Изношен

Слова Намджуна эхом отдавались в голове Юнги всю оставшуюся ночь и утро вторника, повторяющаяся мантра заполняла его голову, как тяжёлый песок. Сон был не самым лучшим вариантом, когда он ворочался на простынях, пока не сдался и не нарисовал сердитые лица в блокноте, пока не взошло солнце и начались утренние объявления. Посмотрев в зеркало после холодного утреннего душа, он увидел тёмно-фиолетовые круги под глазами Юнги, впалые щёки от недостатка питания в последние несколько дней. Почему-то еда в его холодильнике выглядела совсем непривлекательно, скорее от неё у него скрутило желудок, как будто всё было отравлено. Вместо того чтобы присоединиться к толпе пациентов за завтраком, Юнги спустился по лестнице на первый этаж и вышел во двор, где над ним низко висели густые серые облака. Ранняя весна ещё приносила дни за днями дожди, хотя, казалось, было достаточно тепло, чтобы приятно провести время в одиночестве на улице. Когда вокруг никого не было, Юнги нашёл немного покоя на деревянных качелях на крыльце, тех самых, у которых он встретил Тэхёна несколько дней назад. Он почти не видел эту группу людей с первого дня, что было довольно приятно, так как они, казалось, отказывались от идеи подружиться с ним. Проходя мимо, Юнги замечал Чимина, который ждал лифта или брал бутылку воды из кухни кафетерия. Кроме этого, он не разговаривал с ним, даже не пытался вести светскую беседу, но вместо того, чтобы чувствовать абсолютно ничего, почему-то это заставляло чувствовать себя дерьмом. Группа была так приветлива с ним, и всё, что ему удавалось сделать, это испортить и это тоже. Юнги уронил голову на деревянную спинку качелей, моргая, глядя на сгущающиеся тучи, грозящие дождём на целый день. Может быть, Намджун и прав, он, как всегда, ведёт себя как придурок. Он задавался вопросом, все ли так думают о нём, или его самые близкие друзья были единственными, кто когда-либо хотели признать это вслух. В любом случае, Юнги не мог их винить. Он вёл себя грубо и замкнулся в себе по причинам, в которых никогда не был уверен. Ветер подхватил и сорвал несколько цветков с деревьев сада, подняв их высоко в воздух в вихре белого и розового. Юнги поднял руку, чтобы поймать одного, и подумал, не оставит ли он Милл-Уотер другого человека, кого-то лучше, чем тот, кем он стал. Сомневаясь, он сжал в кулаке единственный лепесток и поднёс его к лицу, чтобы рассмотреть, думая, что, возможно, единственный белый, сморщенный цветок означал его жизнь. Нечто столь чистое было теперь разрушено судьбой. Юнги бросил испорченный лепесток на землю и встал, возвращаясь в дом, пока не начался неизбежный ливень и не намочил его чистую одежду. Несколько человек бродили туда сюда по коридорам, некоторые из них были жителями, в то время как другие одеты в причудливую одежду с именными бирками на груди. Он проскользнул мимо них и поднялся на лифте на четвёртый этаж, где прокрался обратно в свою комнату до конца дня. Когда металлические двери открылись, он вошёл внутрь и нажал кнопку своего этажа, с нетерпением ожидая, когда она закроется и поднимет его. Он немного удивился, когда из-за угла вывернуло тело и практически прыгнуло в кабину за несколько секунд до того, как двери закрылись. Юнги приподнял бровь и некоторое время смотрел на человека, едва понимая, кто это, пока на его лице не появилась сияющая улыбка. - Извини, - усмехнулся Чимин, выпрямляясь, прежде чем нажать кнопку пятого этажа. Юнги проглотил язвительный комментарий, подступивший к горлу, и вместо этого пожал плечами, глядя на своё искажённое отражение в блестящих металлических стенках лифта. Чимину потребовалось время, чтобы перевести дыхание, улыбка всё ещё украшала его лицо, прежде чем он сказал: - Как ты держишься? Юнги не мог понять, почему в голосе Чимина звучало такое искреннее любопытство, но он постарался подавить смущённый блеск в глазах, прежде чем обидеть чувства парня. Вместо этого он снова пожал плечами, тщательно подбирая слова, чтобы снова не показаться мудаком. - Здесь скучно. Делать особо нечего. Глаза Чимина загорелись, и его улыбка стала ослепительной. - Ты всегда можешь присоединиться ко мне и моим друзьям! Вообще-то я сейчас иду к Тэхёну на кино, если ты тоже хочешь пойти.. Первой мыслью, пришедшей Юнги в голову, было громкое "нет", прежде чем он вспомнил, что его друзья сказали ему прошлой ночью, что он должен решить, хочет ли он быть одиноким и несчастным или нет. Пока он обдумывал это, прошло какое-то мгновение, и нервный толчок в желудке заставил его снова почувствовать лёгкую тошноту. - Конечно, - наконец сказал он, стараясь скрыть силу своего ответа кашлем. Чимин взволнованно хлопнул в ладоши, на его лице появилось такое глупое выражение, что Юнги захотелось ударить его и рассмеяться одновременно. - Тэ протащил сюда ноутбук несколько месяцев назад, и ему удалось взломать здешний Wi-Fi. Не спрашивай меня, как он это сделал, я и сам не знаю. Но у нас есть Netflix, и это всё, что имеет значение. - Почему-то меня это не удивляет, - заметил Юнги, следуя за Чимином, когда лифт остановился на пятом этаже. Он сильно отличался от того места, где находился Юнги. Часть здания, жутко напоминающая больничное крыло, а не крошечную однокомнатную квартиру. Помещение было белым и выложенным плиткой, с постом медсестры прямо посередине двух коридоров, которые несли комнаты с номерами на каждом из них. Рабочие в пастельно-синих халатах несли подносы с завтраком и крошечные чашки с лекарствами в каждую комнату, выглядя слишком занятыми, чтобы заметить его и Чимина, проходящих мимо них. Весь этаж сильно пах отбеливателем и стерильным пластиком, как и первый этаж, и на мгновение Юнги показалось, что он вот-вот соскользнёт в очередной приступ паники. Чимин провёл его через левый холл в комнату 57, дверь с именем Ким Тэхён, напечатанным пластиковыми золотыми буквами. Чимин даже не стал стучать, просто вошёл без особой заботы и жестом пригласил Юнги следовать за ним, когда заметил, что тот ещё не отошёл от порога. Внутри всё выглядело как обычная больничная палата, с кроватью в стороне и синей занавеской, нетронутой у стены. Ни плиты, ни холодильника, как у Юнги, только простая ванная комната с дверью, которая не могла запереться в углу, и прикроватный столик с подносом с недоеденной едой на нём. Тем не менее, стены были густо украшены полароидными фотографиями Тэхёна и его друзей, в основном с этим парнем Чонгуком и Чимином, но на некоторых из них также была задумчивая блондинка. Несколько его фотографий и то, что выглядело как его родители, были беспорядочно приклеены прямо над его кроватью, но больше ничего. Тэхён развалился в кресле, листая потрёпанный ноутбук так небрежно, как только мог человек. Услышав шум посетителей, он поднял голову и закинул руки за голову, крича во всю мощь своих лёгких: - Мой дорогой Чимин, ты опоздал! Чимин закрыл дверь и снял кроссовки, его улыбка ни разу не сошла с лица. - Я столкнулся с Юнги в лифте и пригласил его посмотреть с нами пару фильмов. Казалось, именно тогда Тэхён понял, что в комнате был кто-то больше, чем просто Чимин, так как он ахнул и отбросил свой ноутбук в сторону, прежде чем вскочить, чтобы поприветствовать Юнги хлопком по спине. - Добро пожаловать в моё скромное жилище, Юнги. Спасибо, что присоединился. - Ты живёшь в этой комнате? - пробормотал Юнги, не подумав, и вздрогнул, когда понял, как грубо это прозвучало. Прежде чем успел извиниться за свою бесчувственность, Тэхён прервал его громким смехом. - Ты должно быть, живёшь на четвёртом этаже. Вот где пациенты с низким риском получают привилегию остаться, - начал он, таща Юнги к кровати с такой силой, что мог сломать ему позвоночник. - Док говорит, что я "представляю опасность для других", и поэтому меня заперли здесь на большую часть дня. Я слышу голоса в своей голове, и, очевидно, это делает меня опасным парнем. Юнги не мог не чувствовать себя немного напуганным, несмотря на все его усилия не спешить с выводами так быстро. - Ты слышишь голоса? Тэхён только хихикнул и плюхнулся на кровать. - У меня была сила предвидения, поэтому я мог предсказать будущее. Но несколько лет назад я попал в аварию на мотоцикле, из-за которой у меня сильно повредился мозг, и это испортило мои способности. Теперь я слышу голоса и никогда не могу сказать, что является предвидением, а что нет. - Тэ и мухи не обидит, - добавил Чимин, словно почувствовав, как в животе у Юни поселилось беспокойство. - Здешние врачи иногда ведут себя нелепо. После этого Юнги почувствовал себя немного лучше и позволил своим плечам расслабиться после такого напряжения. - А как же ты? - спросил он Чимина с живым интересом, внезапно почувствовав себя немного смелее, немного спокойнее. - Ты тоже живёшь на этом этаже? Чимин усмехнулся и подошёл к кровати, чтобы сесть рядом с ним, загорелая кожа светилась под резким искусственным освещением, тон намного темнее, чем у него. Парень, должно быть, довольно часто выходил на улицу, чтобы быть таким же бронзовым, как он, и Юнги поймал себя на том, что немного завидует его красоте. - Нет, - ответил Чимин, и каким-то образом это немного успокоило бьющееся сердце Юнги. - Вообще-то я твой сосед. Комната девятнадцать. Это не могло быть правдой, за последние несколько дней, что он жил в Милл-Уотер, он не видел, чтобы Чимин даже ступил на четвёртый этаж, не говоря уже о том, чтобы услышать его за соседней дверью. Всё было так тихо, как будто две соседние комнаты были оставлены пустыми для новоприбывших, хотя, похоже это было не так. - Чёрт, правда? Чимин кивнул, подняв ноутбук с пола и провёл пальцем по сенсорной панели, пока экран не засветился. - Ага! на днях я увидел табличку с твоим именем на двери и понял, что это ты. Я встаю рано и возвращаюсь поздно, так что наши пути никогда раньше не пересекались. - Считайте, что вам повезло, - вмешался Тэхён, забирая ноутбук из рук Чимина на колени, где включил учётную запись Netflix. - У вас есть работающие плиты и мини-холодильники! После этого они почти не разговаривали, и Юнги устроился так удобно, как только мог, с двумя парнями, которых он едва знал, смотря фильм об убийцах с топором. Прижатый к угловой стене, с подушкой на груди, он держался особняком и не комментировал, как другие. Очевидно, Чимин не слишком хорошо разбирался в фильмах ужасов и, в свою очередь, свернулся в дрожащий клубок уже через тридцать минут. Иногда Тэхён закрывал глаза так сильно, что его лицо становилось ярко-красным, и протягивал руку, чтобы постучать по голове костяшками пальцев несколько раз. Чимин вёл себя так, как будто ничего не произошло, но Юнги это немного нервировало, хотя он всё ещё воздерживался от проявления какого-либо дискомфорта, чтобы не задеть чувства парня. И действительно, всё было не так уж и плохо, не так, как он изначально предполагал и решил, что, если представится такая возможность, он снова присоединиться к ним, чтобы посмотреть кино. Видя, как Тэхён смеётся всякий раз, когда Чимин вздрагивает от страха, у Юнги в животе что-то трепещет, но он не мог точно определить, что именно. Фильм закончился как раз в тот момент, когда в динамиках над головой зазвенело объявление о ланче, предупреждая всех, кто хотел поесть, что еда готова. Чимин похлопал себя по животу и пробормотал, что его тошнит от запёкшейся крови, в то время как Тэхён заявил, что в этот момент он умирает от голода. Что касается Юнги, то ничто не звучало аппетитно, даже обилие еды, которую приготовила для него мать, не привлекало его. - Чонгук и Минджу присоединятся ко мне сегодня на обед, если вы все хотите остаться. Док говорит, что мне придётся какое-то время питаться здесь, пока я не приду в норму и не вернусь в кафетерий. Чушь собачья, я прав? - Тэхён закрыл ноутбук и без особой осторожности отбросил его в сторону, наблюдая, как Чимин и Юнги встали с кровати, чтобы размять затёкшие ноги. Чимин проверил время на своих серебряных наручных часах и покачал головой, заявив, что с него хватит пыток на один день, и Юнги мягко отказался. Тэхен поблагодарил его за то, что он присоединился, и проводил обоих парней до двери с яркой улыбкой на лице, когда они уходили. Поездка на лифте на четвёртый этаж была короткой и немного неловкой, потому что Чимин полностью молчал, а Юнги ничего не говорил. Как и было обещано, комната Чимина находилась прямо рядом с его комнатой, на двери висела табличка с именем, на которой было написано Пак Чимин такими же пластиковыми золотыми буквами, как и на его собственной. Чимин застенчиво улыбнулся и указал большим пальцем на дверь. - Я немного напуган этим фильмом. Не хочешь выпить со мной кофе? Юнги не хотел соглашаться, но слова Джуна так сильно подействовали на него, что он последовал за Чимином в его комнату и согласился выпить чашечку кофе. В отличие от Юнги, комната Чимина была немного загромождена одеждой и содержала гораздо больше вещей. Дешёвый одноразовый кофейник стоял на крошечной стойке, а фрукты и овощи занимали всё оставшееся место. Кровать была застелена слишком большим количеством подушек, тяжёлых одеял и трёх плюшевых мишек с сердечками вместо глаз, что, казалось, вполне соответственно личности ребёнка. У одной стены стены стояла деревянная книжная полка из икеи, на которой стояло множество толстых книг с заглавиями, написанными курсивом, выглядевших и пахнущих довольно старыми. - Извини, здесь немного грязно, - пробормотал Чимин, наклоняясь, чтобы поднять разбросанную одежду, и пересёк комнату, чтобы сложить её в небольшую корзину. - Располагайся поудобнее. Я заварю кофе. Рядом с убранной кроватью стоял шаткий стул, так что Юнги сидел и смотрел, как парень возится со своей кофеваркой, прежде чем она включилась, а затем взял две кружки из своего маленького шкафчика. Если бы он не знал лучше, то мог бы представить себе, что это настоящая квартира в городе, а не в святилище, заполненном больными и беспомощными людьми. - Так как давно ты здесь? - удивился Юнги вслух, глядя на плюшевых медведей на кровати Чимина. Чимин добавлял кофейную гущу в фильтр, когда заглянул через плечо и сказал: - Три года. Юнги поперхнулся слюной и попытался изобразить простой кашель. - Я думал, лечение длится всего один год? Чимин отвернулся и сосредоточился на приготовлении кофе, лицо его было скрыто от взгляда Юнги. - Это идеальное время. Большинству пациентов лучше через год. Но есть такие, как я, которые, кажется, никогда не оправятся настолько, чтобы уйти. Во всяком случае, я не хочу уезжать. Это единственный дом, который я когда-либо знал. Вместо того, чтобы совать нос в чужие дела, Юнги решил промолчать, оставив разговор открытым, чтобы изменить его, если Чимин захочет. Несколько долгих минут все молчали, пока первый наливал две чашки кофе и с нежной улыбкой подносил одну Юнги. Он с благодарностью взял её и вгляделся в чёрную жидкость, словно в ней были ответы на все вопросы жизни. Чимин со вздохом завернулся в одеяла и некоторое время смотрел в окно. - Что привело тебя сюда, Юнги? Он и сам не знал, что ответить. С тех пор как он подписал эти бумаги много дней назад. Юнги был решительно настроен обвинить своих друзей и семью в том, что они заставили его сделать это, но почему-то это было не совсем правильно. - Наверное, мне нужна была небольшая помощь. - Ты потерял свои силы? - мягко сказал Чимин. Грудь Юнги пульсировала от этого вопроса, невероятная боль оставила его безмолвным на несколько секунд. - Я их так и не получил. - И я тоже.