Наколдовали

Ночь была очень тёмной, летний ветерок свободно гулял в кроне деревьев, приглашая листву наполнять всё вокруг мелодичным шелестом. Луна освещала тропинку в самом глухом закоулке парка, исхоженную любителями прогулок на природе. Дракула перебегал за мной от дерева к дереву, из его спины торчал топор. Тень главного вампира зловеще скользила за ним, заставляя меня поёживаться от неприятных предчувствий. Всё-таки топор в спине — это, наверное, вызывает определённые болевые ощущения… — Тётя Мира, дядя — бабай? — поинтересовалась четырёхлетняя племянница, прыгая на одной ножке через корни деревьев. — Можно, я на него полычу? — спросил меня её братик-двойняшка и, превратившись в волчонка, угрожающе рыкнул. Потом перекинулся обратно и гордо сообщил: — Я — заситник! — Не пугаем дядю, а то я больше не буду с вами гулять по ночам, — строго предупредила я. Дракула споткнулся при очередной ночной пробежке на короткой дистанции и шумно рухнул, издав стон боли. Рядом с ним тут же возникла не по годам высокая четырёхлетняя девочка в чёрном плаще и тихо прошептала ему на ухо: — Папа, спалились! Надо отступать! — Топор! — простонал Дракула. — Вытащи топор! Племянник снова перекинулся в волчонка и красиво завыл. Моя племянница изящно перепрыгнула через очередной корень дерева и спокойно произнесла: — Тетя Мира, а бабая можно засудить за преследование? — и махнула кошачьим хвостом. Нравится дочке Нины перекидываться в кошку избирательно — то хвост, то ушки, то коготки. Никогда не знаешь, что она продемонстрирует в очередной раз. — Наверное, можно, — улыбнулась я, не сдержавшись. Дети Нины и Чанёля так похожи на родителей, особенно характерами. Где-то в кустах дочь Дракулы с упорством, передавшимся ей от матери, в своё время построившей самостоятельно дом, вытаскивала из его спины топор. Я была ничуть не удивлена, когда узнала, что эта героическая русская женщина сама катала брёвна и колола дрова. Дракула прекрасно прижился у неё, отъелся на насыщенной русской кровушке и раздобрел. Правда, иногда до него долетал топор в качестве окончательного аргумента во время спора. Его взрослые сыновья пересмотрели своё мировоззрение и перешли на кровавую диету, но строго со своими жёнами. Всегда был шанс словить топор в спину от заботливой мачехи. Дальше наша прогулка продолжалась уже в отсутствии Дракулы и его дочери. Но я отметила для себя, что топор испортил сегодня Дракуле охоту на меня. Нина попросила взять двойняшек на сутки, чтобы подготовиться к серьёзному судебному процессу, пока наши мужья рыбачат. Думаю, о ночных прогулках с её детьми по парку я лучше умолчу, когда буду возвращать детей обратно. ДиО на тропинке появился неожиданно, заставив меня вспомнить все уроки Сэхуна по ментальной магии. Закрыла деток-оборотней собой. — Доброй ночи! — поздоровался вежливо ДиО. — Чёртик? — с любопытством спросила племянница, высунув из-за меня голову. — Рррррр! — зарычал племянник и попытался проползти между моих ног, чтобы защитить нас, напав на чёрта. — Доброй ночи! — поприветствовала я, удерживая рвущегося в бой волчонка. — Дети… — фыркнул ДиО и, махнув рукой, неожиданно превратился в невероятно красивого мужчину в современных джинсах и белой футболке. — Надеюсь, так сойдёт? — пробурчал недовольно ДиО. — Я чего пришёл… У тебя скоро родится дочь — так вот, пусть она держится от меня подальше. А лучше ей вообще не сообщайте о моём существовании. И уберите из её лексикона все сатанинские слова. Не рассказывайте ей про ад никогда и ни при каких обстоятельствах. А мои черти постараются не попадаться ей на глаза. И если она меня найдёт — я за себя не отвечаю! Я предупредил! Поснимают проклятья, потом я — расхлёбывай! Я всё сказал! И исчез, словно его и не было. Внизу живота словно что-то ожило и дёрнулось, сложилось впечатление, что внутри меня поселился пузожитель, у которого с ДиО какие-то свои, неведомые нам личные счёты. Озадаченно смотрела на пустое место. Где-то внутри меня приходило понимание, что со мной в последние недели две происходят подозрительные перемены. Да и Сэхун стал чрезмерно заботливым. — Тетя Мира, у тебя будет вампирочка? — с детской непосредственностью поинтересовалась племянница и невинно моргнула глазами. Всё-таки дочка Гончаровой смышлёная не по возрасту, явно вся в мать, никак не в папашу. — Ещё не знаю… — покачала я неопределённо головой, уже понимая, что ДиО и племянница правы. Всё ещё обдумывая слова чёрта, я вернулась с детьми домой, уложила их спать и только собралась позвонить Сэхуну, как супруг сам заявился в квартиру. — Не говори Чанёлю, что я дома! — выпалил он на ходу и принялся обеспокоенно прятать своё тело в шкаф-купе. — Вкусный мой, что с тобой? — с изумлением уточнила я, глядя, как он старательно усаживается на нижнюю полку. Сэхун нахмурил лоб, вынул из кармана телефон и, быстро открыв файл, повернул ко мне экран. На экране было фото на фоне реки, на котором красовался огромный хищный волк с сиреневым ирокезом на голове, весь выкрашенный в жёлто-малиновый цвет в полоску. Следующие фото были с разных ракурсов, но примерно одного и того же содержания. Последние пять были сделаны, видимо, ранее — серый волк катал на себе чёрного мейн-куна. — Я показал их Чанёлю, — пояснил муж. — Он гнал меня до города, пока не потерял след. Скоро прибежит сюда. — М-да, жаль потерять яркого представителя вампирского вида в самом расцвете лет. Дахён, кстати, рассчитывала прибить тебя первой… — серьёзно произнесла я. — Так ты спасёшь меня? — по-заговорщически спросил Сэхун. — Я тебе открою тайну! — попытался подкупить меня. Но тут во дворе душераздирающе завыл волк, который наверняка перебудил добрую половину соседей. — Придёт серенький волчок и укусит за бочок… — сыронизировала я. — ДиО попросил, чтобы наша дочь была воспитана самым благоразумным вампиром и держалась от чертей как можно дальше, а лучше вообще не подозревала об их существовании. Сэхун задумался, почесал затылок, потом подбородок, наклонил голову набок. — И что наша дочь сделала ему такого, что он испортил мне сюрприз, он не пояснил? — спросил Сэхун, изучая меня синими глазами. — Не знаю, но в человеческом виде он весьма симпатичен, — ответила я. Во дворе надрывался волк. — Я начинаю тебя ревновать к Кенсу! — предупредил меня Сэхун и показал клыки. — Кенсу — это ДиО? — уточнила я на всякий случай. — Опасный воин-демон, пророк. Косит под чёрта, — пояснил Сэхун и тут же серьёзно добавил: — Обряд экзорцизма будет первым, в который мы посвятим нашу дочь. Раздался пронзительный звонок в домофон. Сэхун трагически вздохнул и поплёлся открывать двери Чанёлю. Через пару минут в коридоре стоял оборотень с дёргающимся левым глазом, из ноздрей его шёл пар. — Папа!!! — выскочили маленькие оборотни к отцу, перебивая его желание убить одного везучего вампира. Пока он их тискал и целовал, Сэхун обнял меня и тихо спросил: — Как назовём дочь? — Маргарита, — предложила я — имя возникло в моём мозгу самопроизвольно, будто дочь сама подсказала мне его. — Марго… — произнёс с восхищением Сэхун. — А мне нравится! У нас родится Марго, и она надерёт задницу одному сумасшедшему демону! А я буду стоять в первых рядах и восхищённо аплодировать ей! — Пожалуй, я встану рядом, — согласилась я и нежно прижалась к мужу, глядя с умилением на резвящееся семейство оборотней.