Небу безразлично

Очи Сергея медленно открылись. Глаза слепило высоко стоящее оранжевое солнце, облака все так же безмятежно плыли по голубому небу, словно гигантские корабли, режущие синие волны соленой морской воды. Они по-прежнему игнорировали происходящее внизу, и продолжали двигаться в своем направлении. - Бессовестные. - произнес он. Немного привстав с кровати, Сергей ощутил, как сильно раскалывается его голова. Превозмогая боль, он оглядел помещение: Тряпичная комната, с открытой крышей, по видимому представляла собой полевой госпиталь. Сергей лежал на стальной перине. На соседних кроватях лежало еще четверо таких же бедолаг. У одного из них была перевязана голова, у двух других перевязки на теле. Четвертый пациент привстал и посмотрел на Сергея. - Очнулись ваше благородие? Я уж переживать стал, все ли в порядке. Как ваше состояние? - спросил солдат. - Сам не понимаю пока. Голова трещит как стекло, а в остальном, вроде все нормально. - ответил он, держась головой за руку. - Ну это пустяки, поболит, поболит да пройдет. У меня вот ноги болят невесть как, а я терплю. Думаю, еще пару дней тут отлежусь и вновь в строй. Сергей осмотрел низ перины собеседника и заметил под ней пару грязных сапог. Потом, взглянув на ноги солдата, он увидел, что ноги ему ампутировали. Сквозь тонкое покрывало, которым тот был укрыт, он заметил, укутанные в бинт, красные обрубки. - Как думаете, за пару дней встану на ноги? - Думаю управишься. - слегка улыбнувшись ответил Сергей, скрывая неловкое сожаление. - А сколько всего раненых солдат? Здесь я вижу лишь нас шестерых, неужто это все? - К сожалению нет, ваше благородие. Тут лишь те, кто не может сам ходить, за пределами лазарета еще десятка два "костыльников" и человек десять ослепших после газовой атаки. - Что?! А убитых тогда сколько? - Убитых еще считают, их очень много. Сергей резко встал с кровати и, споткнувшись, поковылял к выходу. Собеседник пытался его остановить, однако его уговоров тот уже не слышал. Смахнув рукой занавесь лазарета, Сергей вышел на улицу, его вновь начало слепить высоко стоящее солнце, однако проглядываясь сквозь него он обомлел от увиденного: огромная выгребная яма была заполнена телами погибших. Двое солдат, держа очередного умершего за руки и ноги, сбросили труп к остальным. Рядом стоял раненый, упершийся о костыль, он записывал количество погибших в блокнот. Сергей взялся за сердце, лишь сейчас заметив там перевязку, которая теперь начала кровоточить. Чуть пошатнувшись он вновь укоризненно посмотрел в небо, вид безмятежных облаков взбесил его, Сергей плюнул под ноги, нахмурив брови. - О, ты уже поправился?! - радостно воскликнули в далеке. - Лучше б я умер, не видев всего этого. - холодно ответил он. Крикнувшим оказался Елисей. Он был одет в чистую, не испачканную грязью и кровью, гимнастерку, явно на веселе. Елисей шутливо отдал честь Сергею, а затем протянул ему руку. - Ну как ты? - Отвратительно. - Ничего страшного, пару-тройку дней и будешь как новый. - Я не понимаю твой радостный настрой, ты видишь, что вообще произошло? - Позволь я тебе кое-что разъясню, друг мой. - Елисей взял Сергея за плечи, отведя подальше от солдат. - Я понимаю твой шок от увиденного, но, как бы это не было странно, это нормально. - неожиданно серьезно сказал он. - Здесь на войне смерти это обыденность, и чем раньше ты к этому привыкнешь, тем тебе же легче. - Столько человек умерло. За что? Мы не продвинулись ни на метр, мы лишь оборонялись. И как долго это будет продолжаться? Сколько еще человек отправиться на тот свет, прежде чем война будет окончена? - Если хочешь, что бы все это побыстрее окончилось, нужно сильнее бить германских зверей. - Зачем? Я убивал их вчера. Я убил одного из них. Это был такой же парень вроде меня, он не был зверем, это был голубоглазый блондин, который кричал и плакал от боли. Это их мне нужно убивать? Простых парней, которых так же, как нас, одели в военную форму и отправили на убой? - Такова воля Государя. - Государь-Император сидит в Петрограде, пока мы тут дохнем как мухи! - Отставить сопли, за такие слова я могу и под трибунал отдать! - строго сказал Елисей, попытавшись успокоить собеседника. - Дай мне мой револьвер, я сам застрелюсь! Елисей обнял его, затем взял за плечи. - Спокойно, Сергей. Думаешь мне нравится эта война? Нужно просто...Принять все это. Мы не можем сейчас что-либо изменить, а потому нам ничего не остается, кроме как делать свою работу. Чем лучше мы будем ее делать, тем быстрее все это закончится. Не думай когда стреляешь, просто стреляй. В этом и заключается бремя солдата, мы исполняем приказ, не размышляя о его целесообразности. - Возможно...Возможно ты прав. - Пойдем я напою тебя чаем. После обеда прибудет подкрепление, с ними всегда много возни. - Подкрепление? - Ну как подкрепление. Немцы провели крупное наступление на севере, наш участок выстоял, а вот их нет. Остатки того фронта прибудут к нам. Теперь наш фронт растянут еще на километр на север. - То есть самое трудное только предстоит? - Боюсь, что да. Конечно, если французы прорвут немецкий фронт на западе, будет легче. Однако, рассчитывать на них я бы не стал. *** После обеда действительно подошли союзные войска. Около семидесяти человек, в порванных, растрепанных гимнастерках и грязных сапогах, скорее напоминали толпу бездомных бродяг, чем регулярную армию. Строй никто не соблюдал, все были измождены так, что еле волокли ноги по земле. Некоторые использовали ружья как клюку, немного прихрамывая, другие были с перевязками на головах. Сергей вглядывался в толпу, рассматривая солдат, надеясь увидеть бывших одногруппников по академии , пока не остановился на одной фигуре. Человек стоял спиной, однако Сергей разглядел красную ленту на винтовке, поняв кто это. - Илья! - окрикнул он его. Лишь потом Сергей вспомнил о его глухоте, и поспешил к нему. - Илья, ты ли это? - радостно возгласил он. - Сергей, вы тоже тут? Вот так встреча! Так значит вас сюда направили? - Да, заместителем старшего лейтенанта. - И как, начальник твой, не сильно строгий? - Да нет, он... - тут до него дошло, кем они друг другу приходятся. - Да у меня сюрприз к тебе, Илья. Пойдем со мной, тебе понравится! - он взял его за руку и потянул в сторону офицерской землянки. Илья пытался что-то спрашивать, но тот ничего не отвечал. Подойдя ко входу, Сергей постучал по краю траншеи. - Елисей Александрович, можно вас? Илья молча перевел взгляд на Сергея. Он выпучил глаза, встав в небольшой ступор, не в силах сказать что-либо. - Погоди ты, Сергей, некогда мне. - донесся знакомый голос из землянки. - Тут важное деле, вашбродь. Елисей хмурый вышел из землянки, собираясь уже наорать на Сергея, однако заметив рядом давнего товарища, тут же осекся. - Илья Русланович, вы ли это? - радостно произнес он. - Да чтоб мне провалиться, Елисей Александрович, это ты! Друзья пожали друг другу руки, а затем крепко обнялись. Елисей тут же начал расспрашивать товарища, однако Сергей тактично завел всех в землянку. Все трое сели за рабочий стол, Илья раздал всем по сигарете. - Ну рассказывай, как ты? - Сам видишь. Хорошо нам досталось под Гумбиненном, еле ноги унесли. Немцы ночью начали бомбардировку, переворошив нам все траншеи. Погибших очень много, те, что сейчас к вам подошли - даже не четверть от изначального числа. - Понимаю. Мы сами вчера еле сдержались. Мертвых до сих пор хоронят. А как там Александра? Давно я ее не видел. - Не знаю. С тех пор как попали в окружение, почта перестала работать. Не получаю ничего, и сам отправить не могу. Беспокоится небось. У вас нельзя, случаем, письмо отправить? - Поезд с фронтовой почтой ушел только вчера, потому ближайшую неделю отправить не выйдет. - Вот как...Что-ж, очень жаль. Неожиданно в землянку вошел рослый мужчина, лейтенантского звания, и отдав честь присутствующим, заявил о том, что солдаты построены, для переклички. Елисей отправил его обратно. - Это как они построились, если ты тут сидишь? - вдруг удивился Елисей. - Вот и мне интересно. Все трое собрались и вышли к шеренге. Илья закинув винтовку на плечо встал в строй. Елисей принял от лейтенанта лист с фамилиями солдат, принявшись изучать его. В списке значилось семьдесят четыре фамилии, однако Кильметова Ильи среди них не было. Елисей еще раз пробежался глазами по списку, и убедившись, что ее и правда нет, обратился к прибывшему лейтенанту. - Поручик, подойдите сюда. - Да, ваше благородие, в чем дело? - Взгляни, в списке нет солдата, ефрейтора Кильметова. А в строю он стоит. - Елисей взглядом кивнул в сторону Ильи. - Виноват, господин, старший лейтенант. После боя была большая неразбериха, возможно пропустили. - растеряно оправдывался лейтенант. - Пропустили?! Вы знаете, его семье похоронка должна придти?! Я уже молчу, что на него у меня ни обеда, ни койки не предусмотрено. Под трибунал у меня пойдете! Исправить немедля! Фронтовая канцелярия в траншее, третья землянка слева, живо туда. - Слушаюсь, вашбродь! Солдаты вскоре разошлись. Илья немедленно направился к Елисею, споткнувшись о камень. - Елисей, так раз такое дело, что я мертвым числюсь, значит Саше в Петроград похоронка придет? - Боюсь, что так. - встрял Сергей. - Она же руки на себя наложит! - Илья растерянно переводил взгляд с одного, на другого. - Елисей, делать что-то надо, нельзя целую неделю ждать, пока полевая почта приедет. Где тут ближайшее отделение, откуда письмо можно отправить? - Здесь в Сувалках оно закрылось, ближайшее в Гродно, но до него день на лошади. Я не могу тебя на столько отпустить. - Елисей, я тебя как друга прошу, ты же ее знаешь, она может. Пусти, будь человеком. - взяв за грудки, сказал он. - Илья, да пойми ты, до Гродно через лес, и болота идти, а если с тобой случиться что? Я же себе в жизни этого не прощу. - А давайте я с ним пойду, вдвоем то точно не пропадем? - вмешался Сергей. - А что, я то окрестности знаю, и быстрее прибудем, и безопасней будет. - Еще один на мою голову, а замом моим кто будет? - закатив глаза ответил Елисей. - Так наш лейтенант и будет, ты его быстро приструнил. Елисей сняв фуражку почесал голову, обдумывая решение. С каштановых, местами рыжих, волос полетели белые, как снег, хлопья псориаза. - Видите, до чего меня доводите? Ладно, черт с вами, идите. Чтоб к завтрашнему утру были здесь! Можете взять двух лошадей.