Мечта о смерти

      Веки с большим трудом, но все же поддаются моему желанию увидеть то, что происходит рядом. Яркий свет попадает прямо в глаза, заставляя рефлекторно зажмуриться сильнее. Кажется, это была плохая идея.       И хоть зрение сейчас подводило, слух, по-видимому, обострился. Я слышу каждый шорох ткани, каждый шаг девушки, каждый скрип мебели, когда она вновь садится рядом, каждый ее печальный вздох, такой знакомый и родной… Но в голову не лезла ни одна мысль, кто бы это мог быть. Мозг отказывался работать и строить какие-либо цепочки развития событий.       Есть только «сейчас». Сейчас мне больно. Сейчас мне хочется спать. Сейчас мне хочется увидеть тебя. Такого любимого, такого ласкового, такого желанного. Уверен, что ты совершенно другого мнения обо мне. Как бы я ни хотел, в этой жизни нам не суждено быть вместе. Может, в следующей повезет?       Я медленно приоткрываю глаза, не переставая щуриться от яркого белого света, и они дают мне смутное изображение происходящего. Белые стены. Белый потолок. Перевожу взгляд на окно, солнце попадает прямо в глаза. Ненавижу его. Ненавижу с того самого дня, как проснулся с немыслимой головной болью. С того самого дня. Оно всегда светит счастливым людям, что бродят по улицам города, смеются друг с другом, радуются жизни. Но сейчас оно светит мне, тусклому, не слишком привлекательному саркастичному парню, который больше не желает испытывать этот свет на своем теле, который считает себя ниже всех в мире, который… Я в палате?       Возле уха скрипнула табуретка и раздался приглушенный вдох, а после тяжелый выдох:       — Антон…       Я начинаю очухиваться от бредней в своей голове. Медленно поворачиваю голову в противоположную от света сторону и, хоть и очень мутно, вижу девушку, стоящую прямо передо мной. Приоткрыл глаза чуть сильнее и разглядел рыжие, как огонь, волосы.       — Н-настя?..       У меня почти нет голоса. Что же со мной произошло? Не могу выговорить четко даже одно слово.       Но она меня услышала. Моя сестра. Моя любимая сестра. Вот чей родной голосок я слышал. Сейчас я понял, как мне ее не хватало. Мы не виделись около года, и за это время очень многое произошло и в моей, и ее жизни. Накатили слезы от воспоминаний, радостных и печальных, как, живя бок о бок в одном доме, мы постоянно дрались и смеялись, мирились и ссорились.       Настины руки трясутся в волнении. Интересно, сколько она уже здесь? И когда успела прилететь? Она падает на колени около моей койки, тянется к моей ладони и крепко сжимает ее, проливая слезы на простынь.       Я четко слышу ее тихие всхлипы, вижу дрожащие губы и полные радости зеленые глаза, чувствую ее нежные и любящие прикосновения к моим предплечьям и щекам, что уже горят от присутствующей в помещении атмосфере любви, понимания и гармонии. Уверен, нам обоим этого не хватало. Может, хотя бы ради нее мне не стоит заканчивать жизнь?       Начал рассматривать ее заплаканное лицо, яркие волосы, еле заметные ямочки на щеках, когда она мило улыбается в попытке утешить меня, изумрудные, подобно моим, глаза. Я готов вечно слушать ее успокаивающий голос и нелепый смех, когда она опускает голову мне на плечо, крепкой хваткой держа за руку. Этот смех имеет странное и непонятное свойство волновать мою кровь так, что даже в самые ужасные моменты жизни хочется улыбнуться и порадоваться вместе с ней.       Медленно поднимаю дрожащую руку с койки и с трудом тяну ее к лицу Насти, легонько притрагиваюсь.       — Т-ты так напугал м-меня… — сквозь всхлипы произносит сестра. — Т-ты… З-зачем?..       Меня охватило острое чувство вины, ведь я заставил ее переживать.       — Не волнуйся. — Голос был хриплым, как я понял, из-за пересохшего горла, — я больше так не буду…       Возможно…       Ее губы растягиваются в широкой улыбке, она наклоняется ко мне и крепко обнимает. Чувствуя ее тепло, что будто хранилось в ней для меня, я перестал волноваться.       Спустя несколько минут Настя легонько отрывается от меня и смотрит прямо в глаза. Я не сдерживаюсь и целую ее в сырую щеку. Нахлынула ностальгия. Последний раз я делал так лет в шесть, когда она упала с велосипеда и разбила коленку в кровь. Она тогда очень сильно плакала, а рядом был только я.       — Об-бещай.       — Обещаю.       Я медленно перехожу из лежачего состояния в сидячее и крепко обнимаю ее, обвивая здоровой рукой (вторая, будучи перевязанной, покоилась рядом, изрядно понывая из-за причиненных мною ран). Мои мысли о самоубийстве ушли на покой, по крайней мере, до некоторого времени. Пока я слаб и вижу слезы сестры, я не смогу этого сделать. Но то, что будет потом, остается для меня неизвестностью. У меня слишком много проблем.       Но сейчас я лишь наслаждался компанией Насти, мечтая, чтобы эти минуты умиротворения не заканчивались.       В дверь постучали, и в палату помимо медсестры с капельницей вошла Вика. Ответ на все мои вопросы о тебе.