Что за черт?!
5 ноября 2021 г., 14:58
Булькнул телефон, оповещая Таню о пришедшем сообщении. Отодвинув тетрадь с заданием, она открыла диалог.
«Нет, теперь всех в 17 выгоняют, так что не вариант.»
Девушка сначала даже не поняла, о чем именно вел речь Степан, так как все мысли у нее были направлены на предстоящую очередную беседу с заведующей кафедры. Так и не вспомнив тему, пришлось пролистать утренние сообщения и, наконец, осознать, что речь шла о проекте по микробиологии, а точнее о месте, где именно им можно было бы собраться, чтобы начать работу.
«И где же вы тогда ночуете, если всех в 17 выгоняют? ахах»
«Не ночуем. Воем на луну.»
«В таком случае все мои знакомые, живущие в общаге, слишком хорошо выглядят для такого режима дня.» — Таня хохотнула, явно представив эту картину, дополнив про себя тем фактом, что они не просто воют на луну, а перед этим превращаются в оборотней, и когда приезжают на выходные домой, превращаются в вампиров, закапываются в опилки и отсыпаются на следующую учебную неделю.
«Еще варианты?» — Оторвал ее от размышлений парень.
«Твоя очередь предлагать.»
«Столовая?» — Таня закатила глаза. Теперь настала ее очередь расписывать, почему этот вариант никуда не годится.
«Можно, только мой ноутбук котлетами не питается… В смысле там розеток нет. Как и во всех точках быстрого питания, включая вузовские. Будет супер, если там есть wi-fi…»
«Я понял. Тогда где?»
Таня усиленно заработала шестеренками, пытаясь найти еще хотя бы одно условно нейтральное место, но в голову ничего кроме своей квартиры не приходило.
«У меня?» — Несколько раз стирая эту короткую фразу и случайно ставя вместо вопросительного знака восклицательный или запятые, Таня, наконец-то, отправила и выключила телефон.
Сердце девушки билось где-то между ушей. Она начала глубоко дышать, но почти сразу бросила это занятие, закрыв лицо руками и ощущая, как оно горит.
Она первый раз чувствовала это настолько сильно и понятия не имела, что с этим делать, да и нужно ли? Было немного страшно, как в момент столкновения с чем-то неизведанным, но и возникало желание улыбаться и, почему-то, не показывать эту улыбку вообще никому, возможно, даже своему отражению.
Таня догадывалась, что все ее смущения, хихиканья, улыбки, брошенные на Степу взгляды и прочее назывались влюбленностью, но она абсолютно не могла понять одну вещь: почему она в принципе имеет возможность это чувствовать? Ведь при поступлении в Академию их лишают всех «ненужных» для процесса обучения чувств, и она не исключение. Добавляло вопросов к ситуации то, что отобранные чувства выпускники получали лишь через год после выпуска, проведя специальный ритуал, о чем было прописано в уставе Академии. В том же уставе не было ни слова о том, что как-либо отлученным от процесса обучения личностям будет возвращено то, что их по праву, но ее исключили, а чувства-то на месте! Что за черт?!
Включив телефон, Таня его едва не выронила, потому что Степа ответил ей почти сразу.
«А мы никому не помешаем?»
Стараясь не обращать внимание на бешенный стук сердца и расползающуюся на губах глупую улыбку, Таня написала:
«Если только моей кошке. Так значит договорились?»
«Хорошо. А к скольки, куда и когда?»
«Можно завтра примерно в 18. Адрес чуть позже пришлю.»
Ответ пришел через несколько минут.
«Занята?»
«Нет, я номер дома не помню.» — Честно ответила девушка, которая не помнила ни названия улицы, ни номера дома, ни номера квартиры.
«Ахахах. Слушай, у тебя уже какие-нибудь наработки есть?»
«Кстати да, имеются, и не только они. А у тебя?»
«Есть несколько набросков. Завтра, получается, покажу. «Не только они» это что?» — Уточнил Степа.
«Выбрала несколько интересных тем и немного их расписала.»
«Понял.»
«А сам тему уже подобрал или еще в раздумьях?»
«Я думаю что-нибудь с едой сделать. Наброски пока что по теме возможных опытов на покупных овощах и фруктах и сравнении их с домашними.»
— Татьяна, вы почему не выполняете задание? — оторвал девушку от чтения сообщения голос преподавателя.
— Ирина Николаевна, — Таня закрыла тетрадь и протянула ее женщине, — в следующий раз я сделаю его в двух экземплярах.
Некоторое время они молча играли в гляделки, пытаясь испепелить друг друга, пока у Тани снова не булькнул телефон.
— Верх хамства! — прокомментировала Лобачева, по прежнему стоя у парты девушки и сжимая в руках ее тетрадь.
Вместо ответа Таня просто показала ей телефон, где было сообщение от главы кафедры зайти к ней на ближайшей перемене, ибо в назначенное время она будет на совещании.
Фыркнув, Лобачева развернулась на каблуках и, пронесшись ветром по аудитории, заплясала у доски, вычерчивая каркас новой схемы.
— Сдаем тетради. — Она молча обвела взглядом сидящих девушек. — А затем по очереди выходим к доске и заполняем схему, которую вы должны были подготовить дома. Записали один пункт и вышли на перемену. Начинаем с первой парты. Вперед. — Женщина протянула мел Юле, а сама села за свой стол и взяла Танину тетрадь.
Сама же Таня, зная, что перед ней целый ряд отвечающих, снова уткнулась в телефон.
«Ммм, актуальная тема, плюсую.»
«Ее же выбрала?»
«Нет, но думаю, их можно будет увязать, так что все будет супер. Завтра все расскажу.»
«Договорились.»
Дожидаясь своей очереди, девушка наблюдала за преподавательницей, которая была похожа на ужа, крутящегося на раскаленной сковороде: она не могла усидеть на месте, все время подергивалась, порывалась вскочить и куда-то нестись сломя голову, заламывала себе руки, менялась в лице и постоянно поправляла свою прическу. Таня, хохотнув, достала блокнот, с которым практически не расставалась и сделала новую запись:
«Паразитарная инвазия. Пример: Лобачева. P.S. проект.»
***
— Так, улица Луговая, — записывала себе на руку девушка, останавливаясь рядом с домом, в котором жила, — дом 14, подъезд 3. Это же третий подъезд? — Она заозиралась по сторонам, выискивая какую-нибудь надпись. Снаружи было пусто, поэтому пришлось зайти внутрь, где над ящиками для почты значилось ¾, что могло значить только номер подъезда. Таня засмеялась. — Как в Гарри Поттере, честное слово. Девятки впереди не хватает, правда, а так точь-в-точь. — Записав номер подъезда, она, несмотря на наличие лифта, направилась к лестнице, поднимаясь на свой этаж. — Квартира 243. Готово. Некоторое время постояв, Таня решила сразу отправить свой адрес Степе, чтобы потом не забыть. Внутри снова началось это волнение, сопровождающееся небольшой теплой тяжестью в грудной клетке, которая была ей очень приятна. Девушка несколько раз промахивалась мино нужных цифр, но в конце концов впечатала верные данные и нажала на отправить.***
Дымка мирно дремала, наслаждаясь заслуженным отдыхом после праведных трудов. Сегодня вечером должна была произойти публикация той статьи, которую залила кошка на сайт «Актуальность рядом», а значит она должна быть к тому времени наевшейся, выспавшейся и полной жизненной энергии. Внезапно на всю квартиру раздался барабанный бой. Дымка от испуга подскочила с холодильника, на котором отдыхала, врезалась макушкой в потолок, заверещала от боли, одновременно с этим неудачно приземлилась на бывшую лежанку, соскользнула с нее и грохнулась об пол. Ругаясь на чем белый свет стоит, — в лучших традициях Таньки, — она запрыгнула на стол и, слава Богам, не приняла вызов, потому что ей звонили или Даринка, как начальница, или Эль, как ее правая, да и левая рука одновременно. Вот ведь черт! Спешно приводя себя в порядок и надевая на мордочку скучающе-ленивое выражение, она, чтобы хозяйку потом не убили из-за длительного шума посреди дня, приняла вызов. Эль сидел на широком деревянном подоконнике и поправлял очки. Угольно черная шерсть лоснилась так, что на него было больно смотреть даже через экран. Такие же как у самой Дымки сиреневые глаза с большим интересом осматривали пушистую и все, что было видно за ее спиной. — Разжирел ты, блин сгоревший, в тарелку едва одной мордой влезаешь, — начала диалог Дымка, усаживаясь поудобнее. — Интересно же ты родственников приветствуешь, — откликнулся Эль. — Какие родственники, такое и приветствие, — парировала пушистая. — Что тебе надо? Оторвавшись от созерцания кухни, в которой сидела Дымка, Эль спросил: — Откуда информация? — У меня свои источники. — Кто информатор? — продолжил наседать Эль, сверля Дымку глазами. — Насколько много правды в приготовленном тобой тексте? На кого мне ссылаться.? — Не с того начинаешь разговор, — осадила его Дымка. — Я тебе проверенную информацию от переходников, а ты мне должен будешь найти исторические сводки из Академии за последние 150 лет. Эль молча наблюдал за сестрой, размышляя. Молчание затягивалось, но Дымка не торопила, она искренне считала, что Эль должен хорошенько потушиться в своих мыслях, и только потом из него можно будет лепить то, что ей необходимо. Пока что, судя по тому, что было заметно, как сильно он колебался, кот был явно не готов. Пушистая терпеливо ждала. — У меня будет еще одно условие, — наконец заговорил Эль, постукивая лапой по дужке очков, — ты будешь поставлять мне всю свежую информацию аккурат к новостному выпуску. — Завтра ко мне придут, так что будете молчать, лежать и мурчать. Кто не выполнит, того прикреплю к багете вместо новогодней гирлянды, — одновременно в Элем закричала из коридора вернувшаяся Таня. — Что это? — Полка обвалилась, ничего страшного, — махнула Дымка хвостом, одновременно с этим подмечая, что Эль согласился на её условия, хоть напрямую и не озвучил этого. — По поводу твоего предложения вношу свои комментарии: информации может не быть к каждому новостному выпуску и за каждую поставку данных ты мне должен будешь по услуге. Подробности обговорим позже. — Ты в конец обнаглела. — Это все же лучше, чем отупеть, как ты, согласись, — фыркнула пушистая и продолжила. — У тебя нет выбора, если хочешь поднять рейтинг своей газетенки. К тому же, старшие должны помогать младшим беспомощным братишкам и сестренкам. Или ты не согласен? — Смотря с чем из сказанного тобой соглашаться. — Согласен? — Проверю по своим источникам и тогда сообщу… Дымка же, понимая, что Эль также блефует, как и она сама, а если он и правда решит проверить её информацию это затянется. К тому же выяснится, что вся информация — это полнейшая ложь, где ни слова правды, что разрушит их отношения в конец, и не важно, что всего-лишь на несколько месяцев… — С каких пор Даринка стала «своим источником»? Кстати, привет ей передай от нас с Танюхой. И да, изначально ты был согласен. — Напомнила она. — То было раньше. — Что изменилось? — Наседала Дымка. — Одна статья есть, а дальше лавочка закрывается без надежды на дальнейшее открытие? — Хо-ро-шо, — прикрыв глаза, устало проговорил Эль, задавленный пушистым танком, находящемся по другую сторону тарелки. — И тем не менее ты будешь сливать мне всю новую информацию, которая дойдёт до твоих ушей. — Не за спасибо, — тут же откликнулась ликующая внутри Дымка. — А за пожалуйста, — продолжил Эль. — Так, я ставлю согласие. — И кот приблизился к своей тарелке, водя по ней лапой. — А сам что, слова не запомнил? — ехидно поинтересовалась кошка. — Лень. Не хочу с тобой больше разговаривать. — Дёрнул он мордочкой. — И я тебя люблю, братишка, — и практически без перехода, — ставь быстрее свою запись, у меня срочные дела проснулись! Закатив глаза, кот включил записанное заклинание согласия. Развалившись на подоконнике, он внимательно слушал особый, не используемый в обычной речи диалект. Дымка же прислушивалась к происходящему в Таниной комнате, из которой доносились различные шорохи, щедро приправленные бурчанием девушки. Еле дослушав до конца, Дымка, даже не трудясь выключить тарелку, просто смахнула ее со стола на пол и опрометью бросилась к Тане. В комнате уже находился недовольно скрипящий костями Матвей, примотанный к дверце шкафа подтяжками, и сама Таня, которая кидала в него, как в мишень, карандаши и как-то уж слишком глупо улыбалась. — Никогда бы не подумала, что скажу подобное, — издалека начала пушистая, осторожно приближаясь к хозяйке, — но у тебя все в порядке? С головой там, например? Таня, залившись краской, вместо ответа просто показала ей экран телефона: «Принял. Буду завтра в 18.» — Только не говори, что ты влюбилась, — уставилась на Таню Дымка, рассматривая ее так пристально, словно видела первый раз в жизни. — Скорее всего, — через время отозвалась девушка. — Я его проект делать пригласила, а саму… — И, махнув рукой, она снова заулыбалась. — Черт! — только и смогла ответить Дымка.
