От судьбы не уйдешь

— О, смотри! — пихнул его в бок Долохов и сунул под нос «Ежедневный пророк». Сам Том газету не выписывал. Во-первых, лишних денег на подписку у него не было. Во-вторых, друг любезно делился с ним всеми новостями. Вот только обычно Реддл предпочитал изучать газету уже после завтрака. Потому что голодное приютское прошлое не позволяло ему отвлекаться от еды. И вообще относиться к ней пренебрежительно. Тома крайне раздражали, если не сказать бесили, совы, непременно прилетающие во время завтрака. И портящие еду. В такие моменты он даже начинал радоваться, что писать ему некому. — И что же такого случилось? — поинтересовался Реддл, после того как овсянка была тщательно пережевана. — А ты полюбуйся! — воскликнул Антонин. — Вот уж никогда бы не подумал, что этот Дурсль — такой гений! Пожалуй, только упоминание Дурсля заставило Тома оторваться от завтрака. Ему было интересно, что же такого произошло, раз этот парень попал на передовицу Пророка. «Прорыв в зельеварении! Изобретено зелье, которое позволит оборотням оставаться в полнолуние в своем уме!» — кричал заголовок. Чуть ниже располагалось колдофото довольно улыбающегося Слизнорта, который то и дело протирал свою лысину платочком, и хмуро смотрящего в камеру Дурсля. Том тут же кинул любопытный взгляд на стол Рейвенкло, но, к его разочарованию, Дурсль сидел к нему спиной, явно уткнувшись носом в книгу, и ажиотажа вокруг своей персоны не замечал. «Хорошо, что мы с ним сотрудничаем, — решил Реддл и принялся читать статью. — А то иметь такого человека во врагах было бы не очень разумно». «Восходящей звезде зельеварения даже выплатили сорок процентов от суммы, хранимой в банке Гринготтс, для того смельчака, который сумеет изобрести лекарство от оборотничества. И пусть, по уверениям самого создателя, это зелье не является лекарством, а только временной мерой, но все же стоит надеяться, что теперь проблема оборотней будет стоять не так остро». Том дочитал статью и, пренебрежительно хмыкнув, вернул газету Долохову. — Дурсль несомненно талантлив, а статья довольно сомнительного свойства, — дал Реддл свою оценку. — Очень сомневаюсь, что кого-то в действительности волнует проблема оборотней. Кроме самих оборотней, естественно. — Возможно, статья проплачена лоялистами, — пожал плечами Долохов. — А может, сам журналист придерживается тех же взглядов. — Скорей всего дело обстоит именно так, — согласился Том. — Но все же начавшееся притеснение оборотней, возможно, сойдет на нет после изобретения этого зелья. — А может наоборот обострится, — возразил Долохов. — Судя по всему, зелье не самое простое. Мало кто сможет его себе позволить. Том кивнул, признавая правоту друга. И подумал, что теперь-то он знает, на какие деньги Дурсль, скорей всего, собирается покупать себе жилье. «Интересно, если бы ему не требовался дом, мир бы вообще увидел бы этот рецепт?» — задумался Том, разглядывая спину рейвенкловца. — «Или, как и во многих чистокровных семьях, оно бы перешло в разряд родовых секретов и никогда бы не увидело свет?»

***

Гарри вышел из Гринготтса и подставил лицо мокрому снегу. Хотя скорее стоило сказать, что это дождь, но весна еще не успела полностью вступить в свои права, а потому на улице была непонятная слякоть. Да и с неба капало почти не переставая. Из-за чего приходилось постоянно подновлять водоотталкивающие чары на очках. Оформление документов на открытие сейфа, а также получение таки сорока процентов от суммы приза за Ликантропное Зелье выпили из него все силы. «Никогда не думал, что гоблины такие крючкотворы и бюрократы, — посетовал Гарри, целенаправленно шагая по Косой Аллее. — Кажется, они решили, что раз волшебников теперь нельзя убивать с помощью секиры, то можно похоронить в бюрократии». Вообще Косая Аллея была не просто торговой улицей. От нее отходили большие и малые переулочки, в которых можно было найти еще много интересного и помимо торговых лавок. Например, адвокатскую контору, в которой оказалось возможным получить юридическую справку и даже услуги риэлтора. Слишком уж магический мир был маленький, чтобы имелся смысл заниматься каждым направлением по отдельности. Хотя такая кучность несколько Гарри удивляла. — Здравствуйте, — поздоровался Поттер и взмахнул палочкой, чистя и суша одежду. — Можно? Кабинет был не очень большой, но со вкусом обставленный. Отделанный дубовыми панелями, которые придавали помещению мрачный, но солидный вид. Как и положено кабинету серьезного человека. Помнится, на Гриммо тоже было что-то похожее. — Здравствуйте, присаживайтесь, — кивнул волшебник. — Вы ко мне по какому вопросу? — Я писал вам. По поводу покупки дома. — Мистер Дурсль? — деловито поинтересовался мистер Боунс. Кажется, у него только недавно родилась дочь Амелия. И Гарри в очередной раз поразился тому, как тесен магический мир. «А ведь Волан-де-Морт убил всю семью Боунсов, так что остались только Сьюзан и Амелия. Их бизнес на этом прекратился?» — Я подобрал для вас несколько экземпляров, — между тем продолжил мистер Боунс. — Хотя в Англии дома вообще продаются нечасто. Но вам повезло, я даже могу предложить выбор. Но сначала заключим договор. — Сколько вы хотите за посредничество и оформление документов на дом? — поинтересовался Гарри, уже размышляя, что, кажется, решение обратиться к этому человеку было ошибочным. Не хватит Гарри денег на все. Конечно, у него была еще запланирована встреча с Поттером после обеда. Но вырученные за патент деньги он собирался потратить совсем по-другому. Например, на ремонт дома. Ведь он точно будет переделывать его под себя! А еще не помешало бы несколько расширить очень скудный гардероб. Ведь куда это годится — ходить в одной мантии на все случаи жизни? Мистер Боунс назвал цену, и Гарри кивнул. «Ладно, это я, наверно, смогу потянуть, — решил он. — Ведь иначе продающиеся дома придется искать самому. Да и с документами на собственность возиться самостоятельно».

***

Небольшие каникулы теперь казались даром свыше. Сидя в гостиной наставницы, Гарри чувствовал, как его понемногу отпускает. — Дом, значит, — улыбнулась миссис Сойер. — Дело хорошее. Смотри, чтобы там был добротный подвал, для ритуалов пригодится и не почувствует никто. — И учитывать расположение кладбища, — припомнил Гарри. — Конечно, — серьезно кивнула Сойер, — чтобы случайно не поднять мертвых, да и амулеты там заряжать можно… Но ты подумал, чем займешься дальше? На этот вопрос Гарри до сих пор не имел четкого ответа. — Одна из Блеков сказала мне, что на старых семьях проклятий как блох на бродячей собаке, так что на первое время я точно буду обеспечен работой. — Ты получил истощение, — несколько сварливо напомнила собеседница. — Это вредно. Однажды ты можешь не выдержать, стать сквибом или погубить не только себя, но и окружающих. Если и дальше хочешь снимать проклятия, нужно лучше контролировать свои силы. — Почему у меня такое чувство, что вы сейчас предложите неоднозначный вариант? — пробормотал Гарри. — То, что я скажу, действительно может тебе не понравиться, — заявила Сойер. — Нормальный наставник нужен! В Британии такого не найти. А еще война — хорошее время для некроманта. Можно тренироваться и стать гораздо сильнее, при этом не привлекая внимания. Гарри хмыкнул. Насчет наставника он не обольщался, но себе стоило признаться: опасностей, до того сопровождавших каждый год, не хватало. Настолько, что он сам пытался их найти. Порыв, побудивший тогда вмешаться и спасти Миртл, теперь стал понятен. — Вот, можешь пока ознакомиться, — правильно поняла все собеседница. Стопка газет прилетела по воздуху и приземлилась на стол. Гарри быстро просмотрел номера: все названия оказались не знакомы. — Они не Британские, но зачарованы так, что любой сможет прочитать. «Дурмстранг упраздняет демонологов!» — красовалось на обложке Мира магии. Гарри придвинул к себе заинтересовавшую его газету. Стоило пролистать номер, как взгляд зацепился за знакомое лицо. Долохов! При том такой, каким его запомнил Гарри в уже уничтоженном будущем. Вот только задорно салютовавшего мага звали Апполинарий, Гарри даже не сразу смог прочитать. «Преподаватели Колдотворца нарушили Секретность!» — буквально кричал следующий заголовок. — «Неизвестный обряд экзорцизма!» Еще на одной колдографии рядом с Апполинарием мрачно ухмылялся худой лысый мужчина. «Князь Кощеев пригласил всех заинтересовавшихся пообщаться с русскими магглами!» До Риты Скитер журналист не дотягивал, но старался. — Не стоит верить всему, что пишут, — миссис Сойер разлила по чашкам чай. — Но до меня доходили слухи, что маги Гриндевальда призвали демонов, а те после встречи с русскими спешно вернулись на свой план и призываться не желают. — Их маги так сильны? — Не скажу про всех, но вот это, — она коснулась пальцем изображения худого мужчины, — некромант. Кощей Бессмертный. От него точно все демоны могли сбежать. — Погодите-ка… — Гарри нахмурился. В детстве ему попадалась книжка сказок со всего мира, и среди героев фигурировал и такой маг. — Тот самый? У которого смерть в яйце? — В игле, — поправила женщина. — Говорят, что это его крестраж, но… — собеседница хитро улыбнулась. Гарри только кивнул: если о Кощее знают магглы по всему миру, от такого мага действительно всего можно ожидать. Это будоражило. «Я считал, что навоевался на всю жизнь, но… Может, и впрямь стоит поучаствовать в этом?»

***

«И выбрать-то не из чего», — печально констатировал Гарри. Полтора десятка домов действительно продавалось, вот только семь из них стоили гораздо больше, чем маг хотел заплатить. Выгребать все запасы он не желал. Еще на трех были явные проклятия. Четыре дома оказались в таком состоянии, что проще оказалось бы снести их и построить новые. Вопросами недвижимости в магической Британии занимались целых три человека, и один из них сейчас был рядом. От мистера Боунса веяло недовольством, которое он и не думал скрывать. — Мистер Дурсль, предыдущий дом был вполне хорош и вписывался в ваши требования. Гарри и без легиллименции видел, что подневольный спутник желает вернуться в маленький кабинет, к газетам и кофе, а не мотаться по всей Британии. — На доме лежит какое-то проклятие, — заметил Гарри. — И явно серьезное, раз хозяева предпочли его продать. — Но наши специалисты ничего не нашли! — возмутился Боунс. — Тогда считайте, что я все же хочу посмотреть все варианты, — невозмутимо ответил Гарри. Он уже давно понял, что многие маги предпочитали прятать головы в песок и делать вид, будто ничего не происходит. Проклятие все же было, Гарри после работы у Анны Сойер стал очень чувствительным к таким вещам. Да и находился дом там же, куда в будущем переберутся Джеймс и Лили Поттеры. «Я уже начал менять историю, но даже теоретически такого соседства не хочется», — устраивать лишние испытания для собственной психики желания не было. Последний продающийся дом располагался в Единорожьей долине. «Если и он не подойдет, придется брать один из тех семи, — вздохнул Гарри. — Строительство я не потяну, а за приглашение разрушителя проклятий нужно немало заплатить, ведь гоблины никогда не упустят возможности содрать с волшебников побольше денег». — Добрый день, мистер О’Нил, — Боунс снова стал сама любезность. — Мистер Дурсль заинтересовался вашим предложением и хочет увидеть дом. Слегка удивленный взгляд пожилого волшебника Гарри только повеселил. Слишком часто к нему относились словно к ребенку, а спрашивали как со взрослого. О’Нил явно не жил в этом доме, а пришел к обговоренному времени: комнаты были чистыми, но необжитыми и нуждались в ремонте. Да и маленький садик выглядел очень запущенным. У Гарри даже руки зачесались немедленно привести его в порядок: годы помощи тете наложили свой отпечаток. В целом, увиденное нравилось, но вызвало легкую тревогу. Особенно после визита на чердак и в на удивление большую лабораторию. Оба помещения оказались завалены всяким хламом. — Мистер О’Нил, возможно, мой вопрос покажется вам бестактным, но почему вы продаете дом? — Подозреваете наличие неприятных сюрпризов? — пожилой маг хмыкнул. — Проклятий я как раз и не чувствую, — отмахнулся Гарри. — Просто немного запущенное, но добротное жилье. — Дядя был весьма странным человеком, мы не ладили, так что я всего лишь избавляюсь от ненужного наследства, — пояснение мага, в целом, не вызвало подозрений. Но как подсказывал опыт, в чем-то О’Нил все-таки слукавил. — Даже вещи не трогал. Такую позицию можно было понять. Гарри еще раз окинул взглядом обшарпанный дом. — Меня все устраивает, — все-таки решил он. Какие бы секреты ни хранил этот дом, ничего смертельного здесь не таилось. А с косметическим ремонтом можно было справиться и самому.

***

«Да что там случилось?!» — Том пробежал по коридорам, лишь чудом никого не снеся по дороге. Патронус от декана выдернул его чуть ли не из кабинки туалета. Попавшаяся навстречу Вальбурга хмурилась и почти под руку вела Малфоя. Все еще бледный Абраксас сжимал в пальцах палочку так, что она могла сломаться. Следом за ней Дурсль с совершенно безмятежным видом левитировал носилки, на которых безвольно лежал приметный третьекурсник Гриффиндора. Хагрид уже сейчас превосходил всех ростом, но заметно уступал умом. Том притормозил, рассматривая процессию. На первый взгляд, «змееныш» не получил травм, но что-то же его ввергло в такое состояние. «Если из-за проделки этого «грифа»… — одна мысль уже вызывала злость, — дело замнут. Профессор Дамблдор защищает своих подопечных слишком хорошо». Впрочем, пока пострадавшим выглядел именно Хагрид. На повороте Реддл услышал топот: спешили старосты остальных факультетов. Профессор трансфигурации действительно был в следующем коридоре вот только больше никого из Гриффиндора там не обнаружилось. «Похоже, теперь мой самый большой страх — не бомбежки…» — увидев почти располовиненного паука размером с хороший тазик, Том с трудом сдержался, чтобы не передернуть плечами. — Мерзость, — прошептала староста Хаффлпаффа, выразив общее мнение. — Какой шикарный экземпляр! — воодушевленный Сильванус Кеттлберн копался во внутренностях монстра. — Коллега! — возмутился декан Слизерина. — Этот экземпляр чуть не убил ребенка с моего факультета! Если бы не реакция мистера Дурсля… — Я понимаю, — примирительно поднял руки магозоолог. С протеза закапала дурно пахнущая слизь, отчего Реддл ощутил легкий приступ тошноты. — Просто обращаю ваше внимание на то, что в Англии акромантулы не водятся, — как ни в чем не бывало продолжил магозоолог. — Хагрид прекрасно за ним ухаживал! Даже жаль, что паука пришлось убить. — Сильванус! — от Диппета сильно пахло успокаивающим зельем. — Речь идет об отчислении! А если в следующий раз он притащит яйцо дракона?! — Вы слишком строги к ребенку, — укоризненно заметил Дамблдор. — Никто не ранен, а у бедного мальчика на глазах убили питомца. Том почти до крови закусил губу. «Ребенок? Справедливость?! — Реддл медленно выдохнул. — Да у меня на глазах человеку голову оторвало!» — Старосты, — наконец обратил на них внимание директор, — объявите сбор студентов в гостиных! Ужин доставят туда, проследите за всем. Профессора будут прочесывать школу, — маг промокнул лоб платком. — Паук мог быть не один, а у мистера Хагрида пока не спросишь. — Понял! — мигом отозвался Том и развернулся на каблуках. — Рубиуса под мою ответственность! — немедленно заявил профессор Кеттлберн. — У этого ученика явный талант к магозоологии! — У вас есть ответственность? — Реддл еще слышал, как зло шипит директор. — Три десятка испытательных сроков с угрозой увольнения! Дальше Том не прислушивался. Он почти не сомневался, что для Хагрида все обойдется. Одно слово, Гриффиндор!

***

Небольшая прогулка под мантией-невидимкой принесла успокоение и легкую грусть: скоро он покинет это место навсегда. «В этот раз Хагрид закончит обучение… Я уже столько всего натворил, что сомневаюсь, останется ли хоть что-то от того будущего, которое мне известно», — Гарри неспешно прошел по темным коридорам к башне воронов. Чтобы получить загадку, пришлось себя обозначить. Факультетская гостиная не пустовала даже в этот час. Гарри с удивлением обнаружил в одном из кресел Миртл в обнимку с учебником. — Что-то случилось, Кнопка? — на такое обращение девочка больше не возмущалась. — У меня чувство, будто в голове все перемешалось и завтра не смогу ничего ответить, — пожаловалась Уоррен. — А ты что не спишь? — Это проявляется усталость и нервное напряжение, просто нужно отдохнуть. Не волнуйся, ты все это знаешь. — Гарри сел в соседнее кресло. — А я с Хогвартсом прощаюсь. — У тебя выпускной… — еще больше погрустнела девочка. — Гарри, мы ведь сможем продолжить общаться и после этого? — Конечно! Будем посылать друг другу сов, — маг сделал мысленную пометку прикупить себе птицу, — и потом я смогу прибывать в Хогсмид на выходных. Что тебя еще тревожит? Состояние Миртл вызвало вопросы. Конечно, все ученики нервничали в конце учебного года, опустошая запасы успокоительного в больничном крыле, но Гарри чувствовал, что тут нечто иное. — Я соскучилась по родителям, но боюсь возвращаться в… мир магглов. Гарри вздохнул — временами он забывал, что там шла война. В Хогвартс такие новости почти не просачивались, а самому магу было не до этого. — Знаешь, в начале года не вернулись трое магглорожденных учеников. Всем сказали, будто их семьи переехали, но шепчутся, что они погибли. Гарри нахмурился: вроде что-то такое говорили при распределении, он тогда толком не слушал. Зато вспомнилось, что Реддл как раз под бомбежками получил такой страх смерти. — Мы живем вдали от больших городов, так что, может, обойдется, — продолжила Миртл. — Тем более рядом магическое поселение, в таких случаях маггловские дома частично попадают под защиту. А на рождественских каникулах я нанесла на дом руны. Раз уж нельзя пользоваться палочкой. — Подожди-ка, — встрепенулся Гарри, — как называется то магическое поселение? — Единорожья Долина, — отозвалась собеседница. — То-то я, когда дом покупал, думал, откуда название знакомое! — маг хлопнул себя по лбу. — Миртл, ты ведь можешь тренироваться в магии у меня! Тем более дому необходим небольшой ремонт и я буду рад помощи. — Здорово! — оживилась девочка. — Вот только не знаю, как к этому отнесутся родители… Да и маги, я слышала, довольно строги в некоторых обычаях, а ведь мы не родственники… «Идиот, — мысленно обругал себя Гарри. — Конечно, о чем еще могут начать шептаться, если девушка в одиночку начнет регулярно наведываться к живущему одному парню!» Портить Миртл репутацию не хотелось. — Кнопка, я уже говорил, что ты мне как младшая сестра. Есть ритуал, после которого по магическим законам ты ею и станешь. — Младшая ветвь рода? — осторожно уточнила собеседница. — Или вассалитет? — Как ты захочешь. Подумай и реши. Оба варианта развяжут мне руки для защиты тебя и твоих родных.

***

Хогвартс в пору экзаменов напоминал растревоженный улей. Ученики нервно повторяли программу. Или пытались выучить за парочку дней до экзамена весь курс, рассчитанный на год. И даже прилежные ученики поддавались общей несколько истерической атмосфере. Сам Гарри прекрасно помнил, как он волновался перед СОВами. Сейчас же… Он был полностью спокоен. Потому что от результатов экзаменов ничего толком не зависело. Конечно, у Поттера не появилось четкого плана, как пройдет его жизнь, но… Дом был уже куплен. И даже на счету в Гринготтсе осталась некоторая сумма, вырученная за проданный Поттерам патент. Это позволит обустроить домик по своему вкусу. Дальше планов Гарри не строил. Да и вообще, загадывать не хотелось. Но, судя по всему, без работы он не останется. Ведь не только Блекам требовалось снять с себя проклятья. А насчет войны с Гриндевальдом… Как знать? Может еще и не получиться. Забракуют из-за зрения, например. Все-таки Гарри без своих очков становился беспомощнее кутенка. Хотя за последний год противостояния с Волан-де-Мортом Поттер и научился кидаться заклинаниями, ориентируясь только на слух. — Мистер Дурсль, пройдите, пожалуйста, в аудиторию, — пригласили его для практической части экзамена по зельеварению. — Здравствуйте, — поздоровался Поттер, разглядывая помолодевшие лица экзаменаторов. На удивление они были ему в большинстве своем знакомы. Именно эти люди в свое время принимали у него СОВ. Все-таки не так уж и изменился магический мир за эти пятьдесят лет. Гарри вытянул билет, полюбовался на выведенное там «Амортенция» и отошел к приготовленному для него столу. «Лучше бы, конечно, это был Напиток Живой Смерти, — посетовал парень, рассмотрев лежащие в лотке ингредиенты и взяв нужные. — Хотя так тоже неплохо». В аудиторию же тем временем пригласили следующего ученика. Гарри, стараясь не отвлекаться на эти разговоры, занимался своим котлом. «А ведь Амортенция — это сложное зелье высшего порядка. Для которого нужны специфические знания и ингредиенты, — вдруг задумался Поттер, мелко нарезая листья лакричного пиона. — Вряд ли никогда не учившаяся в Хогвартсе Меропа могла с таким справиться». В зелье отправились нарезанные крысиные хвосты и яйца пеплозмея. Теперь было необходимо пятнадцать минут мешать зелье против часовой стрелки. И можно будет оставлять настаиваться на… Гарри задумался. Время он не помнил, но там точно требовалось не больше получаса. «Может, там какое-то легкое приворотное и было, — вернулся к своим размышлениям о Гонтах Гарри. — А может, Дамблдор поверил крикам Реддла-старшего, что его приворожили. И ничего такого не было. Как бы узнать, что там произошло на самом деле?» Поттер приготовил сок дремодена, который еще только предстояло влить в зелье, и принялся убирать рабочее место. «Хотя, с другой стороны, меня это совершенно не касается», — со вздохом оборвал сам себя парень, окуная использованные ножи в нейтрализатор. Зелье тем временем настоялось, и можно было добавлять последний ингредиент. Жидкость получилась с розоватым отливом вместо перламутрового. «Передержал, — констатировал Гарри, переливая результат в подписанную колбу, и направился к экзаменаторам. — На Выше ожидаемого должно хватить». — Хм, мистер Дурсль, — протянул мистер Тофти, только мельком взглянув на колбу с заданием. — Я тут слышал, что вы недавно будто бы изобрели зелье, помогающее против ликантропии. Не могли бы вы нам про него рассказать? «А возможно и Превосходно поставят», — констатировал Гарри и со вздохом начал рассказывать о Ликантропном зелье.

***

Вручение дипломов Гарри чем-то даже напоминало устроенный над ним суд перед пятым курсом. Так же пафосно и торжественно. И совершенно непонятно зачем. С той лишь разницей, что в этот раз аудитория не была столь агрессивна по отношению к Гарри. Выпускников поздравляли, желали удачной дальнейшей жизни, а Гарри думал, что для очень многих на этом сказка закончится. Пусть пока они еще не осознали, что Хогвартс был для них сказкой, но… Сколько выпускников сумеют устроиться в маленьком и тесном магическом мирке? Не считая обеспеченных аристократов, конечно же. «Ведь, по сути, ничего с окончанием Хогвартса не изменится, — подумал Гарри, провожая взглядом сходящую с помоста магглорожденную девушку. — А многие ждут этого, как значимого события в жизни…» Никакого эмоционального подъема, а уж тем более праздничного настроения у Поттера не было. Даже какая-то меланхолия одолела. «Какой я, оказывается, старый…» — подумал Гарри, но к помосту за дипломом все-таки направился. Вручал их профессор Дамблдор, облаченный в парадную мантию глубокого синего цвета. По ее подолу мерцали звезды. Но в отличие от того, что Гарри помнил в своем времени, выглядело это красиво и гармонично. А не бессистемным нагромождением ярких цветов. — Мистер Дурсль, — профессор трансфигурации протянул ему аттестат об окончании Хогвартса. Красивая черная книжечка с выгравированным на ней гербом школы и обитыми уголками. — Я рад, что такой талантливый маг, уже заявивший себя в качестве изобретателя и инноватора, закончил Хогвартс. Надеюсь, что и дальше вы будете нас радовать своими изобретениями. — Спасибо, профессор Дамблдор, — чуть склонил голову юноша, принимая аттестат. Уже спустившись с помоста, Гарри с любопытством заглянул внутрь. Было крайне интересно узнать, какие же оценки он получил за ТРИТОНы. Вот только до них Поттер не добрался. Фамилия, красиво выведенная на пергаменте, вдруг посветлела, а потом и вовсе исчезла, заставив Гарри испуганно задержать дыхание. «Вот сейчас тут моя настоящая фамилия и появится», — обреченно решил парень, разглядывая начавшие проступать буквы. Первая среди них определенно была «П». Впрочем, реальность снова не оправдала его ожиданий. На пергаменте медленно появилась фамилия «Певерелл». «Ну да, когда же это у меня все было как обычно!» — со странной гаммой эмоций, в которой мешались и злость, и облегчение, подумал Гарри, торопливо захлопнув аттестат. Чтобы никто не заметил внезапных метаморфоз его фамилии. Певереллы — это конечно не Поттеры. Но все же не сильно лучше. И вопросов это вызовет никак не меньше. Пусть и его перенос во времени не разоблачит.