Замуж, или туда и обратно

Слэш
NC-17
Завершён
95
автор
Размер:
406 страниц, 41 часть
Описание:
«Осторожно! Поезд отправляется» — слова, почти всегда обещающие увлекательное путешествие. Но не тогда, когда ты уже добровольно положил свою голову на рельсы.
Примечания автора:
Данная работа ждёт свой бонус, который обязательно будет :) Зуб даю.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
95 Нравится 377 Отзывы 44 В сборник Скачать

Часть 26. Новые подробности

Настройки текста
      Джин открыл глаза ровно в тот момент, когда раздался настойчивый стук в дверь. И первое, что он ощутил — как яркое, очень приветливое и как всегда радостно настроенное солнце слишком не по-дружески ударило в его только-только разлепленные глаза.       — Просыпайтесь, сониии…. — Это был вдохновляющий на подвиги голос тетушки Су. — Я начинаю готовить завтрак.       Несмотря на то, что время было достаточно ранним и вполне позволяло еще и еще понежиться в объятиях одеяла, Джин улыбнулся. Он так давно не слышал ничего подобного, что теперь ясно осознавал: если ради такого нужно было бы проснуться с рассветом, он бы не пожалел. И улыбка Джина и позитивный настрой стали только шире и больше, когда рядом зашевелился Тэхен, перевернувшись на другой бок и забросив на него ногу, рукой пытаясь подгрести его поближе к себе. Его лицо было буквально воткнуто в подушку, прямо рядом с плечом Джина, и все, что он мог видеть — причудливо взъерошенные волосы.       — Тэ, пора вставать. Тетя уже начала готовить завтрак, а значит у нас есть максимум минут… — Джин быстро пытался прикинуть, что именно его любимая тетушка захочет подать своим гостям. — Минут сорок.       Тэхен, наверное, пытался что-то внятно ответить, но его ответ каким-то хриплым мычанием провалился в подушку, в то время как он только сильнее прижался к Джину, горячий после ночи в одеяле, сонный и до невозможности милый. И Джин осторожно выбрался из его хватки, повернувшись на бок и теперь, подперев голову рукой, терпеливо ожидая, когда же Тэхен откроет глаза.       Но для начала он только повернул голову, и у Джина замерло сердце от вида сонно надувшихся губ и не желающих открываться глаз, которые сминались припухшими щеками. Всё, чего теперь хотел Джин — взять эти щеки в свои ладони и расцеловать, настолько они были аппетитными. В этот момент Тэхен походил на ребенка, самого очаровательного. И уже очень половозрелого.       — Тэ, открывай глазки, или мне придется окатить тебя водой. В этом доме строгие правила, и если ты хочешь самую вкусную порцию самого вкусного завтрака, тебе нужно сесть за стол первым.       — Я позавтракаю тобой. — И без того низкий голос хрипел самым привлекательным и волнующим образом, и Тэхен, все еще пребывая в состоянии полудремы, приподнялся и неуклюже поцеловал Джина, чуть промазав мимо губ, затем вновь опустившись на подушку.       Был отличный способ вернуть Тэхена в сознание. Правда, он сопровождался очевидными рисками, но Джин, кажется, успел за ночь проголодаться настолько, что готов был противостоять каким угодно соблазнам. И он придвинулся к Тэхену, взяв его за подбородок и притянув к губам. И здесь в голову полезли очень неуместные рассуждения, как будто Джину было пятнадцать и он впервые был влюблен. Поцелуй получился сладким даже несмотря на то, что они оба не успели почистить зубы. Какой-то странный парадокс, а поцелуй тем временем становился только слаще, вместе с тем, как Тэхен, явно успевший прийти в сознание, двумя руками обнял Джина за шею и небывало бодро и при этом довольно нетерпеливо запустил между его пухлых губ свой язык, не стесняясь и не ожидая особого приглашения.       Это был подходящий момент, чтобы считать план удавшимся и отправиться в ванную, и Джин сделал движение, но Тэхен лишь крепче зафиксировал его в своих руках и ногах. Ноге, которая прижимала его бедра. И Джин понял, что предусмотрел явно не все.       — Давай опоздаем к завтраку. — Теперь низкий хриплый голос звучал откровенно возбуждающе, особенно когда Тэхен спустил свои руки, ловко пробравшись пальцами под пижамную рубашку Джина.       И Джин вместо ответа припал к его губам, а затем, воспользовавшись тем, что Тэхен успел подомлеть от чувственности и глубины напористого поцелуя, ловко вырвался из его хватки.       — Тетя Су поставит тебя в угол и запретит Бо-бо к тебе подходить. — Он самодовольно улыбался, в следующий же момент поднявшись и хорошенько потянувшись. — Давай, я быстро справлюсь с душем.       Тэхен был недоволен, о чем свидетельствовали заглушаемые теперь подушкой звуки и бессильно ударившаяся о матрас рука.       — Злодей… Бессовестный злодей… Прав бы Малькольм Рид…       Джин улыбнулся, быстро нагнувшись над Тэхеном, который ради такого случая даже поднял голову.       — И это я еще трезвый…       И Джин, многозначительно улыбаясь, задорно подмигнул, затем скрывшись в ванной.

***

      — Ну, наконец, проснулись, детки. — Тетушка Су, которая теперь была одета так же, как Тэхен запомнил ее до этого, только в цветастом фартуке, ненадолго отвлеклась от плиты, чтобы одарить только что вошедших Джина и Тэхена лучезарной улыбкой. И Джин тут же подошел к ней, крепко обняв со спины.       — Отпусти, задушишь тётку! — Женщина звонко рассмеялась, и Джин нехотя отпустил ее, успев что-то стащить со стоящей рядом с варочной поверхностью тарелки.       И этим что-то, что оказалось на поверку очень пышным оладушком, он поделился с Тэхеном, затем по-хозяйски направившись к холодильнику. Определенно это был другой Джин. Наверное, такого Джина видели только избранные люди, которые были ему близки настолько, что он мог позволить себе побыть ребенком. Абсолютное доверие и отсутствие каких-либо сдерживающих мотивов, вроде репутации и необходимости в любой ситуации держать лицо. Здесь он мог капризничать, обниматься без причины, таскать с тарелки еду, не заботясь о своем спортивном рационе… Здесь он был свободен.       — Так, вот и первый урожай. — На кухне появился дядя Джун, одетый в невообразимо цветастые шорты, серую футболку и кепку, в которой до этого Тэхен видел Джина, но на этот раз одетую козырьком назад.       И в руках у него был пластиковый контейнер, доверху наполненный красной, сладкой даже на вид клубникой, при виде которой Тэхен буквально забыл обо всем.       — Можно? — Он первым подошел к заботливо поставленной на стол миске, и дядя Джун посмотрел на него с каким-то слишком большим недоумением.       — Нужно! Что за вопросы вообще?       Он хмыкнул, затем подмигнув Тэхену и отправившись к противоположному концу кухни, в котором начал готовить завтрак для Бо-бо, который единственной еще не успел показаться.       — Так, давай, скажи аааа…. — Джин ловко подцепил красивую ягоду за зеленый хвостик, и Тэхен покорно открыл рот, но… Пальцы Джина промазали, и клубника оказалась в его рту. — Ммм, вкусно…       Он издевательски расплылся в улыбке и, заметив, что Тэхен решил сам угоститься, ловко отодвинул от него контейнер, встретив удивленный взгляд.       — Давай, открывай. На этот раз без шуток! — Джин выглядел очень убедительно и серьезно, но затем повторил свою шутку, засмеявшись, когда Тэхен нахмурился. — Ты бы себя видел…       И он быстро взял Тэхена за щеки, крепко поцеловав, затем подвинув к нему клубнику и направившись к дяде, который закончил оформлять завтрак для пса.       — Я покормлю Бо-бо!       И Джин скрылся, с большой и щедро заполненной миской, в то время как тетушка Су закончила с приготовлением оладьев.       — Тэ, где мы будем завтракать: здесь или на веранде? — Дядя Джун приблизился к тарелке, пытаясь своим довольно-таки неуместным вопросом, потому что ответ был очевиден, отвлечь свою жену, которая в следующий момент звонко хлопнула его по тянущейся к оладьям пальцам.       — Хорошая попытка, мистер Ким. Живо накрывать на стол!       Дядя Джун с грустью посмотрел на Тэхена, с такой же грустью вздохнув, затем направившись к винтажному деревянному буфету, чтобы вызволить из него тарелки и все остальное, жизненно необходимое для завтрака.       — Я помогу! — Тэхен, быстро запихнув в рот еще пару невообразимо сладких ягод, которые, наверняка, в магазине не купишь, отряхнул руки, направившись к выставляющему на стол тарелки и чашки мужчине.       — Спасибо. — Он улыбнулся. — Пойдем за мной — покажу тебе нашу главную достопримечательность. После теплицы, разумеется.       И они направились в гостиную, и Тэхен сразу заметил, что показавшееся ему до этого окном стеклянной полотно на самом деле было частью ведущей на веранду стеклянной двери. И то, что за ней была веранда, можно было догадаться лишь по деревянным столбам, которые, как будто просто торчали из земли. Но на самом деле не из земли, а из обитого палубной доской пола, и казалось, что они просто торчат без дела лишь потому, что веранда была полностью застекленной, что создавало полный эффект присутствия в помещении природы, со всей ее красотой и воздушной прозрачностью.       — Потрясающе… — Тэхен оглядывал просторное помещение, сразу заприметив большой деревянный стол, который совершенным образом сочетался с дощатым полом.       — Спасибо. — Дядя Джун, поставив тарелки, запрокинул голову, приглашая Тэхена последовать его примеру. — Видишь эти балки? Они покрытых снаружи прочным и совершенно прозрачным поликарбонатом, поэтому здесь можно находиться даже в дождь. И ничего не препятствует солнцу, так как оно здесь слепит лишь ранним утром, а затем медленно поворачивается, оставляя после себя спасительную и приятную глазу тень.       — Ваш проект? — Тэхен еще раз осмотрелся, заметив пару низких диванов и мягких лежаков.       — Ты сейчас сделал мне очень большой комплимент… — Дядя Джун улыбнулся. — Это дизайнерский проект. Джин купил нам этот участок, когда получил свой первый солидный гонорар. Все деньги вбухал. Мы с женой очень долго отказывались, пока не вмешался мой брат. Дом построили быстро и, если верить застройщику, на века. Джин участвовал в создании проекта, это всё его фантазии. Мы до этого жили в квартире, и жена всегда только мечтала о загородном доме, который мы всё никак не могли себе позволить. Вот… племянник нам позволил.       — От подарков, которые делаются по любви и из-за искреннего желания отблагодарить, ни в коем случае нельзя отказываться. — Тэхен расставлял посуду, когда на веранде появилась тетушка Су, с оладьями.       — Ты абсолютно прав. — Дядя Джун улыбнулся, затем взяв из рук жены большое и аппетитное блюдо, после вопросительно оглядевшись по сторонам. — Я не понимаю, Джин кормит собаку с рук?       — А где… — Тэхен собирался уточнить, где именно теперь искать своего мужа, и тетя Су поняла его без слов.       — На крылечке. У Бо-бо там располагается и миска, и поилка. Пробовали кормить его на кухне, но он не слишком аккуратен, плюс к тому, после завтрака он обожает развалиться в тени. Вообще, это только кажется, что он увалень — видел бы ты его, когда к нам пытаются зайти непрошенные гости или же кто-то говорит с нами на повышенных тонах… — Тетя Су покачала головой. — Зверь, а не собака. Но если рядом все свои… Его самое любимое занятие — валяться на диване. Мы сначала запрещали, а потом просто стали покупать на диван сменные чехлы, чтобы…       — Чтобы ни в чем не отказывать псу, да-да. — Дядя Джун снисходительно улыбнулся.       — Джун, у него было тяжелое детство! — И после того, как тетя Су укоризненно посмотрела на мужа, она перевела свой взгляд на Тэхена. — Малыш попал в приют. Хозяева сдали, когда поняли, что не смогут его прокормить. Ужасная человеческая тупость. О чем ты думаешь, когда берешь собаку, которая в два года уже весит как среднестатистический мужчина?.. В общем, песик был не в лучшем состоянии: изможден, худой как щепь… Его нашел наш сын, через что-то там в интернете, и теперь Бо-бо всегда сыт и доволен!       — Ого... — Тэхен и представить себе не мог, что породистые собаки тоже не застрахованы от того, чтобы оказаться без крыши над головой. — Уверен, он вам никогда не забудет эту доброту.       — Английские мастиффы очень преданные. И я… — Глаза женщины вдруг увлажнились, и она поджала губы. — Не представляю, что будет когда его не станет.       — Ох, родная, до этого момента, при том уходе, что он получает, как минимум лет девять. Перестань. — Дядя Джун прижал к себе жену, мягко обхватив за плечи. — Надо идти искать Джина.       — О, я займусь этим. — Тэхен быстро кивнул, а затем покинул веранду, сразу оказавшись на зеленом газоне, по котором безумно хотелось пройтись босиком, и Тэхен уже знал, чем займется после завтрака.       И найти Джина оказалось несложно. Он недалеко ушел от просторного крыльца, также как и Бо-бо, который лежал под невысокой раскидистой декоративной яблоней. Собственно, Джин лежал рядом.       — Эй, там… — Тэхен быстро подошел, заметив, что Джин лежал перпендикулярно псу, положив на его живот свою голову.       Он закрыл глаза, приложив палец к своим губам.       — Тсссс, ты мешаешь Бо-бо переваривать…       Он сказал это так серьезно, как будто это было сакральное знание и не менее сакральное действо — переваривание завтрака.       — Пойдем. Позавтракаешь и ляжешь тоже. Переваривать. — Тэхен подал Джину руку, и Джин нехотя поднялся, чтобы пока принять уверенное сидячее положение.       — Если бы ты только знал, Ким Тэхен, как мне здесь хорошо… — Он мечтательно улыбнулся, взяв за руку Тэхена, который начал его сначала как будто всерьез тянуть на себя, но затем, когда Джин почти оторвался от свежей, впитавшей прохладу тени травки, отпустил, и Джин неловко и не болезненно вновь приземлился на нее.       — Давай, дорогой, твои тетя с дядей уже накрыли на стол. Поднимайся. — Тэхен скрестил руки на груди, самодовольно улыбаясь, видя как Джин был недоволен и насуплен.       — Вот, значит, ты как… И это с родным мужем…. Ох, я сейчас встану… — Джин предупреждающе качал головой, будто уже соболезнуя Тэхену, которого явно ждала месть.       — Давно пора. — Он развернулся в сторону веранды, неспешно вышагивая по зеленому газону.       — Ну, всё, теперь берегись.       И Тэхен, засмеявшись и не теряя времени на оборачивания, быстрее двинул в сторону накрытого завтрака. Затем стремительно вбежал по широким деревянным ступеням, когда сзади его обхватили две руки.       — Сам пойдешь в угол или тебя проводить? — Губы Джина были слишком близко с ухом, обдавая его не только волнующим шепотом, но и горячим дыханием, и Тэхен ощутил потребность в том, чтобы Джин действительно проводил его до угла. В их спальне.       — Давайте, быстренько за стол. — Тетушка Су, с чайником в руках и плечом к плечу с мужем, в руках которого был поднос с какими-то тарелочка, появилась на веранде, и Джин отпустил Тэхена, решительно направившись к столу. — А то не будет сил на великие огородные свершения.

***

      — Так, хорошо ест только тот, кто работает, поэтому… — Дядя Джун по-хозяйски поставил руки в боки. — Жена и Джин пойдут регулировать полив, а мы с Тэхеном займемся более интересным делом.       — Ой, как сухо… — Тетушка Су закатила глаза. — Жена. Хоть бы прибавил…       — Драгоценная и любимая. — Дядя Джун тепло посмотрела на самодовольно улыбающуюся супругу, затем вновь вернув себе серьезное выражение лица. — Всем надеть перчатки и по местам.       — А что мы будем делать? — Тэхен на самом деле был заинтригован и полон энтузиазма, теперь наблюдая за тем, как Джин и тетя Су уверенно двинули вглубь большой стеклянной теплицы, в которой, помимо металлических перекрытий и прозрачных стеклянных панелей на доводчиках, регулирующих их открытие, внимание привлекали только зеленые ряды, так эффектно разбавленные частыми сочными красными вкраплениями.       — Мы будем обрезать усы. — Дядя Джун вошел в теплицу первее остановившегося Тэхена, который теперь в неосознанном движении водил пальцем по свободному от волос пространству под своим носом.       — Чьи?       — Клубничные. — Мужчина уже надевал садовые перчатки, одновременно с этим выбирая в ящике пару для Тэхена.       — На клубнике растут усы? Я думал, только ягоды… — Тэхен совершенно растеряно пожимал плечами. — Какой-то особенный сорт?       Слыша в голосе молодого человека искреннее недоумение, дядюшка Джун улыбнулся, в следующее мгновение обернувшись к нему и протягивая пару перчаток, которые тот совершенно на автомате принял.       — Говоря простым языком, это вредоносные отростки, которые тянут из земли питательные соки, необходимые для наливающихся сахаром и соком ягод.       — Какая отвратительная гадость! — Тэхен поморщился, надевая прорезиненные перчатки. — Бедная клубничка. И как много усов нам нужно уничтожить, чтобы облегчить ей созревание?       — Здесь примерно сотни кустов… — Мужчина задумался, пока Тэхен начал понимать, во что ввязался, и это понимание мигом отразилось на его лице. — О, ты в любой момент можешь отказаться. Правда, учти, что отказавшись о клубнике заботиться, ты отказываешься ее и есть…       Дядя Джун хитро улыбнулся, погрозив Тэхену пальцем, и Тэхен тут же рассмеялся, вдруг почувствовав себя ребенком, который приехал к бабушке в деревню, надеясь хорошо провести время с мячом, а не с лопатой.       — Ради клубники я готов на все. Почти всё. — Тэхен решительно расправил плечи, и во взгляде дяди Джуна мелькнуло уважение к такой самоотверженной любви к красным ягодам, которое не ушло от внимания Тэхена. — Просто я ее обожаю.       — Ох, как я тебя понимаю… Смотри. — Мужчина жестом указал к ближайшему к ним кусту, который располагался на возвышении, оставляя ягоды, пока недостаточно зрелые, свисать гроздями над широкими пластмассовыми поддонами, защищающие их от перспективы бесславно пасть и сгнить на земле. — Видишь вот эти длинные отростки? На них нет ни цветов, ни завязей, они просто беспечно торчат из земли.       — Пока торчат. — Тэ, забавно сощурившись смотрел на клубничный ус, пока дядя Джун смотрел на него, объясняя фронт и суть работы.       — Вот их нужно аккуратно срезать. — Он поднес ножницы к самому основанию зеленого отростка, и в следующее мгновение он уже оказался в руке. — Важно не вырывать их, потому что можно нарушить корневое ветвление, а именно срезать. Этого будет достаточно, чтобы паразит не тянул из земли соки.       — Понятно. — Тэхен взял протягиваемые ему садовые ножницы, а затем поднял взгляд на уже полностью сосредоточенного на работе дядю Джуна. — А вам?       — У меня достаточно опыта, чтобы справляться голыми руками. — Он улыбнулся. — Но вообще, мне просто лень искать вторые ножницы.       Тэхен понимающе кивнул и, казалось, уже мысленно полностью погрузился в процесс освобождения клубники от вероломных усов, вспомнив и свой опыт избавления от них, который повторялся каждое утро.       — То, что срежешь, можешь просто бросать на землю — я все потом соберу.       — А может лучше взять что-то похожее на… — Тэхен оглянулся по сторонам. — Вот это?       Он указывал на легкое пластмассовое ведро литров этак на восемь.       — Как тебе будет угодно.       — Я просто хочу облегчить нам работу. — Тэхен продолжал смотреть в сторону ведра, мысленно прикидывая, сколько убитых усов туда сможет поместиться.       Дядя Джун, наблюдая за тем как сосредоточен был Тэхен, не мог скрыть довольной улыбки. Он впервые видел такое воодушевление по поводу предстоящей пусть и облагораживающей, но всё же монотонной работы и, ему, разумеется, было приятно, что молодой человек проявлял такое первозданное рвение . Это был всегда дополнительный и очень жирный плюс к его и без того пока абсолютно положительному портрету.       — Ну что ж, если возникнут вопросы — смело обращайся. А теперь за работу.       Они без дополнительных договоренностей поделили два ряда клубничных кустов, сразу взявшись за их прореживание. Тэхен действовал очень аккуратно. Он в принципе понял, что от него требовалось, однако, в силу объективных причин, не мог быть так решителен и уверен в себе, как дядя Джун, которому, кажется, на один куст требовалось меньше минуты. В то время как Тэхен осторожно затрачивал минимум три. Однако, дело начало спориться. Особенно в тот момент, когда к нему подошел Джин.       — Открой ротик — залетит самолетик. — Он заботливо очищал находящуюся в его руках огромную сочную ягоду от зеленых листиков, затем подняв глаза на Тэхена. — Мы с тетушкой работаем в той части, которую завтра уже можно будет избавлять от ягод. И я выбрал для тебя самую красивую. — Джин с любовью смотрел на клубнику, затем строго посмотрев на Тэхена, сдвинув брови. — Ну-же, у меня вообще-то работа простаивает.       Тэхен улыбнулся, а затем послушно открыл рот. И Джин теперь смотрел на его губы, как будто боялся промахнуться.       — Ну как? — он терпеливо наблюдал за тем, как Тэхен, закатив глаза от удовольствия и причмокивая, жевал.       — Самая красивая и самая вкусная. — Он улыбался, а затем притянул к себе Джина, чтобы с помощью теперь скрашенного клубничным соком сладкого поцелуя выразить свою благодарность за заботу. — Как ты.       Джин покраснел. Возможно, это был первый раз, когда он на полном серьезе смутился от обычного комплимента. По крайней мере, Тэхен не мог вспомнить никакой другой, теперь с упоением наблюдая за почти прозрачным розовым румянцем и мягкой, нежной улыбкой. Это действительно было впервые? Или…       — Ну, я пошел. — Джин не стал затягивать этот момент, решительно отстранившись. — Встретимся на обсуждении огородно-полевых работ.       — Здесь еще есть огород? — Тэхен удивленно округлил глаза, пока Джин хитро щурился.       — Ты думаешь, что моя родная тетушка, живя за городом, не посадит овощи, которые потом прямо с грядки будет нести на кухню? Ох, ты бедный наивный мальчик…       Джин покачал головой, затем быстро и ободряюще сжав плечо Тэхена, который после наблюдал его широкую, быстро удаляющуюся спину.       — В конце нас будет ждать очень вкусный ужин и очень приятная беседа.       Это ободряло. Хотя, на самом деле Тэхен никогда не чурался работы в земле. Просто давно этого не делал. И зря, в чем он потом смог убедиться.

***

      — Чим, спасибо, что помог со статьей — у тебя явно талант. — Чонгук, вальяжно раскинувшись в своем комфортабельном компьютерном кресле, уже отправлял Чухену текст, представляя, насколько тот будет счастлив.       — Твой друг нам очень помог, поэтому… — Чимин был крайне задумчив, что было слышно в его голосе и что побудило Чонгука развернуться, чтобы посмотреть в сторону дивана, который занимал теперь Чимин, уткнувшийся в свой телефон. Что в принципе было привычно.       — Я вас познакомлю. Если ты скажешь, что тебя теперь так занимает.       Однако, Чимин, кажется, его не слышал, и выражение его лица становилось все мрачнее, пока он, наконец, не поднялся.       — Гук, мы можем с тобой кое что найти и посмотреть? — Чимин положил на плечо Чонгука руку, и Чонгук, как будто сразу почувствовав то напряжение, в котором находился его парень, расхотел шутить про порно.       — Конечно, если это важно. — Он чуть отодвинулся от стола, чтобы Чимин смог устроиться на его колене и удобно наблюдать за тем, что будет происходить на широкоформатном экране, а затем загрузил браузер. — Что ищем?       После просмотренного они молча направились на кухню. Чонгук молча, теперь пребывая в озадаченной задумчивости, открыл холодильник, достав из него припасенное для кино-ночи пиво и поставив его перед Чимином, теперь с еще большим безысходным усердием вперившимся в свой смартфон. И Чонгук первым решился прервать молчание, до этого ловко открыв стеклянные бутылки.       — Как они их находят? Ну, вот этих, которые…       — Это работа редакторов. После объявления темы эфира, они начинают поиск… — Чимин сделал воображаемые кавычки. — экспертов, а также гостей, которым есть что сказать. И они проделали внушительную работу, если смогли откопать тех, кто брали у Джина интервью четыре или даже больше месяцев назад.       — Ты веришь вообще в это? — Чонгук пока только взялся за бутылочку светлого нефильтрованного, не решаясь поднести ее ко рту.       — Я знаю, почему он себя так вел. — Чимин впервые поднял на Чонгука глаза, и Чонгук, к своему неудовольствию, заметил, что в них было не слишком позитивная задумчивость. — Но проблема в том, что об этом знаю только я. Ну и Джин, разумеется. И я уверен, что все эти рассказы были приукрашены.       — Тут вопрос в другом. — Чонгук, наконец, приложился к горлышку, сделав освежающий светлый нефильтрованный глоток. — Такое поведение не всегда обуславливается тем, что человек находится в алкогольном опьянении. Вообще, раздражение — это черта, которая проявляется независимо от того, повышен ли в твоей крови градус.       — Разумеется. И каждый здравомыслящий человек это понимает, но… — Чимин вздохнул, последовав примеру Чонгука и взяв в руки бутылку со спасительно холодным пивом. — Джин никогда не проявлял эту черту до этого.       — Ну, так заебали просто. — Чонгук удивленно округлил глаза, и Чимин грустно улыбнулся.       — Заебали, безусловно, но он публичный человек, знаменитость, зарабатывает своим лицом деньги, ценность которому дает его репутацию и послужной список. А я лично заботился о том, чтобы его репутация была всегда кристально чистой. — Чимин замолк, а потом с силой треснул по столу. — А эти гниды молчали тогда, когда им стоило кричать о том, как их обидели. Тогда, когда я мог это уладить.       — Просто тогда они были бы в меньшинстве, и мало бы кто поверил, что безупречный Джин умеет грубить. Пусть и в интеллигентной и тонкой форме, но эмоциональный посыл способен считать даже идиот. — Чонгук вздохнул, вновь принявшись за пиво. — А теперь, на волне всеобщего смятения...       — Знаешь, мне бы очень хотелось посмотреть, как вели бы себя эти недожурналисты, если бы им из раза в раз задавали одни и те же вопросы. Из раза в раз спрашивали об одном и том же. Из раза в раз давили бы на старые мозоли, не позволяя им окончательно засохнуть и отвалиться. — Чимин был теперь зол, и Чонгук, которому не приходилось видеть его таким, теперь всерьез опасался попасться под горячую руку. И сам не мог в это поверить. — А он просто не мог отказаться, потому что у него в контракте было прописано участие в промоушене фильма и сериала. В контракте со студией, а не с Ридом. И из раза в раз он вынужден был рассказывать одни и те же истории… Просто… Хороший журналист всегда найдет о чем спросить и что вытянуть нового из чего-то давно заезженного. Но когда у тебя мало мозгов, ты берешь первое, то, что лежит на поверхности. А всплывает обычно говно. — Чимин даже пиво пил агрессивно. — Для хорошего интервью надо готовиться. Хотя бы, посмотреть фильм. Уверен, если бы у Джина спросили что-то, что касалось характера его героя или его отношения к сюжету и жизненной позиции отыгрываемого им образа, он бы с удовольствием об этом порассуждал. Но всех интересует только то, как ты лажал во время съемок, как заполучил роль и как оцениваешь свою возросшую популярность. Да он друзей растерял из-за этой популярности! Которые не смогли с ней справиться… Как ты думаешь, как еще он мог реагировать на такие вопросы?!       — Чим. — Чонгук решил, что теперь был самый верный момент, чтобы засунуть руку в клетку с обозленным тигром, и он обошел стол, мягко обняв Чимина за плечи. — Я уверен в том, что у Джина были причины так себя вести. И я уверен в том, что мы вернем его репутацию. И я уверен, что ты слишком хороший друг, если так злишься. Но…       — А этот цирк с приглашением нарколога?! — Но Чимина теперь нельзя было остановить. — Честное слово, если бы ему дали волю, он бы диагноз подписал по фото и видео. Сука! Небось такой же врачишка, как этот ебалай, что отвечал за здоровье Джина. Наверняка, получает солидную прибавку за готовность в любой момент забыть о совести, если она вообще входила в его заводскую комплектацию.       — Давай выведем его на чистую воду. — Чонгук облокотился на стол, чтобы смотреть на Чимина, немало удивившегося.       — Кого? Телевизионного борца за жизнь без похмелья?       Чонгук улыбнулся, взяв Чимина за руку и поднеся ее к своим губам. Это был стратегический ход, и Чимин тут же ожидаемо смягчился, особенно в тот момент, когда Чонгук мягко поцеловал его запястье.       — Врачишку, что вел Джина. Разумеется, мы не знаем наверняка, насколько он замешан, но у нас нет выбора. Мы с Чу думали об этом. И после этого я сказал тебе, что мастер разоблачений.       — Гук, как ты собираешься проникнуть во врачебную тайну? — Чимин, перегорев, повис у Чонгука на шее, и тот в готовности выпрямился, обняв его в ответ.       — Надо подумать. Но начало у нас уже есть — юридический адрес клиники и имя врача, которые мы узнаем у Джина или Намджуна, который, мне кажется, уже знает контракт Джина лучше, чем сам Джин. Остальное — дело техники. Главное, потянуть за нужную ниточку, и кружева лжи распустятся сами собой.       Чимин отстранился и посмотрел на Чонгука очень серьезно и даже задумчиво.       — Вот же закрутил!       Чонгук самодовольно улыбнулся.       — Я не только мастер разоблачений, но и магистр… красного словца.       И Чимин вновь стал грустным.       — Сейчас на Джина в сети польется столько дерьма… Господи, я должен запретить ему заходить в интернет!       — Ой, малыш, не переживай. — Чонгук был спокоен, и это спокойствие смогло благотворно повлиять на Чимина. — У него есть рыцарь без страха и упрека, который заслонит его от любого говна, и не испачкается, а даже наоборот — продолжит блестеть и благоухать как ни в чем ни бывало. А еще у Джина есть мозги и чувство самосохранения. Вряд ли он, поедая клубнику в обществе самого красивого мужчины страны, с которым спит, полезет в интернет читать о себе новости. Он скорее полезет в…       — Всё, всё, ты меня убедил. — Чимин выдохнул. — Послезавтра Элли и Намджун встречаются с Ридом — интересно, что скажет он.       — Кстати, тебе тоже запрещено теперь смотреть новости о Джине. — Чонгук выдержал паузу, затем выпрямившись во весь рост и скрестив руки на груди.       — С чего это? — Чимин смотрел на него вопросительно, с недоумением и намерением в любой момент привести тысячу аргументов против этого.       — С того, что я запретил. Этого для тебя должно быть достаточно. — Чонгук пренебрежительно хмыкнул, и Чимин поднялся.       — А если я начну тебе запрещать? — он собирался с нежность ткнуть Чонгука в живот, но тот ловко перехватил его руки.       — Сначала тебе стоит начать меня ублажать, а потом мы уже обсудим все остальное. — Чонгук самодовольно улыбался, смотря на то, как зазывно блестели глаза Чимина, в которых теперь было не уязвленное чувство справедливости, а что-то более приятное, базирующееся намного ниже черепной коробки.       — А личико твое милое не треснет, м? — Он улыбнулся, и Чонгук ловко завел его руки ему же за спину, теперь крепко прижимая несопротивляющегося Чимина к себе.       — Проверим? — Чонгук было потянулся к губам, но Чимин увернулся. — Понимаю, такое надо заслужить.       — Можешь приступать.       Что ни говори, а это был самый лучший способ сбросить скопившееся напряжение и негативные переживания. И в очередной раз продемонстрировать друг другу нежные, но при этом горячие чувства.

***

      Джин лежал, расслабленно раскинувшись на диване, посреди веранды и ждал возвращения Тэхена, который вызвался оформить для них двоих лимонад. Огородный трудодень, который закончился ровно полчаса назад, а затем продолжился небольшим, но очень сытным перекусом, прошел на удивление плодотворно, и при этом, крайне приятно. Очевидно, причина была в том, что земельные работы были для Джина не чем-то обычным и рутинным, а скорее эффектным способом эту рутину разбавить, но факт оставался фактом. Теперь они отдохнут, а затем примутся за приготовление ужина, продукты для которого теперь приобретали в десяти километрах отсюда его дядя и тетя, отказавшись и от материального спонсорства предстоящего кулинарного события, и от компании. Но Джин уже знал, как отблагодарит их за гостеприимство и заботу.       — Чим звонил. — Тэхен появился на веранде с двумя стаканами, в которых можно было разглядеть клубнику и мяту.       — Ты сказал, что у нас всё в порядке? А что хотел? — А затем глаза Джина вдруг округлились. — Мне же надо подумать, кто будет на моей стороне и…       Тэхен устроился у Джина под боком, сразу принявшись за питье.       — Давай думать вместе. Хотя, кажется, у меня уже есть пара кандидатур.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты