоры.       — Рабство какое-то… — Тэхен с сочувствием посмотрел на Джина, который теперь был очень задумчив. — А как я, например, могу его из этого рабства спасти?       Намджун улыбнулся.       — Тэ, это не рабство — это рабочее соглашение. Просто в конкретно этом случае у Джина чуть меньше прав, чем у тебя. Но он не работает бесплатно. Однако… — Намджун отложил все бумаги в сторону. — Любой контракт можно оспорить и прекратить через суд, если агентство будет уличено в незаконной деятельности. Тогда никаких отступных и прочих неприятных побочных эффектов. Но, насколько я знаю, агентство, в котором числится Джин, никогда не было замечено ни в каких скандалах. По крайней мере, ничего противозаконного.       Тэхен слушал внимательно, затем вдруг подскочив к кофе-машине, которая давно закончила варить американо, который Тэхен теперь поспешил поставить перед Намджуном, очень извиняясь.       — Спасибо. — И Намджун вновь улыбнулся самым очаровательным образом. — Джин, если тебе нужна будет помощь, если ты решишься… начать прекращение этого контракта, я могу помочь. С официальным статусом твоего законного представителя, у меня будет более полный доступ к нужной документации, который мне обязаны будут предоставить.       — Я подумаю об этом. И ответ скорее всего будет положительным, но… мне нужно время. — Джин поднял на Намджуна глаза, и он ободряюще и очаровательно из-за ямочек ему улыбнулся, сняв очки.       — Я понимаю. И всегда готов помочь.       — Мне кажется, я должен… — Джин понимал, что Намджуну уже пришлось потратить достаточное количество времени, а время деньги, особенно для востребованного юриста...       — О! Не стоит. — Он смущенно улыбнулся. — Это была дружеская просьба. Если ты возьмешься всерьез пересматривать свой контракт, тогда мы и составим договор. А пока это… просто помощь.       — Спасибо большое. — Джин с благодарностью улыбнулся. Теперь, когда у него в знакомых был разбирающийся в этих тонкостях юрист, никак не соприкасающийся с его агентством, ему почему-то стало спокойнее.       — Не за что. — Намджун принялся за кофе, в то время как в районе входной двери послышалось какое-то шевеление, сопровождающееся тихими, но эмоциональными ругательствами.       — Ебаных четыре дня, пока этот хуй моржовый колесит по стране, и они дают мне по два часа в студии. За два часа я даже подрочить не смогу как следует, не говоря уже о… — Юнги появился в гостиной, бросив на кресло сумку, затем только подняв глаза и посмотрев в сторону кухни.       Немая сцена.       — Ты пришел меня добить? — Юнги был внешне совершенно невозмутим, но Джин знал, что он теперь был взволнован. А еще Джин знал, что Тэхен, в свою очередь, не знал о случившемся инциденте, потому наклонился к нему и начал тихо нашептывать подробности.       Намджун теперь был спокойнее, чем тогда, когда чуть не убил Юнги, и услышав это смелое предположение, только улыбнулся, поднявшись. И Юнги не мог не заметить эти ямочки.       — Я пришел познакомиться, потому что мы слишком быстро перешли на ты.       Юнги сделал шаг ему навстречу, чтобы также протянуть руку, но тут голос подал Тэхен, который теперь выглядел как-то слишком… как будто замыслил что-то нехорошее, что обязательно не понравится ему.       — Джун, познакомься. Это Мин Юнги. Бывший моего мужа.       Юнги закатил глаза, забавно топнув ногой.       — Ай, я успешный продюсер, талантливый композитор и автор песен, а ты для представления меня выбрал самую темную часть моей биографии! Я засужу тебя, Ким Тэхен.       — Всё в порядке. — Намджун, спустя мгновенное задумчивое замешательство, всё же взял Юнги за руку, чтобы наконец поздороваться, как того требовал этикет. — Намджун. Можно просто Джун. Приятно познакомиться.       Юнги смотрел на него с недоверием, точнее, на то, как многозначительно он улыбался, не замечая то, что его собственные щеки начали предательски розоветь.       — Взаимно.       — Значит, тот инцидент исчерпан? — Намджун отпустил Юнги, две руки теперь заложив в карманы ладно скроенных прямо по его длинным ногам брюк, и взгляд Юнги сам скользнул вниз, затем быстро одумавшись и поднявшись.       — Я могу засудить и тебя. — Юнги скрестил руки на груди, чтобы выглядеть недовольным, холодным и отстраненным, но на него слишком внезапно обрушилось обаяние ямочек этого интеллектуала, вылепленного по образу и подобию древнегреческого божества, потому он справлялся хуже, чем обычно.       — Я помогу тебе с этим, потому что по воле злого рока являюсь юристом. И наверное, нам стоит обсудить это в более подходящей обстановке.       Звучало, как флирт, и Юнги, который давно ни с кем не флиртовал нарочно, даже растерялся.       — Юнги улетает через неделю, но потом обязательно вернется. Навсегда. — Тэхен, в которого Юнги бросил убийственный взгляд, выглядывая из-за плеч Намджуна, очень самодовольно улыбнулся.       — Приглашение на завтрак, в качестве извинения. — Намджун вновь обратился к Юнги, безобидно улыбаясь, и Юнги начал захлебываться в этом обаянии. — Если ты не против.       — Завтрак? — Юнги удивился, и Намджун улыбнулся на этот раз виновато.       — Очень много работы. С двух часов дня я торчу в суде, до этого завалившись бумажками в агентстве. Поэтому свободен и радостен только с утра, до полудня.       — То есть, ты серьезно? — Юнги не мог поверить, что всё может быть так просто, а Намджун, кажется, начал недоумевать, спрятав ямочки и явив на своем красивом мужественном лице вынужденную серьезность.       — Абсолютно. И мне нужен номер твоего телефона, чтобы договориться и не потеряться. И не забыть, потому что я могу.       — Джин, неужели Юнги идет на свидание?! — Тэхен говорил нарочито громко, и пока Юнги мысленно представлял, как потом сможет от него избавиться с особой жестокостью, Намджун лишь снисходительно улыбался.       — От него ничего не скроется.       — Что? — Юнги перевел на него вопросительный взгляд, который не отвел, вдруг позабыв о стеснении.       — Твой номер телефона. — Намджун, будто одумавшись, потянулся в карман брюк за своим смартфоном.       — Ты чего вообще устроил?! — Удостоверившись, что невыносимо красивый юрист покинул квартиру на безопасное расстояние, Юнги угрожающе близко подошел к Тэхену, который растянулся на диване, положив голову что-то читающему Джину на колени.       — Ты про то, что я назвал тебя бывшим своего мужа? Это чтобы дать понять Намджуну, что у вас с ним одни сексуальные предпочтения. Правда, он был замечен и в отношениях с женщинами, но это всё из-за отменного сексуального аппетита.       Даже Джин прервался, убрав книгу от глаз и вопросительно смотря на Тэхена, который был совершенно спокоен. Пока Юнги боролся с внезапно объявившимся и взбесившим его сердце приступом тахикардии.       — Просто была одна очень интересная история в офисе Хоби. Служебный роман, длительный и… очень бурный. Был один инцидент… Не буду вдаваться в подробности, но после этого все узнали об аппетите Намджуна. Но! — Тэхен поднял вверх указательный палец, даже чуть приподнявшись. — У него безупречная репутация, он шедевральный профессионал, супернадежный гражданин и вообще гиперсерьезный и умный мужчина. Прочитал книг больше, чем я видел на полках магазинов.       — И трахается как зверюга, да? — Юнги успел взять себя в руки, сразу направившись на кухню, чтобы смочить высохшее от переживаний и волнений горло.       — Юнги, ты говоришь так, как будто заинтригован… — Джин хитро сощурился, смотря на Юнги теперь поверх книги.       — И ты туда же. — Юнги оставалось лишь закатить глаза. — Да пошли вы.       Но у него была слишком хорошая, достойная одаренной творческой личности фантазия и воображение… Неутомимое. Которое стало лишь настойчивее, когда он получил сообщение с незнакомого номера «Завтра в 9, если не против» и адрес. Ему срочно нужно было ущипнуть себя. Ну, возможно, не только себя, но об этом пока было рано думать.

***

      — Гук, ты еще общаешься с Ким Сокджином? — Чон Джуну, владелец канала на пятой кнопке и, по главному совместительству в его жизни, отец Чонгука, в ожидании положительного ответа смотрел на сына, который теперь копался в только что подсунутых ему бумагах.       — Общаюсь, па. — Чонгук не отрывал глаз от цифр и букв, пока его отец задумчиво улыбался.       — Замечательный юноша. И ни намека на звездную заносчивость и гонор, что особенно приятно, если учесть его популярность. Я бы с удовольствием поработал с ним еще. Правда, уже на взаимовыгодных условиях, потому что меня до сих пор иногда съедает совесть, как только я смотрю на наши возросшие рейтинги и финансово-рекламную аналитику за последние три недели.       — Я давно предлагал тебе позвать его в «Двое на каникулах». — Сказав это, Чонгук, наконец, оторвался от бумаг, задумчиво закатив глаза к потолку. — У них ведь не было медового месяца… У Тэхена послезавтра заканчиваются съемки и, думаю, в ближайшее время он будет свободен. И не откажется посетить вместе с мужем какой-нибудь живописный уголок...       — Новая Гвинея. Мы уже ведем переговоры с консульством, а малышка Юдзи ищет отель, который согласится на размещение в соответствии со всеми условиями.       — Папуа-Новая Гвинея? Остров с почти девственной природой, отгороженный от внешнего мира океаном… — Чонгук улыбался. — Двое на каникулах. Медовый месяц в раю. Днем — экскурсии, вечером и ночью — беспощадная романтика, за которой мы будем прилично подглядывать. Что-то мне подсказывает, что это будет отличная реклама отелю — организация отдыха молодоженам. Ну, или просто романтического отдыха. Мистерам Кимам будет неделя счастья и любви, а нам — рейтинги и огрооомные прибыли с рекламы.       — Я уверен, что если мы анонсируем их участие, потенциальных рекламодателей прибавится. — Чон Джуну сосредоточенно крутил в руках карандаш. — Ты можешь закинуть удочку? А я пока примусь за подготовку контракта, чтобы никого не обидеть.       — Я думаю, чтобы сократить время, тебе нужно будет встретиться с агентом Тэхена. Чон Хосок — очень грамотный специалист и при этом исключительно приятный человек. А я обработаю Джина. С его агентом будет сложнее, но… — Чонгук задумался. — Думаю, я справлюсь.       — Если им будет приятнее, ты можешь ехать оператором. — Старший Чон продолжал, как и его сын, активно прикидывать в уме риски и возможности.       — Шансов будет еще больше, если с Джином поедет его менеджер. — Чонгук невозмутимо смотрел на отца, в уме уже представляя удивленное лицо Чимина. — Привезем за наш счет, а размещение и всё остальное — будет на его совести. И кошельке.       Но Чонгук уже знал, как сможет Чимину помочь.       — Звучит, как неплохой план, но сначала нужно добиться согласия, чтобы уже всерьез продумывать условия контракта и всё остальное. В принципе, с документами, визами, страховкой и прочим проблем не возникнет — это делается за один день. Вопрос только с отелем, но, думаю, они смогут для такого дела что-нибудь придумать.       — Пусть Юдзи уже бронирует места и договаривается — я улажу всё остальное. — Чонгук был уверен в себе, потому что у него был серьезный союзник, в лице и менеджера, и пиарщика главной звезды отечественного киноэкрана. Надо не забыть сказать сестре, что ему, если он отправляется как главный оператор, нужен будет номер с двуспальной кроватью.