От судьбы не уйдешь

Том настороженно прислушался, пытаясь различить в ночной тишине приближение опасности. Вот только пока понять, что именно его выдернуло из сна, не удавалось. И это беспокоило. Ведь спал Реддл довольно чутко, отслеживая окружающее пространство. В приюте по-другому спать оказалось просто опасно. Можно было получить подушку на лицо от «божьих созданий», притворяющихся твоими соседями по комнате. Ведь в одиночестве Реддл стал жить далеко не сразу. Пришлось соседей изрядно перед этим запугать. Тома передернуло от одного только воспоминания о приюте. Звук повторился, и Том с удивлением понял, что это всхлип. Источником оказался Гарри. Он лежал на соседней кровати, свернувшись в клубочек, хорошенько закутавшись в одеяло, толком и не нужное по летнему времени, и всхлипывал. Реддлу даже показалось в неверном лунном свете, что плечи соседа по комнате вздрагивают от рыданий. «Самое разумное — отвернуться и сделать вид, что я ничего не видел», — подумал Том. Но вместо того, чтобы привести в исполнение собственное, несомненно, здравое решение, Реддл зачем-то его окликнул. Ответом ему, впрочем, стала тишина, а после еще один всхлип. «Это он спит, что ли? Кошмары? — несколько даже удивился Реддл и тут же сам себя одернул, напомнив. — Впрочем, он ведь тоже побывал на войне и потерял близких». Том вздохнул и все-таки встал с кровати. — Гарри, — потряс он его за плечо. Дурсля била крупная дрожь. Не такая, что сотрясает тело от рыданий, а та, которая появляется, если человеку холодно. Такое Реддлу было прекрасно знакомо. Зимой в приюте отнюдь не жарко. Часто приходилось спать по двое, чтобы хоть как-то согреться. «Окно вроде закрыто, и не дует, — нахмурившись, принялся рассуждать Реддл. — Неужели простыл на речке и это озноб?» — Эй, проснись! — уже в полный голос позвал Том. На этот раз Гарри среагировал и даже пожаловался: — Холодно. «Как я и думал», — констатировал Реддл и подавил странный порыв обнять Дурсля. Да, самый действенный способ согреться — это живое человеческое тепло, но они пока не в тех отношениях, чтобы это позволить. Мысль оказалась как пощечина. — Кажется, моя очередь заваривать чай, — нервно улыбнулся Том. — Или тебе лучше подогреть молоко? — М-молоко, — все же ответил Гарри, не переставая трястись. А еще у него, кажется, стучали зубы. А ведь в комнате было тепло! Погода в последние дни стояла жаркая и солнечная, так что деревянный дом неплохо прогрелся. «Какие книззлу под хвост отношения?! — Том поспешил на кухню, опасаясь, что ляпнет что-то не то. — Это лето сведет меня с ума!»

***

Гарри огляделся, выискивая схему этажей. Сейчас он уже чувствовал себя лучше после «благословения» и мог отправиться в Министерство Магии, чтобы официально оформить новый статус Миртл. Проверку палочки у аврора он уже прошел, а потому можно было и делами заняться. Вот только никакого отдела «опеки и попечительства» в Министерстве не было. И Поттер плохо представлял, к кому нужно обратиться по поводу своей новообретенной сестры. Единственный отдел, что имел хоть какое-то отношение к этому вопросу, можно назвать «Отдел магического правопорядка». Тут, кстати, как один из подразделов, значился и «Сектор борьбы с незаконным использованием изобретений маглов». А рядом находилась квартира мракоборцев. Как-то Гарри никогда не задумывался, что начальство авроров тоже сидело в министерстве. «Интересно, почему при подобном соседстве, Волан-де-Морт сумел захватить Министерство? — задумался Гарри, дожидаясь лифта с еще парочкой каких-то волшебников. — Все-таки сноровка авроров не должна была так сильно уступать подготовке аристократов. Наверняка имело место предательство». Наконец лифт приехал. За это время успела подойти еще парочка магов и даже прибыла с какого-то, видимо, вызова группа авроров. Они, весело переговариваясь, завалились в лифт в последнюю секунду. И у кого-то даже чуть не прищемило дверцами полы подпаленной мантии. — Повезло тебе, Рон! — громко рассмеялись его приятели, и Гарри заметил, как едва заметно поморщились другие пассажиры. Некоторые даже попытались отодвинуться. Хотя в условиях тесной кабинки лифта это и было весьма затруднительно. Авроров, как и любых представителей власти, здесь очевидно не любили. И Гарри даже ощутил укол сочувствия к этим веселым ребятам. Они делали свою работу, причем безусловно нужную, а им доставались только презрительно поджатые губы да отвернутые лица. Какая несправедливость. — Второй уровень. Отдел магического правопорядка, — наконец объявил мелодичный женский голос. К этому времени в лифте остались только авроры да сам Гарри. Мужчины весело перебрасывались лишь им понятными шутками и вообще вели себя на диво беззаботно. Хотя после операции всегда требовалось скинуть напряжение. Так почему бы и не громким смехом? Авроры свернули к себе, а Гарри направился к двери, на которой значилось «Визенгамот». — Здравствуйте, — поприветствовал Гарри сидящего за одним из столов секретаря. — Подскажите, пожалуйста, по поводу усыновления магглорожденной ведьмы обращаться к вам? — Вы можете все решить в частном порядке с директором Диппетом или же в судебном порядке. Для этого надо написать заявление, — заученно отозвался секретарь. — Хорошо, — кивнул Гарри и все-таки зашел в небольшой кабинетик. — Раз уж я к вам пришел, то давайте напишу заявление. — Присаживайтесь, — все так же со скукой предложил волшебник и вытянул из кипы бумажек бланк. — Имя, фамилия, дата рождения? — Мои или девочки? — уточнил Гарри. — Сначала ваши, потом усыновляемого, — пояснил секретарь и принялся записывать данные под диктовку. — Основания для усыновления? — Введение в род, — отозвался Поттер и заметил, что вот тут на лице мага мелькнуло что-то похожее на удивление. — Посредством раннего брака? — уточнил мужчина и окинул самого Гарри изучающим взглядом. — Нет, — с плохо скрываемым раздражением отрубил Поттер. — Вы просто ввели в род магглорожденную? — удивленно переспросил маг. — Да! — Не сердитесь, — пошел на попятную секретарь. — Просто это весьма необычно. Сейчас никто так не делает. Да и раньше подобное было не самой распространенной практикой. В вассалы брали, в жены — тоже. Но чтобы в род вводить… Он замолчал, делая какие-то пометки в бланке, а после снова вернулся к заученной манере поведения. — Ваше прошение будет рассмотрено в текущем порядке, ждите решение по своему вопросу в течение месяца, — сообщил мужчина и почти потерял всякий интерес к посетителю. «А ведь получается, что согласие Миртл даже не требуется. Каждый может вот так прийти, подать прошение и… — Гарри подавил невольную дрожь. — Спасает, кажется, только то, что магглорожденные сами по себе никому толком не интересны». — Мне бы еще хотелось составить завещание, — напомнил о себе Гарри. — Это тоже можно сделать у вас? Или этим занимается какой-то иной отдел? — Визенгамот имеет право заверять завещания, а также следить за выполнением последней воли покойного, — снова заговорил казенными фразами маг. А Гарри в который раз поразился, сколько же сфер жизни он контролирует на самом деле. «А ведь Дамблдор долгое время был его главой…» В этот раз бланк пришлось заполнять самостоятельно. И даже переписывать из-за сделанной в формулировке ошибки. — Готово, — протянул Гарри пергамент секретарю, который бегло проверил, правильно ли заполнен бланк, шлепнул печать и размножил документ. — Одна из копий будет храниться в архиве Визенгамота вплоть до вашей смерти. Вторая отойдет вам, — проинформировал маг. — Это все? — Да, до свидания, — с облегчением согласился Гарри и выскользнул из этого слишком маленького кабинетика. Бросил мимолетный взгляд на часы и искренне ужаснулся. Он почти два часа здесь проторчал! — Мистер Дурсль! — окликнул кто-то, едва Гарри вышел из лифта в Атриуме. Палочка уже не оказывалась в руках, будто сама собой, но маг напрягся, предчувствуя проблемы. Незнакомец чем-то неуловимо напоминал Риту Скитер и подсознательно внушал отвращение. «И как только его в министерство пустили?» — задался Гарри вопросом, разглядывая журналиста. — Ежедневный Пророк, Сэмюэль Вейн. Не могли бы уделить мне несколько минут? Ваше зелье произвело впечатление на именитых зельеваров и читатели… На то, чтобы вспомнить выходку Ромильды Вейн с подливанием Амортенции, ушло мгновение. — Мистер Вейн, — незваного гостя проклясть бы чем-нибудь из некромантского арсенала, — вам лучше обратиться с этим вопросом в Мунго. Уверен, там приведут статистику, и колдомедики дадут свои отзывы. — Гарри заставил себя говорить спокойно. — Но читателям будет интересно узнать о создателе столь потрясающего зелья! — репортер не сдавался и отставать не собирался. — Мистер Вейн, — Гарри посетовал на собственную неспособность сходу послать неприятного человека кентавров считать, — я сейчас очень спешу и не собираюсь решать вопросы на ходу. Готов поговорить с вами через несколько дней! — Конечно, мистер Дурсль, — покладисто согласился маг. — Я пришлю вам сову. Гарри не желал видеть этого человека и через два столетия, но, похоже, выбора не было, а выторгованное время дало возможность на подготовку.

***

Приглашение на свадьбу могло быть приравнено к произведению искусства: на плотном картоне распускались цветы, а с колдографии приветствовали Дорея и Карлус, пока еще просто в праздничных нарядах. Гарри помассировал переносицу: не то чтобы это было совершенно неожиданно, но он понятия не имел о том, что у магов принято дарить на свадьбу. Гарри и о маггловских-то традициях имел довольно расплывчатое представление. До обозначенной даты вроде оставалось еще много времени, но маг не обольщался — за ремонтом дни летели незаметно. «Нужно будет спросить у О’Нила и миссис Сойер», — Гарри черкнул напоминание на листочке, убрал его в карман и в очередной раз поймал себя на мысли о необходимости ежедневника. Слишком много развелось таких записочек. Оставив приглашение на столе, маг спустился в гостиную, куда для удобства сортировки перетащили все, что складировалось во второй спальне. — Это не коряга, а ветвь дерева-людоеда, которое чуть не сожрало меня в тропических лесах! — дух прозрачной грудью встал на защиту своего трофея. — И что нам с ним делать? — поинтересовался Том. — Наряжать вместо ели на Рождество? — Я планировал сделать из него вешалку в прихожей, — заявил О’Нил, — но потом уехал в очередную экспедицию, а вернувшись, писал статьи! — Ладно, пусть будет вешалка, — махнул рукой Гарри, до того как спор набрал обороты, — все равно старая не подходит к ткани на стенах. Миртл вертелась перед зеркалом, примеряясь, как будут на ней смотреться заколки, названные О’Нилом «канзаши». Благо никаких проклятий на них не оказалось, как и на гребнях. «Права была тетя, выбрасывая хлам, главное — не начать его рассматривать. — Гарри окинул взглядом тот бедлам, который воцарился в гостиной, и лишь вздохнул. Ставший хранителем дома О’Нил был категорически против того, чтобы выбросили дорогие его сердцу находки из разных стран. Расхламление застопорилось. Гарри с неудовольствием понял, что ракушки всевозможных форм и размеров ему и самому не хочется выбрасывать. Как и кристаллы различных минералов. «Может, выйдет сделать из них светильники?» — кусок горного хрусталя по форме напоминал лампочку. Свечи все еще хотелось чем-то заменить, это могло стать альтернативой. Гарри вспомнил прочитанный в свое время «Властелин колец» и Сильмариллы. — Так что, сделаем из этого вешалку сейчас? — отвлек от размышлений Том. — А то эта ветка точно еще полвека валяться будет! — Конечно, — Гарри взмахом палочки поднял в воздух будущую вешалку и отлевитировал ее в коридор. — Работы на пять минут было! Реддл преувеличивал, они справились быстрее. Всего лишь обкорнали с помощью Секо лишнюю длину, а вместо крестовины опустили ветку в тяжелую каменную емкость, о происхождении которой не помнил и сам мистер О’Нил. — А это в городе ацтеков — мы тогда обнаружили рабочий портал, представляете, Мелани нашла способ его запустить! — к моменту их возвращения дух и Миртл добрались до альбома с колдографиями. — Жаль только, не соизволила оставить записи. — Вы хотите сказать, что она перенеслась? — ахнула девочка. — Совершенно верно, юная мисс. Но мы так и не поняли, куда именно забросило нашу подругу, а сама она так и не вернулась, — хранитель дома погрустнел. — Слушая эти истории, мне удивительно, как вы сами дожили до столь почтенного возраста, — заметил Том, — и умерли последним. С колдографии весело махали руками четыре мага и две волшебницы. — Глупости, — заявил мистер О’Нил, — Френсис умудрился познакомиться с кумихо, и они осели где-то на Амуре. — Кстати о семьях, — вклинился Гарри, — что принято дарить на свадьбу магов из старых семей? — узнать, почему же английский маг и корейская лиса-оборотень создали семью на территории России, было, конечно, интересно, но сперва стоило решить неотложную проблему.

***

С кухни пахло свежей выпечкой, супом и еще чем-то аппетитным, но незнакомым: Миртл, под руководством в очередной раз заглянувшей миссис Сойер постигала магическое домоводство. Вереница чашек и тарелок величественно пролетела к двери: наконец распогодилось и можно было вновь устроить пикник в саду. Дождливая неделя не смогла испортить настроение. Закончить ремонт все не выходило, но теперь Реддл получал от процесса удовольствие. Это лето имело все шансы запомниться как самое безумное и… безопасное? Да, пожалуй, дни в доме Дурсля можно было назвать таковыми. — Нам осталось разобрать последний сундук, — Гарри установил на столик новенький светильник из большой ракушки. — Я думал, этому барахлу не будет конца, — признался Том. — Юноша, — дух просочился из подполья, — повежливей, ведь речь идет об уникальных коллекциях! Скорее открывайте, я и сам уже позабыл, что внутри! Реддл лишь через миг осознал, что они с Гарри вздохнули одновременно: это ж надо — обзавестись таким количеством вещей, чтобы не помнить о них. Едва открыв крышку, Том стиснул зубы, сдерживая ругательства: поверх то ли отреза ткани, то ли ненужной мантии, которой прикрыли содержимое, россыпью лежали закупоренные флаконы. И в некоторых что-то плескалось. — Кто же так хранит зелья?! — помня о находящейся поблизости Миртл, Реддл заставил себя высказаться без крепких словечек. — Вы его нашли! — дух влез под руку столь неожиданно, что Том чуть не выпустил пузырек из пальцев. — Надо же, а я думал, что выпил последний флакон еще пять лет назад. Эх, знал бы о нем, глядишь, обошлось! — посетовал мистер О’Нил. — Что это? — выглянувшая из кухни миссис Сойер прищурилась. — Русское зелье против безвыходных ситуаций! — заявил дух. — В свое время прикупил несколько флаконов у их торговца, и всегда выручало! Но когда пьешь, словно с драконом целуешься. Женщина насмешливо фыркнула, будто что-то знала, и вернулась к готовке. — Если бы такое зелье существовало, его рецепт уже добыли бы всеми правдами и неправдами, — не поверил Реддл. — Тем более если его можно свободно купить. — О снадобье он не слышал от Слизнорта, а уж тот точно не упустил бы возможности изучить подобное. — Кто сказал «свободно»?! — возмутился призрак. — Я имел дело с контрабандистом! Два флакона были переданы для изучения в Мунго и в Отдел Тайн, но безрезультатно. — А сами вы исследований не вели? — заинтересовался Гарри. Том улыбнулся: ну да, все «семейные наработки» должны увидеть свет. Ведь ремонт — дело затратное. — Пирог готов, — возвестила пришедшая с кухни Миртл. — А еще, Гарри, нам в ближайшие дни нужно купить большой сервиз! И отправить Блекам приглашение. — Какое приглашение? Зачем сервиз? — Дурсль в недоумении хлопал глазами, на стеклах очков поиграли блики, и парень из-за этого стал похож на удивленную сову. Том с трудом сдержался, чтобы не фыркнуть. — У тебя день рождения, — невозмутимо напомнила Миртл, — на следующей неделе. И нам нужно решить, где и как его отпраздновать. — Зачем? — опешил Гарри. Такая постановка вопроса удивила уже Тома. — Что значит «зачем»? — возмутилась Миртл. — Ты не собираешься праздновать?! День рождения. Для самого Реддла это была просто еще одна дата в календаре. Да, в этот день имениннику старались делать поблажки, но о праздновании речи не было. Но вот для других детей… Слушая рассказы воспитанников, попавших в приют более-менее подросшими, Реддл всегда испытывал зависть: у них это хотя бы было. Позже, в Хогвартсе, видя, как в одно утро совы приносят кому-то из учеников здоровенные посылки, Том уже знал: завтра придется слушать рассказы о том, как весело прошли посиделки. Это порождало раздражение. — Кнопка, у нас ремонт! — Гарри отмер и схватился за голову. — Миссис Сойер?! — он, ища поддержки, обернулся к наставнице. — Тебе необходимо укреплять полезные связи, — та, ожидаемо, встала на сторону девочки, — а добрые отношения с Блеками, несомненно, к ним относятся. Оспорить этот факт было невозможно. Дурсль обреченно вздохнул. — Дома действительно пока лучше не принимать гостей, — заметила женщина, — но вот садик твоими усилиями выглядит очень мило, и в нем вполне хватит места для небольшой компании. Я помогу с приготовлениями. Том с некоторым удивлением понял, что испытывает не зависть или раздражение, а сочувствие, что ли.

***

Блеки появились в хлопке порт-ключа, который Гарри пришлось зачаровывать самостоятельно, под чутким руководством О’Нила. А также выслушивать его причитания об ужасно упавшем уровне образования. «Кажется, в мое время частное создание порт-ключей было запрещено, — отрешенно подумал Поттер, встречая гостей около калитки. — Впрочем, пусть многое и было запрещено, но вот с контролем Министерство Магии не очень заморачивалось…» — Гарри! — радостно взвизгнула Лукреция и повисла у парня на шее. — Как я по тебе соскучилась! — Что, Лу? Решила своему жениху изменить? — ехидно поинтересовалась Вальбурга. — Мне так ему и сообщить? Язвительный комментарий кузины заставил Лукрецию смутиться. А также спасти Гарри от возможного удушения. — Что ты такое говоришь?! — возмутилась она, полыхая красными щеками. — Правду, — ехидно припечатала Вальбурга. — Ты же далеко не на каждого парня так вешаешься. — Она злится, что не успела первой, — драматическим шепотом пояснил Альфард, явно возомнивший себя бессмертным: взгляд Вальбурги был очень красноречив. Лукреция оскорбленно фыркнула и вздернула носик, демонстративно отворачиваясь от сестры. Впрочем, скосить смущенный взгляд на Гарри ей это не помешало. Поттер вздохнул. Блеки, как обычно, несли с собой хаос. Да и поругаться они успеют явно не один раз. Положение спасла Миртл. — Гарри, ты где про… — высунулась девочка из окна кухни. — Ой! Добро пожаловать! О ее новом статусе Блеки знали лучше всех, так что никакого удивления не испытали. А вот присутствие в саду Тома их явно поразило. — Какой коварный план, — восхитился Альфард, — притащить старосту, чтобы поддерживать порядок! — Балл со Слизерина за разрушение факультетской репутации, — Том решил подыграть, хотя чувствовалось, что ему это в новинку и он сам сказал и тут же осекся. Но неловкая пауза утонула в дружном смехе. Гарри почувствовал, как в груди потеплело, а сам он словно открыл новую страницу в книге собственной жизни.

***

Как бы ни хотелось больше никогда с журналистами и конкретно с Вейном не встречаться, но на встречу пришлось согласиться. Все-таки Гарри придерживался мнения, что лучше дать интервью, чем позволить его придумать журналюгам. Страшно было представить, что работники пера и слова могли раскопать, стоило им задаться такой целью. А посвящать окружающих в свои тайны Гарри желанием не горел. Тем более что по совету Реддла он поставил условие о том, что перед публикацией он будет иметь право не только на ознакомление со статьей, но и возможность вносить правки. Это несколько успокаивало. И должно было уберечь от совсем уж наглого перевирания информации, которым славилась Рита Скитер. А потому сейчас Поттер сидел за столиком в трактире «Три метлы» и неспешно потягивал сливочное пиво. В отличие от Косой Аллеи, сейчас, когда наплыва школьников не наблюдалось, посетителей в заведении было не так уж много. Что позволяло Гарри даже не сильно напрягаться. Да и сами посетители в большинстве своем были ему знакомы. Все-таки прошлое лето, проведенное в этом поселке, не прошло даром. В трактир влетел несколько запыхавшийся журналист, и Гарри флегматично отметил, что прибыл он, несмотря на свой вид, минута в минуту. — Здравствуйте, мистер Дурсль! — выпалил Вейн, занимая место напротив. Он отточенным движением, выдающим немалый опыт, развернул кусок пергамента и поставил на него самопишущее перо. — Начнем наше интервью? Вы же не против самопишущего пера? — Не против, — со вздохом согласился Гарри, понимая, что спорить бесполезно. Да и отказ, в сущности, не мог ничего изменить. — Вы появились в Английском магическом обществе только год назад и уже так ярко о себе заявили. Вот только о вашей жизни до этого момента известно крайне мало, — продолжил распинаться журналист, и Гарри с грустью понял, что неудобных вопросов избежать вряд ли получится. — Не могли бы вы просветить наших читателей? — Я не самый лучший рассказчик, — пожал Дурсль плечами и предложил. — Давайте вы будете задавать конкретные вопросы. «Так шансов сболтнуть что-нибудь лишнее все-таки будет меньше», — заключил Гарри, сцепляя руки в замок, чтобы скрыть нервную дрожь пальцев. Все-таки нечасто ему приходилось так нагло врать. Особенно перед журналистами. — Хорошо, — размеренно кивнул Вейн. — Расскажите, чем занималась ваша семья. Я буду прав, предположив, что именно она как-то повлияла на становление вас как исследователя? — Вы совершенно правы, — подтвердил Гарри, кивнув для верности. — Отец и крестный занимались артефакторикой. А мама — зельевар. В ликантропном зелье я большей частью использовал ее наработки. Вы же не думаете, что всего за полгода я бы успел полностью вывести формулу для нового зелья? — Да, вы правы, — кивнул журналист. — Многие задавались вопросом, как вы сумели справиться с такой непростой задачей за столь короткий срок. — Как видите, никакого секрета нет, — пожал Гарри плечами. — Я просто воспользовался семейными наработками и довел их до ума. Это не требует так уж много времени, как провести исследования с нуля. — То есть вы не считаете, что «восходящей звездой Британии» вас называют заслуженно? — А меня так называют? — несколько даже удивился Гарри, а потому расслабился. — Я, если честно, не очень тщательно слежу за новостями. И нет, я не считаю, что это прозвище мною заслужено. — А вы довольно скромный человек, мистер Дурсль, — заметил Вейн. — Я не стремлюсь к славе, — скривился Гарри и, чуть подумав, добавил. — Вряд ли бы все это увидело свет, если бы я не нуждался в деньгах. — То есть все эти изобретения — это просто попытки заработать деньги? — уточнил журналист. «Вот это он непременно вывернет как-нибудь не лучшим образом», — подумал Гарри, уже жалея, что произнес эту фразу, но все-таки выводы Вейна подтвердил. — Да, после гибели семьи и переезда я оказался весьма стеснен в средствах. Оставалось следить за языком и надеяться, что интервью не затянется.

***

Лавка миссис Сойер словно жила своей жизнью, каждый раз, когда Том проходил под разноцветными искорками, он чувствовал себя несколько неуютно. Да и в лаборатории, куда его допустили вместе с Гарри, не покидало ощущение чужого взгляда, таинственный наблюдатель то прятался в шкафу, то смотрел через глазницы большого черепа, подвешенного под потолком. Впрочем, угрозы не чувствовалось, а платила миссис Сойер хорошо. До артефактов допускался лишь Дурсль, но необходимость большими котлами варить не самые простые зелья не давала заскучать. Порезать мелко-мелко, добавить в котел, перемешать — и так раз за разом. Монотонная работа успокаивала, настраивала на созерцательный лад. Тем более в зельеварении Реддл разбирался, а рецепт в этот раз оказался простым. Том в очередной раз перемешал тихонько кипящее зелье и снял котелок с огня. Теперь оставалось дождаться, пока оно остынет, но маг уже и так видел, что ничего не испортил. Реддл принялся убирать рабочее место. Теперь можно было немного отвлечься и посмотреть по сторонам. Сам Гарри продолжал возиться с проклятой шкатулкой. Ларчик сопротивлялся упорно: пытался убежать на ножках, угрожающе хлопал крышкой и даже ощерился острыми клыками, которые выпустил вместо замка. Раздалось тихое поскрипывание — шкатулка наконец была зафиксирована с открытой «пастью», и Гарри принялся заливать внутрь зелья одно за другим. На пятом флаконе от ларца повалил дым. Освободившаяся от пут крышка напоследок хлопнула так, что Дурсль едва успел отдернуть руку. — С норовом старушка, — в лабораторию заглянула хозяйка. — Ну да ничего, скоро ею можно будет пользоваться, не рискуя пальцами! Миссис Сойер подошла к гадальным картам, развешанным на веревке, как постиранное белье, и принялась собирать уже безопасную колоду. — Как вам то интервью, не слишком привлекает внимание? Двусмысленных толков не возникнет? Реддл отметил, что Гарри заметно волновался, задавая вопрос. Это несколько удивило: все это время у Тома складывалось ощущение, что на мнение окружающих Дурслю плевать. — Залезть в голову к каждому идиоту не сможет и лучший легиллимент, но сейчас ничего править не нужно, — пожала плечами Сойер, вернув присланный репортером черновик. Гарри облегченно вздохнул и разложил на столе заготовку для небольшой сумки. Во всяком случае, пока формы походили именно на нее. — Зря ты так волнуешься, — заметила женщина, — мистер Вейн прекрасно понимает, что в случае чего за дело возьмутся Блеки, да и сам ты можешь вызвать его на дуэль. А можем поступить еще проще, — по губам женщины скользнула улыбка, а Том ощутил, как на затылке зашевелились волосы. Из-под маски милой хозяйственной волшебницы проглянула совсем другая личность. Сойер была опасна. Конечно, женщина, в одиночку держащая лавку в таком месте, как Лютный, и не могла быть кроткой овечкой, но раньше Том считал, что дело скорее в хорошем покровителе. «Умеет Дурсль заводить знакомства!» — восхитился Реддл.

***

Попавшийся на пути отряд авроров в этот раз не балагурил, собранные и серьезные маги пробежали мимо. Гарри мысленно пожелал им удачи. Очереди у нужного кабинета не наблюдалось, так что маг вошел. — Здравствуйте, я подавал прошение… — Добрый день, мистер Дурсль, — несколько оживился маг. — Визенгамот решил удовлетворить ваше прошение, поздравляю с обретением сестры, — он передал украшенный пергамент. Гарри взглянул на документ. Завитушки по бокам явно маскировали руны, защищавшие лист от подделок и уничтожения. А текст скупо информировал, что магглорожденная Миртл Элизабет Уоррен стала чистокровной волшебницей Миртл Элизабет Дурсль. — Если с признанием вашей родственницы окружающими возникнут некоторые сложности, можете обратиться в наш отдел, — продолжил волшебник, — предъявить данный документ или поклясться в родстве своей магией. А затем поклясться ей же, что вас и вашу сестру пытались опорочить. Назвать имена сплетников. Публичные извинения и штраф, как правило, хорошо укорачивают языки. Гарри с удивлением глянул на собеседника. — Право, я запомнил, что вам весьма не понравились мои уточнения, — пояснил тот, — а многие маги начали забывать традиции. К чему лишние проблемы? Обратиться девочка может и сама, подав заявление через директора или своего декана. — Вот как… Спасибо. Искренне поблагодарив и выйдя из кабинета, Гарри облегченно вздохнул: все заняло меньше пяти минут, а ведь в глубине души он опасался, что возникнут проблемы, и уже был морально готов идти к директору Диппету. Проведенный ритуал — хорошо, его воздействие на Миртл уже было заметно, но этот документ гарантированно решал некоторые проблемы, способные возникнуть на ровном месте. Например, объяснял изменение фамилии девочки во всех школьных документах. Или избавлял Блека от необходимости лично устраивать публичную выволочку каждому идиоту. В том, что найдутся желающие пораспускать грязные слухи, Гарри не сомневался, а это заденет и честь Арктура. Оставалось попробовать записаться в добровольцы, благо их пункт располагался по соседству, чуть потеснив авроров. Завернув в нужный коридор, Гарри приметил двух магов, идущих ему навстречу. — Твои выходки сведут матушку в могилу, — негромко выговаривал своему спутнику молодой мужчина. — Но брат… — возмутившийся юноша был очень похож на того Гойла, который запомнился Гарри. — Неужели ты ожидал, что в добровольцы запишут ученика? — удивился, похоже, нынешний глава рода. — За такое директор Диппет тут камня на камне не оставит! Они окончательно разминулись, и Гарри не смог разобрать все остальное, только многообещающее «дома поговорим». В приемной дежурил довольно молодой мужчина, хотя Гарри ожидал увидеть искалеченного старика наподобие Грюма. — Эй, Билли, уже третий щенок за сегодня решил показать, что у него есть зубы! — весело усмехнулся сухонький старичок в мантии целителя. — Что в Хогвартсе делают с учениками, раз они так рвутся на войну? — К реальности не готовят, — мужчина одним глотком осушил содержимое небольшого флакончика. — Что у вас, мистер? — он обернулся к Гарри. — Да я, собственно, тоже хотел записаться добровольцем, — ситуация неожиданно показалась забавной. — И талантливую молодежь на войну тянет! — посетовал медик. — Читал интервью с вами в Пророке, но не ожидал так вот встретиться. — Что ж, — усмехнулся аврор, — Целитель Сметвик, осмотрите нового добровольца. «Какой же тесный магический мир», — Гарри с удивлением глянул на сухонького старичка. — Проходите, юноша, проходите, — Сметвик жестом пригласил в свои владения, отгороженные ширмой. Клятву мага-медика он четко озвучил, пока доставал из шкафа странного вида артефакты, Гарри не припоминал таких у Помфри. — Назовитесь, пожалуйста, — целитель приготовил перо и пергамент. — Гарри Джеймс Дурсль. Перо вывело это без участия мага. «Остается надеяться, что обойдется без самодеятельности в духе Скитер», — подобным вещам Гарри уже не доверял. — У вас проблемы со зрением, или это артефакт? — сходу уточнил целитель и вытащил из чехла палочку. Гарри вздохнул: та же Помфри на его очки не обращала внимания, а вот Сметвик явно не привык халтурить.

***

Гарри подхватил с подноса с трудом найденный стакан сока и задумчиво оглядел украшенную цветами площадку сада. Молодожены принимали подарки, периодически трепетно касаясь друг друга кончиками пальцев. Новоиспеченная чета Поттеров настолько светилась счастьем, что даже завидовать им толком не получалось. А вот желание спрятаться от надоедливых «джентльменов» было. Очень уж многим нужны были услуги некромантов. Вот только Гарри в ближайшее время заниматься ими не собирался. Отчего они становились очень уж навязчивы. Вероятно, считали, что это позволит им обратить его внимание именно на их род. — Ты чего сок пьешь? — поинтересовался Альфард, вынырнув из толпы и спугнув снова направляющегося к Гарри мистера Флинта. Появлению Блека Поттер обрадовался, хоть приятель был уже несколько пьян. А пьяный Альфард был еще более навязчивым, чем мистер Флинт. Но тут хотя бы не нужно было лихорадочно придумывать вежливые и обтекаемые ответы. — Тебе же уже можно! — воскликнул Альфард, широко взмахнув рукой с бокалом и чуть не выплеснув содержимое на самого Гарри. — Можно, — согласился Гарри, осторожно отводя от себя чужую руку. — Но я не люблю терять над собой контроль. — Ой, как будто что-то случится от одного бокала шампанского! — беспечно отмахнулся Блек. — Если ты маг, то что-нибудь непременно случится, — усмехнулся Гарри, вспоминая шумные вечеринки в гостиной Гриффиндора, которые никогда не обходились без каких-нибудь происшествий, стоило юным магам напиться. — А в моем случае что-то случиться просто обязано. — Спаиваешь молодого человека? — деланно строго поинтересовался двигающийся в их сторону Регулус. И тут же рассмеялся. — Это дело нужное! Это дело важное! А то когда еще такая возможность представится? — Неужели вы, дядюшка, решили жениться и теперь прощаетесь со своим холостяцким образом жизни? — подколол родственника Альфард. — Нет-нет-нет! Никакой женитьбы! Не дай Мерлин! — со смехом открестился мужчина и внезапно посерьезнел, сбрасывая маску шута. — Я записался добровольцем на фронт. Вы же знаете, что Британия собирается открывать второй фронт для борьбы с фашистами? Недавно в Пророке как раз печатали обращение к магам от Георга Шестого. — Если честно, я не очень внимательно слежу за новостями, — вежливо улыбнулся Гарри. — Но в добровольцы я тоже записался. Подготовка начнется с первого сентября. — Вот как? — слегка удивился Регулус. — Вы тоже считаете, что с Гриндевальдом и его приспешниками следует что-то делать, а не то уже они доберутся до нас? — Мерлин! Вы опять про войну! — возмущенно воскликнул Альфард. — Мы на свадьбе! Хоть здесь не затрагивайте этой темы! — Чего это он? — несколько недоуменно поинтересовался Гарри, наблюдая, как Альфард шагает широким, выдающим его раздражение шагом. Впрочем, довольно быстро юный Блек оказался в компании Тома и других своих сверстников, где он быстро вернул себе хорошее настроение. — А, это ему не разрешили добровольцем записаться. Был большой скандал. Вот и бесится, — отмахнулся Регулус, тоже провожая взглядом племянника. — А мы вот с Лукориусом записались. Но узнать дальнейшие планы Блеков Гарри не удалось. К ним уверенной и твердой походкой направлялся Сигнус Блек, который, видимо, серьезно воспринял свою роль «почти крестного отца» для Миртл. — Как там твоя сестренка? — действительно поинтересовался мужчина. — Замечательно, благодарю, — вежливо улыбнулся Гарри. Его, если честно, несколько напрягало такое внимание к его семье. Сразу почему-то лезли мысли о том, что с его отъездом Миртл станет довольно беззащитной… «Под руководством миссис Сойер она как раз освоила несколько довольно неприятных проклятий, — тут же напомнил себе Гарри. — Да и в случае чего она не будет одна. Можно обратиться за помощью к Тому или самой Анне. Они за эти каникулы неплохо сошлись». — Я рад, что с крестницей все хорошо, — продолжал тем временем Сигнус. — Я, если честно, думал, что ты хотя бы представишь ее… — Лишнее внимание иногда только мешает, дядя, — заметил Регулус, который и не думал их оставлять, чтобы раствориться в толпе гостей. — Дорогой, ты там долго? — к ним неспешно подплыла леди Виолетта, и внимание Сигнуса тут же переключилось на нее. — Ты устала? — обеспокоенно спросил Блек, подхватывая супругу под руку. — Не стоит, — отмахнулась леди. — А вот девочки устали. Гарри несколько удивленно пронаблюдал за удаляющейся парой. «Это Блеки уходить собрались, что ли? Почему устали? Неужели я плохо снял проклятие и остаточное влияние дает о себе знать?» — несколько даже обеспокоился Гарри. — Наши так хорошо праздновали снятие проклятия, — усмехнувшись пояснил Регулус на так и не заданный вопрос, — что у всех, кроме отца, жены в положении. Но ему уже поздно. От такой откровенности Гарри даже слегка смутился. Обычно беременность женщины крайне берегли и редко кому об этом факте сообщали. Все-таки в таком положении женщины становились намного более уязвимыми. — Ясно, — пробормотал он смущенно и снова нашел взглядом Тома. Тот выглядел не вполне довольным жизнью, так что Гарри решил, что хватит с него сегодня Блеков. Да и Тома следовало спасать от Хепзибы Смит. Или ее от него. Это как посмотреть. Ведь если она похвастается ему про Чашу Пенелопы Пуффендуй… А особенно про то, что «как-то по случаю она прикупила медальон самого Салазара Слизерина»… Нет, в разговор однозначно требовалось вмешаться.

***

Зелье, назначенное целителем Сметвиком, было почти прозрачным, и его следовало закапывать в глаза, как обычные маггловские капли. Особого эффекта Гарри пока не заметил, разве что после долгих часов за работой не появлялось ощущение сухости и песка под веками. Но и это радовало. Маг аккуратно промокнул скатившуюся по щеке каплю и убрал флакон с пипеткой. Стоило поторопиться и закончить работу в ближайшее время. Швы приходилось делать без использования магии, но на сумочку шла плотная ткань, а не кожа, так что от Гарри не требовалось особых усилий. Да и он успел набить руку, распарывать и перешивать не приходилось. Сделав последние стежки и закрепив нитки, маг с удовольствием потянулся, прошелся по комнате: от долгого сидения мышцы затекли. Взгляд упал на книжную полку. «Вот и проверю, все ли работает, большинство томов по ширине подходит, — Гарри принялся складывать книги в сумку. — Жаль, не Поттеры этим занимаются, продал бы им патент». — Мысль заниматься производством самому нагоняла тоску. Он и третью-то сумочку дошивал на силе воли и желании сделать подарок наставнице. Немаленькая полка опустела, маленькая сумка немного потяжелела, но внешне выглядела как прежде. Довольный результатом, Гарри принялся возвращать книги на место. Подойдя к окну и глянув вниз, маг отметил, что с яблони опять нападала куча плодов. Мысль собрать их с помощью манящих чар позабавила, но хотелось размяться, так что Гарри направился на улицу. Сбежал по лестнице, прихватил стоявшую у двери корзину и поспешил к дереву. «Наверное, не стоило ставить здесь скамейку…» — очередное яблоко едва не приземлилось Гарри на макушку. Он успел перехватить «снаряд», вгрызся в румяный бок и тут же скривился — слишком кислое. Плодов было много, но надежда на то, что они наберут сладость к августу, не оправдалась. «Розы продолжают цвести и заполнили собою почти весь палисадник. Слива тоже хорошо прижилась, и уже на следующий год можно ожидать урожай», — Гарри прижался спиной к яблоне и прикрыл глаза: хорошо. Что-либо делать оказалось слишком лениво. Очередное яблоко, ударившее по краю скамейки, напомнило о том, зачем он сюда вообще пришел. «Это лето пролетело как-то слишком быстро, — Гарри наполнил корзину опавшими плодами, и она поплыла за ним по воздуху. — Вчера Миртл и Тому уже прислали письма из Хогвартса». Самому Гарри пришел ответ из Аврората, с документами, порт-ключом и списком того, что понадобится в учебном лагере. Учитывая способности магов в проклятьях и количество способов испортить жизнь окружающим, такой подход не был удивителен. Корзину Гарри отправил прямиком на кухню. Ноздри щекотал аппетитный аромат пирога, он еще доходил под салфеткой. В углу остывали баночки с повидлом. А Миртл и Том расположились за столом. — Получается, если мы не будем затягивать, большую часть учебников купим в букинистическом магазинчике, — девочка старательно делала пометки в присланном из Хогвартса списке литературы. — Да, — отозвался Реддл, пролистывая очередной старый учебник. — Можно сдать уже не нужные книги и получить хорошую скидку. Но нам все равно нужна одежда и разные мелочи. Чары подгонки тут не помогут, — этот факт явно не нравился еще подросшему Реддлу, и Гарри порадовался, что ему самому не нужно менять гардероб. — Достаточно купить ткань и фурнитуру, — заявила девочка, — миссис Сойер научила меня шить. Ей явно хотелось еще попрактиковаться. Проблему ставших слишком короткими подола и рукавов Миртл решила чисто маггловским методом: пришила к еще хорошим платьям воланы и кружевные манжеты, добавила такие же воротнички. — Предлагаю не тянуть и закупить все сегодня, — напомнил о себе Гарри. Том с сомнением глянул на часы, показывающие полдень, задержал взгляд на прикрытом салфеткой пироге. — Мне нужно посмотреть, что есть, и составить список покупок, — встрепенулась Миртл. Вещей у нее действительно было больше всех. — Значит, пойдем завтра утром, — понял намек Гарри. Как раз было время еще раз проверить сумочку.