Ragdoll

Асгард понес самый большой урон на ее памяти за то время, что она занимала место царицы. Видеть так много павших солдат и простых жителей здесь, в самом сердце царства, было душераздирающе. Когда она переходила от одного тела к другому, ее помощники следовали за ней, не отставая ни на шаг, ведя подсчет. Многих Фригг знала лично, благодаря долгой службе во дворце, но для некоторых все же приходилось искать тех, кто мог бы опознать неизвестных. После тяжелого дня, согласно протоколу, она приказала убрать тела, чтобы почтительно проститься со всеми. То же по ее приказу касалось и тёмных эльфов — страже в резком тоне велели обращаться с ними уважительно и не сметь осквернять души ушедших. Исполнив свой долг как всематери, Фригг отправилась к пережившим атаку, оплакивавшим свои личные потери. Она постаралась между слов упомянуть, что Локи убил лидера темных эльфов, несмотря на то, что все еще оставался на попечении целителей. Она мало говорила о Торе, и когда старший сын присоединился к ней, чтобы выразить свои соболезнования, не стала менять историю. По его доспехам без лишних слов было ясно, что он тоже отважно сражался, защищая Асгард, но пришло время отказаться от дурной привычки восхвалять заслуги лишь одного из принцев. Тор без возражений последовал ее примеру. Позже, когда группа скорбящих разошлась по своим семьям, они вместе ждали, не придут ли еще горожане. Он поступил правильно, выразив свои соболезнования с неловкой искренностью тем, кто в этом нуждался. Ей было приятно видеть сына, ведущего себя настолько зрело, отложившего в сторону свою юношескую дерзость. И вот наконец они остались одни, когда ночь вошла в свои владения, преследуемая мягким светом дорожных фонарей на темных улицах и мерцанием дворцовых башен. Мягко повышая голос, Фригг спросила: — Ты не возражаешь, что я не упомянула о твоей победе над эльфами? Тор выглядел так, словно на мгновение хотел возразить, но, видимо, передумал и молча пожал плечами. — Я видел, как Локи проткнул Малекита и то чудовище этим ледяным копьем. Они уже были мертвы. Я только убедился, что последний не поранит тебя, когда начал падать. — Все было совсем не так, только не для меня — Фригг нежно поцеловала его в щеку и похлопала по плечу, тихо выдыхая. — Твоему брату нужна всяческая поддержка, которую он может сейчас получить, иначе я боюсь, что он сделает что-нибудь безрассудное. — Локи? — переспросил Тор с наигранным шоком. — Локи и сделает что-нибудь безрассудное? Да никогда. — У нас не осталось времени на смешки, сынок, — напомнила она ему, но все равно улыбнулась. — Он хочет использовать эфир, чтобы исцелить себя, и не намерен ждать лучших вариантов. — Но если у него нашелся способ… — Он ничего не понимает, — резко возразила Фригг, не выдержав натиска глупостей, что творила вся ее семья. — И ты до сих пор не возьмешь в толк, как далеко простирается мощь артефакта, с которым мы столкнулись. Это камень Бесконечности, а не безделушка, и я не позволю ни Локи, ни твоему отцу рисковать собой, играя с ним — ее трясло от ярости, внезапно пронзившей все тело. Потрясенное выражение на лице Тора быстро вернуло ее в реальность, и глубоко вдохнув, она попыталась успокоиться. — Мы что-нибудь придумаем. Обязательно. — С Локи все будет в порядке, мама. И с отцом тоже. Нам с тобой не составит труда уберечь их двоих от всякой глупости, что взбредет им в головы, но подумай, как далеко мы все уже зашли. Она вспомнила тот день, когда Тор только вернулся домой в окровавленных доспехах и переломанным телом брата на руках. Если бы Малекит и его армия пришли всего за несколько дней до того, как Эйр удалось поднять ее сына, вероятно, они оба были бы уже мертвы. — Я знаю. Я не перестаю думать о том, как все могло бы закончиться. Проклятый не остановился бы на мне. — Я был там, и отец не отставал от меня. Мы бы не допустили, чтобы до этого дошло — твердо сказал ей Тор. Когда-нибудь он узнает, что слова в таких случаях ничего не решают, но сегодня с нее хватит. Это был трудный день для них всех. — Что ж давай-ка проверим, какие неприятности успели натворить твой брат и Джейн Фостер в наше отсутствие, — легкомысленно пошутила она и взяла сына под руку.

***

Искали неприятности, а наткнулись на чудо. В воздухе рядом с Джейн, согнувшейся в довольно странной позе, само по себе покачивалось кресло. — Почти… Почти получилось, — бормотала она. Джейн построила для Локи парящее кресло. Увидев вошедших мать и брата, он поприветствовал их: — Ах, вы как раз вовремя! Только взгляните, что соорудили Джейн и Мартен! Это чудо! — На ховерболах, — прошептал Тор ошеломленно. Фригга была по меньшей мере впечатлена, кому взбрело бы в голову использовать детскую игрушку для чего-то подобного? Джейн наконец тоже заметила, что они теперь не одни и развернулась ко всем с довольной ухмылкой. — На двенадцати. — Леди Джейн, аккуратней, берегите руки… — предупредил техник. — Ох, точно. Но я не леди, Мартен. Мартен настороженно посмотрел на Локи, неловко принимая поправку за выражение уважения. Но Джейн не заметила переглядок за спиной и, выпрямившись, разминала шею. — Хорошо, давайте опустим его на пол и опробуем. Думаю, теперь-то у нас все получится. Все заметно забеспокоились, когда энергия, питавшая платформу под креслом, внезапно обесточилась, и все сооружение с шумом упало на стол. Джейн двинулась вперед, собираясь помочь Мартену поднять его, но Тор помешал ей, оттолкнув в сторону. — Я все поправлю, Джейн. Джейн нажала кнопку управления на подлокотнике, в ту же секунду раздался тихий гул, и кресло поднялось над поверхностью стола. Она сама села в него, улыбаясь, когда кресло опустилось чуть ближе к земле и послушно, словно по волшебству, начало перемещаться вперед и назад, из стороны в сторону, плавно скользя по воздуху от одного ее движения руки. — Что ж, думаю, мы все исправили. Ладно, попробуй. — сказала Джейн, обращаясь к Локи. Он осторожно встал, и Фригг рефлекторно придвинулась ближе в своем непоколебимом желании помочь, поскольку в последнее время сын стал вести себя немного беспечнее. Добравшись до кресла и положив обе трости себе на колени, Локи неуверенно потянулся к элементам управления. — О, оно больше не должно подниматься слишком быстро или высоко — извиняющимся тоном начала Джейн, и слегка испуганно рассмеялась, когда кресло резко взлетело над ними. — Это... Достаточно высоко. И думаю, что потолок нужно бы перекрасить. Вблизи он выглядит довольно потрепанным. Фригг покачала головой, улыбаясь. — Спасибо, Джейн, это чудесный подарок Джейн лишь пожала плечами. — Было весело. И я рада помочь. Локи снова опустился, тем не менее держась достаточно высоко, чтобы быть на уровне ее глаз. — Да, так куда лучше. Это потрясающе, даже не знаю как отблагодарить вас — он бросил благодарный взгляд технику и протянул руку Джейн. — Хочешь прокатиться на своем изобретении, Джейн? Как мастер ты должна испытать свое творение. — Кхм… — Я хотел бы знать, вместительность, — упрашивал Локи, и, конечно, было бы обманом утверждать, что Джейн тоже не было интересно, поэтому Фригг забрала трости, и Джейн села к нему на колени. — Расслабься. — Это кажется небезопасным, — возразил Тор. — Ерунда. Я же рядом. Кресло снова поднялось и, сделав медленный круг под потолком, опустилось. — Я правда впечатлен, — признался Локи, рефлекторно протягивая руку, чтобы помочь ей слезть в платье. — Да! Это было… — восторженный голос оборвался за мгновение до того, как ее глаза закатились, а колени подкосились. Локи успел подхватить ее, чуть не упав сам, если бы Тор и Фригг не бросились к ним вплотную. — Эфир… — Ты заставил ее слишком много работать! Локи отшатнулся в кресле, сжимая подлокотники, и его глаза сузились. — Я заставлял ее ничего не делать! Она решила поработать над этим, потому что чем еще ей было себя занять в то время, пока ты где-то слонялся, игнорируя ее! — У меня были обязанности! — Мальчики. — оба тут же пристыженно опустили взгляд в пол. Фригг кивнула Джейн, лежащей без сознания на руках Тора. — Отведи ее к Эйр. — Да, мама. Тор ушел. Фригга тепло поблагодарила Мартена и извинилась. Техник собрал свои личные вещи и с поклоном покинул комнаты, оставив их наедине. — Что? — спросил Локи с довольно угрюмым выражением лица. — Если хочешь, чтобы я извинился перед ним, говорю сразу — я не стану. — Нет, дело не в этом. Ты готов вернуться в свои покои теперь, когда у тебя такая подмога? Напряжение покинуло его, и он кивнул. — Я был готов весь день. — Тогда пойдем. Было странно и в то же время приятно снова идти по коридору с ним рядом, хотя бы так. Но после недавних страхов, так долго не отпускавших ее, что младший сын и вовсе никогда не покинет лазарет, это был огромный шаг вперед. Спасибо вам, норны и тем, кто выше, за то, что вернули мне моего ребенка.