Записки на форзацах

— ...если уж совсем предаваться глупой ностальгии — когда конфликт Головы Дракона был в самом разгаре, прежде чем попасть в поле твоего зрения, я повстречал одного крайне интересного человека. — Вау. Кого же? — без особого любопытства спросил Дадзай. — И я до сих пор иногда размышляю о том, — медленно продолжал Шибусава, будто не слышал вопроса, — действительно ли он был столь бесхитростным, что не распознал во мне Белого Кирина, или же... Звучало несколько... абсурдно? Дадзай издал едва заинтригованное «о-о-о», приподнял бровь и слабо улыбнулся. — Или же попросту испугался за свою жизнь и прикинулся дурачком? — ясным голосом закончил он за Шибусаву. Тот, будто пребывая в прострации, покачал головой: — Нет... нет-нет. Только не этот человек. Видел бы ты его глаза. — А что там были за глаза такие? Страшнее, чем у любого из нас? — Хм... — бесстрастное лицо Шибусавы омрачилось легким налетом озадаченности. — Пожалуй. Я, можно сказать, почувствовал родственную душу. Подумал даже, что такому, как он, только на Портовую мафию и работать. Грабить, вынося все ценности, до последней монетки. Безжалостно отнимать чужие жизни, находясь в бесконечных поисках. Поисках... чего-то. Я бы сказал, все мы ищем избавления от способности мыслить. Хотя мысли — настоящее подтверждение тому, что мы существуем... — Здорово, — осторожно прервал этот поток сознания Дадзай. — И знаешь что? Я тоже встречал такого человека. Мы даже дружили. — И как он? — тут же спросил Шибусава, по-видимому, совершенно не обидевшись на то, что его перебили. — Он ведь еще жив? Сказать вслух «нет» оказалось неожиданно тяжело. Поэтому Дадзай лишь невесело усмехнулся, ни на секунду не усомнившись в том, что его прекрасно поняли, и перевел тему: — А что насчет твоего? Выжил? — Я пытался отыскать его, но не нашел. Даже имени не помню... Возможно, он так удивился, когда я предложил ему встретиться после того, как весь ад закончится, что теперь старательно меня избегает. — На его месте я бы делал то же самое, — пробормотал Дадзай и рассмеялся тихонько. — С твоих слов это прозвучало похоже на очень плохой флирт. Черт побери, лично я бы перепугался до чертиков и смылся куда подальше, если ты бы мне такое задвинул. — Но я не задвинул, — Шибусава почему-то снова не обиделся. Только тонко улыбнулся. — А сбежать ты еще успеешь. Ну, пока мы не начали. — Угу. Дадзай хотел бы сказать, что заскучал, но тянущая тоска в районе груди, наверное, имела какое-то другое название и описание. Уж точно не относящееся к скуке. Хотя, пожалуй, в каком-то смысле он действительно скучал, но не от бездействия или душной атмосферы. — Если бы мой друг был жив, я бы обязательно притащил его сюда, — сказал Дадзай вслух неожиданно даже для самого себя. — Здесь стало бы чуточку веселее. — «Веселее»? В такой момент ты думаешь... о веселье? Он вспомнил Анго и его суровый взгляд. Там, у входа в Люпин. В тот момент он словно ступил в другой мир. В другом мире не существовало веселья. Шибусава ждал, склонив голову. Но Дадзай молча улыбнулся и не удостоил его ответом. Он услышал шаги их третьего собеседника снаружи.