Мечты учителей

Тем временем в 25 кабинете шёл урок истории. Валерия Леонидовна рассказывала 9 классу материал учебника. Посреди урока историчка остановилась и замолчала и стало происходить нечто странное. - Остановись, Лерочка, ты устала - Нет, папа, я не буду. Это особенно сложный материал! Дети обязаны понимать его, ведь он будет в ОГЭ! - Ну Лера, ты должна слушаться меня. Я воспитал тебя так, что ты живёшь в достатке и благополучии - верно я что-то да знаю в жизни. Так послушай же меня. Нам надо поговорить. Это важно. - Ладно, папочка. - Валерия Леонидовна слышала голос покойного отца. Ученики затихли. Она смотрела куда-то стеклянными глазами и молчала. Гимназистам сделалось дурно. Всё их внимание было сосредоточено на ней. Они не могли понять что сейчас должно произойти. Им казалось, будто она сейчас упадёт в обморок. Эта перспектива, несмотря на все насмешки в её сторону, их не радовала, класс не желал ей ничего плохого. Однако она заговорила. - По параграфу 13, предложенного вам в учебнике, вы должны сделать развёрнутый план-конспект параграфа. У вас есть время до конца урока. Начинайте. Историчка села за стол. Она смотрела куда-то в окно. - Ну что такое, пап? - Я чую что-то неладное. Тебе не стоит ходить в эту школу на этой неделе. Послушай меня. - Папа, я на работе! На мне висит ответственность за усвоение учениками материала их учебной программы! Я не могу давать им каждый урок план параграфа и вести с тобой беседы. Как показал опыт, в таком случае они ничего не усваивают. У меня дети с пятёрками в году пишут ВПР на 2 и на 3! Это беспредел! - Лера, я не могу просто взять и оставить тебя. Пойми, уже двадцать лет как ты никогда не увидишь живого тела моего, но я тебя храню. И мать твоя тебя оберегает, но из-за того как ты себя с ней вела... - Не переводи на меня стрелки! Я понимаю, что нельзя так говорить, но я её не уважаю! Каждый день одно и то же: Лера, делай уборку, иди готовь борщ, Лера, выпрями спину, Лера, у тебя не должно быть ни одной четвёрки! А как она орала на меня, а иногда хлестала когда я провинюсь... - Я понимаю. Но зачастую родители ведут себя так не из ненависти, а из-за собственных страхов. Посмотри на свою мать и на её сестру. Родители ни в чём не упрекали обеих, сестра, избалованная и неподготовленная к жизни сейчас живёт в доме своей матери, безработная и безответственная. Потому что её ничему не учили и не заставляли. А теперь взгляни на свою мать, которую всё детство донимала старшая сестра, которой родители не могли дать толкового совета: она взялась на себя, потому что понимала, что в этом мире можно расчитывать только на себя! Она так боялась повторить ошибки своих родителей, что... да, возможно она немного перебрала со строгостью, однако глянь: у сестры твоей мамы две дочери, которые живут без матери потому что она в разводе, не учатся в школе и видимо повторят путь своей мамы. А ты добилась многого - Папа, ты мне говорил это тысячу раз, я устала это всё время слушать, я просто хочу поработать и отдохнуть! Тем более жизненные проблемы моей тёти меня совсем не касаются! - Послушай, Лера. Вот мы крутимся вокруг чужих детей, даже не подозревая о том, что они становятся к нам ближе. Ты посмотри на них - они взрослеют. Теперь наши проблемы это их проблемы. Такой нынче народ растёт. - Что ты имеешь в виду, пап? Голос в ее голове замолчал. - Потом осмыслишь. расстроилась. «День так хорошо начался, а потом такое...». Голоса в голове донимали её, иногда ей хотелось выкинуть их всех, но она никак не могла этого сделать. Хотя, даже если бы она убрала тех личностей, с которыми советовалась, которые спасали от одиночества в трудную минуту, которые напоминали ей что надо сделать... нет, никогда! Однако сейчас ситуация обстояла иначе: у неё появился спутник, друг и просто тот, кто будет её любить. «Что если он узнает об этих голосах? Бросит? Будет избегать? Расскажет всей гимназии и будет высмеивать? Доложит начальству что у меня психическое расстройство и мне не место на этой должности? А могу ли я расчитывать на то, чтобы он принял меня такой, какая я есть?» Послышался притворный кашель. Историчка все ещё сидела и была поглощена в мысли. - Что же ты меня так пугаешь, Саша! - Чо хочу то и делаю, выдра! Чего такая пуганная сидишь тут? А? Не родишь со страху? Ааааааа... этот самый учитель... Ха! Как же я сразу не догадался! Куда вам уже смотреть друг на друга, а? Кажется мне, многого ты хочешь! А знаешь, что он хочет? Забыть тебя! Чтобы ты к нему не приближалась: такая глупая, мерзкая и самовлюбленная! Лица Александра не покидала нахальная улыбка. Валерия Леонидовна видела его перед собой совсем молодым: он был на первом курсе в университете Герцена. Он был чертовски красив: очень высокий, тощий, бледнокожий. Его зелёные глаза с какой-то игривой ненавистью смотрели ей в душу. Темные волосы стоило бы уже подстричь и расчесать, но даже такой лохматый он выглядел очень обаятельно. Саша был из богатой семьи, умён и начитан, потому ему всегда было с кем провести время, однако, когда ему с друзьями было скучно, он шёл донимать Валерию. Он знал, что он ей нравится. Ему очень нравилось наблюдать за тем, как она злится, как не может держать чувств при себе и взрывается. Саша понимал, что Валерия не может ему ничего сделать. Валерии Леонидовне было больно слышать насмешки Саши. Каждый раз, как он приходил к ней, она вспоминала того милого мальчика, который сопровождал её насмешками в школе и университете, отказал ей с предложением руки и сердца, задирал её, а потом она ударила его со спины между ног, после чего Саша распустил на весь университет слухи о ней. Тогда Валерия Леонидовна в лицо заявила тому что тот умрёт мучительной смертью. Саша лишь рассмеялся. В том же году Александр поехал в Волгоград в поход. Была жаркая ночь, он прогуливался по лесу и встретил огромного кабана. Животное напало на Александра. Первокурсник слышал, как трещат его кости, видел, как рассекается его кожа и мускулы, как из тела выходит жизнь. Несколько сухожилий на ногах были порваны, ребро сломано, откуда-то из-под бока фонтаном шла кровь. Все руки его были ободраны, кожа свисала кусками. Саша хотел жить, учиться, он любил всех своих друзей, врагов, родителей, родственников. Он орал срывающимся голосом, полным безысходности, отчаяния и страха. Он вырвался из зубов хищника и убил передавив тому ногами горло. Саша встал и собирался идти, но каждое движение, вздох, шаг - всё причиняло ему невероятную боль. Позже его тело нашли в лесу безжизненным. - Саша! Выкрикнула в мыслях историчка. Школьники не могли слышать тех разговоров, но видели напряжение на лице учительницы. - Что, выдра? Скажешь «Ты меня достал! Я не такая, это ты такой! Ты не прав! Я мы так сильно любим друг друга!»? Ха-ха! Посмотри правде в лицо если ещё не поняла. Валерия Леонидовна хотела что-то возразить, но их спор прервал скрип двери, из-за которой появился Владимир Сергеевич. - Есть разговор, - со вздохом сказал обжшник. Валерия Леонидовна была удивлена и испугана. Они вышли в коридор. Оба осмотрелись, убедились что вокруг никого нет и Валерия Леонидовна заговорила: - Почему Вы не на уроке, Владимир Сергеевич? - Мы, простите, Валерия Леонидовна, в дерьме! Я 35 лет здесь работаю и ни разу с таким не сталкивался! Обжшник скорчился от злости и обиды. - Они знают НАМНОГО больше чем им надо! Они знают всё, даже то, чего я не знаю... Я вышел поговорить с Валерием Михайловичем, а по возвращению в класс я обнаружил толпу десятиклассников за листком... они... ааах! Это отвратительно! Читайте. Елена Владимировна взяла в руки изрядно помятую бумажку. Она вся была исписана. Почерки на ней постоянно менялись, было видно что к этой бумажке приложились сразу несколько учеников. На бумажке было написано: «Владимир - Лера - Два полена. Владимир прячет что он гей, Лера - то, что ей в постели лень. В школе жмутся, А дома ебутся. «Чепчики» не надевают - Наверно возраст позволяет. Всё флягой кончилось и началось. Чтоб были силы, всё моглось. Полна отчаянья старуха, Ведь рост Володи ей по ухо. Но Лера тоже неплоха - Наверно слышит голоса, Им придаётся верной службой, Чтоб сохранить невинно дружбу. Когда «за партой» их Валмих Внезапно обнаружил, Он тихо произнёс «нахал», И дальше всё наружу. Чего та парта не видала - И выкрики и плач - Всё потому что обжшнику Валмих теперь палач. Тот кабинет, там парта, те же люди. Шатается доска на ножках, Валерия кряхтит, Владимир всё протяжно стонет, Он знает - всё простят. Надежду у него забрал коньяк.» Обжшник трясся от ярости. В глазах его было столько ненависти, сколько не было у всех вместе взятых учеников к алгебре. Валерия Леонидовна покраснела. Вдруг она снова услышала чей-то издевательский голос - Ребята молодцы! Творческие люди! Произведение искусства, только я бы добавил пару деталей о том какая эта выдра тупая... Валерия Леонидовна не слушала Сашу, она пыталась сконцентрироваться на голосе Владимира Сергеевича. - Что делать будем? Взгляд Владимира Сергеевича был полон отчаяния и усталости. - Мне кажется, самым разумным решением будет просто переждать. Вот-вот гимназисты уйдут на каникулы, надеюсь они всё забудут. - До каникул ещё четыре дня! Вы издеваетесь, Валерия? Да они меня сожрут за эти четыре дня сожрут, выплюнут наружу, а потом растопчат! Вам этого не понять... - - Владимир, мы с Вами так близки... наши проблемы кардинально разные, но главное - то что они обе нерешаемы. - Нерешаемы? Пффф спасибо за поддержку. Владимир Сергеевич вздохнул. - Чё тупая чтоли? - заорал на Елену Валерьевну Сашка. - Ты бы хотя бы чуть чуть сочувствия проявила, а не давала свои наитупейшие советы. Смотри как ты его доводишь. Он еле тебя терпит. Мог бы я поговорить с ним... оооо! я бы всё о твоей тупости рассказал, я бы порекомендовал ему бежать от тебя побыстрее и подальше!.. Голос Александра звенел в голове Валерии так громко, что ей казалось, будто его сейчас услышит Владимир Сергеевич. Валерия Леонидовна кипела от злости. Осознание того, что она ничего не может поделать сковывало ей дыхание. Лицо её скорчилось в конвульсии, глаза её, медленно закрывались и самое тугое напряжение с них не уходило не на секунду. Саша встал за спиной обжшника. Он был выше учителя на две головы и находился в гораздо лучшей физической форме, из-за того выглядя устрашающе. - Чего ты ждёшь, выдра? Сашка взялся рукой за плечо учителя. - Ударь его. Ударь. Спина обжшника взмокла от холодного пота. При виде исторички, которая вот-вот потеряет сознание, голову его накрыла паника. Хоть он и не видел Александра, он чуял что-то неладное.