Омегаверс

      Глава 5

Знакомство с территорией альфы

      Просыпаюсь раньше будильника. Кто-то долбится ко мне в дверь.       – Юки! Вставай! У нас задница намечается! – Мари?       Встаю. Кряхчу, словно старый дед. Открываю дверь. У Мари дикий взгляд и волосы в беспорядке.       – Что случилось?       – Пришло распоряжение. Скоро приезжает господин Итачи.       – ЧТО?       – ДА! Вставай и за работу!       – Ох, собираюсь.       Отправляю в отдел кадров справку, пока жду лифт. Ни одну из таблеток выбить не забыл? Нет, не забыла… Кстати, куда мне топать? Двери лифта распахнулись и чьи-то загребущие руки схватили мои плечи. Поднимаю взгляд от шикарного декольте и смотрю в глаза Амару Рин. Что-то мне не хорошо…можно я сбегу? Опять.       – Надежда на тебя! У нас пара дней, чтобы привести основные помещения к сияющему виду. Так что, я тебя, самого умелого, отправляю в апартаменты генерального директора! – у меня уже поджилки трясутся.       – Апартаменты?       – Увидишь! Я на тебя надеюсь!       Почему у меня такое чувство, что все остальные смотрят на меня с жалостью и неким злорадством? Апартаменты? Да это черт возьми, пентхаус! Пентхаус за стеной собственного кабинета! Какого-черта? Он что, живет на работе? Меня пугает этот человек! А человек ли?       – Мне тут одному трудиться?       – Удачи, друг мой! – и свалила! Твою мать! Это точно корпорация Аматерасу или подстава какая-то? Тренькнул телефон.       «Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то тебя поставил грязным пятном под вазой с цветами? Амару Рин».       – Понятно.       Корпоративная этика, да? Что же, Юки, беремся за работу. Я терплю, а ты моешь! За два дня, тут может пипец какой тайфун случится! Ладно, швабру в зубы и пахать! Трям-пам-пам. Это мои кости стонут. И вообще, здесь так мрачно! Как можно отдыхать в таких комнатах? Мебели не много. Лаконично. Здесь словно храм…аскетизму. Даже два кабинета! Один для корпоративных дел. Второй на втором этаже пентхауса в серых тонах. Панорамное окно во всю стену, на полу более светлый ковер, большой стол и стул. Убрать это довольно быстро, а вот…встроенные в стенку полки с книгами доставляют кучу неудобств. Пыли на них немного, но достаточно.       – Апчхи! – книга падает из рук. Едва успеваю ее подхватить и не свалиться с табурета! А из «Экономики европейских стран» падают фотографии. Подстава, однако. О, Эйфелева башня и трое Учих на ее фоне. Старший Мадара, его я видела. Саске встречала на днях, да и Итачи я видела только вот так, на фотографиях. Но разве это встреча? Что-то я опять разделила себя и Юки… породистые мужчины, сразу видно. Не только рост выдает их статус, но длинные волосы, у первых двух серьезное выражение лица, минимум эмоций – и это на фото в журналах. Здесь же они улыбаются. Саске на фото лет пятнадцать…       Еще фото. Они на берегу моря, бесятся и кто-то заснял этот милый момент. Итачи улыбается, обрызгивая брата большой волной. Явно не без применения магии, а Саске защищается. На следующей изображен горнолыжный курорт. Тут дети еще младше и Саске похож на снеговика. Итачи в спортивном костюме и на сноуборде. С красными от мороза щеками и горящими глазами. Перелистываю фотографию.       Что это?       Руки затряслись. Дедушка, мои родители, трое Учих – Родители Итачи и он сам, дядя и я, маленькая. Мне здесь… три года и я на руках у матери. ТРИ ГОДА! Вот почему я не помню встречи! А она обязана была быть! Не удивительно…что Итачи не хотел видеть меня! Ему ребенка навязали в супруги…       Предательская слеза жалости к себе скользнула и упала на фотографию. Вытираю щеку, фотобумагу и собираю фото обратно. Надо быстрее прибраться. Эти комнаты явно выглядят для меня, как вызов. Я не успею за два дня убрать все…это точно! Ладно, глаза боятся, а руки делают! Покрайней мере такого аскета я еще не видела! Минимум мебели, минимум украшений, картина и та одна! И такая огромная, прямо в холле, Айвазовский со своим неизменным морем. В гостиной всего пара диванов и столик. Плазма на всю стену. Кухня столь же пустая. А вот ванная комната... с гигантской с джакузи, душевой и ванной! Ее я драила до двенадцати ночи и все же решилась прекратить издевательство. Остались только гардероб и спальня. Там, я заглядывала, очень много вещей, мебели и книг. Насколько я поняла, рабочий кабинет мне тоже мыть? О, тут есть питьевая вода! Пофигу, что обо мне могут подумать, я очень хочу пить!       Маленькая щелка в двери в приемную генерального директора пропускает свежий воздух. Сяду в кресло. Удобное. Как же приятно сидеть в нем! Прямо все тело отдыхает! М-м-м прохладная вода! Красота! Еще и дверь полупрозрачная! Мне кажется, или в приемной силуэты мужчин?       – Итачи приезжает.       – Ты уверен, что нас здесь никто не слышит? – вот этот второй голос меня жутко напугал. Что он тут забыл? Силуэты становятся отчетливыми. Скатываюсь с кресла под стол! Хорошо, что сделан из сплошного дерева и ног не видно!       – Разве что уборщик, – дверь открывается. Сижу, не шевелюсь. Не дышу. Заползаю под стол полностью, подтягиваю ноги и пялюсь на бокал с водой в руках. Успела! – Никого, хотя по запаху все еще идет уборка.       – Ваш брат педант.       – Да. Что вы хотели сказать? Нашли Юки?       – Нет. Он пропал. Как сквозь землю провалился! – злость в голосе дяди и мурашки ужаса у меня по спине. Отвратительное ощущение. Как бы не зареветь!       – Вы пришли просить помощи?       – Нет, господин Учиха. Лисы справятся сами, – шаги раздались близко. Чувствую аромат дяди, ему его прятать не надо и еще две ауры альф, что решили продавить друг друга. Прекратите, пожалуйста! Мне тут плохо! Стакан в руках задрожал! Так, держись, сейчас им надоест мериться силой. Фух…– У меня к вам деловое предложение.       – Деловое?       – Скорее деликатное, – конечно, не зря вы тут беседуете в пустом кабинете генерального, от которого, у всех остальных, ноги трясутся! – В последнее время ветра перемен веют особенно хладно и великие кланы нуждаются в больших переменах.       – Что вы этим хотите сказать? – черный носок ботинка в опасной близости от кресла. Если Саске сядет, он точно увидит меня тут. И зачем прячусь? Ушел бы в дальний угол пентхауса и все! Я же тут официально работаю.       – В нашем клане Огненных лис расцвел прекрасный цветок. Омега.       – Вы хотите поменять условия брачного контракта?       – Да.       – В этом случае, вы пришли не к тому Учихе.       – Я предлагаю эту омегу Вам, Саске, – ауч, фамильярно!       – Мне? Зачем мне омежка из второсортного клана?       Рык лиса прокатился по комнате.       – Вы не в том положении, чтобы показывать свои зубы, господин Сасори Кицу Нэ. У вас серьезные проблемы. Вы не смогли обеспечить безопасность наследника Главной семьи и пытаетесь подкупить меня омегой? Выметайтесь.       – Если Итачи создаст пару с Юки, то вся семья Учиха утонет в смрадных водах!       – Вон!       Закрываю рот руками. Мне страшно! Буквально плющит от двух энергетик и, если я бы не сидела, то точно бы упала и лежала мертвым куском мяса! А тут еще такая паника! Дядя идет нечестным путем! Настолько велико его желание обладать всем наследием Лисов?       Хлопнула дверь.       – Можешь выбираться из-под стола. Омега.       Стакан выпал из моих рук, и вода полилась на ковер.       – Мне вытащить тебя своими руками? – злость в голосе Саске бьет хлыстом по, и без того, оголенным нервам. Медленно вылезаю из-под стола. Тело плохо слушается из-за страха и переломов. – Я допустил тебя к работе, игнорируя законы для Омег. Объяснись.       Сказать ему, что я и есть Юки? Нельзя. Он должен будет отдать меня обратно в Семью. Рассказать, почему сбежал?       – У меня сложились трудная жизненная ситуация, господин Учиха. Защитить меня некому, – поднимаю руки в примирительном жесте, – Я не жалуюсь. И разговор подслушивать не хотел. Просто испугался. Простите меня, – кланяюсь. – Я всего лишь пил воду и сидел в кресле. Устал.       – Да, время позднее. Тебе следует идти отдыхать. От тебя за версту пахнет болезнью, Юки Ацуя.       – Вы правы. Мне осталось три комнаты. Самых сложных.       – Спальня, гардеробная и этот кабинет, – перечисляет он. Краснею под пристальным взглядом альфы. Его горячие руки прикасаются к моему лицу и поднимают. Хочет, чтобы я посмотрел ему в глаза? Вспыхиваю, но отойти не могу. Мне никто не позволял даже двигаться, а от страха тело одеревенело.       – Да.       – Успеешь. Итачи приедет в семь часов вечера и к этому моменту тебя здесь не должно быть.       – Вы меня увольняете?       – На этаже не должно быть, – сегодня Саске зол. Аура альфы вновь щёлкнула меня по нервам. Хорошо, что я пью таблетки, а то и я, и он давно бы сорвались…– От тебя пахнет пятью мужчинами.       Тошнота подкатила к горлу вместе с воспоминаниями! А еще где-то ёкнуло и потянуло под ложечкой! Вот это нюх!       – В Аматерасу запрещены интимные отношения между сотрудниками. Надеюсь тебе это понятно?       Киваю, проглатывая комок желчи.       – А за воротами мне плевать, как развлекаются подчиненные. Собери лужу и выматывайся спать. И да, Юки, чтобы рот на замке держал, – его пальцы скользят по моему подбородку, по шее. Мягкое поглаживание там, где очень быстро бьется жилка… Предупреждение.       – Никогда не был чересчур болтливым, – вспыхиваю от ужаса. Аура альфы вновь бьет меня по нервам, заставляя глотать желчь и слезы. Он уже знает, что я Омега, смысл скрываться? Страшно до колик в печени. Закрываю глаза. А его руки все продолжают гладить мне шею. Слышу его глубокий вдох у моей щеки, сглатываю слюну. Он, одной рукой, легко и непринужденно может сломать мне шею.       – Какой приятный аромат у тебя, – его голос стал хриплым? Только не это! Пожалуйста, не опять! Смотрю с ужасом на столь близкое лицо мужчины. Теперь его глаза далеко не черного цвета, а ярко алые с тремя томое[1] на одинаковом расстоянии вокруг зрачка. Родовая способность. Он словно облизывает меня носом. Пальцы легли мне на плечи, но все еще контактируют с кожей шеи. Не могу оторвать взгляд от его удивительных глаз.              

[1] узор в виде закручивающейся в центр кривой, видом напоминающей запятую, изогнутую каплю или магатаму.

             – Вы сказали, что никаких связей между сотрудниками, – едва произношу последнее слово, рука возвращается на мой подбородок и большой палец ныряет в глубины моего рта. Саске наклоняется еще ближе, скользит губами по моей щеке, впитывая слезы, которых меньше от этого не стало. Пряный аромат его возбуждения донесся наконец и до меня… ноги онемели, а руки поднять не могу, не было разрешения… подхватывает, не дает упасть. Прижимает к себе ближе и утыкается носом мне в шею, продолжая держать в моем рту палец.       – Говорил, – наконец молвит он, убирает руки, и я позорно падаю на пол, к его ногам. – Как придешь в себя, убери воду и вали спать на ярус с комнатами. Таблетку прими.       Уходит. Меня тошнит, одной водой, но тошнит под стул генерального директора. От рвотных позывов содрогается все тело, болят ребра, кости. Слезы продолжают застилать глаза.       – Твою мать, – русский мат всегда приходит вовремя и приводит в чувство. Ну или выбивает из них, зависит от ситуации. – Юки, я тебя теперь понимаю…              Саске практически бежал по коридорам, стараясь не дышать. «Какого черта я только сделал? Едва не изнасиловал омегу! Чужую омегу. Доступную омегу. Блядь, нужно скинуть напряжение! Лифт спускается на этаж спальных комнат. Мари только успевает поднять свои голубые глаза и тут же вскакивает.       – Живо. В комнату, – двое амбалов-волков лишь уши прижали. Да знаю я, что вы ее трахаете. Ее половина мужчин Аматерасу поимела. Что сделаешь, если Мари – суккуб? Девочка едва успевает зайти в комнату, швыряю ее к стенке, задираю узкую юбку, оголяя совершенные бедра. Трусиков она никогда не носила и носить не станет. Уже мокрая! Вхожу одним мощным толчком в податливую женскую плоть. Стенки влагалища сжимаются, а сама девушка издает радостный, чувственный стон. Что ж, сегодня я залью тебя всю своим семенем.              Убираю все, что успела натворить. Стило все же сдержаться, а не тошнить на ковер. Хорошо, что есть отличные пятно-и запахо-выводители. Через час комната уже блестела, словно новая. А вот мне стало только хуже! В штанах такой болт болтается, мне жарко, больно, кружится голова и слезы льют градом! А ведь в таком состоянии не могу выйти из кабинета!       – Юки, мне так жаль, – ковыляю в ванную. Лучше принять ледяной душ с температурой, чем опять быть изнасилованным. Ледяной душ не помог. Пришлось включать обычный, почти кипяточный. Никогда так не было фигово! В женском теле оказывается немного проще жить! А тут…упираюсь лбом в кафель. Вода хлещет на спину, плодя и без того мурашки желания. Тело словно в миг обрело эрогенность, куда не тронь. Даже пальцы покалывает от желания!       – Ну что, кто первая? Правая или левая? – шутка зашла. Ржу как истеричка, вот только рукой обхватываю собственный член, и я едва не падаю, как прострелило позвоночник и ударило в яйца! Да я гребаная мазохистка! Даже при потоке воды, вижу, как выделяется смазка! Обильно! Ох ты ж боже мой… Я мокрая не только тут… Пора поработать ручками…       Мои стоны отражаются от стен, но я их не слышу. Только гул крови и волны вожделения по нервам.       – Юки, ты такой чувствительный! – прикусываю губу, чтобы не заорать, когда оргазм ударяет в пах, прожигает позвоночник и звездами закрывает зрение! Оседаю на пол душевой. Все еще колотит от полученной разрядки. Разрядки ли?       – О, знаю, что это такое… Проникновения не хватает. Юки мне жаль, но на сегодня все, – убираю разводы с кафеля, выключаю душ, протираю все насухо и убираю запахи. – Надеюсь поможет… иначе мне труба.       Перед выходом из апартаментов включаю режим нейтрализации ароматов. Альфы очень привередливые к запахам.       Уже лежа в своей комнате, вспоминаю слова Саске: «от тебя пахнет пятью мужчинами». На глазах наворачиваются слезы, зло стираю их. Если это почувствовал он, то что скажет Итачи?       Чувствую себя шлюхой.              Четыре часа сна. Куча таблеток на завтрак, добить все это кофе с молоком и тремя ложками сахара и за работу. Госпожа Амару Рин, утвердительно кивнула на мое появление. Сразу видно, женщина не спала и усердно трудилась. Да и все служащие что-то сегодня перевозбуждены!       – Куда прешь по помытому! – орет моя коллега на секретаря, который едва не навернулся на влажном полу.       – Заказы на цветы! Кто принимать будет? – слышится из приоткрытого кабинета. Чуть не сбив меня, мимо проносятся трое котов. На их лицах написан первозданный ужас, а в руках по большой коробке с бумагами.       Я остановился перед дверьми лифта. Они открылись и меня чуть не задавила толпа обезумевших офисных трудяг! Да что происходит–то?       – Давайте, юноша, заходите! Мне еще смотреть чай в его генеральской приемной! – подтолкнула меня женщина в спину. – Мы должны успеть и предусмотреть все! Давай, Юки-сан, пошевеливайся!       О, боже, меня тут что, все знают?       – Да. Ты у нас звезда! Надраил туалет так, что одна надежда на тебя! Много еще осталось в апартаментах?       – Спальня и гардероб.       – Да, девяносто процентов уборки. Значит рабочий кабинет убран?       – Да.       – Отлично, значит успеем цветы поставить! А день–то налаживается! – потрепала меня по вихрам волчица. – Ты молодец! Если господин Итачи не будет нас рвать и метать, мы тебе всем Аматерасу подарок сделаем!       Ага. Не трогайте меня лучше, садисты! У меня опять грудь из-за вас разболелась! Бета отстала от меня в приемной, спеша навести марафет в чаях.       – Возьмите наш классический зеленый с мятой, – тихо шепчу и ухожу дальше. Так, в воздухе нет запахов моего ночного недержания страхов. Но это только для меня. Так, время дорого идем убирать спальню. – О, мои пять хвостов!       Вчера, я только мельком заглянула сюда… а тут стеклянная стена! Между спальней и кабинетом стеклянная мать, его стена! А с той стороны обычная на вид и ощупь кирпичная.       – Магия…       Ладно, за работу! Вытереть пыль со всех поверхностей стен, потолка, фотографий. Стараюсь не смотреть на изображения, но тут много людей из клана Учиха. Фотографии родителей стоят отдельно на комоде. Внутри комода чисто. Ни единой вещи. Уже проще, только вытереть пыль. Вытереть всю мебель со всех сторон. Отодвинуть ее, пройтись пылесосом на их местах. Вернуть все, как было. Чувствую, что я сегодня буду трупом. Едва сросшиеся за ночь ребра, неприятно болят. Перестилаю кровать. Вешаю портьеры и шторы. Новые, постиранные, отутюженные и слава богу, что не мной! Окна чистые. Гардеробная…       Столько полок и все пустые! Все… кроме одного ящика с галстуками. Красивые серебристые цвета, от светлого серебряного до темно серого, стального. Вынимаю все предметы одежды, протираю паз ящика изнутри, внутри пылесошу и протираю влажной тряпочкой, складываю галстуки обратно и задвигаю ящик. Больше таких сюрпризов не было.       Время давно за обед. Все вымыто иду и проверяю, ничего ли не забыла?       – Юки? – голос начальницы напугал.       – Госпожа Амару, я все выполнил, – не чувствую рук. От нахождения в перчатках кожа потрескалась и облупилась.       – Молодец. Можешь убрать инвентарь и идти отдыхать, – устало улыбнулась женщина. – Кортеж господина Итачи уже в пути. Здесь еще нужно включить нейтрализатор запахов.       Ухожу. Страшно. Пока иду к лифту ощущаю на себе взгляды работников. Не пойму, они рады или нет? Может напуганы? Ладно, не мое дело анализировать странное поведение персонала. Такое чувство, словно по их души Дьявол спустился своей персоной лично.