Наколдовали

«Наша первая ночь. Она навсегда останется самой лучшей в моей жизни. Тёплый сеновал и звёздное небо, проглядывающее через щели в крыше. А самое главное, что рядом – ОНА. Моя альфа-самка и любовь всей моей жизни. Как же я тебя обожаю, кисонька ты моя ненасытная. Впрочем, я тоже до тебя ооочень голодный. Хватит ли нам одной этой ночи, чтобы утолить голод нашей страсти и в полной мере насытиться друг дружкой. Рррр! Люблю тебя! Люблю! Как уснул, совершенно не помню. Просыпаюсь и вижу, что из щелей в крыше сеновала уже льёт дневной свет. Поворачиваю голову: рядом – ОНА. Какая же она милая, когда спит. Осторожно, чтобы не потревожить раньше времени, нежно трусь о её щёку своей, а потом так же осторожно целую в губы. С добрым утром, любимая! Нина открывает глаза и с довольным мурчанием грациозно потягивается. Мммм, какое зрелище! – Ну что, пошли в дом? – произносит она. – Нечего тут разлёживаться. Я кофе хочу! – Разумеется, милая! – отвечаю ласково, и, накинув одежду, мы идём в дом. Так, похоже это утро начинается не с кофе… Папка с друганами пожаловал… И к вампиру тоже его родичи заявились… Впрочем, этого следовало ожидать… Спасибо, хоть с сеновала нас не скинули. Пы-ха-ха! Ну, вампир даёт! – Никогда бы не осмелился так обмануть отца, – открыто говорю я ему. Уууу! Похоже, кранты нашему зубастому другу светят от его же собственной матушки, хых! Вот, зараза, заложил! Ну ничего, папка поймёт и примет такую в нашу семью. Тем более что внутри неё уже наше потомство. Да, двойня! Папка у меня молодец – сразу распознал! А вот вампир реально попал! – Ты попал! Реально попал! – так я ему и говорю. Зая моя, ты серьёзно?! Вроде на этом этапе у тебя ещё не должно быть никакой придури от токсикоза. Ну ладно, как хочешь. Всё равно потом нормальная шерсть снова отрастёт. И да, милая, у тебя будет двойня. Я же альфа всё-таки! И не смотри на меня так! Дело сделано уже. Ай! Почку-то за что?! А вот теперь всё весьма серьёзно. Пока готовится эта показушная свадьба, вампир рассказывает мне о предстоящем, жизненно необходимом обряде. Хорошо, если надо принести себя в жертву – я готов! Нина уже носит в себе продолжение нашего рода, а для нас – это святое! Ради всего рода любой оборотень жизнь свою отдаст, не задумываясь! А уж ради Нины я готов на всё… Тем более что своё главное дело с ней мы уже сделали… Нина, любовь моя! Как же ты потрясающе выглядишь в этом платье! Как я рад, что остаток своей жизни я буду лицезреть тебя именно такой! Позади остался этот фальшивый балаган-ловушка для охотников, а впереди будет только лучшее… Мы с Сэхуном готовим костёр и всё необходимое для ритуала. Кажется, наши жёны подозревают нас в неискренности. Мира начинает расспрашивать Сэхуна, а меня на разговор уводит Нина. Нет, милая, ничего я тебе не скажу! – Сэхун говорит, что всё должно быть хорошо, – уклончиво отвечаю я, спокойно глядя ей в глаза. Держи себя в лапах, Чанёль. Взгляд не отводим, морда лица спокойная, мило улыбаемся. На коготочки любимой не обращаем никакого внимания. Уф-ф, кажется, поверила! Становимся вокруг костра. Внезапно для всех Мира кидает в него лист бумаги и говорит своё собственное заклинание. Что она сотворила?! Как только оцепенение спало, мы тут же бросились к ней. – Ростова! – растерянно пробормотала Нина. Необычно видеть её такой. А на вампира даже смотреть больно. Не думал, что буду так сильно ему сочувствовать когда-нибудь. – Зачем? – тихо спросил он, трепетно прижимая к себе тело Миры.