Соблазнение капитана (для чайников) / Seducing the cavalry captain (for idiots)

Если и было что-то, чему Дилюк научился за все свои предыдущие попытки соблазнения, так это тот факт, что независимо от того, насколько великолепной может показаться идея, всё обязательно каким-то образом пойдет не так. Вот почему он готовил свой следующий план действий, вне зависимости от того, видел Кэйа его признание или нет. Бум. Спорим, ты об этом не подумал, а, Дилюк? Интересно, каков же будет следующий курс действий. Дилюк долго и упорно обдумывал новый план, подметив, что в Тейвате была одна вещь, которая объединяла всех. То, что любой человек захотел бы получить в подарок. И если бы вам когда-нибудь довелось встретить мелкую раздражающую маленькую фею по имени Паймон, вы бы поняли, насколько эффективным может быть данный метод при попытке завоевать чью-то привязанность. Самая мощная форма соблазнения: еда. И это будет не просто какая-то еда. Вкусная, домашняя еда, наполненная любовью Дилюка. Кто бы отверг такое? Очевидно, идиот. Рыжеволосый на секунду замер, когда ужасная мысль пришла ему в голову. Что, если Кэйа действительно откажется от еды? Он практически мог себе это представить. Его приводящую в бешенство ухмылку, в то время как он говорит что-то вроде: "О, такая жалость. Я только вчера это ел". Черт возьми, нет. Если бы рыцарь сказал такое дерьмо, Дилюк просто засунул бы еду ему в глотку. Далеко не сексуальным образом. Он снова увлекся. К счастью, у него оставалось не так уж много времени на раздумья, учитывая, что Дилюк находился прямо возле штаб-квартиры Ордо Фавониус. Довольно много людей с любопытством смотрели на него, большинство из них были сами рыцари. Дилюк не мог их винить. В конце концов, он предпочитал не лезть в их дела и держаться подальше от их штаба. (В основном потому, что рыцари снова пытались завербовать его, думая, что после того, как он однажды оказал содействие (пошел ты, Ужас Бури), он в кои-то веки действительно задумается над предложением.) Не-а. Пусть наслаждаются своей неэффективностью сами по себе. Дилюк перевел взгляд на небо. Солнце медленно садилось, окрашивая горизонт в сиреневый, розовый и желтый тона. Выглядело действительно захватывающе, но не для этого он был здесь. Учитывая время, Кэйа должен был закончить свои обязанности и выйти из этой двери в любую минуту. По какой-то причине бармен не мог не чувствовать себя слегка встревоженным. Он что, дурак? Изо всех сил старается сделать всё это, пытаясь ухаживать за человеком, который уже однажды разбил ему сердце. Неосознанно Дилюк начал поправлять перчатку на левой руке — привычка, к которой он прибегал всякий раз, когда ему становилось немного не по себе. Затем гигантская дверь в штаб-квартиру Ордо открылась, и каким-то чудом оттуда вышел не случайный человек, а сам Кэйа. Будучи довольно взвинченным сейчас, Дилюк не был уверен, что не предпочел бы вместо этого незнакомца. Капитану кавалерии не потребовалось много времени, чтобы заметить его. Причина в том, что у Дилюка были а) огненно-рыжие волосы, которые можно было увидеть за много миль, даже если не особо хочется, б) самая провокативная одежда во всем Мондштадте (Фишль не в счет, ладно? У нее есть сексуальная говорящая птичка, так пусть у Дилюка будет хотя бы это), и в) очень, очень напряженный взгляд, сфокусированный на рыцаре. Кэйа, казалось, просиял при виде него, его легкая улыбка превратилась в веселую ухмылку, когда он быстро направился в сторону рыжеволосого. Как только они оказались прямо друг перед другом, Дилюк больше не мог выдерживать зрительного контакта и отвел взгляд. Кэйа, по-видимому, воспринял это как приглашение выступить. — Так, так, так... Неужели Мастер Дилюк обдумывает предложение присоединиться к рыцарям? Или, быть может, ты... ждешь кого-то? – когда Дилюк лишь смог фыркнуть на это, Кэйа добавил: — Мне следует ревновать? Дилюк вскинул голову, чтобы посмотреть на мужчину, очевидно, оскорбленный простой перспективой того, что он способен изменить своему еще-не-любовнику. Кэйа только смотрел на него в предвкушении, его темно-синий глаз весело поблескивал. Ублюдок. Изо всех сил стараясь успокоиться, Дилюк сделал глубокий вдох и устремил на рыцаря небрежный (как он надеялся) взгляд. Полностью игнорируя остальную часть разговора и тот факт, что он казался очень подозрительным, рыжеволосый спросил: — Кэйа, может ли быть такое, что ты прочитал последнее письмо в "Кошачьем хвосте"? По какой-то причине этот вопрос заставил улыбку Кэйи стать шире. В голове Дилюка мгновенно зазвенели тревожные колокольчики. Он знает, он знает, он знает... — Не могу сказать, что это так, – протянул капитан кавалерии, его голос звучал почти извиняющимся. Погоди. Что? Должно быть, шок Дилюка отразился на его лице, потому что Кэйа тут же игриво наклонил голову и добавил: — А что? Мне стоит взглянуть? Прервать операцию, нужно прервать операцию... — Нет! – почти крикнул Дилюк мужчине, прежде чем быстро взять себя в руки. — Там ничего особенного. Очевидно, Кэйа так просто не отступится. — Хм... Я немного проголодался, так что, думаю, закажу еды у Сары. "Кошачий хвост" прямо там, и я мог бы также взглянуть на то, что заставило тебя так взволноваться, верно? – Он одарил Дилюка озорной ухмылкой и добавил: — Хочешь пойти со мной? В этот момент рыжеволосый почувствовал, как его жизнь промелькнула у него перед глазами. К черту это признание. По какой-то причине он чувствовал не смущение, а скорее... злость? Отчаяние? Это не имело значения, потому что еще до того, как он осознал, что делает, он сунул свою домашнюю еду в грудь Кэйи, прошипев: — Если ты голоден, съешь это! Рыцарь уставился на аккуратно упакованный сверток, который уже некоторое время привлекал его внимание: он лежал на скамейке рядом с Дилюком. Он тихо усмехнулся, забирая его у рыжеволосого и открывая коробочку, чтобы посмотреть на ее содержимое. Дилюк нервно наблюдал за действием, проклиная себя за то, что снова поступил так опрометчиво. По крайней мере, на этот раз он не сбегал. Глаз Кэйи расширился, и он поднял голову, чтобы встретиться взглядом с барменом. — Ты приготовил это для меня? Дилюк не был уверен, понравился ли ему самодовольный тон в голосе мужчины. — Кто сказал, что это я? Или что еда была для тебя? Стоять. Все должно было пойти совсем не так. Черт. Кэйа только фыркнул на него. — Конечно, Люк. Ты всего лишь со зловещим видом ждал перед местом, где я работаю, потому что тебе так захотелось, и принес закуску на случай, если проголодаешься? И это буквально твое фирменное блюдо. Еще раз, как ты его назвал? "Однажды в Мондштадте"? Ты такой романтик, честно, это очаровательно. Дилюк пристально посмотрел на Кэйю, но, к сожалению, багровый румянец на его щеках выдал его с потрохами. — Ты придурок. И не смей есть рядом с "Кошачьим Хвостом". С этими словами Дилюк развернулся и убежал пошел прочь так быстро, как только мог, услышав, как смех Кэйи раздался позади него. Приближаясь к главным воротам Мондштадта, он не был уверен, чувствовать ли ему облегчение или разочарование, видя, как Диона меняет письмо на доске объявлений "Кошачьего Хвоста".