От судьбы не уйдешь

Альбус торопливо шагал по безликим и каким-то мрачным коридорам базы. И пусть выглядели они порой даже лучше иных ходов Хогвартса, но… Там было место тайне, захватывающему приключению. Тут же стены базы английских магов не излучали ничего, кроме агрессии и застарелой безнадеги. — Проходите, мистер Дамблдор, — пригласил провожатый, распахивая одну из дверей. Внутреннее убранство комнаты тоже не радовало уютом. Да и какой может быть уют, если большую часть вещей в спешке трансфигурировали непонятно из чего. — Здравствуйте, мистер Шеклболт, — учтиво поздоровался профессор трансфигурации, с аккуратностью присаживаясь на жесткий стул. Сопровождающий его маг вышел из комнаты, бесшумно притворив дверь. Тихо звякнули, восстанавливая целостность периметра, заглушающие и конфиденциальные чары. Возможно, были какие-то еще, Дамблдор не успел разглядеть, а долго изучать защиту и при этом игнорировать хозяина кабинета было не лучшим вариантом — Возможно, вы несколько удивлены необходимостью появиться в Европе, но поверьте, в этом есть нужда, — неспешно начал седой генерал. — У нас сложилась непростая ситуация… — Простите мою бестактность, — перебил командующего Дамблдор. — Но если имеет место быть «непростая ситуация», то не уместнее ли перейти сразу к ее решению? Шеклболт с минуту помолчал, буравя Альбуса пристальным взглядом. — Хорошо, — резко кивнул он, переплетая руки в замок. — Буду с вами откровенен. Мы подозреваем наличие в нашем штабе шпиона. Именно поэтому мы были вынуждены позвать человека со стороны. Дамблдору достался еще один хмурый взгляд. Как будто даже озвучивать это предположение для генерала было выше его сил. Но слова прозвучали тяжело и неуютно осели в комнате. — Мы поймали приспешника Гриндевальда, — тем временем продолжил Шеклболт. — Он наверняка знает, где сейчас располагается убежище Гриндевальда. — И вы переживаете, как бы эта информация не стала известна самому Гриндевальду, — заключил Альбус, выдерживая недружелюбный взгляд мага. — От меня требуются только мои познания в легилименции? — Именно, мистер Дамблдор, — кивнул генерал. — Вас проводят к пленнику.

***

Дамблдор прервал заклинание и поджал губы. Как всегда, после легилименции оставались крайне противоречивые чувства. С одной стороны, Альбус испытывал удовлетворение от хорошо проделанной работы и возможности знать то, что недоступно многим. Да и проникать в разные секреты, разгадывать загадки чужого характера крайне увлекательно. С другой же стороны… Он чувствовал себя грязным, копаясь в чужих мыслях и воспоминаниях. И все же теперь он знал, где находится убежище Геллерта. Осталось только сообщить эти координаты и схему защитных чар генералу, и Альбус смог бы спокойно вернуться в Хогвартс. «В конце концов, Геллерт виноват во всем происходящем сам», — решил Дамблдор. Пусть у него сжималось сердце, стоило только задуматься о судьбе друга… «Бывшего друга», — поправил себя Альбус и покинул камеру, где находится обездвиженный пленник. «Скорей всего эта операция, задуманная Шеклболтом, приведет к его смерти», — подумал профессор, вновь ощутил, как сердце сжимается от боли. Все-таки Альбус совсем не желал Геллерту гибели. Считал, что давний друг ошибается, да. Их идеи стоило воплощать аккуратно, без лишней крови! Но Геллерт, очевидно, заигрался. И Альбус совсем не мог ему помочь. Письма, которые он отправлял, возвращались нераспечатанными. Да и… По стенам и полу пробежала дрожь, отвлекая от невеселых мыслей и переживаний. С тихим, но ясно слышимым всем магам звоном рассыпалась защита на базе. «Что это? — удивился Дамблдор. — Нападение?» Словно в подтверждение в его мыслей, по каменной кладке пробежала дрожь далеких взрывов. С запозданием, уже ни о чем не предупреждая, взвыли остатки сигнальных чар. Слегка оглушая не подготовленного к такому мага.

***

Дамблдор сомневался, что даже омут памяти помог бы понять, как ему удалось оказаться на поверхности. Крики, пыль, треск щитов и какие-то заклинания проносились мимо, пару раз землю сильно тряхнуло, и из-под нее стали выбираться големы. На них сверху обрушился шквал огня — один из магов использовал Адское пламя прямо с метлы, но быстро свернул это заклинание. Оплавленные големы замедлились, но продолжили ползти вперед, круша все на своем пути. Альбус споткнулся о чье-то тело, а спустя миг над головой пролетело неизвестное заклинание. Понять, где свои, а где враги, не получалось. — Продвигайтесь вперед и следуйте плану! — сквозь шум и выкрики заклинаний пробился знакомый голос. Это несомненно был Геллерт! «Насколько же отчаянно его положение, если он лично участвует в нападении! — поразился Альбус. — Ведь эта война до сих пор продолжалась только потому, что он так хорошо прятался!» Дамблдор вскинул голову, старательно выискивая среди всего этого хаотичного мельтешения боя знакомую фигуру. Конечно же он был в самой гуще! «Это мой шанс остановить эту проклятую войну без лишних жертв! — решил Альбус. — Я достаточно хорошо знаю его стиль боя». Он направился в центр сражения, где Геллерт изящно крутился, отбиваясь от нескольких противников сразу. И при этом умудряясь даже их теснить. Впрочем, об осторожности тоже не стоило забывать. Щиты еще никому не вредили! — Геллерт! — Альбус усилил голос заклинанием. — Решим все между собой! Его услышали и увидели и попытались расступиться: Гриндевальд не сдерживался, смел своих противников. Да и его союзники кинулись в разные стороны. За годы, что они не виделись, стиль боя Геллерта несколько изменился. Но подстроиться все же удалось. Гриндевальд внезапно раскрылся, его палочка выписала в воздухе замысловатую фигуру, Альбус не присматривался. — Экспелиармус! — убивать он не хотел, а это заклинание первое пришло на ум. Яркая вспышка ударила Дамблдора в грудь, маг пошатнулся, но смог удержаться на ногах, в последний момент не наступив на оказавшуюся под ногами палочку Геллерта. Альбус лихорадочно сжал пальцами древко, оно еще хранило тепло руки прежнего хозяина. Поймав себя на том, что отправил в чехол собственную палочку, Дамболдор поменял их местами, теперь Бузинная палочка оказалась надежно сокрыта от всех. «Геллерт! Он жив? — ноги были как ватные, но Дамблдор смог подойти, удостовериться, что его недавний противник просто без сознания. — Что же там за чары такие были?» Послышались хлопки аппарации, чьи-то возгласы. На глаза попались алые одеяния авроров, лимонные мантии ценителей. На их фоне терялись остальные маги в однотипных боевых мантиях. — Мерлин и Моргана, вы сделали это! — подскочивший целитель вцепился в Дамболдора мертвой хваткой, маг еще успел увидеть, как Гриндевальда опутывают чарами, чтобы заблокировать его магию, и тащат угрожающе выглядящие цепи. — Идемте-идемте, — целитель в перчатках из драконьей кожи уверенно утаскивал Альбуса в сторону. — Мало ли какие вы могли поймать проклятия! Его чуть ли не за шиворот втащили в полуразрушенное крыло госпиталя, где спешно наводили порядок. Оказавшись в заново начертанном на полу круге, Дамблдор понял, что у него подрагивают руки, да и в голове противно шумит. Торопливые объяснения целителя слились в один гул, Альбус мало что понял. Только то, что пропущенные в бою заклинания неизвестны, но это точно не проклятия. Наконец целитель буквально влил в мага укрепляющие зелья и, не слушая возражений, выпроводил в пока пустую палату. Альбус нехотя сел на край кровати, но одиночество не было долгим. В палату зашел генерал Шеклболт. Дамблдор заметил, что тот слегка прихрамывает. — Лучше бы вы убили своего противника, — вместо приветствия заявил он. Визитер тяжело сел на стул и окинул Дамблдора пристальным взглядом. — Я — профессор, а не аврор! — возмутился Альбус. — Это я помню, — уже спокойнее продолжил собеседник, — но все же тогда у нас у всех было бы куда как меньше проблем. — Кстати, а где его палочка? — уточнил Шеклболт. — Отлетела куда-то, — Дамблдор только развел руками. Признаться, что забрал ее в качестве трофея, маг не смог. — Генерал, а что теперь будет с Гриндевальдом? — ему потребовалось постараться, чтобы этот вопрос походил на простое любопытство. — Его ждет суд, — отозвался собеседник. — Не немедленно, конечно, но как закончим зачистку — сразу же. Вы, как победитель, можете высказать свои пожелания. К ним, с учетом ситуации, могут прислушаться. Альбус позволил себе на миг прикрыть глаза. «Это шанс! — понял он. — Я попрошу для Геллерта заточение! Это хотя бы спасет ему жизнь!» — Мистер Дамблдор, с вами все в порядке? — Шеклболт понял его пантомиму не совсем верно, но сейчас это было только на руку. — Позвать целителя? — Благодарю, но не стоит, у них хватает работы, — Альбус все же решил не переигрывать, — просто некоторая слабость. — В таком случае я удаляюсь, — кивнул маг, — отдыхайте, завтра вам все же придется дать интервью, но сегодня целители не допустят до вас корреспондентов. Оставшись в одиночестве, Дамблдор облегченно выдохнул: чувствовал он себя вполне сносно, похоже, те заклинания, что он успел словить, нейтрализовали целители. «А если и нет, что-либо сделать можно будет, лишь когда воздействие проявится, — маг потер лицо. — Сейчас же стоит подумать о другом…»

***

Выбравшись из камина в своих апартаментах, Дамблдор тяжело дошел до рабочего стола и рухнул на стул. Сил очистить одежду не было, в голове навязчиво звенели колокольчики. — Кто бы мог подумать, что тогда все только начнется, — пробормотал он. Два месяца, прошедшие с момента победы над Гриндевальдом, оказались самыми сложными. Отдышавшись, Альбус вытащил из стола бутылку огневиски. Стоило бы позвать домовика, но на это просто не было сил, маг даже сомневался, что сможет сотворить простейшее колдовство. Давно мертвая, но не покинувшая мир живых славянская ведьма словно вытянула душу одним взглядом. Альбусу доводилось видеть дементора, но рядом с ней тот казался бледной тенью. Дамблдор, присосался прямо к горлышку бутылки. «А давай я позову всех тех, кто погиб по вине того мага, пусть этот расскажет им о ценности каждой жизни», — ведьма говорила вроде как своим, но достаточно громко, а амулеты позволили понимать. «И ведь подняла бы! До чего мерзкая способность!» — Дамблдор бухнул бутылку об стол и прикрыл глаза. Себе он мог признаться: друг, пусть и оступившийся, был ему дороже, чем все те погибшие. Желание сделать все, чтобы на его земле забыли о таком колдовстве, подняло голову снова. «Значит, это твое окончательное решение, лайм?» — слова Кощея проморозили до нутра. За все время переговоров тот лишь один раз нарушил молчание. И Альбус понял, что пределы Англии ему лучше не покидать. Маг не смог сдержать дрожь и вновь присосался к бутылке. Те два существа не оставят происходящее просто так. Яга, Кощей, они лично знали Мерлина и Моргану, не отличающийся мягкостью Фламель рядом с ними казался сущим младенцем. Альбус впервые в жизни хлебал огневиски как воду и даже не чувствовал вкуса. Все пошло совсем не так, как он ожидал. Славянским магам, озверевшим от крови, было плевать на право победителя. Точнее, они бы его признали, коснись дело любого другого пленника. Но вот Гриндевальда они желали видеть исключительно в своих ритуальных кругах и в качестве жертвы. «Если Геллерт попадает к ним, смерть окажется мечтой». Пусть друг оступился, такой судьбы ему Дамблдор не желал. Маг с удивлением отставил опустевшую бутылку. Колокольчики в голове звенели меньше. Теперь хотелось сладкого. В столе каким-то чудом завалялась лимонная долька, и маг отправил ее в рот. Сладость показалась просто пищей богов. — Я победил, — тихо шепнул он и прикрыл глаза. Недавние союзники уже начали грызню за свои интересы и силу. Никто не желал возвышения славян, ради этого они даже объединятся, добиваясь заточения для Геллерта.