Ragdoll

На полу вперемешку лежали трупы темных эльфов и павших эйнхериев, Тор поморщился, жалея, что Джейн стала этому невольным свидетелем. Он сам голыми руками убил двух темных эльфов — ужас всей ситуации переполнял его. Он обходил темницы, когда началось нападение, и сначала решил, что виной тому были мародеры. Даже после допроса раненого эльфа, Тор не до конца понимал, что происходит. Все прояснил наполненный ненавистью предсмертный шепот: — Великий Малекит пришел отомстить за нас. Он заберет всех, кто дорог Одину, и заставит убийцу смотреть, как они заживо сгорят. Тор знал, куда пойдет Малекит. Он найдет Фриггу, младшего и без жалости убьет их обоих. Поэтому громовержец несся со всех ног, страх того, что враг доберется до них первым рос с каждым павшим эйнхерием у него на пути. Так оно и случилось. Увидев проклятого, угрожающего матери, что-то сломалось внутри, и весь страх, до сих переполнявший его, превратился в огонь, обжигающий вены. Тор не понимал, что делает или как, все, что он точно знал — нужно было что-то предпринять и срочно. Сила молнией, призванной не Мьёльниром с неба, а исходившей изнутри, вырвалась наружу. Когда со всем было покончено, кожу покалывало, а внутри чувствовалось облегчение. Его мать, Локи и Джейн были в безопасности, брат доказал, что он не был беспомощным калекой, приняв свое наследие. Джейн вышла на балкон. — О боже… — прошептала она. Присоединившись к ней, Тор впервые увидел обширную полосу разрушений, нанесенных городу. В южной части поднимался дым, и осыпались башни. В воде за восстановленным щитом все еще маячил корабль темных эльфов, окруженный истребителями обороны Асгарда. — Это космический корабль темных эльфов? — спросила Джейн. — Они все еще там? Тор покачал головой. — Я не знаю, поднялся ли уже кто-то на борт, чтобы узнать. Но, думаю, нет, иначе они бы уже сбежали. — Так странно. Вот я в чужом мире, смотрю на настоящий инопланетный космический корабль, и все, о чем могу думать — как это грустно. Они ждали тысячу лет и положили свои жизни ради отмщения. Зачем? Почему не начать жить с чистого листа… Это трата жизни впустую. Посмотри на этот корабль… — она ​​отняла руку от своей мантии и указала вдаль. — Это потрясающе. У них была возможность направиться куда угодно. Но они пришли сюда, чтобы умереть. Тор какое-то время наблюдал за кораблем. — Я полагаю, для Малекита просто ничего другого не имело смысла. Все его люди погибли. Месть была всем, что у него осталось. — По вине Асгарда. Тор инстинктивно хотел возразить, чтобы защитить родной дом и своего отца, но слова не выходили. Лгать самому себе и тем более ей не хотелось. — Да. По вине Асгарда. Потому что отец и сестра, о которой я ничего не знал, обрекли его народ на погибель. Джейн повернулась, чтобы посмотреть на него. Но вместо того, чтобы задать очевидный вопрос, лишь покачала головой. — На тебя внезапно свалилось столько дел, не так ли? — Я думал, что помогу, привезя тебя сюда, но пока что подверг еще большей опасности. Она ободряюще положила руку на его предплечье. — Тор, ты не виноват, и к тому же твоя мать и брат никогда бы не допустили, чтобы со мной что-то случилось. — Но ты испугалась… — Конечно, испугалась, но я в порядке. — она видела, что слова не убедили его и продолжила — Вытащи из меня эту заразу, и будем считать, что мы в расчете, хорошо? Тор знал, что она шутит, но отнёсся к этому серьезно. — Я бы сделал это сию же секунду, если б мог. — Знаю. На самом деле я не думала, что это будешь ты лично, — добавила она, улыбаясь, но Тор все еще чувствовал укол совести. В этом он был слаб и не мог ей помочь. Даже имея возможность призвать молнию с неба, у него не было ни навыков, ни силы, чтобы помочь дорогому человеку. От раздумий его вывел резкий голос из-за двери. — Тор! Он повернулся и увидел отца. — У тебя есть обязанности. — Мне нужно идти, — сказал он Джейн. Девушка храбро кивнула в знак понимания и обняла на прощание. Тор поспешил присоединиться к отцу в холле, и они вдвоем направились к дверям, разрушенными темными эльфами. Его шаги замедлились, при виде масштаба разрушения тронного зала. Колонны и статуи рухнули, часть потолка обрушилась, пол был усыпан обломками и телами — как асов, так и эльфов, а сам трон был расколот. Хуже всего был вражеский корабль, занявший дальний конец зала, словно гигантская жаба тьмы, поглощающая весь свет. — Все хуже, чем я думал, — пробормотал он. — Нам повезло, — отозвался Один, и Тор в шоке взглянул на него. «Повезло» — не то слово, что первым пришло ему на ум. — Я чуть не лишился супруги и сына. Нам повезло, — повторил он. — Мастерство наших воинов… — начал было протестовать Тор. — Они были не готовы. Слабы, — прорычал Один. — Мы стали чересчур самоуверенными. Тор вздрогнул от гнева в его голосе, напомнившего о старом военачальнике Одине, но так и не нашел, что ответить. Было слишком много потерь со стороны солдат и мирных жителей, возможно, Асгард и его царь действительно стали слишком самодовольными и мягкими. Один в гневе ударил Гунгниром о пол. — Это неприемлемо. — Ты не мог ожидать, что темные эльфы явятся к нам спустя столетия, отец, — попытался успокоить его Тор. Но единственный глаз Одина сердито смотрел на него. — Конечно, мог. И я ожидал неприятностей во время схождения миров, но по своей глупости и самонадеянности не счел нужным подготовиться как следует. Щит не был поднят, защитное поле оказалось слишком слабым. Тор открыл рот, но Один был не в настроении для успокаивающих речей. — Будь на их месте Танос, мы все были бы уже мертвы. Нет, — сказал он, повернувшись, осматривая повреждения, глубоко вздохнув. — Это уже личное. Когда я стал таким слепцом? — добавил он мягко, больше себе, чем сыну. — Я пропускал мимо глаз все, что касалось Локи, теперь я это знаю. Видел в тебе, только то, что хотел видеть. И ослепленный видел лишь тот Асгард, что нарисовал себе сам — красивую картинку без изъянов, основанную на былой славе и изначально лживых историях. Все это время я думал, что ничему и никому не укрыться от моего взора, но оказался слеп почти ко всему. — Отец? — спросил Тор, озадаченный этим тихим голосом, полным отчаяния. — Все не так уж плохо. Разве мы не одержали победу? Но Один проигнорировал его, медленно идя к кораблю, подзывая к себе воинов и советников.

***

Палата была убрана, но Локи все еще сидел на том же месте. Фригг оставила его, сейчас было слишком много погибших и не терпящих отлагательства дел. Локи понимал, что он не имеет к этому никакого отношения и не может ничем помочь. Поэтому не стал мешаться и открыл сборник стихов. Практика показала, что читать стихи для него проще всего, поскольку фразы, как правило, были короткими и в любом случае требовали обдумывания. Неуверенный стук отвлек его от книги, и он увидел стоявшую в дверях Джейн Фостер. Она старалась плотнее закутаться в мантию на плечах, словно ей было холодно. — Тор должен был уйти, чтобы помочь твоему отцу, поэтому я подумала… Может тебе нужна компания? Локи отложил книгу и указал на пустой стул. — Если хочешь. Кажется, в прошлый раз тебя заинтересовала магия? — он протянул ладонь и призвал свой кинжал. Глаза Джейн загорелись любопытством. — Как? Тор говорил, что магия и наука — одно и то же, и, конечно, всем известна фраза о том, что достаточно продвинутая технология сродни магии, но… Как? — она запнулась, возвращаясь к первому вопросу, смотря на него, как ребенок, желающий знать ответы на все вопросы. А Локи… Локи, непривыкший к тому, что кто-то хочет чему-то научиться у него, про себя наслаждался ее рвением. — Я бы не сказал, что брат ошибается, но это слишком простой ответ. Существует знание о вселенной и ее работе, выходящее за рамки того, что вам, мидгардцам, известно, и это действительно может показаться «магией». — он вспомнил ее рассуждения о работе гарнил душ и поправил себя — Не всем, не для тебя в частности. Итак, в этом случае я бы говорил о «науке». Но это? — он поднял кинжал. — Это магия. Магия — талант, которым нужно обладать. Он внезапно фыркнул. — И я сейчас говорю не о шарлатанах в вашем мире, которые пудрят смертным головы, утверждая, что практикуют магию. Правда, есть немногие, кто владеют настоящей магией, но большинство в своем умении не уходят далеко и используют лишь простые трюки с ловкостью рук. Локи взмахнул руками, проворно перемещая кинжал между пальцами, но вдруг клинок исчез в никуда, и Джейн поняла, что невольно засмотрелась. Она радостно улыбнулась, а затем нахмурила брови. — Подожди, на Земле есть «настоящая магия»? Правда? — Смертные колдуны практикуют техническую форму магии. Вот так. — он вызвал одно из заклинаний, и между ними образовалось огненное кольцо, украшенное глифами. — Сама по себе она очень древняя и возникла в другом месте далеко за пределами вашего мира, но тем не менее заклинания легко можно запомнить. Система весьма удобна для смертных, которым не достает долголетия, чтобы научиться призывать силу без помощи заранее установленных заклинаний, например, чтобы оживить небольшие объекты. — Локи повернул круг, активируя его, и направил к угловому столику, подальше от Джейн, чтобы эфир не принял всполохи силы за угрозу. Она ахнула, когда стол затрясся и с изящной грацией поднял каждую ножку. — Видишь, он ведет себя, словно олененок, запутавшийся в своих же ногах? Но заклинание здесь ни причём — команда была только оживить предмет. Он делает это из-за моей силы и моей воли. Это и есть настоящая магия. — Это… — она не могла оторвать глаз от столика, когда следующий жест приказал ему ходить по кругу, — …поразительно… Ее глаза были широко раскрыты, и она улыбалась от восторга и благоговения, как будто увидела что-то, что изменило ее представление обо всей вселенной. Возможно, так оно и было. Ведь до недавнего времени девушка считала, что в мире нет магии, и теперь он доказал ей обратное. Локи откинулся на спинку стула, чувствуя тепло в груди от того, что наконец-то кто-то оценил то, что он мог сделать. Правда, она была легко впечатлительной смертной, так что, возможно, такая реакция недолжна была его сильно радовать, но это было лучше безразличного пожимания плечами или презрения большинства асгардцев. Ей потребовалось всего мгновение, чтобы начать размышлять вслух: — Заклинание создает суставы там, где их раньше не было, так что это одновременно и трансформация, и движение. Будет ли оно вечным? Или ты являешься его источником энергии? Локи кивнул, слегка пораженный. — Да, в конечном счете, я являюсь источником. Хотя здесь изначально было ограничение, поэтому оно действует только до тех пор, пока я этого желаю. Джейн поджала губы. — Заклинание похоже на компьютерную программу, но использует… Что? Исходный код вселенной? Он пожал плечами. — В основном. Да. — Однако способность к магии заложена генетически. Не каждый может это сделать. Так вот почему ты можешь… Изменить цвет своей кожи? Так могут все колдуны или?.. Локи замер, и, хотя старался сохранять невозмутимое выражение лица, она что-то увидела и бросилась вперед: — Боже мой, я сказала что-то, чего не должна была говорить, да? Извини. Я должна была подумать лучше, прежде чем говорить о вещах, которых не понимаю, я ужасна, когда дело доходит до личного пространства. Поэтому и придерживаюсь в основном науки. Я… Мне лучше просто заткнуться… Что-то в ее извинениях ему не понравилось. Как будто девушка боялась его, а он этого не хотел. — Об этом… Трудно говорить, — признал он. — Я сам узнал обо всем только недавно. Но нет. Это не особенность колдунов, лишь… Моя. Я только наполовину асгардец. Мой, — Локи замялся, не зная, как назвать Лафея, — Кровный отец был родом не из Асгарда. Он был… — внутри него все напряглось, в попытке остановиться и замолчать, потребовалось усилие, чтобы признаться, — Ледяным великаном. — но как только он произнес это вслух, тревога тут же улеглась, особенно когда Джейн проявила только любопытство — простая мидгардка не знала, кто такие ледяные великаны, поэтому правда для нее не имела значения. Он снова призвал ларец вечных зим и положил на него руку — Это артефакт из их царства. — О, — Локи не знал, понимает ли она вообще хоть часть его слов. Он видел, как на ее лице мелькали вопросы — Тогда как… Неважно. Это не мое дело. Он прочистил горло. — Чтобы связать это с тем, о чем мы говорили — я был рожден, чтобы скрестить кровь двух рас, соединив в себе мощь обоих воедино. Джейн понимающе кивнула. — Гибридная сила. — Прошу прощения? — Скрещивание двух относительно однородных генетических штаммов увеличивает их генетическое разнообразие. Отсеивает вредные рецессивы. Он откинулся на спинку стула, гадая, стоит ли ему обидеться за такое лестное сравнение. По ее мнению он что был своеобразным видом космической капусты? — Хотя, если на самом деле были задействованы разные виды, я не понимаю, как такое вообще возможно. Но вот ты здесь. Так что, вероятно, генетически эти великаны не так уж и отличаются от асов. Он чуть не возразил ей, желая сказать, что ледяные великаны были зверями по своей природе, и она не стала бы говорить что-то настолько невежественное и глупое, если бы знала о них правду. Но сдержал свой гнев и предупредил напряженным голосом: — Не говори об этом никому. Истина остается сокрытой здесь, за дверьми дворца об этом никто не знает. Она молча посмотрела на него, нахмурила брови, и, кажется, наконец собрала все кусочки пазла вместе: — Я… О боже мой, я никому не скажу. Все это выглядит очень сложным и трудным, и мне жаль, что мое присутствие только усугубляет ситуацию для вашей семьи. Ему пришлось кивнуть, соглашаясь с частью о «сложном и трудном». Так много лжи было сказано за эти годы и так много правды теперь открыто. Безотлагательность нападения вытеснила его гнев и замешательство, но что теперь ему оставалось делать? Что ему было делать с осознанием того, что он вырос с одним представлением о своей семье, а на деле все оказалось иначе? — Это не твоя вина, я извиняюсь за то, что наша семейная драма выплеснулась на тебя. Возможно, желая отвлечься от разговора, ставшего слишком личным, Джейн попыталась сменить тему: — Перед нападением Тор собирался принести мне один из тех летающих мячей, чтобы я его разобрала. Не думаю, что у тебя такой найдется, — она очаровательно махнула руками, подражая его «магическим жестам». — Ховербол? Нет, у меня его не было уже много лет. — когда на ее лице отразилось разочарование, Локи улыбнулся. — Но я могу его достать. Знаешь, есть некоторое преимущество быть принцем. — О. Бесспорно, — согласилась Джейн с лукавым взглядом и улыбкой. Попросить для Джейн ховербол, стол и инструменты, чтобы разобрать детскую игрушку было проще простого. Прислуга, конечно, переглянулась между собой, но младший принц в прошлом просил и гораздо более эзотерические вещи. Эйр же казалась менее восторженной такой идеей, но когда он предложил переместить все в семейное крыло, целительница со вздохом согласилась и помогла ему перейти в другую комнату. Когда они вдвоем добрались и Эйр их оставила наедине, Джейн уже была занята разборкой ховербола. — Это так здорово, — сказала она, не отрываясь от своей игрушки. — Это тоже магия? — Нет, вовсе нет. — Итак, как это работает? Форма антигравитации? Я знаю, что у Старка есть похожие репульсоры на костюме, но это просто устройство мощных двигателей… Ну, я так думаю. Он никогда не публиковал, как они работают на самом деле, так что, возможно… — ее голос притих, пока она возилась с особенно туго закрученной гайкой. Локи хотел было предложить ей помочь, но с довольно устрашающим рычанием она напряглась, и панель отлетела. Внутреннее содержимое, теперь было открыто ее восторженным глазам, и она начала вводить зонд, но внезапно остановилась и повернулась к нему с вопросом: — Он не взорвется? — Если только немного, — сухо пошутил Локи, но когда Джейн приняла его слова всерьез, покачал головой. — Нет, можешь тыкать в него сколько угодно и чем угодно. Мы бы не позволили детям играть с ними, если бы они были взрывоопасными. — Учитывая, что вы все тут сверхчеловечески выносливы, это не придает мне уверенности. — Я бы стоял рядом с тобой, а не сидел здесь, если бы это было правдой. Сверхчеловеческая выносливость не означает, что нам невозможно навредить. — Но тогда у вас было бы больше способов помочь раненым и больным, вроде инвалидной коляски, — отметила Фостер. — А таких здесь даже не существует, так что по логике вещей — асгардцам нельзя навредить. — Нас можно ранить. Мы просто лучше выздоравливаем. Она направила зонд на него. — А, видишь! Значит, вы все-таки сверхчеловечески выносливы. Так что же произойдет, если кому-то оторвет ногу… Как его там назвал Тор, пузатый кивис? — Чибис, — поправил Локи. — И если кто-то потерял ногу из-за чибиса… Что ж будет ему уроком. — она скрестила руки на груди и одарила его сердитым взглядом, не понимая шутки, хотя Локи считал, что над этим стоило бы посмеяться. Он закатил глаза из-за отсутствия у нее юмора и ответил — Если кто-то был настолько неосторожен, что потерял ногу из-за цыпленка, у нас есть искусственные средства, чтобы заменить конечность. Она задумалась и нашла контрпример. — Но у царя повязка на глазу. — Как мне объясняли, он сохранил ее, чтобы всегда помнить о цене, которую заплатил за мудрость, хотя… — теперь Локи пересмотрел эту историю, зная правду о себе и о ледяных великанах, он задавался вопросом, сохранил ли Один повязку, чтобы каждый день напоминать себе об опасности присутствия йотунского бастарда в его доме. Вероятно, сама мысль была слишком горькой, но это не делало ее неправдой. — Возможно, это был военный трофей. В любом случае, отец решил не обращаться к целителям. Но, насколько мне известно, никогда не было асгардцев с конкретно моей проблемой, так как она связана не столько с ногами, — сказал Локи, поглаживая колено, — Сколько с этим — он постучал себя по виску, радуясь, что рядом нет брата, чтобы пошутить о том, что мозг всегда был его главной проблемой. Она поморщилась. — Значит, никаких инвалидных колясок уже несколько тысяч лет? Это… Смешно, честное слово. Неужели нельзя достать одну с Земли? Или… — Джейн медленно перевела взгляд с зонда в руке, на его ноги, а затем на светящееся ядро ховербола. — Можешь достать мне двенадцать таких, чтобы удержать стул? Тогда ты смог бы парить, где захочешь. — Я не думаю… — начал он, собираясь отвергнуть эту идею как неосуществимую и слишком хлопотную. Но Джейн прониклась внезапно возникшей идеей и уже не собиралась отказываться от нее. — Тони Старк может летать с четырьмя репульсорами, — она протянула ему обе ладони в своеобразном жесте. Локи предположил, что речь шла о каком-то мидгардце, которого он должен помнить. — У ваших маленьких летающих лодок есть механизмы управления. Я могу сделать тебе летающее кресло. Но мне нужна будет помощь. — Джейн, это мило, но излишне… — Нет. — и сейчас смертная выглядела довольно свирепо для своего хрупкого телосложения. — Ты спас мне жизнь. Дал мне клинок, чтобы защитить себя, никто никогда не думал, что я смогу защитить себя раньше. Позволь мне помочь. — Я… — снова хотелось возразить, но слова замерли у него на языке. Какой в этом смысл? Он не хотел никакой инвалидной коляски, не хотел сдаваться перед этой неизбежностью, но у него было немного вариантов: сидеть у кого-то на шее, пока его несли, что было ужасно унизительно, или идти пешком, но даже простое пересечение зала все равно ощущалось так, будто его кости скрежещут друг о друга. Если Джейн хотела попробовать дать ему средство для большей независимости, почему он пытался ее остановить? — Хорошо. Если это так много значит для тебя. — Отлично! Мне нужен кто-то, кто разбирается в управлении этими летающими лодками. — Я могу помочь. — Нет. Ты просто захочешь использовать магию, весь смысл в том, чтобы делать это с помощью науки. Локи поднял руки вверх в знак капитуляции и велел позвать кого-нибудь, чтобы помочь Джейн. Некоторое время спустя в комнату вошел техник. Он выглядел немного шокированным, находясь в стенах дворца, и неловко отсалютовал принцу, прижимая чемодан с оборудованием к груди. Локи указал ему в ​​сторону рабочего стола Джейн. — Помогите ей с ее проектом. Техник поначалу недоумевал, что девушка от него хочет, но в конце концов, кажется, ее идея захватила и его, и вскоре их тихие переговоры и ритмичное гудение оборудования перестали интересовать Локи. Закрыв глаза, намереваясь лишь немного передохнуть, он не помнил, как заснул, пока неожиданно громкое восклицание не разбудило его. — Я поняла! Локи, я… О, прости. Он отмахнулся, смущенный тем, что задремал. — У вас получилось разобраться? — у них уже что-то было, он это видел. Они взяли один из стульев и модифицировали его, прикрепив толстое основание, полное оборудования. Техник прикреплял к подлокотнику кресла металлическую панель, предположительно, системы управления. Это и вправду происходило наяву. И Локи вдруг понял, что очень хочет, чтобы у них все сложилось. Мало того, что тогда он смог бы использовать ее изобретение, чтобы в одиночестве добраться до своих покоев, тогда ему не потребуется нянька для присмотра, когда он в следующий раз попытается самостоятельно ходить. Не то чтобы он собирался расхаживать по дворцу у всех на виду, но, по крайней мере, появится возможность передвигаться в семейном крыле без лишнего сопровождения. — Нет, пока нет, но мы уже близко. Я поняла, как устроен мяч. Он не противодействует гравитации, шар излучает поле, которое нейтрализует искусственную гравитацию в Асгарде. — И? — Он парит, потому что его притягивает очень слабая естественная гравитация, и для его перемещения достаточно небольших манипуляций с полем. Да, и еще, стул и эти ховерболы не будут работать на Земле, потому что в нашем случае — это функция планетарной гравитации, не созданной искусственно. — Тогда я точно туда не поеду. Уверен, что все будут только счастливы от этого. — Но не я, — возразила она, Джейн было больно от его слов. — Ты должен наведаться ко мне в гости. Или же я приду сюда. Она хотела, чтобы он ее навестил? Предложение казалось нелепым, и это после того, как он напал на Мидгард, а сейчас мог ходить только с тростью? Но затем она горько усмехнулась: — Ах, да, эфир. Я могу и не вернуться на Землю. Я совсем забылась во всей этой науке. — Ты выживешь, Джейн. Я обещаю, — Локи и раньше собирался помочь, но в основном для собственного исцеления, теперь, даже если у него ничего не получится, он все равно хотел ей помочь. Она посмотрела на него задумчивыми карими глазами. — Я верю тебе. — Подойди сюда. — Локи поманил ее ближе и протянул руку ладонью вверх. — Дай мне руку. Я хочу попробовать. Возможно, это не так сложно, как все утверждают. — Ты уверен? — спросила она, но, несмотря на свои сомнения, опустила ладонь. — Все будет хорошо, — пообещал Локи и очень осторожно коснулся ее кожи мельчайшим дуновением сейдра, чтобы посмотреть, что произойдет. Ее рука засияла красным, как будто кровь начала светиться изнутри, и он мог чувствовать движение силы, подобно голодному дракону, поднимающемуся для атаки. Он поспешно отозвал магию, опустив руку. Откинувшись назад, Локи разочарованно вздохнул. Джейн фыркнула. — Это примерно подводит итог. Мать была права. Сила встретит чужака с враждебностью, если только он уже не был ей известен, как Малекит, или если вторая сила не была достаточно велика, чтобы подавить эфир. Мощи тессеракта должно было хватить, но если камни начнут противостоять друг другу, это принесло бы больше вреда, чем пользы. Какова была идея Одина? Ему было наплевать на смертную, так что, возможно, план заключался в том, чтобы просто позволить ей умереть, и отец знал, что никто с ним не согласится. Или… Что насчет Гунгнира? Если всеотец был слишком слаб, чтобы сделать это самостоятельно, он мог позволить ему попробовать. Да, это опасно, и мать никогда бы не согласилась… Но достаточно ли могущественен Гунгнир для такой цели? А что, если бы копье имело доступ к его магии? Локи спросит отца об этом, когда Один в следующий раз придет к нему. — Просто чтобы ты знала, когда я достану это из тебя — а я это сделаю — я собираюсь использовать силу камня, чтобы исцелить себя, так что весь твой тяжкий труд, вероятно, будет полезен совсем недолго. Но она улыбнулась, в ее глазах появилась мягкость. — А если не получится, тогда моя работа тебе все равно понадобится. Так что мне нужно закончить проект в любом случае, ведь правда? — Полагаю, что так. Скрестив руки на груди, Джейн с той же улыбкой на лице, решительно заявила: — Тогда я вытащу все дерьмо из этого мяча. Локи всерьез не понимал, почему она хихикала про себя, возвращаясь к работе, но все равно улыбался.