Homeless

Фуры приезжают в темный вечер и уезжают глубокой ночью. Они уезжают, когда глаза слипаются и нет больше сил следить за порядком и не спать. Джэхён затягивается сигаретой и подзывает к себе Джонни. Тот без сопротивления идет к нему, Чон молча протягивает пачку сигарет. Смотрит альфа на Ёнхо и перед глазами почти половина жизни пролетает. Мало кто знает его настоящее имя, все привыкли звать просто Джонни. Изначально отец поставил Ёнхо к нему в пару, также как и Марка приставили к Донхёку. Джэхён не был рад тому, что теперь его каждое действие докладывали отцу, но были и свои плюсы. Сейчас альфа безумно рад, что это был Джонни. Никому он больше не может здесь доверять так, как ему. — Эх, думаю идти спать или сразу в почтовое отделение, — альфа мечтательно зажмуривается и выдыхает дым. Уставший Джэхён не сразу понимает зачем ему сдалось почтовое отделение в три часа ночи, но далее он хочет спросить о том, как дела у Тэна, и сразу всё в голове складывается. — Тэн не устал получать твои письма с просьбой подождать еще чуть-чуть? — Хмыкает Чон, стряхивая пепел. — Омеги, знаешь ли, не любят пустых обещаний. — Я уйду, когда перестану быть тебе нужным, — Джэхёну не нравится такой альтруизм, он такое ненавидит. — Когда ты перестанешь быть нужен, я убью тебя. Звонкий смех Джонни прерывает размышления альфы. Он не понимает почему тот смеется, но не удивляется, такое часто можно заметить за его другом. Да, Джэхён, наверное, может звать его так. — Что опять смешного я сказал? — Мрачно заключает, бросая бычок в мусорку. Джонни подтирает уголки глаз, надоедливая улыбка не слезает с его лица. — Ты ведь первым меня найдешь и застрелишь, если я уйду, когда буду тебе еще нужен. Джэхён на это молчит, потому что не знает, а вот Джонни не любят неловкие паузы. Джэхёну ничего не стоит их воссоздать, он легко разносит атмосферу холода и пустоты. А ведь хочется тепла, хочется услышать правду со слов Чона, а не угрозы. — Я вот давно заметил. Ты никогда не торопишься свалить, когда мы заканчиваем с фурами. — Мне будет трудно уснуть, если я лично не увижу, что всё закончилось и ничего не осталось, — Джэхён поправляет пиджак и легко улыбается. — Да ты и вправду профессионал дела, всё контролируешь и в курсе всего, — Джонни дружески хлопает по плечу и сильно зевает. — Тогда без обид, но я тебя покину. Спать хочу дико, а письму придется подождать до завтра. Джэхён желает спокойной ночи и облегчено выдыхает, когда остается абсолютно один на открытой площадке. Ни одной фуры, ни одного живого существа. Он забирает документы и акты приема, садится на пустую деревянную коробку и смотрит с разочарованием на большой склад, заполненный оружием. На него падает свет с открытого склада, Джэхён устало опирается ладонями на колени и через силу поднимает свое тело. Через пару минут выключается свет и он закрывает большие ворота автоматом. После разгрузки товара, как правило после на объекте абсолютная тишина. Иногда в доме сквозь стены можно услышать храп. Если устраивать массовое убийство, то Джэхён выбирал бы именно эту ночь. Толстый каблук классической обуви стучит и эхом раздается во внешнем дворе. Вода из крана шумит и мочит рукава его пиджака. Джэхён небрежно его снимает и закатывает рукава рубашки до локтя. Холодной водой он умывает лицо и не расслабляет слух, даже находясь в собственной комнате. Чон выключает кран, вытирает полотенцем руки и упирает их об раковину. В отражении напротив он видит свое уставшее лицо и небольшие синяки. Из-за холодного света он кажется себе еще бледнее, чем есть. Капли воды бесшумно стекают с подбородка. Джэхён разминает спину и вытирает теперь лицо, после чего постоянно смотрит в мрак своей комнаты. Тишина и больше ничего в ней нет, поэтому он осторожно покидает её. Ночью спят все, кроме тех, кто не занимается этим. Анализы альфы подтверждаются каждый раз, когда Ли Тэён раскрывает глаза и внимательно смотрит на него, нависающего сверху. Тэён не выглядит заспанным, в эту ночь он никогда не спит. Это единственная ночь, когда он может проводить ее с Джэхёном при полном доме и Кае. — Сегодня вы поздно, — его тут же затыкают жадным поцелуем. Жар тела проносится по омеге за секунду, он подобен горящей спичке. Тонкие руки омеги обнимают альфу, а ноги Ли скрещивает на его бедрах. — Тихо, малыш, — отрываясь от губ, шепчет Чон. — Нельзя никого разбудить. — Хэчана нет, — Тэён дарит легкий поцелуй в щеку и дополняет, видя удивление и недоверие в глазах альфы. — Он отпросился сидеть до поздней ночи с Марком в заднем бассейне южной части. — Если Кай их увидит... Но Ли кладет палец на его губы и соблазнительно шепчет на ухо ему: — То я возьму всё на себя, поэтому давай не будем отвлекаться. Джэхён вновь глубоко целует его, позволяя снимать с себя рубашку. Ему говорят, как сильно по нему скучали, как нужны были его прикосновения.

***

— Завтра Господин Ли Тэён не оторвет мне голову? Марк садится на чуть влажный пол и собирает ноги к груди. Рядом Донхёк, который опустил ноги в воду и плескается ногами, наслаждаясь подогревом в бассейне. — Он будет наоборот рад, что так сложилось, — омега улыбается и поднимает стопу вверх, наблюдая как капает вода с ноги. — Я не буду мешаться под ногами. — Слушай, может он правда тебя недолюбливает, но во мешать ему, пока он спит ты не сможешь. Но омега категорично вертит головой и смеется, что альфа ничего не понимает. — Мне просто не хочется, правда. Это один из дней, когда он правда счастлив. И вот появился ты, поэтому у меня появилась возможность сбежать ненадолго. — Сегодня его день рождение? — Почти, но как-нибудь понаблюдай за Тэёном и особенно за Джэхёном. Может тебе придет в голову что-нибудь полезное. Знаешь, все его так пугаются, что не осмеливаются поднимать голову дальше своей работы. Он постоянно следит за каждым, а тебе нужно задаться вопросом зачем он это делает и попробовать потом связать с его рутиной дня. Марк несколько раз моргает, пытаясь прогнать в голове сказанное. — Я не могу проверять своего босса, — он неловко чешет затылок, а затем все-таки встает. — Нам, наверное, пора? Донхёк тихо кивает и неохотно вытаскивает ноги из воды. В один момент он выпрямляется и становится так рядом к Марку, что альфа впервые замечает кое-что. Омега не так сильно ниже его ростом, а казался все время ему таким беззащитным и слабым. А теперь Донхёк кажется другим, более смелым и уверенным. — Ты такой неряшливый, — рука омеги тянется к губам альфы. Дыхание альфы моментально замирает. Мягкие подушки пальцев касаются его сухих губ, и у Марка бешеное желание облизывать их язычком. Умирать рано ему не хочется, поэтому он сдерживает позыв в присутствии сына молодого босса. На пальцах какая-то маленькая песчинка, которую омега довольна стряхивает. Медовая кожа блестит под светом холодных фонарей. Ночные фуры помогли им спрятаться тут, не находясь под пристальным обзором. Джэхён не единственный, кто пользуется этим преимуществом. Пальцы омеги скользят по рубашке альфы вверх, смыкаясь за его шеей. Глаза Марка округляются, когда его губы накрывают чужие. Горячий язык скользит по его зубам, и он находясь в затерянности, не отталкивает. Пухлые губы омеги манят и такие мягкие, альфа дает себе провалиться. В его голове мелькает мысль, что ради этого поцелуя можно потерять голову. Потерять от великолепия омеги и от выстрела в голову. Марк рычит в поцелуй и жадно притягивает омегу за талию, сжимая очень больно её, но Донхёк только сильнее хнычет в поцелуй и прижимается теснее. Его руки создают беспорядок на волосах старшего, но омега понятия не имеет, что он создает его и в душе альфы. Он мстит Донхёку, хватает волосы на затылке и тянет вниз, отрываясь от губ и несильно кусая за подбородок, выбивая тихий стон из омеги. — Боже, теперь я точно тебя не отпущу, — шепчет омега. — Теперь меня точно убьют. У Донхёка бьется сердце нешуточно, а виною чудной охранник, взявшийся из ниоткуда. Такой не похожий на всех здесь вокруг. Человечный, теплый, а еще его объятия такие надежные. Так не похож на них, но похож на него. Похож на его счастливый билет из этого сумасшествия. Пахнущий, как его родной дом, которого омега никогда не видал. Донхёк резко вновь прижимается к Марку, утыкаясь лицом в грудь, и обнимает крепко, не желая отпускать. — Донхёк-а, нам пора идти, — обрывисто в ухо напоминает Марк, который еще не восстановил дыхания. — Иначе будут проблемы. Ему нормально, он с детства доставляет их всем, но Марку правда нельзя облажаться, поэтому омега смиренно кивает и хватает за руку альфу. Единственное, он решает поправить наконец Марка: — Зови меня Хэчан.

х

Широкие двери раскрываются. В комнату заходит с ослепительной улыбкой Кай, который приметив знакомую фигуру лениво и громко аплодирует. Золото особенно красиво подчеркивает статус данного альфы. Он всегда идет ленивой походкой и бедра легко покачиваются в такт шагам. Золотая цепь на шее выглядит массивной, у любого заболит шея, но Кай не чувствует ее тяжести. Уложенные волосы с челкой на бок делают его красивым и располагающим, но его пистолет всегда заряжен, а стрелок он меткий, поэтому люди соблюдают с ним границу. В ажурном и исписанном зале для переговоров видно его сразу. Джэхён выдыхает раздраженно, заслуживает секунду внимания, а затем Чон отворачивается и поправляет ворот рубашки. У него не застегнута лишь одна пуговица. Он не любит светить молочной кожей и придерживается простой классики, сохраняя грациозность и аристократичность, не присущей Каю. Белая рубашка кристально чистая и выглаженная, каждый раз чудом отмывается вся грязь и кровь. Тугой ремень держит не только его штаны, но и оружие. Портупеи снятые висят на спинке стула. От Джэхёна может исходить та же надменность, но Чон держится всегда отдаленно и отталкивает собеседников своей рациональностью и холодом. Ему не нравятся тусовки и пиры на широкую ногу. Мог их вытерпеть только из-за Тэёна, который любил покрасоваться собой на таких увеселительных мероприятиях. Джэхён больше по барам, когда в его руке виски со льдом и где-то далеко вечеринка, откуда он наблюдает за сияющим омегой. В месте, где никто не предполагает, что он, стоящий в тени, ночами подчиняет себе Тэёна, от которого без ума все. И когда Кай садится с широченной улыбкой голодного хищника, Джэхён награждает его глубоким взглядом, подобный темно-синим волнам в тихом океане. Это столкновение двух хищников разных миров. Морской акулы и земного тигра, где каждый король своей территории. За этим столом что-то забывает и Марк. Напротив него сидит Джено, и в отличие от друга он не так уверен в себе. Рядом сидит Джонни, который скучающе рассматривает бокал красного вина, подперев лицо ладонью. Этот парень располагает, но внешность обманчива. Возможно одно неверное действие в сторону него, и Джонни перережет горло. Мощная энергетика альф держит всех в ожидании, как за секунду до прыжка на вкусное мясо жертвы. В этой гонке Марк понимает, что будет последним и не сможет отодрать куска. Пора бы научиться отстаивать свое солнце, думает он. Альфа выпрямляется и уверенно хмурится, выпуская в тяжелом выдохе всё напряжение. На это смеется Накамото, который всё время поглядывал за ним, новеньким. Из всех он выглядит самым расслабленным, даже как-то надоедливо довольным. У всех здесь абсолютно разное настроение и каждый стоит на определенной стороне. Джено и Накамото больше на стороне Кая, когда как Джонни верный слуга Чон Джэхёна. Марк не желает себя классифицировать по команде. Однако если выбирать из двух зол, безопаснее Кай, который по словам Джено более читаемый. Это не кажется правдой Марку, потому что Кай невероятно хитер, поэтому нельзя так просто его списывать. Есть также Чон Джэхён, который вообще непонятен. По какой-то причине ему доверяет Хэчан, а ему Марк верит. — Если вы не против, то я начну? — Джэхён чуть приподнимает брови и бросает взгляд на Кая. Не смотря на множественное число, вопрос предназначался ему. Кай быстрым движением смахивает прядь челки назад и коротко смеется: — Да-да, конечно, можешь приступать, мы все внимательно будем тебя слушать, — он улыбается и расцепляет ладони на столе, указывая ими на окружение. Марк в этот момент громко отхлебывает воды из стакана и чуть не давится, сталкиваясь с немым взглядом Джэхёна. Рука по инерции отпускает стакан обратно на стол. — Отлично, в первую очередь я хотел сообщить, что хотел бы взять координацию внутренного проекта по развозке оружие, — в этот момент Кай перестает разрезать стейк ножом. — Нужно пошагово распределить ответственного, а я бы хотел быть координатором всего процесса. Серебряный нож шумно кладут на тарелку, тем самым все оборачиваются на звук. Плечи Кай тихо потряхивает, приглядевшись можно заметить, что он тихо посмеивается. Его смех увеличивается и становится жутко. Кай вытирает уголки губ тканевой салфеткой и бросает ее на недоеденный стейк. — Вот черт, весь поганый аппетит пропал от твоих слов, — он продолжает улыбаться и заглядывает в глаза Чону. — Я услышал твои мысли, но почему координация оружия за тобой? Джэхён, единственный не задрожавший, мягко улыбается. Он выглядит даже нежным, будто бы смотрит снисходительно на ребенка, которому нужно прожевывать элементарное. — Потому что я этим занимаюсь очень давно и никто не знает всего лучше меня, — тихо, но уверенно выговаривает каждое слово. Его спокойствие удавом связывает глотки всем, что ни у кого из присутствующих нет сил возразить и согласиться с Каем. Марк смотрит вниз себе на ноги, его шея болит, а поднимать взгляд и сталкиваться с акулами живьем не хочется. — Но ведь дела доверены Господину Каю, — звонкий голос Юты, как спасение в этом мраке. Присутствие столь сильных доминантных альф подавляет других, поэтому Накамото можно похвалить за его смелость. Вопрос заставляет Джэхёна сдержаться от того, чтобы закатить глаза. Он продавливает языком щеку изнутри и с легким прищуром смотрит на японца, прежде чем дать достойный ответ. — Да, но дела с оружием находятся на моих плечах, как это было еще при Тэиль-хёне. — Но ведь здесь речь идет о координации целого проекта, Господин Джэхён, — Джено подливает масла, расправляя плечи и смотря достаточно недружелюбно на альфу. — Вы уверены, что вам будет это по силам? Один уголок губ поднимается вверх. Улыбка Джэхёна выходит кривой, теперь на его лице читается вся неприязнь. Марк ощущает, как должен приостановить это, но для этого нужно выбрать сторону и предъявить беспроигрышные аргументы. — Моя северная часть всегда показывает лучшие результаты, обыгрывая вас в продажах и качестве силы работников, — Джэхён смотрит вверх и загибает поочередно каждый палец. — До жизни в Санзеро я был выпускником спец.лагеря Неона. Мне приходилось убивать важных лиц каждый день по государственному заказу. Нельзя было и пылинки оставлять после себя, иначе можно было прощаться с жизнью. И когда я стал сильнее их, они хотели от меня избавиться, но я исчез прежде, чем они вышли на меня. Понимаешь? Я не совершаю ошибок, поэтому мне можно доверить всё. Надо же. Марк и не знал, что Джэхён бывший сослуживец из Неона. Хотя бледная кожа одна из отличительных черт людей оттуда, потому что солнце избегает жуткого города. Стук пальцев по столу успокаивает всегда Кая. Так он унимает руки от желания придушить. Он подносит руку ко рту и прикусывает фалангу, размышляя как поступить. Джэхён же тол — Я думаю, что это уместная просьба, Господин Кай, — начинает осторожно Джонни, поставив опустошенный бокал. — Вы можете довериться ему, либо в качестве компромисса приставить кого-нибудь рядом, кто будет вам докладывать все детали. Хочу сказать, что я буду не против быть этим человеком. Кай перестает стучать и выпрямляется, будто бы найдя выход в словах подчиненного. Марк припоминает, как Хэчан рассказывал, что Джонни один из лучших переговорщиков. Половина заданий Джэхёна была успешна благодаря умению его подчиненного красиво говорить. — Да что же одних и тех же людей мучать. Нужно давать дорогу молодым, верно, Джэхён? На этой фразе Марк смотрит на Джено, который заметно напрягается и выпячивает грудь колесом. Ждет, когда предложат его. — Почему бы тебе не взять в помощники Марка? — Кай хитро улыбается и сцепляет руки на столе в замок. — Отличный кандидат, как раз и освоится. — Но Марк совсем недавно тут и доверять ему такое серьезное дело нельзя, — встревает Джонни, не понимая выбора Кая. — И он ведь следит за Донхёком! На лице Джэхёна нет никакого удивления. Он знал, что Кай выберет Марка. Нет ничего проще, чем выбрать слабое звено, которое будет портить всё. Так получится отобрать естественным путем координацию, ведь Джэхён не справился. И Кай выходит отличным либералом, дав возможность попробовать ему, а также не потеряв власти за главный сегмент их работы. — Джэхён ведь профессионал своего дела, тебе следует ему больше доверять, Джонни. Донхёка мы можем отдать Юте, он отлично ладит с детьми его возраста, — на последних словах Накамото широко улыбается, обнажая белые зубы. — Но Господин! Джонни привстает со стула, но его обрывает спокойным голос Джэхёна. — Я согласен взять Марка, — он переводит медленно взгляд с Марка на Джонни, тот сразу же садится обратно на стул. — Но Донхёка доверить Юте не могу. Если это произойдет, Тэён не будет с ним разговаривать месяцами. Кай разводит руками в сторону: — Прости, но я согласен только на таких условиях. Я не слишком доверяю Джонни, а у Джено достаточно своих внутренних дел. Накамото как раз освободился, поэтому ему отдать моего сына будет правильней всего. Джэхён закусывает верхнюю губу и недолго думает. — Так уж и быть, я согласен. Звонкий смех Кая раздается и разряжает тишину. Альфа резко встает и довольно хлопает один раз, призывая тогда закончить переговоры и перейти к своим делам.

х

Тэён прекращает быстро идти по комнате кругами и разворачивается. Его лицо хмурится в агрессивной манере, напоминая шипящую злую кошку. — Как ты мог?! Омега замахивается кулаками на альфу, нанося сильные удары по его телу. Всё это Джэхён стойко выдерживает и прижимает Тэёна к косметической тумбе и умудряется перехватить одну руку в воздухе. — Тэён, послушай меня, — Ли смотрит гневно, глаза на влажном месте от предательства и обиды. — Это никак не повлияет ни на что. Я вытащу отсюда тебя и Хэчана. Обещал и обещаю. Пощечина от любимого человека чувствуется по-другому. Джэхён смотрит в сторону и его щека горит от удара, а в ушах до сих пор стоит звон. Альфа раздраженно вдыхает и выдыхает перед тем, как повернуться к омеге. Он медленно смотрит в его гневные большие глаза и наконец перехватывает в очередном ударе вторую руку. Омега пытается вырваться, но Джэхён быстро укутывает его в крепких объятиях, не давая выбраться. — Ты обещал, — истошно кричит Ли в грудь ему. — Ты обещал вытащить нас из этого ада. — И я вытащу вас всех, — он же наоборот шепчет мягко в ушко ему и легко целует, слыша тихие всхлипы омеги. — Твой брат не пострадает от Накамото. Я попрошу Джонни осторожно избавиться от него, если он начнет предоставлять опасность. — Если бы я сказал ему всё в самом начале и не испугался Тэиля с Каем, он бы не считал меня врагом, — он смотрит в глаза альфе. Слезы блестят, как алмазные дорожки на его лице. Альфа стирает их с чистой кожи, засматриваясь на любимые, такие красивые глаза. — Я люблю его, как никого другого, — пытается омега донести, но он итак всё это знает. — Я знаю, знаю, — Джэхён быстро чмокает в губы и с улыбкой смотрит на успокоившегося Ли. — Поэтому никому не дам вас в обиду.

х

Хэчан смотрит долго на пистолет, который Джэхён вручил ему, пока говорил, что теперь его новой охраной будет Накамото. Омега считает удачным совпадением, что так вышло. Ненавистный Накамото и пистолет в руках. Воображение, конечно, подкинуло другой сценарий того, почему альфа решил именно во время этой новости решил подарить пистолет. Чтобы развеять дурные мысли он уточнил сразу же зачем оружие. Джэхён пожал плечами и неоднозначно ответил, что просто так. "Мало ли, вдруг пригодится", — как-то так он и сказал. Хэчан нервно хмыкает, считая безумным думать, что Джэхён намекнул пристрелить при удобном и нужном случае японца. Дрожащими руками он прячет его в шелковую ткань, которая осталась от матери. Пистолет он прячет за подушкой, а далее намерен брать его всегда с собой. Просто Джэхён никогда не делает лишних движений, с другой стороны он никогда не принуждает к чему-то. Возможно это всё игра его разума, и Чон правда ничего не хотел, отдавая оружие. — Черт. Он путается в собственных доводах, но избавиться от пистолета не решается.