Мой ночной кошмар

«Нет, милая. Твоё день рождения ведь в середине июля? 19? Тебе сейчас 23, как и ей, — невероятная догадка выбила из нее весь воздух…» — Расскажите, п-пожалуйста, — на последнем слове голос Алины дрогнул. Сейчас она была рада тому, что всё же сидит, потому что сила покинула её тело окончательно. Слезы собрались в уголках глаз, обида на родителей душила изнутри. Всю жизнь её обманывали, но ведь любили же? Пожилая женщина посмотрела за девушку в окно, на подъехавшую черную машину. — Я думаю, близкий когда-то человек, сможет рассказать тебе больше, чем я. Иди дитя, он тебя ждёт, — воспитательница обняла плачущую девочку, провожая её на выход. Как бы ей хотелось самой всё рассказать, да только сама ничего толком не знала. Тамара Ивановна печально улыбнулась своему бывшему воспитаннику и прошептала одними губами «позаботься о ней». На прощание обняв Старкову, она отпустила её, а сама тоже стояла еле сдерживая слёзы. Сережа и Олег очень скучали по Алине, когда её забрали. Дверь закрылась слишком громко, так показалось Алине. Она посмотрела жалостливым взглядом на мужчину в черном костюме перед собой. В звенящей тишине раздался сдавленный всхлип и стук женских каблуков. Нежные женские руки вцепились в лацканы черного пиджака, как в спасательный круг. Прижавшись к широкой теплой груди, Старкова перестала себя сдерживать и заплакала. Хрупкие плечики тряслись, но вскоре их обвила теплая рука, успокаивающая поглаживая. Весь мир резко потерял очертание. Сейчас для неё существовали лишь тёплые объятия и мучительные слова, что повторялись из раза в раз. Родители всю жизнь её обманывали. Вся её жизнь построена на лжи и предательстве близких людей. Как теперь ей понять кто враг, а кто друг на самом деле? — Ну же, Лисичка, успокаивайся. Я расскажу тебе всё, что ты захочешь, но для этого стоит перестать плакать и растрачивать энергию на это, — грудь Старковой вздымалась тяжело, легкие пытались восполнить недостающий воздух. Неприятный, колючий ветер коснулся голой кожи, заставляя поежиться от холода, пока на плечи не лёг многострадальный пиджак. Только сейчас Алина почувствовала это чувство — безопасность. Закутавшись в вещь, Старкова боязливо подняла, покрасневшие глаза на Олега. — Пойдём в машину, а то простудишься. Сам же Волков остался в чёрной водолазке, и вообще не обращал внимание на ветер. Его взгляд был тёплый, не такой обжигающе холодный как в первую встречу, словно он встретил друга, а не незнакомую девушку. Алина сдержалась от порыва треснуть себя, они ведь и вправду были друзьями. Если она и вправду Воронцова. — Мы можем поговорить после того, как я смогу переодеться? — осипшим голосом пробормотала девушка. Из-за слёз в горле пересохло, а глаза стало неприятно колоть. Пускай в пиджаке и было тепло, но вот ноги всё ещё оставались открытыми. Даже довольно длинный пиджак не мог защитить от пронизывающего холода. Олег открыл дверь машины, приглашая сесть. Дорога до дома была долгой. Было время, чтобы заглянуть в себя, почему она узнала это только спустя семнадцать лет и должна понять почему ничего не помнит.

***

На старенькой заправленной кровати, сидела маленькая девочка, обнимая руками красивую пушистую игрушку лисички. Вид её был опечаленным, лобик и носик были в красных пятнах, а по мягким щёчкам текли солоноватые дорожки слёз. В комнате кроме неё больше никого не было, но одна тётенька сказала, что у неё есть соседки. Та женщина надеялась, что маленькая четырехлетняя девочка найдет себе подружек. Как же она ошибалась… — Эй, соплячка, чего нюни распустила? — какая-то взрослая девчонка обращалась к Алине, но она сидела и просто плакала, обнимая игрушку. — Ой, вы только посмотрите, что у неё, какая красивая игрушка. Дашь нам с подругами, поиграть? Мы её обязательно вернем, — ещё две девочки мерзко посмеялись и закивали. Воронцова сидела и молчала, надеясь, что они просто уйдут и оставят её. Но эти приставучие, всё никак не уходили. — Эй, отдай, мне мама её подарила, — встревожено прокричала Алина, поднимая свои заплаканные глазки на обидчицу, которая забрала лису. Напротив неё стояла девчонка с неестественным белым цветом волос и леденящим взглядом голубых глаз. Она была чуть старше Алины, года на три. — Тебе, что, жалко, что ли? Мама не учила делиться игрушками с подругами? — издевательски протянула блондинка, поднимая руку с игрушкой выше. Но Воронцова не растерялась и ударила обидчицу ногой по коленке. Та взвизгнула и уронила лису, её подруги сразу же подлетели к ней. А Алина вернула себе свою вещь, сев на тоже место. — Да как ты смеешь, тварь, –старшая девчонка подошла к маленькой Воронцовой и ударила её по лицу. Из изумрудных глаз с новой силой полились слезы, теперь уже от боли. — Ты себе завела врагов, как тебе там… хотя впрочем не важно, — произнесла брюнетка, которая до этого стояла в стороне. Ещё одна из шестерок этой блондинки. Теперь они втроём окружили заплаканную Алину. Одна из девчонок уже подняла руку, чтобы ударить, но её остановила рука кого-то мальчика. Его каштановые волосы были в творческом беспорядке, руки были все в ссадинах и лейкопластырях. — А тебя, Марго, мама не учила не бить маленьких? — грубо произнес парень. — Ах, прости, у тебя ведь её нет, — он наиграно посмеялась, но почти сразу же снова стал серьёзным. — Убирайтесь.

***

— А кто такая Марго? — шмыгнув носом, спросила Старкова. Как назло, перед глазами стояла та маленькая задира. Воспоминания нагрянули неожиданно, из-за чего стала колоть в висках. — Мы подъехали, мне подняться с тобой? — Волков словно избегал говорить об этой девушке, Старкова насторожилась. «Кто она? Но думаю, лучше мне не вспоминать. Явно не очень приятная личность». Не желая оставаться одной, она позвала к себе Олега. — Ты прости, у меня не убрано, — диван был расправлен, грязная посуда стояла в раковине и на столе. После прихода Пчёлкиной, Алина забыла про уборку и просто ушла. Но в целом комната была убрана, поэтому скинув всё на стрессовое состояние, Олег прошел в столовую и сел на стул, наблюдая за девушкой, которая рылась в полках шкафа. — Мм, мне не удобно о таком просить, но…ты не против, если я тебе вечером верну пиджак? Просто я не брала теплую одежду, — Алина стыдливо опустила голову, ведь она сама не подумала о климате Питера. Но всё то время, что она находилась в городе, её всегда радовала теплая погода. Выбор пал на джинсы с высокой посадкой, топ-корсет белого цвета и на плече накинула пиджак Волкова, что приятно пах самим мужчиной. На ноги обула туфли на устойчивом каблуке. Быстро переодевшись в ванной, Старкова и Волков вышли из квартиры. — А мы можем поехать куда-нибудь выпить? — произнесла Алина, снова садясь в машину. Мужчина только кивнул и завёл машину. Пила девушка крайне редко, потому что не умела. Она была слишком откровенна, когда пьяна и старалась не употреблять алкоголь.

***

Во дворе гуляли дети разных возрастов, многие разбились на компании и играли вместе. Только одна девчонка сидела в одиночестве в тени цветущего дерева. На коленях у неё лежал альбом с рисунками, а рядом с ней сидит её любимая игрушка лисы. Маленькая Алина сидела в одиночестве, рисуя красивые платья, не замечая никого вокруг. Пока краем глаза не заметила уже знакомую белую макушку и незнакомого блондина. — Привет, Алина, или же Лисичка, как там тебя твои друзья называют, не покажешь нам свои каракули? — издевательски протянула Марго, а мальчик рядом с ней усмехнулся. Отталкивающая внешность парня: светлые неаккуратно подстриженные волосы, обычные серые глаза и шрам под левой бровью — делали его устрашающим. — Уходи, -спокойно произнесла Воронцова, за год в детском доме уже привыкла к издевательствам. Она быстро начала собирать свои вещи. Девочка не была сторонницей конфликтов и в свои пять не могла понять, почему к ней цепляются девочки постарше. Алина поднялась на ноги и только сделала пару шагов, как позорно взвизгнув и, запнувшись об чужую ногу, рухнула на землю. Сверху раздался смех парнишки и Марго. Воронцова всхлипнула, из-за падения она разодрала себе колени. — Ребята, смотрите, что рисует наша соплячка, — сероглазый, который стоял рядом с Марго, размахивал её рисунками перед всеми детьми. Кто-то смеялся над ней, кто- то над ее детскими каракулями, только двое мальчишек шли, расталкивая всех локтями, вызывая гневные взгляды и возгласы. Уже знакомый обладатель рыжих волос, подошел к ней, протягивая руку, а второй же, не сбавляя шага, подходил к новенькому. Его серо-голубые глаза опасно блестели, кулаки сжались до побелевших костяшек. Пару секунд и его кулак соприкоснулся с носом обидчика, послышался хруст. Олег явно переборщил и сломал нос мальчику. — В следующий раз перед тем как, что-то сделать, подумай о последствиях, — Волков презренно взглянул на блондина, который валялся на траве, придерживая кровоточащий нос.

***

Пока они ехали в машине, Алина рассказывала свои странные сны, после которых весь следующий день чувствовала себя, как живой труп. — Подожди, а дальше Серёжа обработал мне коленки? — хмуро спросила Алина, сильно зажмурившись. Теперь некоторые пазлы в голове соединились, незнакомый рыженький мальчик, разодранные коленки. — Просто, это единственное, что я помню из этой истории. Только смутно, словно смотрю через туман. Почему я вообще всё позабывала. — Теперь я понимаю почему ты не бросилась на шею Разумовскому, — Олег смотрел на Старкову, как любящая мать смотрит на своего ребенка. Она же в ответ растерянно взглянула на мужчину. Она должна была кинуться на Разумовского? Для неё всё ещё это казалось каким-то кошмарным сном. Всё же, сколько бы времени не ушло, она всё та же девчонка с милыми длинными косичками, которая вечно лезет в неприятности. Девушка смутилась под таким теплым взглядом. Родители не уделяли ей столько времени и любви. Отношения с приемными родителями у неё испортились сразу после поступления в университет. И вот уже долгое время, Алина проводит вечера одна. Иногда удостоившись вниманием от матери, которая вечерами могла позвонить и поговорить с дочерью об отсутствие личной жизни у неё. Но в жизни всё равно не хватало этого теплого взгляда, которым её одарил Волков.

***

Олег не рассчитывал, что Лисичка от горя напьётся до бессознательного состояния. Когда они вышли из бара, то Старкова споткнулась об свои собственные ноги, пока Олег открывал машину, она материла свои длинные каблуки, что мешали ей идти. Волков стойко выдерживал все её истерики и лишь гладил по руке, когда нужно было. В тёплом салоне её быстро разморило, и она уснула. Ему ничего не оставалось, как везти девушку в башню. Оставалось дело за малым, донести Алину до кровати и, уже направляясь в сторону свободной комнаты, Олег встретился с пронизывающим взглядом золотых глаз.