Часть 8
25 июня 2021 г., 08:57
После свадьбы прошло две недели. За всё это время в жизни Чимина произошли изменения. К примеру, его переселили в другую комнату, которая находилась в корпусе королевской семьи. Его покои были недалеко от покоев Тэхёна и Чонгука. Теперь он мог чаще видеть своих истинных, правда, заставал он только Тэ. Спальня Чимина была гораздо богаче той, в которой он жил до свадьбы. Больше света из широких окон, туалетный столик из резного дерева и вообще обстановка сама за себя говорила о том, что отныне Чимин важная особа королевства.
Ещё к Чимину приставили 20 слуг, пятеро из которых имели доступ к его телу (мыли, одевали, причёсывали, наряжали, при необходимости проводили медицинские процедуры), остальные занимались уборкой, стиркой, подношением еды, выполняли поручения, отправляли письма Чимина его родителям, передавали слова Тэхёну, если омега хотел с ним погулять.
Кроме того, Чимин официально получил титул принца, теперь к нему должны были обращаться «ваше высочество». К нему был приставлен главный помощник, который мог отдавать распоряжения слугам и фрейлинам. Чимину прислали фрейлин из Института благородия. Теперь четыре омежки всегда бегают за ним, помогают, выполняют поручения. А главного из них звали Ёнджун. Он был славным омегой, они с Чимином сразу нашли общий язык. Конечно, Чимин всё ещё был осторожен, не доверял ему свои секреты, но уже привыкал к новому знакомому, который теперь помогает ему во всём. Ёнджун был выпускником Института благородия, там его обучили всем манерам, правилам дворца, тому, каким образом он должен помогать Чимину. На эту должность мечтают попасть все омеги из Института, Ёнджун был отличником и зарекомендован всеми преподавателями, поэтому Феликс выбрал его в помощники принцу.
— Как тебе? — спрашивает Чимин, повернувшись к Ёнджуну. Принц размахивает длинными рукавами белого платья из шёлка в разные стороны.
— Ох, ваше высочество, я не думаю, что во дворце это одобрят, — качает головой помощник, сидя в кресле. — Вы же знаете, на праздниках танцуют только незамужние омеги для развлечения гостей. Из дома кисен уже пригласили омег на сегодня.
— Вздор, — упрямится Чимин и снова поворачивается к зеркалу, крутясь перед ним и размахивая длинной юбкой. — Ты и сам знаешь, что я уже всю голову сломал, что ему подарить. Поэтому подарю то, что умею делать лучше всего.
Омега поправляет на себе поясок с серебряной вышивкой и решает, что его образ красивого танцовщика завершён. Он хорошо замаскировал свои опухшие веки слоем пудры, потому что не так давно Чимин хотел зайти к Чонгуку поговорить, но услышал, как его истинный альфа развлекался с Бэкхёном. После этого Чимин рыдал в подушку два дня и не выходил из комнаты. Ему было так больно, что его муж проводит ночи с другим. Омежьей сущности плевать на всякие там договорённости, она чувствует, когда её альфа изменяет ей. Боже, Чонгук ничего Чимину не обещал, он ему ничего не должен, так почему же сердце продолжает болеть, омега не понимает.
И Чимину захотелось доказать, что он лучше других омег, лучше всяких там наложников и фаворитов. Он не шлюха для потехи, он тот, кто может быть сильным и красивым, сохраняя в себе духовную чистоту. И сегодня он планировал это доказать.
Именины принцев отмечали с меньшим размахом, в отличие от дня рождения короля Тхэджо. Приглашали лордов, министров с их семьями, музыкантов и танцовщиков для веселья, и отмечали праздник в небольшом дворе под открытым небом. Было ещё тепло, несмотря на то, что сегодня первый день осени. Небо уже было тёмным, зато пространство освещалось традиционными красными фонариками, развешанными по всей территории. Слуги подносили напитки и еду гостям, сидевшим за маленькими столиками на мягких подушках.
Чонгук сидел на небольшом возвышении недалеко от родителей. За одним столиком с альфой был Бэкхён, нарядный и цветущий. Они оба могли видеть всё, что происходит вокруг, прямо перед ними была сцена, покрытая красной тканью, где сейчас кружились кисен в цветных нарядах.
Наследный принц не улыбается, он только поглядывает на Тэхёна, сидящего по левую сторону от него за своим столиком. Чонгук не понимает, почему брат сидит один, где же Чимин? Ему не здоровится? Гук тут же сам себя ругает, что волнуется за этого омегу. Ему должно быть плевать на него. Брак заключён, всё необходимое сделано. Теперь пусть Тэхён живёт со своим истинным долго и счастливо.
После свадьбы никто из их тройственного союза больше не поднимал тему консумации, дальнейшей жизни. Все предпочли промолчать. Чонгук после того, как узел спал, ещё немного отдохнул, уткнувшись носом в волосы Чимина, а потом ушёл в свои покои, оставив новобрачных наедине. Все остальные дни до этого вечера Чонгук занимал себя работой, встречами с послами, с которыми встречался король Тхэджо. Отец продолжал вести вместе с ним дела, обсуждать с Королевским Советом насущные проблемы. Чонгук делал всё, что угодно, только бы не возвращаться мыслями в ту ночь, когда он поставил метку Чимину, когда он на минуту почувствовал… что-то… щекочущее грудную клетку. Гук пару раз звал к себе Бэкхёна, проводил с ним ночи, а когда доводил всё до узла, невольно закрывал глаза и видел перед собой совершенно другое тело. Это наваждение сильно выбесило принца.
— Ваше высочество, почему Вы не едите? — спрашивает Бэкхён, заставляя повернуть к нему голову.
— А? Не хочу, — брюнет делает глоток воды с лимоном и всё поглядывает на Тэхёна, который успел его уже сегодня поздравить, подарив новый лук и стрелы. — Ты не знаешь, почему Тэхён один сидит? Где Чимин?
— Не знаю, — закатывает глаза Бэкхён, стараясь не показывать своё раздражение. Ему обидно, что Чонгук интересуется этим Чимином, а не им. Хоть бы раз спросил, как у Бэкхёна дела, всё ли у него хорошо.
Следующие минуты посвящаются многочисленным поздравлениям от гостей, которые высоко поднимают бокалы за здоровье наследного принца. Чонгук им кивает, улыбается, а сам ненароком ищет глазами блондина. Он спрашивает у подошедшего Дэйна, где Чимин, но тот с улыбкой указывает рукой на сцену.
Церемониймейстер громко объявляет о том, что Чимин хочет подарить наследному принцу танец. От этого начались перешёптывания гостей, в которых было слышно возмущение, удивление. Но Чонгук их не слушал, он только смотрел на омегу, что выходит в центр красной сцены и склоняет голову, дожидаясь момента, когда начнёт играть музыка.
С первых нот Чимин взмахивает руками, длинные рукава платья помогают ему в том, чтобы всё выглядело ещё красивее. Его стройное тело порхает над сценой, кружась в танце под звуки скрипки и виолончели. Чонгук, не моргая, наблюдает за ним, улавливая каждый изгиб, каждый прыжок, каждый взгляд, которым одаривает его омега. Его светлые волосы порой окрашиваются в красный оттенок от фонариков, что делает его каким-то нереальным. Каково же было удивление Чонгука, когда в нежных ручках Чимина появилась катана, которой тот начал размахивать в разные стороны так изящно, что ни один воин не сравнится с плавными и резкими перебросами. Омега и оружие в его руках действовали на Гука как феромоны, от ощущения которых хотелось заняться сексом.
Чонгук сдавливает челюсти, чувствуя, как начинает возбуждаться, как его член твердеет с каждым движением Чимина на сцене. Этот омега всегда такой милый, учтивый, а сейчас он демонстрирует всем то, что он может и поранить, даже убить. От этой мысли мурашки бегут по коже. И сейчас… когда истинный омега кружится в танце, явно получая от этого удовольствие, Чонгук видит огонь в глазах Чимина. На помолвке была лишь маленькая искра, но альфа и не предполагал, что эта искра может обратиться в настоящее пламя.
В завершающем моменте Чимин подбирается ближе к столику Чонгука, но не сходя со сцены, и опускается перед ним на колени, отчего длинная юбка эстетично разлетается по полу. Чимин вонзает острие катаны в пол и поднимает взор на принца.
— С днём рождения, ваше высочество, — произносит он сквозь тяжёлое дыхание от физической нагрузки.
— Спасибо, — выдыхает Чонгук, не сводя глаз с Чимина.
Омега поднимается на ноги, учтиво делает присест и уходит со сцены. Через пару минут он возвращается в золотистом ханбоке, который накинул сверху на платье, и садится рядом с Тэхёном. Тот сразу же притягивает его к себе и целует в щёку, отчего блондин улыбается.
Чонгука зовёт Бэкхён, поглаживая его руку:
— Ваше высочество… Чонгук…
— Что? — грубо рявкает Чон, повернувшись к нему. Замечает, что он сильно сжал серебряный бокал в руке. Отставляет его на столике, а потом снова смотрит на воркующую парочку.
— Чонгук, я тебя не понимаю. Что с тобой? Он тебе нравится?
— Что? Бэк, заткнись! Не хочу ничего слышать!
После этого Чонгук просит принести ему вина. Его отвлекают разговорами, возбуждение ушло, поэтому принц мог уже спокойнее вести беседы с гостями и наблюдать за представлениями на сцене. Хоть он и продолжал видеть только танец Чимина.
***
Через три дня Чонгук с Тэхёном изъявили желание потренироваться в битве на деревянных мечах. Для этого им постоянно выделяют один из многочисленных широких залов с высокими потолками, где площадь позволяет устроить подобное. Чимин как только об этом узнал, тут же смекнул, что альфы после тренировки будут голодные, поэтому захотел приготовить для них что-нибудь вкусненькое. Он и так постоянно слоняется по замку без особого дела, хорошо хоть книги в библиотеке спасают, да прогулки в саду. Чимина спросили, что приготовить, но омега решил взяться за готовку самостоятельно. Слуги сначала не хотели его пускать на кухню, потому что негоже принцу Чосона потеть на кухне, когда для этого есть прислуга. В итоге Чимин объяснил своё желание ВанУку и тот отдал приказ предоставить Чимину всё, что ему потребуется. И сейчас омега принцев бегает по просторам огромной кухни и создаёт кулинарные шедевры, пока прислуга столпилась по стеночке с опущенными головами. Они по первому зову подбегали к Чимину, если тому требовалась их помощь. Принц решил приготовить мясо на углях (одну порцию острую, а другую не острую, так как Чимин знает, что Тэхён не может есть острую пищу), а на десерт он придумал булочки с грушевым джемом по папиному рецепту. Ему в этом помогали двое бет, чтобы получилось побольше. В итоге Чимин напёк булочек на целую корзину и распорядился угостить этим персонал кухни. Те только кланялись и благодарили Его высочество за щедрость. Приведя себя в порядок, Чимин отправился в зал для тренировок, посмотреть, как там принцы упражняются. В большом зале альфы уже который час бились на бамбуковых катанах, оттачивая технику боя. Тэхён ни за что не уступал Чонгуку, а тот был только и рад, что ему не поддаются, оттого у младшего ещё больше горел в глазах азарт. Чимин поворачивает голову и видит, что помимо него тут стоит прислуга, стража, а также здесь столпились почти все омеги дворца, которых было около двадцати. Фрейлины и придворные, а также наложники смотрели на альф во все глаза с неприкрытым восхищением и обожанием. Конечно, особенно у них слюнки текли, когда полупрозрачные светлые рубахи стали прилипать к телам уже вспотевших принцев. Чимину не понравилось то, что на его мужей так откровенно пялятся другие омеги и буквально пожирают своими глазищами. — Ты стал сильнее, — усмехается Тэхён, делая замах катаной. Чонгук делает шаг назад, встаёт в стойку и ловко отбивает удар: — Конечно, я ведь почти каждый день тренируюсь. — Всё не успокоишься с того раза в тринадцать лет? Мы можем так до утра биться. — Да, если ты не сдашься, — хихикает Гук. — Ни за что, — подхватывает энтузиазм Тэхён. Они снова отрабатывают ловкость и силу, двигаясь по залу, иногда подпрыгивая, отчего края их рубахи поднимались вверх, вызывая томные вздохи омежек, что стояли около стены, не смея мешать альфам, которые были совсем не против зрителей. — Ох, здравствуйте, ваше высочество, — замечает один из наложников пришедшего Чимина и тут же одёргивает рядом стоящего омегу, привлекая внимание остальных. Все, кроме принцев, сразу почтительно кланяются и приветствуют Чимина. Омега кивает им, постепенно привыкая к такому вниманию. Ему уже, конечно, не впервой наблюдать, как жители дворца, за исключением королевской семьи, постоянно кланяются ему, демонстрируя учтивость и подчинение, но сразу к этому привыкнуть невозможно. Особенно к тому, что эти же самые омеги дворца постоянно его обсуждают, хихикают или смотрят недружелюбно, стоит столкнуться с ними в саду. Порой они напоминают Чимину настроенных против него волчиц, притворившихся верными домашними щенками. — Чимин-и, ты пришёл посмотреть, как я ставлю этого выскочку на место? — хихикает Тэхён, останавливая бой, и ерошит свои взмокшие волосы. — Эй, то, что ты старше, не значит, что ты лучше меня. Я тебя уделаю, вот увидишь, — цокает Чонгук. Чимин умиляется с альф, которые порой ведут себя как дети, потом берёт из рук беты, стоящего у столика с водой, небольшое полотенце и подходит ближе к мужьям. Да, его бесят эти столпившиеся омеги, сущность внутри просто кричит о том, что Чимин обязан поставить их всех на место. Омега подходит к Тэхёну и заботливо вытирает ему пот со лба, после чмокает в щёку. — Вы долго ещё будете тренироваться? — спрашивает блондин, замечая то, как Ёнджун, что пришёл с ним, закатывает глаза, глядя на омег у стены, которые буквально текли и наблюдали за действиями Чимина. О да, в отличие от них, он может к ним прикасаться, заботиться о них и называть себя полноправным супругом обоих принцев королевства. Всё же есть свои плюсы в данном союзе, хотя отношения Чимина с Чонгуком всё ещё натянутые. — Думаю, на сегодня с тебя хватит, — отзывается Чонгук, глядя на брата. Он смотрит на то, как Чимин заботится о Тэхёне, как он вытирает его лоб, даря нежную улыбку, и альфа невольно ловит себя на мысли, что тоже бы хотел, чтобы его омега так смотрел на него, дарил тепло, ничего не прося взамен. У Бэкхёна постоянно какие-то жалобы на придворных омег, с которыми он не дружит, вечно какие-то капризы, просит украшения, и Гук шёл ему навстречу, потому как Бэк был очень отзывчив в постели и держал рот на замке в нужных ситуациях. Бэкхён не всегда приходит посмотреть, как тренируется Чонгук, но сегодня пришёл, однако в данный момент Бэкхён был занят тем, что обсуждал в это время какую-то новую ткань из Арэма с одним из наложников. Похоже, тот был уверен, что Чонгук принадлежит только ему. — Вы тоже взмокли, ваше высочество, — вдруг к Чонгуку подходит Чимин и нерешительно тянется к его лбу с полотенцем в руке. Альфа сначала теряется, но потом немного склоняет голову, дав возможность Чимину проявить о нём заботу. Это оказалось приятно. Чимин краем глаза всё ещё наблюдает за фрейлинами и наложниками, которые, похоже, глаз от них троих не могут оторвать. Сделав свой маленький знак внимания альфам, Чимин, стоя около Чонгука, оборачивается к Тэхёну: — Я приготовил для вас двоих кое-что вкусненькое. После того как умоетесь, приходите в гостиную в нашем корпусе, поужинаем втроём. Надеюсь, никто не против? — затем омега снова поворачивается в сторону Чонгука. Альфы пожимают плечами, они уже знатно проголодались, поэтому с удовольствием сейчас съели бы целого кабана. Чимин улыбается, а потом сталкивается со злостным взглядом Бэкхёна и восхищёнными глазками других омежек. Чимин задумывается… Угу, он ведь теперь принц, супруг двоих альф, по которым мокнут все омеги дворца, он в том положении, когда стоит выше всех этих омег вместе взятых, значит, может им приказывать. Чимин прокашливается и заставив свой голос не дрожать, подходит ближе к омегам, расставив руки по бокам: — А вы что тут все столпились? Дышать нечем! Нечего тут стоять, принцы закончили тренировку, им нужно отдохнуть. Идите все отсюда! Два десятка пар омежьих глаз уставились на супруга принцев, повисла тишина, они не ожидали, что Чимин будет разговаривать с ними в таком тоне и указывать. Они же видели, каким забитым Чимин приехал в этот дворец. Некоторые из наложников фыркают, остальные замялись, не зная, что делать. — Вы слышали Его высочество? Все вон! — подошёл Ёнджун, строго посмотрев на омег. Чимин уже подходил к Бэкхёну. Он ему не нравится, а после того раза, когда Чимин услышал его и Чонгука стоны, так вообще возненавидел. Ревность была сильнее терпения всего этого. — Бэкхён, ты можешь идти, — обращается Чимин к омеге. — Да как ты смеешь мне приказывать?! Ваше высочество, — Бэк смотрит на Чонгука. Чимин опускает глаза в сторону, стоя к Гуку спиной и ожидая его слов. Чонгук в этот момент усмехается, завидев то, с какой неприязнью Чимин смотрит на Бэкхёна. Это ревность? Да быть не может! Однако, Гуку стало интересно наблюдать за тем, как Чимин вдруг стал показывать зубки. Альфа вздыхает и говорит: — Бэкхён, иди к себе. Мы уже закончили. Если бы взглядом можно было пускать молнии, то Чимин и Бэкхён своими гляделками уже бы обрушили этот дворец к чертям. Чимин умудряется улыбнуться фавориту наследного принца, а затем повернуться к нему спиной и снова взглянуть на альф. На ужине Чонгук и Тэхён нахваливают кулинарные способности Чимина, они совсем не ожидали, что их истинный умеет готовить, да ещё и так вкусно. Чимин только прикладывает ручки к покрасневшим от смущения щёчкам и говорит, что ничего особенного, просто захотелось их порадовать. Однако уже после того, как все разошлись по своим комнатам, чтобы готовиться ко сну, к Чимину пришёл Тэхён. — Больше не подходи к нему! — Что? — Чимин снимает с себя серёжку и кладёт её на туалетный столик. Тэхён преодолевает между ними расстояние в несколько шагов и притягивает омегу к себе за талию. Чимин упирается в его плечи ладонями и смотрит на любимого с беспокойством. — Чонгук хоть и является твоим мужем, но не стоит относиться к нему, как к своему альфе. — Тэхён, но я ведь… — Не хочу ничего слышать! Ты только мой, а союз между тобой и Чонгуком, это всего лишь сделка, не более. Живя бок о бок, мы сохраняем всем нам троим жизнь, да ещё и репутацию Чонгуку, как наследному теперь уже обручённому принцу. После этих слов Чимин опускает грустный взгляд в пол, а Тэхён накрывает его губы своими, чтобы после произнести: — Есть только мы с тобой, правда же? Кроме того, ты же знаешь, какой я ревнивый. Не хочу делить тебя ни с кем. Поэтому не заставляй меня нервничать каждый раз, когда вижу тебя с ним. Тэхён целует своего омежку в лоб, желает спокойной ночи и уходит в свои покои. Чимин же роняет слезинку и чуть не теряет равновесие, но его вовремя подхватывает слуга. — Ваше высочество, с Вами всё в порядке? Лекаря позвать? Блондина держат за плечи, а он не слышит сейчас ничего, кроме своих мыслей, которые словно рой пчёл крутятся в голове и жалят. Что такого в том, чтобы заботиться о них двоих? Чонгук вроде бы был не против, когда Чимин вытирал его лоб полотенцем. А Тэхён… неисправимый чёртов собственник. Запрет подходить к Чонгуку. Он сам то себя слышит?! Чимину бы хотелось быть ближе к обоим своим истинным.
