Соблазнение капитана (для чайников) / Seducing the cavalry captain (for idiots)

Дилюк принял важное решение. Последние несколько дней были сгустком эмоций и шаливших нервов, что, кажется, только ухудшало его положение. Что-то нужно было изменить — и не обязательно тот способ, который он выберет, но и всё его поведение. Что толку в хорошем плане соблазнения, если Дилюк сбежит при первом же намеке на ответный флирт Кэйи? На случай, если это действительно было то, что делал рыцарь. О архонты, он снова слишком много думал. Черт. Решительно тряхнув головой, Дилюк отогнал эти мысли. Не сегодня. Он собирался всё исправить, а это означало, что нужно сделать всё возможное. Забыть о том, как становился краснеющим беспорядком, когда Кэйа хотя бы дышал в его сторону. Нет. Он собирался очаровать этого самодовольного ублюдка — даже если это будет последнее, что он сделает. Если он все равно покраснеет (что, к сожалению, очень вероятно), то хотя бы убедится, что, делая это, выглядит сексуально. Легко. Взглянув в зеркало перед собой, Дилюк не смог удержаться от улыбки. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз так наряжался, и это определенно того стоило. Он обычно воздерживался от того, чтобы гордиться своей внешностью, но, честно говоря, сейчас он выглядел сногсшибательно. Одежда, которую выбрал рыжеволосый, была его старой формой бармена, которую он перестал носить несколько лет назад из-за неудобства и извращенцев, таких как Донна. Костюм был слишком обтягивающим, подчеркивая его узкую талию и шикарную задницу; белая шелковая рубашка дополняла черный жилет и брюки. Дилюк также позаботился о том, чтобы собрать свои непослушные волосы в высокий хвост, заставляя рыжие локоны гипнотически раскачиваться при каждом движении его тела. О, вы думали, что это всё? Не-а. Дилюк сегодня не играл. Изящное черное колье-чокер украшало его шею, на ресницы нанесена тушь, а на губах — намек на темно-красную помаду. В конце концов, это был вопрос жизни и смерти. Всё или ничего. Аделинда могла бы усомниться в его внезапном интересе к таким вещам, но всё равно купила их для него. Честно говоря, она была лучшим специалистом в своем деле. Благослови её архонты. Бросив наконец удовлетворенный взгляд в зеркало, Дилюк схватил пальто и направился из винодельни к конюшням. Еще был полдень, солнце стояло высоко над горизонтом и немного ослепляло его. Обычно он начинал поездку в Мондштадт немного позже (учитывая время начала его смены), но, как бы он ни доверял Аделинде ("Вы повязали волосы тремя лентами, которые удерживают их на месте, Мастер Дилюк. Вам не нужна четвертая"), он по опыту знал, что его волосы не застрахованы от торопливого шага или чего-то более быстрого. Это означало, что он позволит своей лошади идти шагом всю поездку, просто чтобы убедиться, что его высокий хвост остался на месте. Это делало его передвижение намного более неэффективным, но лошадь, несомненно, добавляла определенного шарма.

***

Наконец-то пришло время шоу. Кучка людей открыто глазели на самого завидного холостяка Мондштадта, одетого так, чтобы сражать наповал, и смешивающего напитки, словно это был любой другой обычный день. Дилюк просто игнорировал их, в конце концов, он ждал, что появится один особенный человек и влюбится в него по уши. Где тебя черти носят? Как раз в тот момент, когда он подумал об этом, дверь в "Долю Ангелов" открылась, и вошел Кэйа. Ну наконец-то. Его любимому капитану кавалерии удалось сохранять привычную ауру беззаботности примерно три секунды, прежде чем он застыл на месте и уставился широко раскрытым глазом на Дилюка. Оу, неужели у него поднималась самооценка. Бармен не мог сдержать ухмылки, появившейся на его лице, когда Кэйа, очевидно, изо всех сил старался не пялиться на Дилюка. Когда он, наконец, скользнул на место перед баром, он казался настороженным. — Что случилось, Кэйа? Кошак язык откусил? – не удержался от поддразнивания Дилюк. Неудивительно, что Кэйа делал так всё время; он чувствовал невероятное упоение властью. К сожалению, рыцарь пришел в себя и снова встретился с алыми глазами Дилюка — его взгляд был напряженным, как и всегда. С ухмылкой на губах и излишне сладким голосом он ответил: — Очень милый котенок, на самом деле. И настал конец амбициозной программе "не краснеть". Черт. Нервно закусив губу, Дилюк повернулся спиной к капитану и потянулся за новым стаканом на полке. Сразу же он почувствовал, как взгляд Кэйи заблуждал по всему его телу, что совсем не помогло исчезнуть румянцу на его щеках. Черт возьми, сохраняй спокойствие, Дилюк. Всё под контролем. Всё еще краснея, но с более сдержанным выражением лица, бармен поставил стакан на стойку и снова встретился взглядом с темно-синим глазом Кэйи. — Твой заказ? Дилюку не понравилось, как его ухмылка стала чуть шире. — Есть кое-что, чего я желаю, но я не уверен, что ты предлагаешь, – как бы подчеркивая смысл сказанного, Кэйа позволил своему взгляду пройтись по всему телу Дилюка. Затем он просто одарил его необъяснимо ласковой улыбкой и небрежно добавил: — Одна "Полуденная Смерть", пожалуйста. Дилюк действительно старался здесь изо всех сил, но его сердце не могло долго терпеть всё это. В конце концов, оно в значительной степени принадлежало Кэйе. Вот почему он полностью проигнорировал свой план флиртовать в ответ и вместо этого сосредоточился на смешивании заказанного напитка. Наливая требуемую порцию одуванчикового вина, он вдруг замер. Погодите минутку. Он так много размышлял о том, как лучше реагировать на флирт Кэйи, что даже не потратил ни минуты на мысль, почему Кэйа вообще флиртовал с ним. В конце концов, не было никакой причины очаровывать его из всех людей, разве что… Я такой идиот. С вновь обретенным мужеством Дилюк принялся смешивать коктейль и, передавая его, обязательно убедился в том, что коснулся пальцами Кэйи (к сожалению, они оба были в перчатках). Рыцарь, казалось, был почти впечатлен этим, судя по тому, как его бровь поднялась, и Дилюк кокетливо моргнул подмигнул ему в ответ. (Только представьте, каким сексуальным он был бы, если бы судьба не лишила его способности подмигивать.) Рыжий не был уверен, радоваться ему или раздражаться из-за того, что в скором времени в таверне стало оживленнее, чем когда-либо. Может быть, дело в том, что слухи о его сегодняшнем виде просочились в массы, или... да, вероятно, так оно и было. В конце концов, это означало, что он вообще не сможет разговаривать с Кэйей. Несмотря на это, рыцарь не покидал своего барного места, как он обычно делал, и, казалось, получал удовольствие, наблюдая за работой Дилюка вблизи в течение нескольких часов. Напряженность его взгляда почти прожгла дыру в бармене, но со знанием истинного значения такой пристальности Дилюк мог только чувствовать облегчение оттого, что его чувства, кажется, были взаимными. И — ладно — он даже был немного возбужден. Разве можно его винить? В данный момент Кэйа практически пожирал его своим взглядом. Когда обстановка снова стала более расслабленной — стрелки часов приближались ко времени закрытия таверны — Кэйа допил остаток своей (третьей) "Полуденной Смерти" и встал. С почти тоскливым, портившим самодовольный вид выражением в его синем, как океан, глазе он сверкнул еще одной дразнящей ухмылкой. — Это поистине было благословением — видеть тебя таким. Надеюсь, ты не станешь винить меня, если твой образ проникнет в мои сны. Это наводящее на размышления заявление, очевидно, должно было его спровоцировать. В конце концов, Кэйе нравилось видеть Дилюка взвинченным, с багровым румянцем на щеках. Но рыжеволосый уже принял решение этим утром давным давно. Он собирался соблазнить этого засранца. Поэтому, собрав всю свою силу воли, Дилюк заставил себя не краснеть, вместо этого возвращая ухмылку. — Вообще, я закончу через несколько минут. Не останешься? О архонты на небесах, зрелище, вознаградившее его, того стоило. Маска Кэйи мгновенно соскользнула. Он выдохнул искренне растерянное "А?", его глаз расширился в чистом недоверии. Затем, все еще несколько беспечно, он слегка рассмеялся и произнес: — Дилюк, ты что, флиртуешь со мной? Бармен только игриво наклонил голову вбок. — А что, если так? Взгляд Кэйи потемнел, когда он снова оглядел его с ног до головы. — Тогда у тебя неприятности, солнышко.